Я заставлю тебя поверить в сказки

Я считала, что книга — обычный предмет, который служит связью между двумя мирами. Несовместимыми вселенными. Примитивным и сказочным. Но моё мнение оказалось ошибочным. Потому что сказка ученика великого мастера принимает только кандидатов на роль писателя и самого вершителя судьбы истории. И никого другого. Особенно тех, чьи намерения тёмны…       Маринетт и вовсе не заметила, как Морфей накрыл её одеялом, спел колыбельную и погрузил в свой мир. На этот раз не было кошмаров, но и дивных снов не наблюдалось. Пугающая пустота. Книга ученицы мастера так и осталась недочитанной — тридцатая страница истории была ещё никем не тронутой.       Дюпен — Чен проснулась от криков матери о том, что брюнетка опаздывает. Наспех натянув одежду, она накрасилась и расчесала короткие иссиня — чёрные пряди. 08:01:34       Мари вздыхает и съеживается, видя чёрные цифры на своём запястье. Голубые холодные глаза скользят по аккуратно выведенным числам, складывающимся во время. Маринетт набирает воздуха в лёгкие и зарывается тонкими пальцами в волосы, отчего те сильно растрепались. Плевать.       Дюпен — Чен запрокидывает голову вверх и смотрит отсутствующим взглядом в потолок. Бежевый цвет режет взор, но Нетти все равно. В голове слишком много мыслей. Они съедали её, мешали говорить, отчего слова застревали в горле и вырвался лишь сиплый хрип. Тревожные думы мешали мышцам расслабиться и потихоньку разрушали нервы. Сердце трепетало и билось, словно невольная птица в клетке. Вот, она изумляется — раньше спокойно свободно летала, разрезая облака крыльями, а сейчас вдруг заперта в тесной ловушке. Цветные перья тускнеют, глаза наполняются болью, крылья ломаются от постоянных ударов о хлипкое железо. Такая птичка больше не «мимимишная». И хозяева выкидывают её. Но крылья не распахиваются. И птица падает. Из снов в реальность. Она уже не любит воздух, не чувствует запаха свободы. Она умерла внутри, а теперь погибнет оболочка. Так глупо. Так смешно. Птица, погибшая из-за удара о землю.       Холодные глаза на секунду показывают то, что творится в душе — страх и боль. Время говорит о том, что сегодня Нетти попадет в сказку. Крики матери о том, что до урока десять минут заставляют вернуться к реальности. До ужаса пугающей.       Мари вздыхает и приглаживает волосы, хватая розовый портфель, который сейчас вдруг кажется тошнотворным, ядовитым. Отвратительным. Как и ситуация, в которую попала девушка. Толстая книга в коричневой обложке летит в бездну рюкзака. Противная надпись « Чудесные» окутывается мраком теней. Дюпен — Чен кривится и быстро закрывает сумку, оглядываясь по сторонам. Она ничего не забыла? Ах, да, точно! Тикки!       Маленькая квами лежала на плюшевом медвежонке рядом с кроватью. Она совсем не походила на продавца книжной лавки, которого Мари видела совсем недавно. Высокая девушка с длинными красными волосами до задницы и голубыми лучистыми глазами, разодетая в белый, чёрный и алый, теперь стала небольшим существом, голова которого была больше, чем тело. Маленькие лапки, антеннки, торчащие из головы, и крылья за спиной. Лишь огромные голубые глаза, светящиеся добротой и пониманием, остались прежними. Ученица верховного мастера сладко спала и даже не думала о том, что бы проснуться. Для Маринетт это было даже слишком странно. — Тикки! Тик! Тик! Ты как? — изумилась брюнетка, тыкая в квами пальцем. Но та не шелохнулась. Изумленная Дюпен — Чен аккуратно взяла красное существо на руки и положила его в сумку.       Выдохнув, она собралась с силами и покинула комнату. Мисс Чен долго причитала по поводу того, что Мари слишком сильно любит спать. Дочь лишь закатывала глаза, доедая круассан и убегая в колледж. Который, кстати, был очень близок. Многие удивлялись — мол, живёт в трёх шагах от школы и постоянно опаздывает. Ну, здравствуйте! Это Мари.       Серые стены встретили Маринетт равнодушным взглядом, медленно прокладывая дорогу до класса. Все ученики уже в кабинетах, звонок был три минуты назад. И если у каких — то аудиторий были открыты двери — десятки глаз провожали брюнетку насмешливыми взглядами. Собственные одноклассники пропустили смешки, увидя девушку. Учителя как обычно закатывают глаза и говорят ей сесть. Та послушно двигается к последней парте, по дороге спотыкаясь. Как обычно послышался смех.       Дюпен — Чен все равно. Она плюхается за стул, двигает его чуть ближе к парте и достаёт учебники, разглядывая пейзаж за окном. Серые тучи, клубящиеся в небе, пускающие устрашающие тени. Постепенно, лучи солнца померкли. Взволнованные парижане достали зонты. Мари улыбается. Глупые. Как можно не любить дождь? Эти шелковые капли, стекающие по телу. Эти лужи, в которых отражается пейзаж. Этот запах, парящий в воздухе. В подтверждение мыслей брюнетки по стеклу забарабанил дождь.

***

      На последнем уроке довольная историчка потерла ладони друг о друга и злобно захихикала, говоря что — то себе под нос. Она раздала листочки с самостоятельной, которая оказалась такой сложной, что Мари в очередной раз пожалела, что родилась. Десять минут ей катастрофически не хватало. Учитель быстро собрал работы и продолжил нудить, в последние десять минут давая задание.       Дюпен — Чен, разумеется, на него забила, решая почитать книгу. Все лучше, чем составлять ленту времени. Сказка, обтянутая коричневой толстой обложкой. Счастливые лица Хлои и Адриана, танцующих на балу, вновь резали брюнетке глаза. Она открыла тридцатую страницу и… — Маринетт Дюпен — Чен! — кричит «колобок», — это что ещё такое? На уроках запрещено заниматься посторонними делами! Неужели тексты об истории вас не вдохновляют? — шипит она, ударяя ладонью по столу.       Предметы подпрыгивают на старенькой доске. Сочувствующие взгляды одноклассников пронзали скрюченное тело. Потому что ИСТОРИЧКУ злить нельзя Звенит звонок и все магическим образом исчезают. Лишь хриплое дыхание учителя, от которого несло перегаром и анальгином. Мари сглатывает и чувствует тошноту, подступающую к горлу. Сердце бьётся слишком сильно. Слишком быстро. Руки дрожат, ноги подкашиваются. 00:00:55       Гласит время. Мари не сводит взгляда с преподавательницы. По коже несутся мурашки. — Двойка! Очередная! На четверку в полугодии можете не рассчитывать, мисс! — шипит колобок, размахивая руками, — и что такого может интересовать вас больше, чем история? — Все… — шепчет брюнетка, надеясь, что её не услышат. Напрасно. — Чтооооооо? Ну знаете! — женщина протягивает руки к книге. — Неее…- вскрикивает брюнетка, но поздно. Корявые пальцы сжали корешок сказки. В ту же секунду книга издаёт мощную красно — чёрную волну, откидывающую учителя на несколько метров. Та замирает в воздухе. Книга подражает её примеру и светится, раскрываясь. Страницы перелистываются очень быстро, словно неистовый ветер треплет пожелтевшую бумагу. — Быстрее! Спрячься! Я могу удерживать транспортировку только пять минут! — кричит Тикки. Она подлетела в воздух и расставила лапки в стороны, поднимая голову. Её окружило красное свечение. Мари судорожно кивает и хватает книгу, еле как стаскивая её с места. Та падает в руки брюнетки. 00:04:23       Дюпен — Чен несётся по лестнице. Все люди рядом с ней застыли, словно время остановилось. Но голубоглазую это не волновало. Она бежала по лестницам, спускаясь на первый этаж. Пробиться сквозь замершую толпу было очень сложно. Их невозможно было продвинуть или толкнуть — только обойти. 00:02:13       Брюнетка сглатывает, пробиваясь сквозь учеников. Пол первого этажа очень скользок — ноги разъезжались и подвешивались, еле как позволяя двигаться. Вот, двери туалета совсем близко. Нетти тянет на себя дверь, но та поддается лишь на пару сантиметров — девушка, которая словно приросла к полу, стояла совсем рядом со входом. Дюпен — Чен теряется и не знает что делать. 00:00:02       Выход только один. Брюнетка кидает книгу в уборную, даже не видя того, куда та летит. Она чувствует, как ватные ноги растворяются в красно — чёрных искрах. Пальцы следуют их примеру. Вот, Мари закрывает глаза и исчезает.       Время вновь начинает течь. Люди закопошились и побежали домой. Изумленная Джин, стоящая в туалете, видит как невесть откуда появившаяся книга летит вперёд и ломает окно, падая на улицу. Она съеживается и трёт глаза, изумляясь, не видя за своей спиной одинокую красную искру, тающую, словно пламя во время дождя.       Преподаватель истории открывает глаза. Она стоит на полу и не помнит, что произошло последние пять минут назад. Изумляясь, женщина встаёт и сваливает все на плохое самочувствие. Обмороки у неё уже случались. Но уж точно не по такой причине…