— Эй! Я все равно тебя догоню! — с ярким звоном и шелестом пронеслось где-то сзади. — Ну попробуй! — он бежал вместе с собакой через невовремя попадавшиеся ветки деревьев к жаркому полю.
Теплое летнее поле было центром всего головокружительного, пряного, пушистого, немного пшеничного и с легкой прохладой от прибывших гостей. Маленькие пальчики аккуратно, но ловко, схватили тонкое запястье и, потеряв равновесие, их окутала высокая трава, пряча от мира и смотря огромным глазом неба. Грудная клетка резво ходила вверх-вниз, щеки пылали огнем, глаза закрывались от нежности света, а с лица не сходила улыбка.— Поймал, — тихое, на выдохе.
Солнце не щадило, опалив присутствующих своим жаром. Надо к речке, там прохладнее. Уже шагом, держась за руки, чтобы никто больше не упал (а если упали бы, то вместе), с негласной благодарностью в глазах. Пес быстрыми движениями настиг берег и полетел, раскрывая лапы, на воду. Дети, по колено в воде, брызгали друг на друга прозрачной водой, топили друг друга, обнимали.— Ты же навсегда останешься моим другом? — с небольшой ноткой недоверия. — Ну конечно, ты что! — гордо, заставляя поверить, — пойдем домой, а то простудишься.
Малиновый чай согревал мокрые тела изнутри. Плед грел снаружи. Счастье грело душу.