Часть 2. Спальня Джейса.
4 декабря 2017 г., 23:09
Когда Кларисса вошла в спальню Джейса, пряча что-то за спиной, было немногим больше десяти вечера. В назначениях в ночные патрули их имён не значилось, а, значит, вечер обещал быть их и только их. Клэри ногой закрыла дверь, освободив одну руку, не глядя назад, повернула ключ в замке и бросила беглый взгляд на стену, где ещё утром рисовала руну бесшумности - та всё ещё чернела на деревянной поверхности, не израсходовав весь свой магический потенциал. Джейс полулежал на кровати и смотрел что-то в телефоне,- и спустя мгновение ему на колени плюхнулся толстый талмуд о средиземноморских травах, как раз из той секции библиотеки, где они были сегодняшним утром.
— Расплата, Уэйланд, - ухмыльнувшись, отозвалась Клэри, нарочно манерно растягивая слова. — Раз уж ты сегодня нагло прервал моё обучение, придётся навёрстывать, - губы растянулись в сладкой улыбке, не сулившей охотнику ничего хорошего.
— Будешь читать мне вслух, начиная с первой главы. А по окончании каждой из них, возможно, тебя будет ждать награда. Смотря, как будешь справляться, - должно быть, когда Джейс поднял на Фрэй глаза, он подумал, что она шутит, но если он присмотрится повнимательнее... На Клэри была тонкая, едва ли не светящаяся пижама нежно-розового цвета, состоявшая из коротких шортиков и майки с изображением единорога. Охотник уже видел её на ней когда-то. Но теперь кое-что изменилось: если он приглядится получше, то, возможно, сразу заметит, что сейчас на ней отсутствовало нижнее бельё. Совсем. Лишь тонкая майка и не менее тонкие шорты, и больше ничего. Разве он не этого хотел, забирая у неё кое-что и кладя в свой карман?
— Подвинься, тут прохладно, - и вроде бы безобидное предложение, но ведь они оба знали, насколько мучительно дастся Джейсу нечто подобное? Кларисса на то и рассчитывала.
***
Вскоре охотник осознал, что именно было у нее на уме в качестве мести. Но не сразу. Когда Клэри возникла на пороге его комнаты в тонкой пижамке, явно надетой на голое тело, последнее, о чем Уэйланд мог думать, так это о ее коварных планах мести. Время еще было детское, и, тем не менее, те, кто участвовал сегодня в патрулировании улиц, уже покинули Институт. К счастью, им сегодня не выпала такая честь, и если бы раньше Джейс наверняка расстроился, то сейчас он был несказанно рад провести лишний вечер в Институте по вполне понятным причинам. К тому же, дежурство пока что протекало весьма скучно и без приключений, о чем свидетельствовал поток смс от Изабель, на которые светловолосый уже устал отвечать. В отличие от нее, Алек писал только по делу, и такой подход нравился Уэйланду гораздо больше. Он был не слишком большим поклонником всех этих современных технологий, сообщений и прочих штучек примитивных в отличие от Иззи, которая проникалась к новшествам техники и социальным сетям все больше и больше.
Стоило Клэри появиться у него в комнате, запирая за собой дверь, как Джейс тут же забыл про телефон, быстро откладывая его на прикроватный столик, окидывая удивленным, но, безусловно, заинтересованным взглядом рыжеволосую. Обычно они оставались у нее в комнате, и в скором времени он как раз думал пойти к ней, но Кларисса его опередила.
— Расплата? – Джейс с легким недоверием картинно изогнул бровь, опуская взгляд на толстую книгу, плюхнувшуюся на кровать рядом с ним. Зачем им книга? Она же несерьезно? — «Средиземноморские травы и их целебные свойства»? – прочитал название охотник, тут же смутно вспоминая, что именно эту книгу он и использовал как предлог, чтобы выманить Клэри с кухни и заманить в библиотеку. Стало быть, книга выбрана неслучайно. — Ты хочешь, чтобы я всю ночь читал тебе вслух? – пытаясь передать, насколько абсурдным звучало уже само по себе это предложение, воскликнул Уэйланд. Судя по решительному выражению лица, Клэри не шутила, явно наслаждаясь его реакцией и грядущей перспективой. Впрочем, слово «награда» вселяло некоторую надежду, но что-то подсказывало, что и здесь все будет не так просто.
— Ладно, и какой же будет награда? – воодушевившись, поинтересовался молодой человек, уступив Фрэй место на кровати, подвинувшись вбок. Пока что она всего лишь сидела рядом, касаясь плечом его плеча, но по его спине уже пробежал легкий холодок, не говоря о том, что воображение готово было пуститься в пляс, воодушевленное тонкой тканью пижамы и отсутствием под ней нижнего белья.
— Так, посмотрим, что у нас здесь, - Джейс небрежно открыл книгу, пробежавшись глазами по первой странице. — Ты не могла выбрать что-нибудь поинтереснее? «Искусство войны», например. Тебе бы тоже было полезно его почитать. Суть этой книги в том, что средиземноморские травы полезны, о чем можно было столько писать? – светловолосый недовольно нахмурился, заглядывая на последнюю страницу с цифрой 634.
— Глава первая. Шалфей лекарственный, - возвращаясь к началу, прочитал Уэйланд. — Шалфей лекарственный – травянистое растение или полукустарник высотой до 75 см. Препараты из надземной части (листья и цветы) шалфея лекарственного обладают дезинфицирующим, противовоспалительным, вяжущим, кровоостанавливающим, мягчительным действием, уменьшают потоотделение… - монотонно и быстро начал читать охотник, надеясь в скором времени добраться до конца главы.
***
Если её брат думал, что ему с рук могут сойти такие вольности и дерзости, которые он проделал утром, он плохо знаю свою младшую сестру. Пусть они не так давно узнали о существовании друг друга - всего каких-то несколько месяцев назад - но Фрэй была явно не из тех, кто пускает произошедшее на самотёк. И дело было вовсе не в том, что ей не понравилось... Конечно, ей очень понравилось, и надо признать, что в чём-то Джейс был прав, и адреналин и столь близкое чувство опасности делали их близость ещё более яркой, удивительной, острой и, вне всяких сомнений, запоминающейся. Но сколь бы хорошо Клариссе не было там, в библиотеке, тот ужас и страх, что она пережила непосредственно «до», а затем и в процессе, так же забудутся не скоро. А ещё Уэйланд соврал ей, и обманом заманил в свою ловушку - вот чего-чего, а пусть такой безобидной, почти невинной лжи она точно не забудет.
Конечно, можно было бы разобидеться, устроить охотнику бойкот, лишить его своего общества на ближайшую ночь, например, но это было бы слишком тривиально, да и к тому же сама рыжеволосая не хотела проводить сегодняшнюю ночь без брата. Другое дело, что на их времяпрепровождение у неё были другие планы. Наказание, что она придумала для молодого человека, было куда более жестоким и трудным, чем банальный игнор и обиды, и Фрэй прямо гордилась своей изобретательностью, не преминув довести всё до совершенства, вплоть до мельчайших деталей. Ведь выбор пижамы, отсутствие нижнего белья - всё это было неслучайно.
— Расплата, - кивнула Клэри, с удовольствием отмечая реакцию брата. — Она самая, ты забыл, что я обещала тебе в библиотеке? Я слов на ветер не бросаю, - продолжая сладко улыбаться, отозвалась рыжеволосая. Уэйланд уже потянулся к книге, зачитав название вслух. Разумеется, он понял, почему была выбрана именно это книга. — Возможно, не всю ночь, а пока я не захочу спать, - мстительно добавила Фрэй, словно бы прозрачно намекая на то, что сегодня охотнику не на что рассчитывать. Только чтение, а потом здоровый, крепкий сон до самого утра. В голосе Джейса слышались нотки удивления и недоверия, кажется, он в самом деле считал идею невозможной с точки зрения исполнения, да и книга была, мягко говоря, не сильно увлекательной.
— По окончании каждой главы, тебя будет ждать... - Фрэй закусила краешек нижней губы, будто бы раздумывая над ответом, но на деле он был заготовлен заранее. — ... один поцелуй. Всего лишь один поцелуй. Если ты будешь хорошо читать, конечно же, - поспешила добавить рыжеволосая, едва ли не рассмеявшись от того, как вытягивается лицо брата, и как расширяются от потрясения янтарные глаза. Он всё ещё считал, что она несерьёзно? Что ж, самое время поверить в то, что она исполнит свои угрозы и выполнит обещания. Молодой человек пододвинулся на кровати, освобождая ей место, и Клэри опустилась рядом, вытягиваясь во весь рост. Спустя мгновение она перевернулась на бок, прижимаясь к телу Джейса и по привычке закидывая одну ногу на него, чуть выше бедёр - её излюбленная поза, когда они спали вместе. Клариссе так нравилось чувствовать тепло Джейса, что инстинктивно она стремилась к максимальному контакту их тел: чем больше они могли соприкасаться в разных его частях, тем лучше. Но сейчас и в этом был тонкий расчёт: Уэйланд уже наверняка почувствовал сквозь тонкую ткань пижамы, как медленно начинают твердеть её соски, как постепенно напрягаются мышцы пресса и низа живота. Медленно и неспешно. Фрэй пыталась выглядеть расслабленной и непринуждённой, но тело так или иначе почти моментально среагировало на столь опасное соседство, постепенно пробуждаясь. Пожалуй, и это было к лучшему: так старшему брату будет ещё тяжелее сосредоточиться.
— Между прочим, средиземноморские травы входят в состав большинства сильнодействующих настоев и мазей, и если я хочу освоить целительство, не помешает это запомнить, а до «Искусства войны» я как-нибудь дойду, - благодушно пообещала Фрэй в то время, как Уэйланд почти в отчаянии уставился на цифру 634 на последней странице книги. Да, книга в самом деле была внушительных размеров, но к счастью для некоторых, главы здесь были не очень длинными: по одной на каждое растение, и каждая глава занимала от 1 до 5 страниц. Джейс начал читать, но очень скоро Клэри поняла, что у него на уме и поспешила прервать его:
— Но-но-но! Так не пойдёт, ты очень быстро читаешь и совсем без выражения, я едва ли улавливаю суть, - капризно проговорила рыжеволосая, отстраняясь от плеча охотника, к которому она только что прижималась щекой.
— Помедленнее и с чувством, иначе никакой награды, а сразу перейдём ко второй главе, - Клэри заглянула охотнику в глаза, улыбаясь одними уголками губ.
Ты всё ещё думаешь, что она шутит, Джейс?
***
Поцелуй в качестве награды звучал, конечно, неплохо, но недостаточно хорошо, чтобы посвятить чтению грядущую ночь. Причем, не всю ночь, а лишь ее часть, ведь спать-то тоже когда-то надо, а учитывая, что это время можно провести с куда большей пользой и удовольствием, становилось еще обиднее.
— Если это будет поцелуй в щеку, в лоб и прочие целомудренные нежности, я пас, - сварливо отозвался охотник. Безусловно, любой поцелуй, оставленный Фрэй на его теле, был по-своему прекрасен, но, когда в приложение к этому шла наискучнейшая книга, которую только можно найти в их библиотеке, очарование некоторых нежностей несколько меркло. Если уж мучиться, то надо быть уверенным, что награда того стоила. С другой стороны, а был ли у него выбор? Джейс глубоко вздохнул, мысленно набираясь терпения и пытаясь навскидку оценить настрой Клариссы: выглядела она крайне решительно, так что о компромиссе придется забыть. Но и он был не из тех, кто начнет ныть или откажется принять вызов, поэтому напустив на себя как можно более невозмутимый вид, Уэйланд ответил:
— Ладно, если это то, чего ты хочешь, - светловолосый пожал плечами, как бы невзначай намекая, что если ему и придется не просто, то явно не ему одному. Обычно его присутствие, тем более в такой обстановке, где они были одни и не совсем одеты, весьма однозначным образом влияло и на Клэри.
Казалось бы, она не делала ничего такого, чего не делала раньше, но в то же время Джейс не мог отделаться от мысли, что Фрэй явно неспроста поспешила подвинуться ближе к нему, закидывая ногу чуть выше бедра, тесно прижимаясь к его телу. Когда они спали, подобная близость ощущалась совсем иначе, на инстинктивном уровне, но сейчас все приобретало несколько иные тона. Уэйланд напрягся, чувствуя через тонкую ткань майки ее тепло, округлые контуры ее груди и через несколько минут, показавшихся одним мгновением – ее твердеющие соски. Какую бы пытку она ни хотела для него устроить, происходящее тоже давалось ей не так-то просто. Впрочем, внешне Клэри выглядела вполне непринужденно, во всяком случае, у нее очень хорошо получалось делать такой вид. Джейс поспешил последовать ее примеру, усилием воли переборов спонтанный порыв устроиться поудобнее – внезапно ему стало несколько некомфортно, почти неуютно, но, к счастью, на нем были не джинсы, а свободные трикотажные штаны, но и они не умаляли пикантности всей ситуации. Клариссе необязательно знать, что ее маленькая пытка еще только началась, а ему уже приходится прилагать усилия, чтобы пережить ее до конца. Уэйланд так и остался сидеть неподвижно, невозмутимо положив книгу на колени, хотя с такого расстояния читать было куда менее удобно, даже учитывая его хорошее зрение.
— Как можно это вообще читать с выражением?! – возмутился охотник, с недовольством покосившись на картинку «шалфея лекарственного», сопровождающую кучу нудного текста. — Это же тебе не пьеса. Я бы посмотрел на тебя, когда будешь читать мне с выражением «Записки о Галльской войне», - на самом деле Джейсу было жалко тратить их совместное время, которого у них и так оставалось не так уж и много на воспоминания Юлия Цезаря, но сказать для красного словца нечто подобное непременно стоило. — Впрочем, придется подождать, пока ты выучишь латынь. Кстати, я бы мог давать тебе уроки, - недвусмысленно улыбнулся охотник, прежде чем вынужденно вернуться к главе о шалфее. — Итак, шалфей… Шалфей применяют в виде отвара или настойки — как вяжущее и антисептическое средство. Ингаляции отваров или ароматерапевтическое эфирное масло рекомендуют при воспалении дыхательных путей… - продолжил читать молодой человек. Декламировать подобный текст с выражением было действительно непросто, но в этот раз Джейс постарался выдерживать нужные паузы, обращая внимание на запятые и прочие знаки препинания. Так продлилось ровно пять с половиной страниц, пока глава не закончилась на чудодейственных свойствах эфирных масел шалфея. Признаться, Клэри оказалась права: когда читаешь вдумчиво и с расстановкой, волей-неволей воспринимаешь содержимое, даже несмотря на то, что с каждой минутой, проведенной в тесной близости с рыжеволосой, мысли охотника были все дальше и дальше от лекарственных трав.
— Первая глава пройдена, - для ясности объявил Уэйланд, поворачиваясь к Клэри, явно требуя свою награду, которая она пока не спешила ему дать. Джейс медленно опустил ресницы, чуть приоткрыв губы, подвинувшись еще чуть ближе, почти соприкасаясь лбом с Клариссой.
***
Клэри никогда не была жестоким человеком, но, кажется, то, что она собиралась сделать, как раз можно было бы назвать жестоким, бессердечным и поистине изнуряющим. Но кто в этом виноват, позвольте спросить? Джейс первый начал играть в эти игры ещё за завтраком, на глазах у других нефилимов, затем продолжил в библиотеке и, чего он, собственно, ожидал? Он не послушал её, не посчитался с её интересами, и неважно, что в конечном итоге ей всё понравилось, сути дела это не меняло. Их вечер только начинался, и если брат думал, что сможет легко отделаться от того, что она ему приготовила, он ошибался.
— Как я уже сказала, всё зависит от того, как хорошо ты будешь справляться с поставленной задачей, - назидательно, напуская на себя строгий вид, проговорила Фрэй. Было непросто оставаться невозмутимой, когда охотник закипал на глазах и было отчётливо видно, каких усилий ему стоило сдерживать свои гневные порывы. Кларисса замолчала, исподлобья наблюдая за братом: сорвётся или нет? Но, видимо, гордость не позволяла отказать сестре в таком небольшом, но опасном челлендже. Конечно же, Уэйланд был из тех, кто не соревновался, потому что так или иначе выигрывал, как он считал. Но у Клариссы было иное, отличное от его, мнение, и она очень хотела доказать ему это.
— Да, хочу, обожаю целебные травы, - отшутилась рыжеволосая, сделав вид, что не расслышала никаких намёков в словах охотника. Да, им обоим будет непросто, но, вне всяких сомнений, старшему брату будет тяжелее, уж в своей выдержке она была более-менее уверена, а вот в его...
Она явно ощутила, как напряглось тело Джейса, стоило ей устроиться подле его бока, тесно прижимаясь к нему, но, как и следовало ожидать, он попытался оставаться невозмутимым, будто происходящее его волновало ничуть не больше, чем шалфей лекарственный.
— О, тебя может удивить, насколько я могу быть выразительной. Как-нибудь почитаю тебе вслух эти записки, - воодушевлённо пообещала рыжеволосая, едва сдержав приступ смеха. — Ах, вот значит как, я недостаточна образована для вас, мистер совершенство? - с усмешкой парировала Кларисса. — Но кое-что я всё же знаю, например, что «Клэри» с латыни означает «шалфей», так что ты ещё удивишься, насколько я быстро учусь, - раз брат переходил почти в открытое нападение, значит, происходящее задевало его куда сильнее. Фрэй заёрзала на месте, желая устроиться поудобнее - тонкая майка задралась до уровня живота, но Фрэй и не думала её поправлять. Зато охотник мог ощутить тепло её тела ещё острее, ближе, жарче. Кларисса сделала глубокий вдох, и их тела соприкоснулись теснее, словно ни единого миллиметра между.
— Боюсь, если ты будешь моим учителем, в изучении латыни мы не продвинемся, - хмыкнула нефилим, на мгновение представив, чем они будут заниматься под этим благовидным предлогом. Латынь вогнала в скуку и куда более упорных людей, а зная страсть Джейса отвлечься на что-то, исход был очевиден.
Молодой человек продолжил читать, и на этот раз речь его была более выразительной, ласкающей слух: Джейс соблюдал все паузы и знаки препинания, и до Фрэй доходило каждое слово, и, как ни странно, оно откладывалось где-то там, на подкорке. Что ж, а такой способ учиться ей даже нравится! Может заставить брата все книжки читать ей вслух? Первая глава подошла к концу, на последних словах голос Уэйланда почти дрогнул в триумфе, и Кларисса не смогла сдержать улыбки. Какой же он всё-таки!..
Светлые ресницы дрогнули, а губы чуть приоткрылись, и Клэри не смогла ему отказать, приподнимаясь на локтях и дотягиваясь до его губ. Одна её рука опустилась на шею молодого человека, нежно перебирая пальчиками в то время, как губы накрыли губы Джейса. Поначалу поцелуй вышел нежным, чувственным, но вот проворный язычок Фрэй скользнул глубже, настойчиво раздвигая губы Джейса, а пальцы опустились на шею, крепче обхватывая её сбоку там, где бился пульс. Она чувствовала, как он бьётся и вибрирует под кончиками её пальцев, и это... сводило с ума. Всё ещё опираясь на одну руку, Кларисса подалась вперёд, вжимаясь в тело старшего брата. В ушах зашумело... Так, шалфей лекарственный, шалфей лекарственный...
Фрэй почти заставила себя отпрянуть от охотника, облизывая чуть распухшие от такого страстного поцелуя губы.
— Читай вторую главу.
***
Иногда Джейс в действительности считал себя если и не мистером совершенство, то явно близким к этому венценосному статусу. Помимо отличных физических характеристик, он и правда был дальновидным стратегом, обладал хорошей памятью, имел неплохие способности в том числе и по части иностранных языков. Как правило, латынь всегда давалась сложнее любых других языков ввиду своей архаичности и неспособности воспроизвести полученные знания в живой речи, но на уровне чтения книг у Уэйланда с ней проблем уже не возникало. Кто бы знал, сколько времени он потратил над теми же «Записками о Галльской войне», выписывая каждое незнакомое слово, указывая склонение или спряжение глагола, падеж, число и прочие характеристики нужной части речи. Валентин всегда крайне скрупулезно проверял «домашние задания», не упуская ни единого нюанса, а если Джейс пытался схитрить или ленился, то впору ждать наказания. Собственно, нефилим и не думал на что-то жаловаться, леность должна быть наказана, и теперь он знал «Записки о Галльской войне» от корки до корки, так что было чем блеснуть.
— Я буду ждать с нетерпением, - искренне пообещал охотник, предвкушая, как Фрэй в пижаме на голое тело будет читать ему на латыни, да еще и с выражением. Не факт, что они продвинулись бы дальше первой главы, но он ведь и так знает, чем все закончился с галлами и Цезарем, так что не велика потеря. — Неплохие познания для новичка, - покровительственным тоном продолжил Уэйланд, согласно кивая. На самом деле порой трудно было скрыть восхищение, которое он испытывал всякий раз, осознавая, как быстро Клэри схватывает многие вещи. Дело даже не в латыни или приемах ведения ближнего боя. Она столько лет провела вне Сумеречного мира, но окунувшись в него с головой, настолько быстро стала его частью, словно и не было всей этой жизни в мире примитивных, когда ничто не предвещало беды. Она и была создана для жизни здесь, рядом с ним, но все же, несмотря на свое предназначение и скрытые таланты, ни один человек не может так быстро восполнить пробелы длиною в годы – Уэйланд это понимал, что и вызывало еще большее уважение по отношению к успехам и маленьким победам рыжеволосой.
— Ты умеешь удивлять, - во многом эта фраза касалась и сегодняшней ночи. Джейс, конечно, ожидал мести, но и представить себе не мог, что Клэри окажется столь изобретательной и коварной, чтобы придумать подобное испытание для его выдержки и силы воли. Более того, во всем читалось нечто символичное: книга была выбрана неспроста, да и отсутствие нижнего белья вроде как было продиктовано его собственными желаниями, но подано в несколько ином виде. Уэйланд мечтал о подобном явно предвкушая, что сможет не просто знать и чувствовать, но сможет и прикоснуться к прекрасному, что пока для него находилось под запретом.
— Ты не веришь в мой профессионализм? – нахмурился светловолосый, явно пытаясь придать себе вид оскорбленной невинности, что просто не клеилось к хитрому взгляду янтарных глаз и легкой полуулыбке, по-прежнему не покидающей пухлые губы. Фрэй, конечно, права, вряд ли бы они сильно продвинулись в изучении латыни, если бы она пришла к нему в таком виде. В отличие от сестры, Джейс едва ли захотел бы играть во все эти пытки и испытания силы воли, а если бы и захотел, то на многое его бы не хватило, он и сам это прекрасно осознавал.
Тем временем, когда первая глава подошла к концу, настало время получить желанное вознаграждение. Уэйланд не думал, что Кларисса посмеет его обмануть, но от нее впору ожидать чего угодно: она могла просто невзначай коснуться его губ, отстраняясь с милой и невинной улыбкой, с нее станется. Но нет. Несмотря на обманчивую нежность и мягкостью первых прикосновений ее губ, поцелуй быстро набрал обороты. Джейс не смел пошевелиться, позволяя Фрэй сыграть главную роль, сдерживаясь из последних сил, чтобы не навалиться на нее весом своего тела, опрокидывая на кровать, заставляя забыть про все глупые лекарственные травы и книжки на ночь. Тогда игра будет слишком рано проиграна, толком и не начавшись. Не выдержав, Уэйланд подался вперед, обнимая рыжеволосую за талию, прильнув навстречу ее телу, крепче прижимая ее к своей груди, позволяя ладоням скользнуть выше, мягко поглаживая спину. Стоит ли говорить о том, что тело весьма однозначно отреагировало на подобные объятия, крайне воодушевившись неожиданной, тесной близостью. Те, кто считают, что все хорошо, что хорошо заканчивается – не правы. Поцелуй был хорош, и он закончился, в чем не было абсолютно ничего хорошего. Клэри отстранилась, тяжело дыша и медленно облизывая припухшие, раскрасневшиеся губы, заставляя его сердце споткнуться и пропустить удар. Джейс прерывисто дышал, впившись потемневшим взглядом в Клариссу, по-прежнему не веря свои ушам. Вторая глава? Не то, чтобы он надеялся на иной исход, но хотелось верить в лучшее.
— Ты серьезно? – оторопело переспросил Уэйланд. Книга соскользнула с его коленей, и как же не хотелось ее поднимать. Джейс почти с неприязнью уставился на толстый том, с тяжелым вздохом потянувшись за книгой. Он был не из тех, кто умоляет или просит, во всяком случае, пока Уэйланд не мог представить обстоятельства, когда он будет вести себя подобным образом. Так что как бы ему ни хотелось продолжить то, на чем Фрэй их так жестоко прервала, пока гордость перевешивала.
— Глава вторая. Иссоп, - хрипловатым голосом начал светловолосый. — Иссоп? Что за название? Похоже на простой подснежник, - растение на картинке в действительности несколько напоминало подснежник, но разве что на первый взгляд. Белые продолговатые соцветия, но листья были совсем другими. — О, он еще и фиолетовым бывает, - мрачно отметил Джейс, рассматривая картинку ниже. — Ветвистый полукустарник высотой 20—80 сантиметров. Ну да, по картинке же непонятно, что это кустарник, - начал комментировать охотник. — Стебли многочисленные четырёхгранные, у основания одревесневающие, коротко опушённые или почти голые. Опушённые, - Уэйланд хихикнул, явно смакуя последнее слово. — Чашечка светло-зелёная, обычно с одной стороны фиолетовая. Венчик двугубый, синий, фиолетовый, реже розовый или белый. Четыре тычинки заметно выдаются из венчика, - на «двугубом венчике» он снова не удержался, на этот раз мягко и задорно рассмеявшись, почти нечленораздельно прочитав про тычинки, сдерживая улыбку, как будто ему снова пятнадцать лет, а слова про пестики и тычинки навевают весьма однозначные ассоциации. В сущности, мальчики вообще взрослеют позже, да и воображение у них местами живее. В общем, глава выдалась веселой. Джейс то и дело хихикал над «орешковидными плодиками» или многозначительно улыбался на строчках «возбуждает аппетит».
***
В отличие от Джейса Клэри игра нравилась. Более того где-то в глубине души она боялась, что охотник попытается саботировать её условия, и она бы покривила душой, если бы сказала, что у него нет на это шансов. Как минимум с позиции силы Уэйланд, как и утром в библиотеке, мог диктовать свои условия. Он мог опрокинуть её на спину или просто крепко обнять, прижав к себе и не позволив отстраниться, тем самым нарушая установленный в воображении Фрэй ход игры. Рыжеволосая знала обо всём этом, но очень надеялась на то, что в данном случае сработает другое, весьма сильное качество, жившее в молодом человеке: он обожал вызовы и не мог позволить себе проиграть, уступив какой-то там девчонке. Пусть он и был влюблён в «эту девчонку» без памяти. Кларисса не прогадала и здесь: она успела достаточно узнать охотника, чтобы пытаться сыграть не только на его слабостях, но и на достоинствах и даже не недостатках. Желание быть во всём первым и побеждать - похвально, вызывает восхищение и уважение, а также одобрение со стороны окружающих, но, как правило, где-то рядом присутствуют и такие качества, как гордость и даже гордыня.
Фрэй готова была поклясться, что видит, как на прекрасном лице Джейса ведётся самая настоящая борьба за выбор, который на самом деле был предрешён заранее. Уэйланду уже было непросто, но ещё сложнее ему было бы уступить сразу, давая понять, что он не выдержит и главы подобных мучений, уготованных ему девушкой. Признаться, наблюдать за его терзаниями было приятно. В особенности после того, что заставил он испытать её утром, когда в библиотеку зашли Мариз и Изабель Лайтвуд. Клэри было бы почти жалко Джейса, если бы не мстительное злорадство, теплом разливающееся в груди. Или это было не злорадство, а вкус власти? Сейчас Фрэй владела ситуацией чуть более, чем полностью: если охотник победит её при помощи физической силы, это будет равносильно поражению, ведь на самом деле он проиграет. И они оба это понимали. Пожалуй, ещё никогда вкус собственного триумфа на губах не был столь сладок: нефилим и не думала, что в ней это есть до настоящего момента.
— Стараюсь, - хитро улыбнувшись, отозвалась девушка. Интересно, Джейс уже осознал, что и это был не предел, и она в самом деле сможет удивить его ещё больше? В том числе сегодняшней ночью?
— Скорее в твою выдержку, - парировала Фрэй. — Я припоминаю, чем обычно заканчиваются наши тренировки или занятия, так что нечего тут строить из себя оскорбленную невинность - с усмешкой продолжала рыжеволосая.
— К тому же тебе не идёт, - с трудом отрывая взгляд от губ охотника, Кларисса встретилась с Джейсом взглядами. Впрочем, хитрый прищур янтарных глаз тоже несколько выбивал из колеи, мешая сосредоточиться на том, за чем она, собственно, сюда пришла.
Рыжеволосая и сама от себя не ожидала, что первый поцелуй выйдет вот таким: страстным, настойчивым, глубоким, сводящим с ума и дающим волю рукам. Клэри вновь сама себе не принадлежала, хотя казалось бы, что ситуацию контролирует теперь она, а не Джейс, но, видимо, охотнику и делать особо ничего не нужно было, чтобы выбивать почву из-под её ног, заставляя терять голову. Молодой человек обнял её за талию, прижимая к себе, и теперь они оба могли насладиться той самой тесной, непримиримой близостью, которой мешала лишь тонкая ткань пижамы Фрэй, да футболка Уэйланда. Но молодой человек мог прочувствовать все нежные изгибы тела девушки - хлопковая, едва ли не светящаяся, ткань майки ничего не скрывала. На мгновение нефилим испугалась, что Джейс не даст ей отстраниться, но когда она отпрянула, он не стал её останавливать. Охотник был в смятении, тяжело дышал и нервно сглатывал: видимо, он не до конца верил в то, что Кларисса в действительности прервала их поцелуй и заговорила про вторую главу.
— Абсолютно серьёзно, - с трудом совладав с собой, подтвердила Клэри. Но благо, голос почти не дрожал. — В книге около сотни растений, столько же и глав. Сегодняшний план охватить примерно...ммм... - рыжеволосая задумалась, будто бы прикидывала в уме «учебный план». Книга соскользнула с колен охотника, что он даже не успел её подхватить, настолько был поражён тем, что Фрэй ему говорила. Если до этого он не верил в серьёзность её намерений, то, видимо, сейчас прочувствовал в полной мере. — Глав 10? 15? - полувопросительно проговорила Кларисса, не желая показаться слишком жестокой, но в то же время слабой и мягкой она тоже не хотела показаться. — Да, думаю, 15 глав будет самое то. Время ещё раннее, ты всё равно ложишься поздно, проведём время с пользой, - а вот это уже было жестоко, но едва ли рыжеволосая могла удержаться. Не то, чтобы она издевалась, но как можно было устоять и не подтрунить над Джейсом, когда его лицо вытягивалось от удивления и ужаса, стоило этим словам сорваться с её губ?
Девушка вновь устроилась подле бока Уэйланда, прижавшись к нему, пока он читал вторую главу.
— Тебе что, снова десять? - недовольно осведомилась Фрэй. — Неужели пестики и тычинки до сих пор вызывают смех? - продолжала Кларисса, будто бы говоря «все мужчины, как дети». — Кто-то называл себя взрослым, - впрочем, надо признаться, что «орешковидные плодики» даже ей показались смешными, что Клэри едва сдержала рвущееся наружу хихиканье. Вторая глава оказалась немного длиннее главы про шалфей, и к тому моменту, когда молодой человек закончил, в его голосе сквозило такое нетерпение, будто бы Фрэй не просто лежала рядом, а нагло приставала к нему, совращая всякими действиями.
— Что ж, за то, что ты практически не сопротивлялся перед второй главой и не спорил... - Фрэй села на кровати, через мгновение поворачиваясь к Джейсу лицом и перекидывая одну ногу через его ноги, инстинктивно заставляя охотника вытянуть их вперёд. Книжка оказалась где-то в районе бёдер, и Кларисса совершенно без зазрения совести опустилась на колени Уэйланда чуть ниже того места, где теперь лежала книга. Она чуть сжала коленями его бёдра, и обхватив ладонями лицо молодого человека, потянулась к его губам. Как и предыдущий поцелуй, этот начался с нескольких нежных, мягких тактов, постепенно набирая обороты, и из ласкового, трепетного становясь неистовым, глубоким, беспринципным. Клэри не просто целовала Джейса, она терзала его губы и рот, позволяя своему языку скользнуть глубже, подчинить себе, заставить дрожать.
Она чуть приподнялась с колен Джейса, подаваясь вперёд и по-прежнему обхватывая лицо молодого человека ладонями, разомкнула губы.
— Третья глава, Джейс... - выдохнула Клэри в его приоткрытые губы, не спеша при этом отстраняться.
***
В каких-то вещах выдержка охотника в действительности, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Не то, чтобы каждая их совместная тренировка заканчивалась чем-то большим, чем практикой ведения ближнего боя или отработкой каких-то ударов, но соблазн был велик практически всегда. Помогало, разве что, врожденное чувство перфекционизма, не позволяющее предаться куда более приятным вещам, чем тренировка, хотя долгое время последнее тоже неизменно попадало в категорию «приятного». Джейс любил физические нагрузки, испытания, как и любил тренировки, но, когда Фрэй неожиданно оказывалась поверженной и распростертой перед ним на мягких матах, мысли о спортивных достижениях отступали сами собой. И все же, она слишком подвергала сомнению его силу воли, чем заслужила недовольный взгляд охотника – самолюбие явно было задето, пускай, и не без причин.
— Что? Десять или пятнадцать глав?! – не поверил своим ушам Уэйланд. Конечно, главы здесь были не самые большие, но учитывая, что на прочтение одной у него уходило порядка десяти минут, то на пятнадцать уйдет больше двух часов. Больше двух бесценных часов! Пытаясь перебороть своего рода внутренний крик, Джейс недоуменно уставился на рыжеволосую, пытаясь оценить, какая доля шутки присутствовала в этих словах. Он уже давно понял, какую она затеяла игру: хочет отомстить за его дерзкое поведение в библиотеке, играя на слабостях. Нечестно, Фрэй. Впрочем, играть по-честному никто из них не умел и учиться не собирался. — Нет, никаких пятнадцати глав! Ты видела, какие там дальше? Десять и не больше, - не выдержав, возмутился нефилим. Действительно, последующие главы были чуть длиннее предыдущих. Не все, правда, но глава о пурпурной наперстянке почти на десять страниц вызывала внутренний трепет и легкое отторжение. Светловолосый никогда не любил эту часть обучения любого Сумеречного охотника: долгое и нудное чтение талмудов о травах, настойках и прочей дребедени, о которой они обязаны знать. Для всего есть иратце, а что оно не может вылечить, забота магов и Безмолвных Братьев, но с Мариз или Ходжем было бесполезно спорить, как и с Клэри. Всему виной даже не тяга наверстать упущенные знания – она не смогла бы породить подобное упорство. Джейс знал, что едва не погибнув, он заставил Фрэй пройти через ад, о чем без преувеличения сожалел каждый Божий день, но толку? Она уже была одержима идеей не допустить повторения подобной ситуации вновь, пытаясь изучить любой доступный ей аспект врачевания. Бесспорно, лечебные травы были одним из самых важных, но и самых скучных, особенно ночью, и особенно когда на Фрэй не было нижнего белья, но ведь так и задумано, верно?
— Ой, да ладно, «орешковидные плодики» - это правда смешно, - отмахнулся Джейс, замечая, как старательно рыжеволосая пытается скрыть улыбку. Уэйланда так и подмывало сказать, что в определенных ситуациях у Клэри не возникало сомнений в его, скажем так, зрелости, да и вообще он был старше нее на год, но ввязываться в спор было чревато. Особенно, когда вторая глава наконец-то подошла к концу и впору было требовать своего законного вознаграждения. Судя по словам Клариссы, настроена она была крайне благожелательно, учитывая его примерное поведение, однако награда явно превзошла самые смелые ожидания, пускай, и не самые смелые мечты. Их было крайне сложно превзойти. Каким-то образом Фрэй оказалась лицом к нему, ловко устраиваясь у него на коленях. Джейс хотел отложить книжку, позволяя ей сесть повыше, но не успел – губы рыжеволосой накрыли его, даря пару обманчиво нежных мгновений, в какой-то миг полностью сменив тактику. Трудно сказать, где они «свернули» не туда, или в какую секунду произошла столь кардинальная смена настроений, но светловолосый и опомниться не успел, как Кларисса полностью завладела ситуацией, его ртом, губами – им всем. Обычно он любил проявлять инициативу, как и любил быть ведущим, а не ведомым, пару секунд назад свято веря, что просто позволяет ей себя поцеловать, ведь еще пара тактов, и все будет в его руках. Куда там. Джейс не ожидал такого напора, жажды и натиска, с каким младшая сестра терзала его губы, делая этот поцелуй не просто страстным, проникновенным, глубоким, но ненасытным, именно ненасытным. Словно ей по-прежнему было мало… Но и ему тоже. Уэйланд инстинктивно подался вперед, порывисто стискивая хрупкие девичьи плечи, тихонько постанывая сквозь поцелуй, стоило Фрэй настойчивее прильнуть к его губам, словно неосознанно пытаясь подчинить себе. На какой-то миг Уэйланд даже наивно позабыл о том, что этому поцелую не будет продолжения. Один поцелуй за одну главу, как она обещала, но как у нее вообще могло хватить силы воли остановиться? Еще мгновенье, и Клэри в действительности резко отстраняется, во всяком случае, именно так кажется охотнику, пускай, она и не совершает ни одного порывистого или быстрого движения, по-прежнему оставаясь сидеть у него на коленях. Джейса словно обдало волной жара: он чувствовал, как пылали щеки, как футболка начинала липнуть к телу, а внизу живота что-то жалобно и настойчиво ныло, всячески протестуя грядущим перспективам.
— Это какой-то вид изощренной, жестокой пытки, Фрэй, - тяжело дыша, воскликнул Уэйланд. Как же легко было ухватить ее за талию и потянуть за собой на кровать, но ведь именно такого поведения она от него ожидала? Несмотря на манящие перспективы, это означало проиграть, на что Уэйланд был не готов пойти. Во всяком случае, не в ближайшее время. С другой стороны, он мог попросить ее проявить милосердие и дать им обоим желаемое, но просить звучало еще хуже, чем сыграть на своем физическом превосходстве. Впрочем, потемневшие янтарные глаза уже почти умоляли, сколь бы их хозяин ни пытался противиться подобным порывам. Джейс не смог устоять, ерзая на кровати, тщетно пытаясь принять более удобное положение, при этом не скинув с себя Клариссу.
— Наперстянка пурпурная, - хриплым голосом огласил охотник, не видящим взглядом уставившись на страницы книги. Нет, так читать было невозможно. Если он не снимет хотя бы футболку, то сойдет с ума от удушливого жара, стремительно пробирающегося под кожу, и температура в комнате отнюдь не имела с этим ничего общего.
Отвлекшись от книги, охотник рывком стянул футболку через голову, откидывая ее вбок. Теперь ситуация осложнялась, как для Клэри, так и для него самого. Джейс уже представлял, что будет с ним твориться, стоит ей прикоснуться к все еще непривычно гладкой, лишенной рун коже.
— Вид многолетних травянистых растений семейства «подорожниковые». Стебли 30—120 см высотой, прямостоячие, бороздчатые, быть может равномерно олиственные, густо покрытые простыми и желёзистыми волосками, - начал читать охотник. Даже слово «прямостоячие» не вызвало привычного хихиканья – Уэйланд едва различал, что читает. Он старался делать нужные паузы, хотя бы из вредности пытаясь не сбиться с темпа, словно ни в чем ни бывало, что удавалось ему с большим трудом. Паузы получались длиннее, ему часто требовался дополнительный вздох, чтобы запастись дыханием для следующей длинной, витиеватой фразы. Возможно, эта глава и заняла чуть больше, чем привычные десять минут, но как бы там ни было, они показались Джейсу ужасной, нескончаемой вечностью. К концу главы он буквально чувствовал, как пара выбившихся прядей длинной челки начали липнуть к вискам, а во рту ужасно пересохло.
***
Какой бы решимостью не была преисполнена Клэри, происходящее давалось ей не просто. Было трудно игнорировать тяжёлые вздохи Джейса, взгляды из-под опущенных ресниц, его пухлые губы, которые он машинально облизывал во время чтения. Фрэй старалась не смотреть столь пристально, не акцентировать внимание на всех этих волнующих деталях, и вместе с тем ничего не могла с собой поделать. Ну, как на Уэйланда можно было не смотреть? Не вдохновляться тем, как он медленно прикрывает глаза в обрамлении пушистых ресниц, отбрасывающих кружевную тень на его точёные скулы? Или не обращать внимания на мимолётную улыбку, зарождающуюся в уголках губ? Рыжеволосая отчаянно хотела проучить охотника, но прекрасно понимала, что придуманное ею наказание, дастся непросто и ей. Но оно того стоило, не так ли?
— Если ты не хочешь лишиться вознаграждения за следующие главы, советую со мной не спорить. Пятнадцать, Джейс, и ни главой меньше, - с улыбкой отозвалась Кларисса, наслаждаясь выражением лица молодого человека. Пожалуй, когда он выглядел таким растерянным, это приводило в чувство и дарило силы на продолжение всех тех действий, что она задумала. Она заставит его страдать... в хорошем смысле этого слова, конечно же, но, по крайней мере, он сможет в полной мере прочувствовать, какого ей было утром, в библиотеке.
— Да, видела, и по моим прикидкам, если не сбавишь темпа... - Фрэй ухмыльнулась. — Мы управимся примерно за 2,5 часа, - подытожила девушка, едва сдержав смешок. Джейс был в полнейшей растерянности! И оно неудивительно, ведь они оба знали, что с выдержкой у охотника вечные проблемы, а тут предстояло сдерживать себя на протяжении двух с лишних часов! Испытание не для слабонервных, но тем оно ещё более интересно. Рыжеволосая и правда хотела узнать, на какой примерно главе у Джейса сдадут нервы, что он будет готов проиграть, признав поражение, лишь бы получить желаемое, получить её всю? Сколь бы не была Клэри невысокого мнения о силе воли Уэйланда, она делала ставку на восьмую главу. В крайнем случае десятую. Хотя бы из принципа охотник заставит себя продержаться до этого рубежа. Ну, а если нет... Клэри будет чем подтрунивать над старшим братом до конца его дней. Тоже неплохая перспектива.
Несмотря на изначально коварный посыл данного времяпрепровождения, к целебным травам Фрэй в самом деле относилась серьёзно. С недавних пор врачевание стало ей чрезвычайно интересно, и девушка ни жалела ни сил, ни времени, ни украденных у сна часов на изучение данной области знаний. Мариз до сих пор скептично относилась к тому, что Клэри проявила интерес к целительству, но всё же палки в колёса вставлять не стала, а наоборот взяла ситуацию под свой контроль, не забыв поинтересоваться, чем вызвано столь внезапное желание. Неужели Клариссе было мало пробелов в образовании, которые предстояло восполнить? А врачевание вовсе не являлось обязательным для изучения, скорее в качестве расширения кругозора. Но девушка сомневалась, что могла в принципе хоть кому-то рассказать, что её сподвигло на это. Ночные кошмары, которые вторгались в уязвимое сознание и в которых Джейс умирал раз за разом? Никак не желающее оставлять её голову воспоминание о том, как охотник едва не умер у неё на руках? Несмотря на все обещания Уэйланда, где-то в глубине души Клэри была почти уверена, что однажды нечто подобное может повториться снова, и тогда она должна быть готова. Она снова будет нужна ему, её сила, её способности, её желание жить за них двоих...
Упоминание «орешковидных плодиков» выдернуло нефилима из собственных мыслей, заставив улыбнуться. Словосочетание в действительности было забавным, но она не доставит такой радости Джейсу, посмеявшись с ним вместе.
Когда поцелуй закончился, рыжеволосая почти ощутила, как воздух вокруг них сгустился и потяжелел, нагреваясь от их дыхания, которое ещё мгновение назад было одним на двоих.
Янтарные глаза стали тёмными-тёмными, зрачок почти поглотил радужку, но даже при таком раскладе Клэри отчётливо читала по ним истинные желания охотника: он хотел её, безумно, до дрожи, едва сдерживаясь. Она его понимала: ей и самой стало трудно дышать, но кто виноват? Фрэй сама от себя не ожидала ни таких поцелуев, ни таких действий, так, чего уж теперь?
— Я всего лишь выполняю свои обещания, Уэйланд, - парировала девушка, улыбаясь. Светловолосый заёрзал на кровати, и Клариссе пришлось выставить руку вбок, касаясь простыней, чтобы удержать равновесие, продолжая сидеть на коленях молодого человека.
— О, это растение очень популярное! - воодушевилась рыжеволосая, чуть откидываясь назад и занимая более устойчивое положение. Девушка приняла более расслабленную позу, позволив Джейсу думать, что уж её то происходящее трогает не так сильно, как его - уже начавшего потеть. Как и следовало ожидать, спустя минуту охотник снял с себя футболку, и Клэри стоило огромных усилий, чтобы ни повести и бровью, почти демонстративно не смотря на грудь и живот молодого человека. Ужасно захотелось поправить волосы, и Фрэй потянулась обеими руками к голове, встряхивая мягкие колоны и откидывая их назад. От подобных действий ткань майки на груди натянулась сильнее, очертив напряжённые контуры сосков, и при этом оголив живот. Но Джейс вряд ли это видел, он ведь был так увлечён чтением?
Третья глава далась Уэйланду гораздо тяжелее двух предыдущих: это было слышно. Он сбивался, хотя отчаянно пытался это скрыть. Он делал неестественно большие паузы, глотая воздух ртом и переводя дыхание. Клэри даже польстило, насколько мощный эффект на охотника оказывала её близость: если она когда-нибудь засомневается в этом, нужно будет вспомнить сегодняшнюю ночь.
Кларисса всё так же сидела на коленях молодого человека и даже не думала с них слезать. К тому моменту, когда глава была наконец-то прочитана, Джейсу, кажется, стало совсем не по себе. Взгляд изумрудных глаз скользнул по лицу молодого человека, ненадолго задержавшись на волосах или, точнее сказать, на нескольких выбившихся прядях волос. Обычно Кларисса всегда подавалась вперёд, откидывая непослушные волосы назад, но сейчас она не стала этого делать. Какая-то мстительная задорность овладела рыжеволосой: она хотела продлить агонию охотника, пусть и таким почти безобидным способом.
Молодой человек даже не стал напоминать Клэри о награде, бедный! А это ведь всего лишь третья глава! Рыжеволосая подалась вперёд, упираясь обеими ладонями в пресс Джейса, спустя несколько секунд позволив рукам скользнуть чуть выше, к груди. Её лицо было так близко к его, но Фрэй не торопилась целовать Уэйланда. Она ведь не уточняла, какой должен быть поцелуй, верно? Чуть сместившись вправо, губы впились в нежную кожу шеи, не щадя и всё так же терзая глубокими, чувственными прикосновениями. На последнем такте нефилим ощутимо прихватила мягкую кожу зубами - всего лишь мгновение, но зато какое! - после чего Клэри отстранилась, но ладоней с груди молодого человека так и не убрала. Теперь на шее охотника алым цветком распускался мягкий след от её рта.
— Дальше... - хрипловато отозвалась девушка.
***
В любой другой ситуации Джейс бы не упустил возможности ввязаться в спор с Клариссой, до хрипоты доказывая свою правоту или отстаивая свою точку зрения, просто сейчас явно был не тот случай. Он знал ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что при данных обстоятельствах споры до добра не доведут. Фрэй умела упереться на своем, а если к упрямству еще подключались вредность и принципиальность, то бой заранее был проигран. С другой стороны, сам факт прочтения пятнадцати глав даже в теории звучал просто ужасно, не говоря о том, что Уэйланд слабо представлял свое состояние главе эдак к десятой, не говоря о пятнадцатой. Даже язык не поворачивался выдавить из себя нечто вроде «как скажешь» или «хорошо», поэтому нефилим просто промолчал, а молчание, как известно, знак согласия.
— Какие чудесные два с половиной часа нас ожидают, - с мрачным сарказмом отозвался охотник, предвкушая медленную пытку. Он всегда мог отказаться от самой затеи или от «вознаграждения» за свои старания, если после него чтение давалось с таким трудом, но он же не хотел этого делать, верно? Фрэй прекрасно это знала, не сомневаясь, что Уэйланд ни за что не откажется от предложенного испытания. Хотелось бы ее удивить, каким-то образом не оправдать ее ожиданий, при этом выйдя победителем, но, видимо, не сегодня. К тому же, Кларисса ничуть не собиралась облегчать ему задачу, что вполне ожидаемо. Как бы сильно светловолосый ни пытался сосредоточиться на новой главе, не отрывая взгляда от книжных страниц, от его внимания не укрылось, как сестра потянулась поправить волосы, картинно откидываясь назад, позволяя короткой майке оголить плоский живот. Взгляд янтарных глаз мимолетно скользнул по тонкой полоске бледной кожи, неизменно взметнувшись выше, где майка плотно облегала отчетливые контуры набухших сосков. Воображение оказалось проворнее, чем сила воли, тут же рисуя однозначные и красочные перспективы. Фантазии, конечно, были предсказуемыми, но сложно не думать о том, как его губы могли бы касаться их, терзая чувствительную кожу, срывая стоны с полуприоткрытых губ. Вместо этого Джейс кусал свои собственные, делая очередные неестественно долгие, вынужденные паузы, изо всех сил пытаясь продраться через ботанические термины и, наконец, закончить главу.
Целую вечность спустя пришло время его вознаграждения. В отличие от предыдущего раза, Уэйланд был настолько выбит из колеи, что даже не потребовал этого самого вознаграждения, тяжело дыша и не отводя глаз от вполне довольной собой Клариссы. Когда она снова подалась вперед, словно намереваясь подарить обещанный поцелуй, Джейс даже не стал прикрывать глаза, пытаясь дышать глубже и ровнее, не выдавая, как сильно он ждал этого момента. Однако и здесь небольшой сюрприз. Именно сюрприз, и, ни в коем случае, не разочарование. Горячие губы коснулись мягкой кожи на шее, но в отличие от предыдущих «первых» поцелуев, этому не хватало привычной трепетной нежности, заменяющий сладкий аперитив. Не то, чтобы Джейс возражал… Чувственные, местами даже грубоватые поцелуи нравились ему куда больше, но и выдержать подобную пытку становилось все труднее. Каждое требовательное прикосновение губ эхом отзывалось где-то там, внизу живота, заставляя Уэйланда в очередной раз попытаться сменить положение, податься вперед, инстинктивно ища соприкосновения их тел, хоть какого-то ощутимого контакта, но между ними по-прежнему была книга и ее упрямство.
— Клэри… - опуская ресницы, прошептал Джейс. Всего лишь ее имя, но «Клэри» звучало почти как «прошу», и нефилим ничего не мог с этим поделать, не в силах скрыть эти назойливые, просящие нотки, пробивающиеся даже через хрипловатый шепот. Если бы он так отчаянно не кусал губы, то непременно бы не сумел сдержать хотя бы пару тяжелых вздохов, но Фрэй не получит такого удовольствия, ощущая знакомый вкус приближающегося триумфа. К сожалению, дышать становилось еще труднее. Было недостаточным просто вдыхать воздух через нос, а через рот – крайне проблематично, учитывая, что светловолосый то и дело закусывал нижнюю губу, препятствуя очередному глотку живительного кислорода. Последний поцелуй отозвался легким покалыванием – зубы девушки на мгновенье прихватили кожу, тут же отстраняясь. Уэйланд непроизвольно вздрогнул, чувствуя, как наливаются свинцом мышцы пресса, и где-то там внизу все замирает и ноет, словно кто-то задел невидимую струну, приводя в движение простой механизм. Джейс откинул голову на спинку кровати, размашистым жестом убирая со лба влажную челку. Теперь некогда идеальная укладка казалась несколько растрепанной, но уже кому какое дело? Отстранившись от его шеи, Клэри не отстранилась от него по-настоящему, по-прежнему касаясь ладошками его груди. Должно быть, всему виной инстинктивный порыв, но Уэйланд и не понял, как все произошло, осознавая, что его собственная ладонь ловко скользнула под тонкую майку, вовремя остановившись на животе. Как же хотелось скользнуть выше, соблазн был настолько велик, но перспектива, что Кларисса воспримет такие действия за саботаж, перевесила. Во-первых, на этом все могло закончиться. Во-вторых, Джейс не хотел проигрывать, причем так явно нарушая правила игры.
— Когда тебе уже надоест? – с тяжелым вздохом убирая руку, взмолился охотник. Впрочем, он считал, что эта фраза вовсе не была похожа на отчаянную просьбу. — Дальше? – но в его устах «дальше» вовсе не значило дальнейшее чтение, но судя по выражению лица Фрэй, она так не думала. Как же он ненавидел играть по чужим правилам!
Пару раз глубоко вздохнув, Уэйланд, устало перевернул страницу, зачитав вслух название следующей главы:
— Девясил, или Жёлтый цвет. Род многолетних растений семейства астровых, - переводя тяжелый, потемневший взгляд с книжных страниц на грудь Клариссы и, наконец, заглядывая в изумрудные глаза, огласил охотник. — Как по мне, так похоже на одуванчик, - опуская глаза на иллюстрацию, прокомментировал молодой человек. Желтые соцветия в самом деле сильно напоминали обыкновенный одуванчик для простого обывателя, но Уэйланд и сам был не силен в вопросах ботаники. — Девясил обладает противовоспалительным, антисептическим действием. Положительно сказывается при лечении органов пищеварения. Ты уверена, что тебе нужно знать что-то еще об этом девясиле? – вкрадчивым, низким голосом осведомился Уэйланд. У него уже зародилась мысль, что можно попросить небольшой перерыв и, скажем так, умыться прохладной водой и вообще прогуляться до ванной комнаты, но нет. Он уже представлял самодовольную улыбку на красивом лице младшей сестры, которая, признаться, шла ей ничуть не меньше, чем ему самому.
Джейс поднял книгу с колен, теперь держа ее в руках, позволяя Клэри подвинуться чуть выше, если она того захочет. С одной стороны, так пытка станет еще невыносимее, но с другой – телу это не объяснишь. Оно отчаянно желало почувствовать ее тепло, получить хоть какой-то контакт, соприкосновение, не понимая, что за этим грядет.
***
Чем сильнее страдал Джейс, тем более воодушевлённо чувствовала себя сама Клэри. Конечно, это было неправильно: нормальный человек не должен испытывать прилив сил от того, что другому плохо, но ведь и охотнику не было плохо в прямом смысле этого слова? Да, Уэйланд был напряжён, недоволен тем, что власть над ситуацией теперь была в руках сестры, - но разве это можно было назвать страданиями? Так или иначе его ждала награда или даже множество наград после выполнения условий их маленькой игры. Это даже на наказание не тянуло, так, на небольшую расплату за утреннюю дерзость. И то, подобные действия, как правило, предполагают то, что они не понравятся, заставят мучаться, переживать, но ничего подобного не было и в помине. В каждый поцелуй Кларисса вкладывала всю себя, целуя Джейса жадно, нетерпеливо, со всем пылом, на который только была способна. Каждый поцелуй будто бы говорил о том, как сильно она хочет его, но... Всегда существовало какое-то «но», не так ли?
Нетрудно догадаться, какой эффект произвели на молодого человека слова о том, что ему предстоит читать целых пятнадцать глав. Сама Фрэй на его месте была бы в искреннем ужасе от такой перспективы, но разве Уэйланд мог с этим что-то сделать? Быть победителем по жизни порой крайне непросто - иногда стремление быть во всём первым и всегда выигрывать может сыграть злую шутку, что, собственно, сейчас и происходило. Рыжеволосая делала ставку на гордость Джейса и пока что не проиграла.
— Тебе не нравится? - сладко пропела нефилим, прищуриваясь. — В особенности то, что происходит по прочтении главы, ммм? - теперь зелёные глаза наоборот были широко распахнуты, открыто и доверительно, глядя на Джейса. Конечно, отчасти это было лукавством, но Клэри прекрасно знала, как на охотника действуют подобные взгляды. А если она оближет пересохшие губы, закусывая краешек нижней, опуская вниз тёмные ресницы... Иными словами молодому человеку не нужно было многого, чтобы вдохновиться происходящим, и младшая сестра без зазрения совести этим пользовалась. Кто бы мог подумать, что и у неё не может быть совести? Видимо, это заразно: брат часто повторял ей, что у него нет ни стыда, ни совести, и взывать к ним просто бессмысленно. Кажется, теперь и она лишилась этих качеств.
Потягиваясь, Кларисса не могла не заметить, что Джейс смотрит на неё: должно быть, уловив движение на своих коленях, он невольно поднял взгляд вверх, не в силах сдержаться. Трудно его за это винить, она бы на его месте вела бы себя точно так же.
Пока рыжеволосая терзала чувствительную кожу на шее охотника, он кусал губы. Она почти чувствовала напряжение, передававшееся ей сквозь поцелуй: как были напряжены до пределы мышцы в теле молодого человека, как он отчаянно пытался подавить тяжёлые вздохи, не всегда успешно. Кларисса пыталась абстрагироваться от собственных ощущений, сосредотачиваясь на том, что чувствовал старший брат, изнемогая от её прикосновений.
— Что, Джейс? - вкрадчиво поинтересовалась девушка. Неужели он почти просит её? Только о чём? Прекратить его страдания? Целовать и не останавливаться? — Ты хочешь мне что-то сказать? Или, быть может... - «попросить»?, но Фрэй так и не договорила. Лишь смерила молодого человека долгим, внимательным взглядом: иногда они понимали друг друга без слов, продолжения не требовалось. У них была особенная связь, порой не поддававшаяся никакому здравому объяснению, - Клэри даже не была уверена, что её можно было объяснить кровным родством. Они просто чувствовали друг друга, как никто другой. И вот сейчас, стоило охотнику откинуться на спинку кровати, откидывая со лба влажные пряди, рыжеволосой не требовалось никаких дополнительных слов или действий, чтобы понять, что творилось с братом сейчас - он сходил с ума. По ней, своей сестре.
Прикосновение молодого человека к её животу вышло таким мимолётным, что, вздрогнув, Фрэй даже не успела осознать, что происходит и возмутиться, как Уэйланд уже убрал руку. Видимо, желание не проиграть (о победе речи здесь вообще не шло) было куда сильнее, чем желание прикоснуться к ней. Во всяком случае так было до настоящего момента.
— После 15 главы возможно? - полувопросительно отозвалась нефилим, обольстительно улыбаясь, растягивая губы в широкой улыбке. Брат был уже сам не свой, и от одного его вида - алчущего до её ласк и поцелуев, но не смеющего требовать этого в открытую - в венах Фрэй закипала кровь. Странное ощущение... Такого она ещё не испытывала ни разу в жизни.
Нефилим внимательно слушала очередную главу, периодически кивая и будто бы в такт корпусом подаваясь вперёд и тут же опускаясь назад - эдакое покачивающее движение. Клэри делала вид, что её это абсолютно не трогает, но на деле же легчайшее, едва заметное трение между их телами, порождало столь оглушительные эмоции, что иногда девушке казалось, что она не запомнила ни слова из того, что только что прочитал Джейс. Она мысленно одёргивала себя, призывая к вниманию.
— Девясил входит в состав почти всех противовоспалительных мазей, которые наносят сразу после обработки ран, так что... - охотник убрал с колен книгу, и Кларисса тут же пододвинулась на освобождённое место, занимая более удобное и комфортное положение на бёдрах старшего брата. Взгляд ненадолго опустился ниже - привычная низкая посадка хлопковых штанов, в которых брат предпочитал спать, как и всегда, будоражила сознание. И завязки не были завязаны... Клэри сморгнула, касаясь ладошками живота Джейса, по бокам, будто бы ища точку опоры, и подалась вперёд.
— Читай до конца, это важно. Мне по этому экзамен сдавать, - Джейс с обречённым видом продолжил читать дальше, но до конца главы оставалось не так много. Рыжеволосая изо всех сил старалась не отвлекаться и не акцентировать своё внимание на чём-то, кроме чтения. Но теперь, сидя на бёдрах Уэйланда, она не просто чувствовала жар его тела, она чувствовала его возбуждение, весьма красноречиво упирающегося ей между ног... Огромных усилий стоило, чтобы не заёрзать на месте, наслаждаясь невыносимо-томительным трением их тел...
Глава закончилась, как нельзя вовремя, подарив нефилиму столь желанную возможность отвлечься от своих ощущений. Мгновение девушка раздумывала, куда же придётся очередной поцелуй? Ладошки скользнули выше по бокам охотника, мягко оглаживая кожу, а сама Фрэй медленно подалась вперёд, подбородком касаясь бархатистой кожи живота, а затем и груди. То, что вспыхнуло в янтарных глазах, было непередаваемым... Как жаль, что она не видела их, когда её губы томно обхватили один из сосков на груди Уэйланда, жадно посасывая, облизывая и целуя чувствительную кожу. Конечно, не обошлось и без укуса, когда острые зубки весьма болезненно сомкнулись вокруг нежной плоти, превращая это мгновение в маленькую вечность.
Ей бы отстраниться и возвестить о пятой главе, но рот Клэри приоткрылся сам собой, запечатлевая на коже ещё один укус. И ещё.
***
Бесспорно, Джейс уже приближался к той стадии, когда он хотел что-то сказать или даже попросить, но пока гордость проявляла слабые признаки жизни, он находил в себе силы контролировать подобные порывы. Клэри, разумеется, это чувствовала, отсюда и все эти наводящие вопросы: нравится ли ему то, что происходит между прочтением глав, или не хочет ли он ей что-то сказать? Уэйланд старался сохранять молчание, в какой-то мере даже радуясь возможности отвлечься на чтение, пускай, радость и была, мягко говоря, кратковременной. Чтение тоже представляло собой определенную пытку, но в отличие от поцелуев и прикосновений, от которых буквально плавишься и забываешь обо всем, эту пытку сладкой не назовешь. Да и состояние явно не то, чтобы какое-то постороннее занятие могло отвлечь от вполне очевидных и явных физических потребностей. Огненный шар внизу живота рос с невообразимой скоростью, очень быстро переводя состояние нефилима из «легкого возбуждения» в степень той самой необходимой потребности. Тело жаждало, просило, тянулось к Фрэй, и в какой-то мере Джейс и сам был виноват, дав ей больше возможностей быть ближе к нему. Например, убрав книгу с колен, он уже позволил рыжеволосой занять куда более удобное, но вместе с тем и более провокационное положение, подливая масло в огонь для них обоих. Чувствовать ее вот так, совсем близко, когда их тела весьма красноречиво соприкасались, невольно навевая аллюзии о совсем недавней близости, было не только волнующе приятно, но и невыносимо. На Фрэй не было нижнего белья – Джейс знал это, но сейчас он чувствовал. Жар ее тела ощущался острее, ближе, учитывая, что и на нем были одни лишь хлопковые штаны, по привычке надетые на голое тело. Каких усилий стоило сохранять неподвижность и продолжить читать. В противном случае, ему бы просто это не удалось. Голос охотника и так едва не дрогнул, когда ладошки Фрэй невзначай коснулись его живота, будто бы ища точку опоры. Возможно, так оно и было, но и этот, по сути своей, невинный жест, не мог пройти не замечено. Конечно же, Уэйланд уже мало соображал, что за девясил, и какие у него полезные свойства, продолжая машинально читать предложение за предложением, стараясь хотя бы изредка не забывать о необходимых паузах. Ему всегда было, по большому счету, плевать на ботанику, растения его мало интересовали, пускай, и были полезны, но светловолосый давно решил: врачевание – это не его.
Наконец, глава была пройдена. Джейс в буквальном смысле замер в ожидании новой награды, на этот раз уже предчувствуя, что поцелуями в губы сегодняшняя ночь не ограничится. Впору радоваться или пытаться смириться со своей участью? Что бы ни ждало его впереди, оно было, безусловно, захватывающе и прекрасно, пускай, и подавалось под соусом сладкой пытки, но если томные поцелуи с множеством вариаций – это все, что его ждет… К такому повороту Уэйланд был не готов. Теоретически, он предвидел и этот исход, но его тело явно отказывалось верить в такие перспективы.
Ладони Клариссы уже скользнули вверх, оглаживая непривычно мягкую, гладкую кожу, заставляя охотника в который раз поймать себя на мысли, что вряд ли он когда-нибудь привыкнет к этому ощущению, неизменно приводящему в сладкий трепет. Ее прикосновения были приятны всегда, непременно находя вполне очевидный отклик, но огрубевшая от многочисленных шрамов кожа не могла в полной мере насладиться жаром ее ладошек, их мягкостью, не говоря о чувственных поцелуях. Кстати, о них. Джейс ожидал чего-то подобного, но не думал, что эти поцелуи могут быть такими… Что от них так бросает в жар, как бы банально это ни прозвучало. Когда ее губы плотно обхватили один из сосков на его груди, Уэйланд не мог описать, каким именно был этот поцелуй, как его можно охарактеризовать, и проделывала ли она нечто подобное раньше? Если да, то ощущения, непременно, были несколько иными. Обволакивающий жар ее губ заставил вздрогнуть, в очередной раз ощущая, как внутри перекатывается тяжелый, разросшийся до непомерных размеров, огненный шар. Казалось, языки пламени так и просились вырваться на свободу, им был нужен простор, хотя бы некое его подобие, и когда за поцелуем последовал легкий укус, Уэйланд уже не смог себя сдерживать. Тихо застонав, он подался вперед, заставляя их тела соприкоснуться сильнее, ближе, стирая доступные им границы. Конечно, это было не то, даже близко не то, чего он так жаждал, но подобные движения, как и подобная близость, порождали очевидную аллюзию, не говоря о том, что определенное трение дарило весьма…интересные ощущения, еще больше разжигая и без того мучавшую его агонию.
— Клэри… - снова позвал рыжеволосую охотник, не сдерживая еще один тихий стон, стоило ее зубам в очередной раз прихватить его кожу, и еще. Эта странная, сладкая боль действовала на него сильнее всего остального, заставляя не просто терять голову, но терять контроль, что с Джейсом случалось не так уж редко в обществе его младшей сестры, но настолько беспомощным и уязвимым в ее руках он, пожалуй, никогда не был. Книга выскользнула из его рук, и пальцы сами собой потянулись к покрывалу, сжимая мягкую ткань. — Не останавливайся… - на языке вертелось что-то вроде «пожалуйста», или «прошу», и еще несколько мгновений в светловолосой голове продолжалась самая настоящая борьба: какое же из этих слов звучало лучше, менее унизительно? И почему сразу унизительно? Сдаваться никогда не просто, но можно ли это уже назвать поражением? Рука сама собой легла на спину Фрэй, притягивая девушку ближе, словно призывая ни в коем случае не отстраняться. — Прошу… - все же «пожалуйста» звучало чуть хуже, да.
***
Иногда даже было немного обидно, что Клэри толком не могла обидеться на Джейса или проучить его за дерзость, потому как и сама слишком быстро теряла голову от его близости. Конечно, её выдержка была сильнее, нежели у брата, и терпения в ней было побольше, да и сила воли была покрепче, но итог всё равно был один: Фрэй теряла голову, когда охотник был рядом, когда был вот таким. Иногда она даже не могла ответить, что возбуждало её больше: его упорство и попытки оставаться таким же гордым и самонадеянным в то время, как в янтарных глазах давно плескалась мольба, или то, как он почти стонал её имя, едва сдерживаясь от откровенных просьб и увещеваний? Возможно, всё вместе? Чувствовать, как он плавится в её руках, под кончиками её пальцев, было невероятно приятно. Его тело дрожало, замирало от напряжения, стоило ей лишь прикоснуться к нему, а уж если в ход шли губы... Кларисса чувствовала, как напряжена каждая мышца в теле брата, даже самая небольшая, о которой она и не подозревала до того, как начала своё обучение в Институте. Она чувствовала, как он хочет её, как сгорает от желания, и всё же чёртова гордость не позволяла ему сказать об этом вслух, равно как и не позволяла сдаться, наплевав на условия игры. А ведь он мог! Чего ему стоило подмять сестру под себя, срывая с неё эти шорты и майку, беспардонно вторгаясь в её тело без лишних прелюдий? Впрочем, нужны ли они были? Бёдра Клэри давным-давно увлажнились, и Уэйланд наверняка чувствовал исходящий от её тела жар, настоящую жажду. Непросто было изводить брата в то время, как она сама желала совершенно иного.
Вознаграждение за последнюю главу словно бы затянулось, но рыжеволосой было так трудно оторваться от нежной кожи на груди и животе охотника: она казалось такой мягкой под подушечками её пальцев, и было так трудно сдержаться... Фрэй и не сдерживалась. Её губы не обделили внимание и второй сосок на груди старшего брата, томно обхватывая его губами, вбирая в себя, терзая лёгкими прикосновениями зубов. Одна ладонь скользнула на живот, оглаживая кожу, спускаясь чуть ниже, дотрагиваясь до кожи в том месте, где начиналась слабая резинка хлопковых штанов. Рыжеволосая прикрыла глаза, практически поставив ладонь так, чтобы ей было удобнее скользнуть за границы ткани... Пальцы дрогнули, и Клэри удержала себя от этого, продолжая оглаживать напряжённый живот старшего брата.
— Что? - будто бы не расслышав, переспросила нефилим. — Ты просишь меня? - девушка ненадолго оторвалась от своего занятия, чуть приподнимаясь на локтях и встречаясь взглядами со старшим братом. Трудно сказать, что именно в тот момент отразилось на лице Клариссы: удивление, триумф или что-то ещё? Но на мгновение она замерла, всматриваясь в потемневшие глаза молодого человека. В ушах всё ещё отдавался его тихий стон, при том не один, который охотник никак не сумел сдержать, да и вряд ли хотел. Он изнывал от её действий и вряд ли понимал, что либо ещё помимо вполне очевидных потребностей и желаний. Рыжеволосая скосила глаза в сторону: книга, которую Уэйланд держал, выпала из его рук, и теперь лежала рядом, небрежно раскрытая на какой-то странице. Губы Клэри тронула улыбка - несколько мгновений она просто смотрела на книгу, будто бы что-то в её внешнем виде привлекло её внимание настолько, что всё остальное перестало существовать. По прошествии нескольких мучительно долгих секунд, она, наконец-то, посмотрела на Джейса.
— Я выполню твою просьбу при одном условии, - Фрэй облизала пересохшие губы, нарочно говоря медленно и размеренно, чтобы брат не упустил ничего из того, что она собиралась сказать. — Я не остановлюсь, если... - нефилим перенесла вес собственного тела на одну руку, чтобы освободить вторую. Возможно, она не очень старалась, но их тела соприкоснулись теснее, ближе, кожа к коже - как угодно. Да, возможно, Кларисса и правда не очень-то старалась удерживать вес тела на одной руке, ведь так было куда более интересно, даже пикантно... Тонкие пальцы ловко подцепили раскрытый талмуд о травах, спустя мгновение уверенно обхватывая его ладонью, после чего протянула книгу Джейсу. — ... и ты не остановишься и... - уголки губ дрогнули, улыбка стала шире. — ... будешь читать и дальше, - подытожила рыжеволосая в ожидании, когда Уэйланд примет книгу из её рук. И словно в подтверждении своих слов, она склонилась чуть ниже, рисуя языком витиеватую дорожку от груди к животу. Мотивация - великая вещь, не так ли?
***
Разумеется, Клэри была в состоянии сразу же различить в его словах просьбу, да и эти самые слова были подобраны очевиднее некуда. Просто ей доставляло удовольствие видеть его таким: просящим, в ее власти. Джейс понимал ее, прекрасно зная это чувство, даже помня его вкус, но доставлять ей удовольствие подтверждением и без того очевидных фактов он не стал, промолчав в ответ на ее вопрос. К тому же, рука Фрэй словно сама собой опустилась ниже, скользнув по животу и замерев чуть выше слабой резинки его трикотажных штанов, будто норовя опуститься ниже, но Уэйланд на это особо не рассчитывал. Тело мечтало о чем-то подобном уже добрых минут десять-пятнадцать, но разум еще был жив, и зная рыжеволосую, нетрудно догадаться, что она будет вести куда более изощренные игры с его выдержкой. Хотя, откуда он мог это знать, учитывая, что нечто подобное явно происходило между ними впервые? Охотник не мог дать ответ на этот вопрос, но, с другой стороны, тот факт, что Кларисса была не только страстной, творческой натурой, но и азартной, не меньше его любившей вкус победы – уже не секрет. И чем дольше будет эта своеобразная пытка, тем выше шанс, что у Джейса лопнет чаша терпения, и он сдастся, взяв ситуацию под свой контроль. Уэйланд не мог знать наперед, но пока он сохранял слабое подобие силы воли и гордости, сдаваться так просто он явно не собирался. К слову, о силе воли, когда ладошка Фрэй между делом мягко оглаживала низ его живота, то и дело перебирая пальчиками напряженные мышцы пресса, думать о чем-то подобном, равно как и думать вообще, становилось все сложнее. К счастью, она говорила медленно, с расстановкой, будто чувствуя, как тяжело давались охотнику для восприятия ее слова. Уэйланд изо всех сил постарался сконцентрироваться, внимая сестре, удивленно нахмурившись, когда она замолчала, уставившись на раскрытую книгу. На эти пару мгновений молодой человек и вовсе забыл о ее существовании, но Клэри смотрела на нее так, будто она была тем единственным, что способно привлечь ее внимание в эти минуты. Не он, его шумные вздохи, или жар его тела, а какая-то там дурацкая книга о травах.
Первым, что Джейс услышал и что хотел слышать – это то, что Фрэй выполнит его просьбу. Потом шло небольшое уточнение об «одном условии», но эту часть Уэйланд почти неосознанно упустил, завороженно наблюдая, как рыжая медленно проводит языком по пересохшим, раскрасневшимся губам. Она подалась вперед, и их тела соприкоснулись сильнее. Светловолосый, разве что, не мог почувствовать мягкость ее кожи, ощущая лишь ее жар и четкие контуры набухших сосков, прильнувших к его груди. Разумеется, ему не сразу пришло в голову, что Клэри потянулась за книгой. Удивительно, как у нее получилось удержать такой толстый фолиант в своей хрупкой ручке, протягивающей его Джейсу. Первые пару секунд он просто смотрел на раскрытую книгу, то ли не веря, что она в самом деле требует от него продолжить читать, то ли не до конца осознавая перспективы, но принять ее было жестом, скорее, инстинктивным. Нефилим видел, как тяжело Фрэй удерживать такой вес одной рукой, поэтому его руки сами собой потянулись вперед, принимая книгу. Она правда думает, что он сможет читать? Уэйланд не был уверен, что его голос был способен на нечто подобное, не говоря уже обо всем остальном, но Клэри уже вернулась к своей части «сделки», словно даря ему небольшой аванс. Ее язык и горячие, влажные губы вновь прикоснулись к его груди, неторопливо опускаясь вниз, заставляя крепче стиснуть зубы, сдерживая шумный вздох. Джейс торопливо прикрыл глаза, непроизвольно заерзав на месте, но найти более удобное и комфортное положение было невыполнимой задачей, хотя тело и не оставляло надежды.
— Хорошо, - хрипло отозвался светловолосый, поражаясь, как ему удалось заставить себя разомкнуть веки и оторвать голову от спинки кровати. — И на какой главе мы остановились? – с легким придыханием спросил Уэйланд, перекладывая книгу в правую руку, свободной ловко обхватив тонкую шею Клариссы, заставляя ее ненадолго прерваться и взглянуть ему в глаза. Трудно сказать, зачем ему сейчас был нужен этот зрительный контакт, но, возможно, дело не в нем. Джейс сам не мог объяснить себе этот странный, но такой желанный порыв – было в этом жесте нечто особенное, властное, в чем он сейчас так нуждался, остро ощущая, что так называемой власти над ситуацией у него нет.
— На пятой? - медленно разомкнув пальцы, продолжил нефилим. — А я могу к тебе прикасаться? Или ты не доверяешь себе, поэтому нет? – зная, что Фрэй тоже не любит показывать свои слабости, всегда предпочитая делать вид, что ситуация у нее под контролем, поинтересовался охотник. Янтарные глаза опасно блеснули, и не дожидаясь ответа, Джейс опустил ладонь вниз, вскользь коснувшись полоски оголенной кожи внизу живота, дотрагиваясь до тонкой, мягкой ткани пижамных шорт. Конечно, прикосновения через ткань, пускай, и такую тонкую, были несравнимы с настоящими, и все же, должны были возыметь определенный эффект. Уэйланд словно случайно провел подушечкой большой пальца по весьма чувствительной точке, переходя на внутреннюю сторону бедра. Ткань здесь была горячей и чуть влажной, впитав жар кожи и не только… — Адонис весенний, - огласил название новой главы светловолосый. Как в сложившихся обстоятельствах он собирался читать дальше, оставалось загадкой даже для него самого, и все же он попытался продолжить. — Интригующее название, - голос звучал совсем низко, с прежней хрипотцой. — Многолетнее, травянистое растение семейства лютиковых… - Джейс невольно сделал небольшую паузу, теряя нить и одновременно с этим, в очередной, сотый раз пытаясь собраться и сосредоточиться. — Стоит отметить, что адонис относится к ядовитым растениям, поэтому…передозировка недопустима, - почти не вникая в суть прочитанного, завершил мысль охотник, едва не перескочив через пару строк.
***
Импровизация была прекрасна практически всегда, и сегодняшний вечер не был исключением. Клэри ввиду своей творческой натуры импровизировала не только в рисовании, но и в повседневной жизни. Планирование вообще было не про неё, а вот спонтанные, часто импульсивные поступки - очень даже. Один поход в Город Молчания с Алеком чего стоил... Конечно, иногда удавалось составлять хоть какое-то подобие плана, которому удавалось следовать, но это скорее было исключением из правил. Стратегическим мышлением Фрэй так же не отличалась, впрочем, этому хоть как-то пришлось научиться в бою. Неумение просчитывать наперёд действия оппонента грозило обернуться печальными последствиями, но иногда девушке казалось, что и тут она импровизировала, и часто ей просто везло.
Когда рыжеволосая пришла сюда, в её голове была всего лишь одна идея - проучить старшего брата, расставив некоторые символические акценты, чтобы он смог проникнуться важностью момента в процессе, и при этом расставить ловушку таким образом, чтобы у Джейса не было и шанса не согласиться на предложенную ею игру. Кларисса слишком хорошо знала охотника и не могла отказать себе в том, чтобы не использовать его слабости. Он же ведь использовал против неё запрещённые приёмы утром, в библиотеке?
Признаться, она немного удивилась, когда брат принял книгу из её рук почти безропотно, не задав ни одного наводящего вопроса, пусть и такого бестолкового, как, например, «ты ведь несерьёзно?!». Но то ли молодой человек был слишком растерян, то ли в самом деле решил покориться судьбе, но Клэри осталась довольна.
Фрэй не могла видеть лица брата, но она ощутила, как он заёрзал на месте, будто бы не теряя надежды занять более удобное положение, но ведь они оба знали, что в сложившихся обстоятельствах это просто невозможно?
Кларисса вздрогнула, стоило Джейсу обхватить её за шею, заставив оторваться от своего занятия и посмотреть ему в глаза. Рыжеволосая инстинктивно подалась вперёд, а по телу прошла волна дрожи. Она вспомнила, как Уэйланд впервые проделал нечто подобное... Тогда девушке казалось, что это было волнующе только благодаря самой ситуации, но сейчас это было не менее волнующе. Это по-прежнему будоражило сознание, заставляя кровь вскипать в венах, и Клэри не могла толком объяснить, что такого было в этом жесте, заставляющем её дрожать всем телом. Это было странно, непривычно, снова странно и вместе с тем невероятно волнительно, возбуждающе. Видимо, у них в действительности ничего и никогда не будет, как у нормальных людей, не так ли?
Изумрудные глаза внимательно смотрели в янтарные, будто какая-то невидимая сила удерживала Клэри от того, чтобы отвести взгляд... А потом пальцы старшего брата разомкнулись, и Кларисса сморгнула, будто бы очнувшись.
— Да, на пятой, - хрипло подтвердила нефилим. Девушка хотела было вернуться к тому, на чём так внезапно была прервана, но вопрос Уэйланда помешал этому. Клэри снова подняла глаза на брата, закусывая краешек нижней губы.
— Если ты будешь ко мне прикасаться - это не будет напоминать наказание, потому что тебе это будет нравится, - задумчиво отозвалась рыжеволосая. Догадаться о том, что подумает охотник, было нетрудно: конечно же, он самодовольно решит, что сестра и правда не доверяет себе, а поэтому и запрещает к себе прикасаться. Но Фрэй не была настолько ослеплена гордостью, поэтому молодой человек был волен думать всё, что пожелает. Если ему приятнее думать, что она слаба и безвольна от его действий, пусть так... Даже если это в действительности так и было.
— Поэтому прикасаюсь к тебе только я, а ты продолжаешь читать, и тогда... - Клэри прикрыла глаза, плотно сжимая губы, глотая шумный выдох, стоило руке Джейса будто бы невзначай скользнуть ниже, дотрагиваясь до низа её живота, а затем и ниже. Пусть шорты всё ещё были на ней, и Уэйланд наверняка считал их большой преградой, сама девушка всё же ощутила это прикосновение. Пусть не в полной мере, но весьма остро и близко. Мышцы живота ощутимо напряглись, заставив хватануть воздух ртом и вновь сомкнуть губы, чтобы не издать и звука. Но охотник уже начал читать, видимо, решив не искушать судьбу. Клариссе очень хотелось спросить его, как он собирается читать, прикасаясь при этом к ней? То есть его выдержка порой была сильна, а сила ещё больше, но даже на словах это звучало, по меньшей мере, очень трудно. Джейс был такого высокого о себе мнения? Впрочем, не исключено, что он просто ляпнул, не подумав, желая вызвать сестру на ответный челлендж и не более того.
Девушка чуть съехала с бёдер охотника вниз и склонилась ниже. Пришлось дотронуться ладонью до обложки книги, заставляя Джейса чуть приподнять книгу вверх, ближе к его лицу, чтобы не мешала. Влажные губы опустились на грудь старшего брата, оставляя размашистую дорожку из жарких поцелуев на груди, постепенно спускаясь ниже. Казалось, что на каждое слово приходился целый такт одного поцелуя, но иногда Фрэй ускорялась, и тогда поцелуи выходили быстрыми, хлёсткими, в соответствии с паузами, которые Джейс ещё как-то пытался расставлять в предложениях. Иногда на смену губ приходили зубы, оставляя красноватые следы на мягкой, нетронутой шрамами коже. К концу главы Клэри дошла до низа живота: напряжённые мышцы взволнованно перекатывались под её губами, пока она, пошловато размыкая губы с характерным звуком, выцеловывала ровную линию вдоль резинки хлопковых штанов, изредка задевая ртом тонкую ткань. Совершенно случайно, разумеется.
***
— Наказание? – очнулся Джейс. Не то, чтобы к нему не приходили подобные мысли, не говоря о том, что в целом он догадывался, за что его можно наказывать, и все же когда это прозвучало вслух, могло показаться, что нефилим даже удивился. — За то, что произошло в библиотеке? – если бы Клэри не знала своего брата, этот вопрос мог бы показаться даже невинным и совершенно искренним, но на деле Уэйланд прекрасно понимал, в чем провинился, просто в подобном состоянии всю тяжесть своей вины было осознать весьма и весьма проблематично. На языке так и вертелись аргументы вроде «но тебе же все равно понравилось», однако физических сил продолжать дискуссию явно не хватало, но оно и к лучшему. Некое шестое чувство подсказывало, что Фрэй вряд ли оценит подобные аргументы, и ничего хорошего это Джейсу не принесет, а отсутствие такого «наказания» уже может стать самым настоящим наказанием, на что светловолосый явно был не согласен. Где-то в глубине души он не терял надежды, что Клэри и самой это все надоест, ну а если нет, то, может, удастся ее убедить? Методы могли быть разными…
— Каждый травник хотел бы иметь в своем арсенале это растение… - с немыслимым усилием воли продолжил чтение охотник. Поцелуи переместились ниже, оставляя влажные, тлеющие следы на его груди, спускаясь витиеватой дорожкой к животу. От непонятных желтых цветов и травников мысли нефилима в мгновенье переметнулись совсем в другое русло: он хотел ее. Как он хотел ее… Джейс уже представлял, как перевернет ее на живот, да, именно на живот, не давая и толики контроля над ситуацией. Слишком долго ему приходилось сдерживать свои порывы, чтобы и потом играть по ее правилам. Если Уэйланд и прервет их маленькую игру, то на своих условиях. К слову, о них. Фрэй ясно дала понять, что прикасаться к нему может только она, и, хотя охотник не сомневался, что она так говорит только потому, что боится за свое самообладание, руку, все же пришлось убрать. Почему бы ей его не связать, если она хочет, чтобы он вел себя хорошо, смиренно принимая наказание? С другой стороны, без помощи рук, он просто не сможет держать книгу, но Джейс не огласил подобные мысли вовсе не поэтому. До банальной логики ему было в такие мгновенья очень и очень далеко, но осознание того, что перед ним по-прежнему его маленькая, хрупкая принцесса, оставалось при нем. Даже в форме шутки подобные предложения наверняка могут ей показаться несколько из ряда вон, если не хуже, зато по нефилиму сразу будет видно, как вспыхнули янтарные глаза от одной лишь перспективы. — …и как следствие природные запасы горицвета катастрофически сократились, - Уэйланд вовремя закусил губу, ловя шумный вздох, непроизвольно запрокидывая голову, касаясь макушкой спинки кровати. Пришлось покрепче стиснуть книжный переплет, чтобы она в очередной раз не выскользнула из его рук. Речь шла о каком-то горицвете, но вроде растение называлось иначе, или нефилим что-то пропустил? Да и какая, в сущности, разница. Еще один поцелуй, и губы Клариссы как бы невзначай задели кромку штанов, заставляя Джейса вздрогнуть, инстинктивно подаваясь ей навстречу.
— Ммм… - нечленораздельно протянул охотник. — Адонис весенний является одним из…ммм…лучших лекарственных растений, применяемых при нарушении сердечной деятельности, - постоянно прерываясь и тяжело дыша, читал Джейс. Чем ближе был конец главы, и чем ниже спускались поцелуи, тем сложнее ему было оставаться неподвижным. Он то и дело ерзал, откидывал голову на спинку кровати, пытаясь устроить ее поудобнее, перехватывал книгу, поддерживая ее уже обеими руками, не говоря о шумных вздохах и даже парочке стонов, которые Уэйланд старательно пытался скрыть, закусывая губу, даруя себе очередную неестественно долгую и неуместную паузу. Тело буквально пылало, а пульс уже стучал в висках, что на словах о настойках из адониса, Джейс слышал только его, заглушающий собственный голос.
— Клэри, пожалуйста… - вырвалось у него прежде, чем Уэйланд успел осознать всю опасность произнесенных слов. Опасность для его уязвленной гордости, разумеется. С другой стороны, в таком состоянии он почти не ощущал ее предсмертные муки, чувствуя лишь болезненный, пульсирующий огненный шар внизу живота. Пускай, его сосредоточение, так называемое «сердце» и было там, липкий жар стремительно распространялся по всему телу, наполняя дрожью клеточку за клеточкой. Уэйланд чувствовал ее и в кончиках пальцев, едва удерживая книгу. Нет, конечно, он бы ее не уронил, но читать было бы сложно, когда руки не могут удерживать одно и то же положение. А если представить еще главу шесть и так до пятнадцати… Не настолько сильно он и провинился, чтобы заслужить такое наказание!
***
Оказывается, мучить кого-то правда было приятно. Впрочем, пока Клэри смутно осознавала, чем вызвано теплое и такое тягучее чувство, разливающееся по её телу и с готовностью отзывающееся на любой вздох, стон или даже самое лёгкое движение со стороны охотника. Никогда раньше Фрэй не проделывала ничего подобного, и происходящее полностью захватило её. Она чувствовала, как изнемогает брат от всех её ласк, как его тело буквально умоляет о большем, то и дело вздрагивая, подаваясь вперёд в надежде почувствовать её ещё ближе, теснее, крепче. В надежде, что может быть тогда и выдержка рыжеволосой, и желание довести игру до конца, пойдут прахом. Но то ли Кларисса вошла во вкус, то ли злость, порождённая дерзким поведением Джейса, была куда сильнее, чем она предполагала, но нефилим и не думала сдаваться. Это всего лишь пятая глава - одна треть от того, что ей было запланировано, а, значит, останавливаться было нельзя.
— Что? Горицвет? Ты же читал про адонис весенний, - в замешательстве отозвалась Клэри. Судя по всему она, так же как и старший брат, потеряла нить повествования, перестав слушать то, о чем декламировал Уэйланд. Кларисса подняла на молодого человека взгляд потемневших, изумрудных глаз, но спустя мгновение пожала плечами, вновь касаясь губами живота охотника. Признаться, смысл прочитанного доходил до неё через раз: она улавливала отдельные фразы, обрывки предложений, какие-то слова, которые в последствие интуитивно выстраивались в более понятные и осознанные, ведь за последнее время она не мало прочла о травах. Так-то, конечно, обучающий элемент в их нынешнем времяпрепровождении был почти потерян, но Уэйланду знать об этом не обязательно. Даже если он считает, что сестра не слушает его, не улавливает суть, а, значит, можно не читать дальше, она не позволит ему этого. Не сейчас.
— Дальше, - сквозь поцелуй проговорила рыжеволосая, настойчиво прихватывая зубами нежную кожу. Здесь, в низу живота, она была особенно чувствительной и нежной, и стоило проявить чуть больше упорства, силы или нажима, отклик Джейса был просто невероятен. Казалось, он сходил с ума, и Клэри упивалась этим осознанием, ощущая, как много власти сосредоточено в её руках. Ну или в губах, если быть точной.
Охотник сделал большую паузу, будто бы продолжать дальше у него попросту не было сил. Фрэй понимающе ухмыльнулась, не отрываясь от своего крайне увлекательного занятия: на смену губам пришёл проворный язычок, кончиком которого девушка решила повторить только что проделанный губами путь.
— Пожалуйста? - встрепенулась рыжеволосая, ненадолго отвлекаясь от своего занятия. Взгляд зелёных глаз скользнул к губам молодого человека, опускаясь ниже, к груди и, наконец, останавливаясь на книге, что старший брат держал обеими руками. Книга едва подрагивала... Конечно, можно было бы списать всё на то, что фолиант был большим и увесистым, но руки Джейса никогда не дрожали. Если не считать моментов, подобных этому. Понимающая, хитрая улыбка осветила лицо Клариссы.
— Я ведь утром в библиотеке тоже просила тебя, а что сделал ты? Разве ты меня послушал? Выполнил мою просьбу? - Фрэй прицокнула язычком. — Мне кажется, и я не должна, поэтому... Глава шесть, вперёд, мой милый брат, - рыжеволосая резко подалась вперёд, впиваясь в губы Уэйланда грубым поцелуем. Он длился не больше пяти секунд, но зато какие это были секунды! Рыжеволосая отстранилась, даже отодвинулась от охотника подальше, вновь занимая удобное положение на его ногах, где-то между коленями и бёдрами, а после потянулась к краям собственной майки. Быстро стянув часть пижамы через голову, Клэри отбросила её в сторону, будто бы не замечая горящий взгляд брата.
— Жарко стало, - голос звучал хрипло, но лицо было почти невозмутимым, ну разве что уголки губ подрагивали то ли в улыбке, то ли в ухмылке. — Читай-читай, - мстительно добавила Кларисса, чуть откидываясь назад и потягиваясь всем телом, словно кошка.
***
Судя по рассеянным вопросам, Клэри тоже начинала несколько упускать суть прочитанного. Еще пару минут назад Джейсу тоже показалось странным название «горицвет», ведь глава называлась совершенно иначе, но сейчас его глаза тут же взметнулись к заголовку, по-прежнему гласившему «адонис весенний», что означало лишь одно: они все еще застряли на проклятой пятой главе.
— Ты вообще меня слушаешь? Горицвет – это второе название этого «адониса весеннего», - со знанием дела ответил охотник. Неважно, что пару секунд назад он сам задавался похожим вопросом, не говоря о том, что содержание главы оставалось для него по большей части белым шумом, но сделать замечание Клариссе всегда было приятно. Они же вроде как занимались ее обучением, но, кажется, во всей этой игре обучающий момент несколько потерялся. Можно было попенять и на это, что было бы в духе Уэйланда, но его моральных и физических сил уже не хватало на споры, а дыхания едва было достаточно, чтобы без запинки прочитать пару фраз, не говоря о большем. Фрэй это чувствовала, явно упиваясь происходящим, и ее сложно в этом винить. Разве ему не нравилось чувствовать власть, чувствовать дрожь в ее хрупком теле, в кончиках пальцев и слышать эти просящие интонации, пропитывающее каждое слово, наполняющие даже тихий стон? Только стоны и слова просили совсем о разном… Она видела, как ему тяжело, и все равно требовала читать дальше, без зазрения совести подкрепляя свою просьбу дерзким поцелуем, прихватывая зубами нежную кожу внизу живота. Джейс вздрогнул, запнувшись на полуслове, и чтобы продолжить мысль, набрав в легкие побольше воздуха, ему потребовалось добрых секунд пятнадцать. Он бы и мог возмутиться, но его бы хватило либо на это, либо на следующее предложение, и, как ни странно, светловолосый выбрал второе. Удивительная покладистость, даже учитывая обстоятельства, но у всего всегда есть своя оборотная сторона. Чем безропотнее нефилим, казалось бы, принимал условия игры, тем сильнее зрело в нем желание по-настоящему ощутить власть, когда с этими играми будет покончено. Это желание было почти неосознанным, Джейс бы не смог его объяснить на словах, но его воображение прекрасно справлялось и без них, рисуя красноречивые картины того, что ожидает Фрэй после. Теоретически, он мог претворить все это в жизнь хоть сейчас, но порой, невидимые оковы бывают куда прочнее настоящих веревок, и в его случае ими являлись гордость и жгучее нежелание проиграть.
— В библиотеке мы были в несколько других условиях, - поймав хитрую улыбку Клариссы, недовольно сощурив глаза, ответил Джейс. Их короткий разговор на пару мгновений отвлек рыжеволосую от своего занятия, давая нефилиму слабую фору. — И в другом положении, пускай, и отдаленно напоминающем это, - Уэйланд кивнул на позу Фрэй, по-прежнему устроившуюся у него на ногах, что и в самом деле напоминало то, что они вытворяли тогда, в библиотеке, только светловолосый сидел на стуле, а его сестра… В общем, их тела переплетались куда теснее, чем сейчас. С другой стороны, если бы все сейчас обстояло подобным образом, едва ли Уэйланд смог бы вообще что-то читать, даже с переменным успехом. Но, может, и Фрэй не так захотелось бы слушать?
Прежде, чем Джейс успел сказать что-то еще, губы Клариссы накрыли его собственные в неожиданно грубом, резком поцелуе. Впрочем, он ответил ей тем же, растерявшись лишь в первую секунду, тут же впиваясь в губы сестры с ответной страстью и грубостью, мстительно прикусив ее нижнюю губу в отместку за всю эту затянувшуюся игру и хитрую улыбку, не покидающую ее милое личико. Какая еще шестая глава после такого поцелуя? Или стоит сказать, после того, как Фрэй картинно стянула с себя майку? Уэйланд смотрел на нее во всех глаза, жадно пожирая потемневшим взглядом ее тело, не в силах перестать пялиться на ее аккуратную грудь, медленно, мысленно очерчивая ее плавные формы, невольно задерживаясь на затвердевших сосках. Джейс сделал глубокий вздох, облизывая по-прежнему пересохшие губы, не в силах даже моргнуть, не говоря уже о том, чтобы отвести взгляд и посмотреть в книгу. Желание прикоснуться к ней было настолько естественным и безотчетным, что рука сама собой потянулась вперед, мягко скользя по плоскому животу Клариссы, стоило ей чуть податься назад, по-кошачьи выгибая спину. Кончики пальцев едва коснулись полукружия груди, как Уэйланд спохватился, медленно отстраняя ладонь. Нет, он вовсе не собирался извиняться за свои действия, несмотря на запрет рыжеволосой к себе прикасаться. Неужели она думала, что он сможет удержаться, даже не попытавшись до нее дотронуться? С другой стороны, многое из подобных действий происходило в действительности само собой. Джейс был явно не в том состоянии чтобы обдумывать и, тем более, продумывать свои действия, так что, в какой-то степени, его не в чем винить, разве что в отсутствии раскаяния, но нарушать чужие правила редко заставляет испытывает подобное чувство.
— Просто стало жарко? – обжигая Фрэй взглядом, хрипло переспросил Уэйланд. Ему очень хотелось сказать нечто колкое и с сарказмом на тему шестой главы, но именно этого она от него и ждала? Хотя нефилим промолчал даже не поэтому, а потому что придумать нечто достойное, кроме «ты серьезно?!» он уже просто не мог.
Возвратив правую ладонь на положенное ей место, поддерживая обложку книги, светловолосый с тяжелым вздохом перевернул страницу, открывая шестую главу. Теперь он держал книгу чуть ниже, чтобы не загораживать себе столь прекрасный вид, невольно лишь усугубляя устраиваемую ему пытку.
— Зверобой чашечковидный, - озвучил он. — Какое интересное название, - хрипло хмыкнул Джейс, одаривая недвусмысленным взглядом обнаженную грудь Фрэй, тут же забыв, какое название предшествовало прилагательному «чашечковидный». — Растение высотой 25 сантиметров, из Восточного Средиземноморья, листья овальные, крупные, - читать становилось труднее. Паузы были все больше, Уэйланд то и дело останавливался, непроизвольно отрывая взгляд от книги и смотря поверх страниц на Клэри, каждый раз на пару мгновений забывая о происходящем, в том числе и о строчке, которую он только что прочитал. Приходилось мучительно искать ее, что получалось не сразу. Пару раз его взгляд невольно коснулся двери в ванную комнату, но нет он не попросит у нее небольшой тайм-аут, ведомый желанием облегчить себе жизнь. Хотя, учитывая, что впереди еще столько глав… Как он будет читать какую-нибудь восьмую, когда уже сейчас еле-еле складывает буквы в слова, а слова – в предложения? И все равно нет. Джейс отводил взгляд, набирая в легкие побольше воздуха и продолжал читать. Ну, насколько это можно назвать чтением. К счастью, эта глава была короткой и вскоре близилась к концу.
***
Было сложно не упускать суть происходящего, когда между ними происходило нечто подобное: эти рваные, шумные вздохи, красноречивее любых слов и даже стонов, говоривших о том, насколько им было трудно. Да и в оттягивании сладостного момента было определённое очарование. Клэри по-прежнему не знала, к чему всё идет, а главное, к чему ведёт она сама? Получит ли старший брат желаемое? Уступит ли она ему в конечном итоге? Или по прочтении пятнадцатой главы мстительно решит лечь спать? Она, конечно, не была уверена, что Джейс позволит ей заснуть после всего, что она здесь проделала, но попытаться ведь можно было, не так ли? Впрочем, все эти мысли лишь в теории блуждали в её голове: она не была до конца уверена в том, что при всём желании наказать Уэйланда, проучив его за дерзость, у неё самой достанет силы воли, не пойти дальше. Так и бессонницу заработать недолго... А им с утра рано вставать на тренировку.
— Конечно, я тебя слушаю, - с заметным усилием отозвалась Кларисса, пытаясь вспомнить о том, что брат только что прочитал, а главное, что ей было известно об этом растении. — Горицвет - это название адониса весеннего. Про него как раз и написана пятая глава, не так ли? - невозмутимо продолжала Фрэй, смерив брата взглядом, словно говорившим «ну что, съел?». На деле же ей просто повезло: про это растение часто встречалось и в других учебниках, но конкретно в этой книге информации было больше, так называемый углублённый курс. Для общего экзамена хватило бы простых определений и общих целебных свойств, но если рыжеволосая всерьёз задумывалась о врачевании, ей нужно было запомнить редкие свойства растений, противоядия к ним, если они были ядовитыми, и всевозможные сочетания с другими травами. Тот же адонис входил в состав, по меньшей мере, сотни целебных мазей и настоек, которые считались обязательными в арсенале любого целителя... Поразительно, конечно, как подобные мысли всё ещё были способны задерживаться в голове Клэри дольше, чем на 5-10 секунд, но благодаря этой небольшой, внутренней паузе девушка получила столь необходимую передышку, которая могла помочь продолжать их маленькую игру, не сдавая позиций. Чего нельзя сказать о Джейсе: брат явно приближался к грани, некоторой точке невозврата, готовый вот-вот наплевать на гордость, стоит Клариссе сделать что-нибудь ещё, что заставит его содрогнуться всем телом.
— Хочешь поговорить об этом? - хмыкнув, проговорила Клэри. Возможно, ситуации и правда несколько отличались, но лишь немного, а учитывая, что Джейс обманом заманил её в ловушку, а она, в свою очередь, открыто и честно поведала о том, какое наказание его ждёт, - у брата была фора и некоторое преимущество перед неизбежно надвигающейся действительностью.
— Я была честна с тобой, а ты меня обманул, так что давай не будем, ммм? - продолжала рыжеволосая, будучи уверенной в собственной правоте и невиновности. Не то, чтобы она считала себя жертвой обстоятельств, но тем не менее.
Старший брат ответил на её грубый поцелуй с готовностью и с таким же рвением, на которое она рассчитывала. Дыхание мгновенно сбилось - ужасно хотелось податься вперёд, отшвырнуть чёртову книгу, мешающую их телам соприкоснуться...
Но нет, игра была в самом разгаре, и Кларисса не собиралась отступать и сдаваться. Если этого хочет Джейс - это его право, она с радостью примет его поражение.
Тяжёлый, глубокий взгляд старшего брата, алчно скользивший по её полуобнажённому телу, обжигал. Даже в таком положении, чуть откинувшись назад, Фрэй почти видела, но больше чувствовала, как охотник вожделеет её, мечтает прикоснуться. И он прикоснулся... Кларисса ощутила его ладонь на своём животе, плавно смещающуюся к груди. Кончики его пальцев едва подрагивали, и нефилим решила быть милостивой, позволив молодому человеку такую вольность. Она и не надеялась, что он переборет столь сильное искушение, скорее наоборот, она хотела, чтобы он прикоснулся к ней и осознал в полной мере, чего он был лишён в этот момент.
— Просто стало жарко, - бессовестно ухмыляясь, подтвердила рыжеволосая, принимая более ровное положение Её ладони опустились на бёдра охотника, чуть сжимая тонкую ткань, пока он снова не начал читать. Первые несколько страниц Клэри просто сидела и ничего не делала, с удовлетворением отмечая, что брат то и дело прерывается, чтобы посмотреть на неё - якобы украдкой, невзначай, но она же видела. Видела, что он смотрит на неё, а главное, как смотрит. Его взгляд был жадным, изнемогающим, и в то же время не передающим и десятой доли той жажды и желания, что он испытывал сейчас.
Взгляд Фрэй опустился ниже: когда она сидела почти на самых коленях охотника, воодушевлённое состояние Уэйланда было не просто ощутимо, но ещё заметно невооружённым глазом. Тонкая ткань хлопковых штанов натянулась, обрисовывая контуры возбуждённой плоти, наверняка мечтавшей вырваться наружу. Ладошки Клариссы скользнули выше, аккуратно устраиваясь в промежности ног охотника, но пока что не переходя к более активным действиям.
— Даже не думай, - нежно отозвалась рыжеволосая, пару раз поймав взгляд брата, направленный в сторону ванной комнаты. Нетрудно было догадаться, зачем ему могла понадобиться ванная, но Фрэй никогда бы не позволила этому случиться.
— Что, руна выносливости уже растаяла? - ладошка нефилима продвинулась выше, касаясь члена охотника, скрытого под тканью, мягко и вместе с тем настойчиво оглаживая. Второй, свободной рукой, она потянула за слабую резинку штанов, совсем чуть-чуть приспуская их, обнажая небольшой, но такой чувствительный участок кожи в самом, самом низу живота - кожа здесь была особенно нежной, бархатистой, покрытой мягким, светлым пушком. Кларисса наклонилась вниз, запечатлевая в этом самом месте долгий, влажный поцелуй. Пока что только один.
***
Да, Джейс много чего хотел бы сказать, но учитывая обстоятельства сам по себе разговор как вид времяпрепровождения не казался ему такой уж привлекательной перспективой. Положа руку на сердце, он в самом деле по-прежнему не чувствовал даже толики вины за свою маленькую ложь, заманившую рыжеволосую в библиотеку. Да, можно сказать, что Уэйланд в самом деле ее обманул, но то, что вытворяла с ним она, нельзя сравнивать с маленькой, невинной ложью. Ложь-то в самом деле была невинной, а вот то, к чему она привела… Впрочем, некие высшие силы уже расквитались с охотником, претворив его выдумки в реальность. Он же говорил, что Мариз ждет Клэри в библиотеке, так вот она и пришла. К счастью, все обошлось, но порой казалось, что сам дьявол так и норовит подслушать любые неосторожные желания и слова, исполняя их в самый неподходящий для этого момент.
— И это мое наказание за ту маленькую ложь? – не выдержав, спросил Джейс, скептически изогнув бровь, давая понять, что он явно не считает подобные масштабы соизмеримые с его виной. Конечно, спорить с Фрэй в этом вопросе было просто бесполезно, но Уэйланд считал справедливым хотя бы обозначить свою точку зрения. Чтобы отстаивать ее нужны несколько более развернутые аргументы, но умственных резервов для них уже не осталось. Точнее, они были в зоне недосягаемости, и думал сейчас охотник явно не мозгом.
— Разумеется, просто стало жарко, - с претензией на сарказм вновь отозвался светловолосый. Видимо, Кларисса решила дать ему некую фору, какое-то время просто наблюдая за ним, но не предпринимая никаких решительно провокационных действий. С другой стороны, на первых порах одного лишь ее вида уже было достаточно, чтобы заставить Джейса в очередной раз позабыть о том, что он читает, равно, как и позабыть о том, как читать в принципе, однако, вскоре ей и этого стало недостаточно. Ее ладошки неспешно скользнули выше, занимая куда более стратегически значимое положение, в опасной близости от самого главного. Уэйланд напрягся уже тогда, настороженно бросив взгляд на ее руки, но продолжая читать.
— Не понимаю, о чем ты, - прервавшись, вскользь бросил он. Конечно, он прекрасно знал, к чему относилось «даже не думай». Наверняка она проследила за направлением его взгляда, к тому же, Уэйланд неосознанно посмотрел в сторону ванной уже пару раз, так или иначе мучаясь мыслями о возможном избавлении. Нет, он не хотел получить его так, он хотел получить ее, и не иначе. — Что?.. – «какая руна» хотел произнести Джейс, но предложение оборвалось намного раньше, вместе с тем, как ладонь Клариссы продвинулась еще выше, почти ласково накрывая возбужденную плоть через тонкую, трикотажную ткань его штанов. Барьер скрадывал определенную толику ощущений, но самих по себе ее прикосновений, жара ее руки, было уже достаточно, чтобы не только потерять дар речи, но и почти позабыть о своем жгучем желании быть всегда победителем. К счастью, глава подошла к концу, но Уэйланд осознал это не сразу, глухо застонав и опускаясь вниз, медленно сползая со спинки кровати. Теперь он фактически лежал, временно положив раскрытую книгу на грудь, едва не выронив ее из рук.
— Всегда можно нарисовать новую, - хрипловато произнес нефилим самое первое, что пришло в голову. Теоретически, стило лежало на прикроватной тумбе, но вряд ли Клэри позволит ему нанести еще одну руну выносливости. Она хоть немного, да скрасила бы его пытку, но его младшая сестра же не этого хочет, верно? Она явно не собиралась облегчать испытание и тогда, когда невзначай, играючи приспустила слабую резинку штанов, едва стягивая их ниже, обнажая уязвимую и нежную кожу. Джейс инстинктивно прикрыл глаза, в следующее мгновенье ощущая влажный и жаркий поцелуй, невольно вздрогнув и чуть выгибая спину в очередной тщетной попытке найти удобное положение. Штаны сползли еще ниже, и теперь светловолосому отчаянно хотелось избавиться от них вовсе. Резинка, пусть и слабая, неприятно терлась о разгоряченную кожу, не говоря о том, как тесно и жарко ему было в этой трикотажной ткани, от чего не спасал даже свободный покров его любимых штанов.
— Хочу тебя… - тихо произнес Джейс, поймав ее ладошку, накрывая своей собственной, настойчиво опуская ее ниже, вместе с тем опуская растянутую резинку еще ниже и ниже. Неужели она не понимала, что в таком состоянии он вскоре просто не сможет читать. Мысли уже давно заменили воспоминания. Тело помнило ее обволакивающий, уютный жар, мечтая почувствовать его вновь, прямо сейчас, здесь, сию секунду. В таком состоянии Уэйланд был не уверен, что сможет назвать буквы алфавита, не говоря о чтении следующих глав.
***
Признаться, чем дальше, тем сильнее Клэри терялась в своих эмоциях и в оглушительно-затягивающем чувстве власти. Контроль над ситуацией пьянил хлеще любого наркотика, растекаясь по венам, словно сладкий яд. Голова приятно кружилась, делая мысли, да что там, даже тело, невероятно лёгкими, но даром что напряжёнными. Импровизация, с которой все началось, присутствовала и здесь: Фрэй не планировала никакие из своих действий, лишь действовала по наитию или мимолётному порыву, вспышкой врывающемуся в сознание. И пока, что всё складывалось отлично. Джейс, как послушный мальчик, следовал всем её указаниям и выполнял условия их соглашения, страшась лишиться своей награды, которая давным-давно превратилась в сладкую пытку. Кларисса его понимала: она и сама бы вряд ли отказалась от подобных «страданий» потому, как на самом деле они таковыми не являлись. Подобные дразнящие поцелуи и ласки лишь обостряли все эмоции и ощущения, в том числе и у рыжеволосой, делая их близость ещё более яркой и желанной.
— На каждое действие всегда найдётся противодействие, тебе ли об этом не знать? - до тех пор, пока старший брат считал свои поступки незначительными проступками, Клэри хотелось наказать его по всей строгости. В самом деле, что значит «незначительная ложь»? Любая ложь несла на себе отпечаток множества последствий, которые она могла за собой повлечь, и пока охотник считал, что им повезло, это вовсе не означало, что это в самом деле так. Расплата могла наступить очень скоро. Вытащив брата с того света, Клэри нарушила баланс сил, за что она обязательно однажды расплатится... Не зря ведь говорят, что взмах крыльев бабочки на одном конце Земли, может вызвать настоящий ураган на другом. Если Уэйланд в это не верил, в это верила Фрэй. Нельзя жить с ощущением полнейшей безнаказанности за собственные поступки, пусть они и были чертовски приятными и подарили немало сладких минут им обоим.
— Я слышу сарказм в твоём голосе? - веселясь, парировала Кларисса. Сарказм, кажется, всё, что осталось её брату, учитывая его беспомощное состояние. Рыжеволосую с каждой минутой всё больше волновал вопрос, когда же его терпение лопнет? На седьмой главе? Или он продержится до восьмой?
— Всё ты понял, Джейс, - чуть усиливая нажим ладошек, продолжала нефилим, одновременно с этим срывая с губ молодого человека глухой стон. Молодой человек медленно сполз вниз, и Клэри пришлось последовать за ним, дабы не терять свободы действий, по-прежнему сидя на его коленях.
Клэри тихо рассмеялась, не сумев сдержаться. Уэйланд, конечно же, несерьёзно про руну выносливости? Подарить ему магию рун и, тем самым фору? Он же не считает, что она позволит ему это?
— Ох, нет, и об этом тоже не думай, я скорее помогу растаять той, что осталась. Если она, конечно, осталась, - буквально промурлыкала девушка, запечатлевая ещё один жаркий поцелуй в низу живота старшего брата. Джейс подался навстречу, заставив Клэри крепче прижаться губами к разгоряченной коже. Она лишь на мгновение выпустила зубки, легко-легко прихватывая чувствительную кожу. Штаны сползли непозволительно низко, и всё же не настолько, чтобы принести их хозяину долгожданное облегчение и свободу. Клэри была уверена, что Джейс только и мечтает, как о том, чтобы она стянула с него хлопковую ткань, ну, а дальше...
Кларисса вздрогнула, стоило брату поймать её ладошку и накрыть своей, направляя их руки вниз. Рыжеволосая чувствовала, как ткань под их напором сползает вниз. Она не стала сопротивляться, подумав, что, пожалуй, это может быть интересно... Спустя некоторое время ткань оказалась на бёдрах молодого человека, всё же подарив ему некоторую долю свободы. Ладошка Клэри с нежностью коснулась возбуждённой плоти Джейса, любовно пройдясь пальчиками от самого верха к основанию.
— Я продолжаю, пока ты продолжаешь читать, ты забыл? Или ты хочешь, чтобы я остановилась? - ладонь плотно обхватила член охотника, но двигать рукой Клэри не торопилась, давая брату насладиться жаром и мягкостью её кожи. Чуть подавшись вперёд, левой рукой, Кларисса подтолкнула книгу к Уэйланду.
— Глава семь... - плотно окутывающее, скользящее движение верх-вниз. — Ты меня разочаровываешь, дорогой брат, где же твоя выдержка? Это даже не половина пути, - ещё одно терпкое, скользящее движение.
— Возможно, после пятнадцатой главы я буду великодушна, и ты получишь то, что хочешь. Возможно, - Клэри заговорщически улыбнулась, стискивая коленями бёдра старшего брата и продолжая медленно двигать рукой.
***
Насчет понимания Клэри, конечно, погорячилась. То есть, в общем и целом, до Джейса, конечно доходил смысл ее слов, но далеко не всегда, и вовсе не по его желанию. И все же поход в ванную комнату бы не помешал, но Фрэй явно была не настроена помочь ему сдаться, позволив такой своеобразный побег. С другой стороны, променял бы Уэйланд сладкую, но все-таки пытку, на такое избавление? Едва ли. В конечном итоге, игра стоила свеч, во всяком случае, в это хотелось верить, да и сам процесс доставлял массу самых разнообразных впечатлений.
Несмотря на непредсказуемость Клариссы, медленно, но верно ставшую одной из любимых и в то же время местами пугающих черт его младшей сестры, охотник не верил, или не до конца верил, что она решит пойти дальше. Он сам опустил ее ладошку непозволительно низко, но был почти уверен, что через пару секунд она отдернет ее, не желая давать ему то, о чем он ее просит, ведь это была именно безмолвная просьба, разве нет? В любом случае, Клэри умела удивлять и здесь, проявив некую долю милосердия, но милосердия ли?
— Нет, не останавливайся, - тут же с готовностью прошептал Джейс, ощущая, как нежную кожу обжигает жар ее ладони. Тонкие пальцы плотно сомкнулись вокруг его члена, но Фрэй не спешила действовать, давая возможность прочувствовать момент до конца. Обволакивающее прикосновение непроизвольно заставило тело вспомнить о том, что может быть еще жарче, приятнее, иначе… — Клэри… - словно напоминая, что ждет определенного продолжения, тихо простонал Уэйланд, стирая тыльной стороной ладони крохотные капельки испарины, выступившие на лбу.
Словно желая продемонстрировать, что он теряет, если условия игры будут нарушены, Фрэй позволила ему прочувствовать одно скользящее, мучительно-медленное и настойчивое движение своих ловких пальцев, заставляя Уэйланда в очередной раз с придыханием облизать пересохшие губы, опуская ресницы. О каком чтении могла идти речь? И, тем не менее, он принял книгу из ее рук, ухватившись за переплет двумя руками, пытаясь поставить ее вертикально, чтобы иметь возможность читать даже в таком положении.
— Ты же несерьезно… Пятнадцать глав… - прошептал нефилим, скорее, для себя, нежели для нее. К сожалению, она была серьезна как никогда, и он уже в этом убедился. Да и вообще, если Кларисса поставила себе цель, то бесполезно пытаться ее переубедить, упрямство – великая вещь и отличный стимул в таких вещах.
Тугой узел внизу живота медленно и томно сжался, вторя ее неторопливым движениям, обжигая языками пламени все изнутри. Они взметнулись вверх, но недостаточно высоко, чтобы дать выход этому вязкому, тягучему жару. Даже близко не так высоко, напоминая, что пытка может еще продолжаться и продолжаться, даже без руны выносливости. В таком состоянии Уэйланд успел позабыть, где она была, но это и не так важно, все равно от метки остался один лишь белесый след. Ее потенциал уже был неполным до наступления ночи, так что хватило пары страстных поцелуев или чуть больше, чтобы окончательно его подточить.
— Глава семь… Каллиизия душистая… - едва различая буквы, с трудом прочитал Джейс. Так хотелось прикрыть глаза! Раньше, в такие моменты это казалось чем-то простым и естественным, в чем нефилим даже не отдавал себя отчета, покоряясь порыву, но сейчас, когда ему потребовалось концентрировать внимание и стараться что-то прочитать, веки норовили опуститься сами собой, пропуская его в уютную бездну. — Ммм… Травянис… - Джейс тяжело вздохнул, обрываясь на полуслове, покрепче перехватывая книгу. — Травянистое растение семейства… - кто бы мог подумать, что такие прикосновения лишают его не просто концентрации и силы воли, но и элементарной способности думать. Раньше Уэйланд весьма скептически воспринимал слова Алека, что он думает не тем мозгом, находясь рядом с Клэри, но он был прав. «Основной» мозг просто отключался, и то ли виной тому, что кровь приливала вниз, заставляя его голодать, то ли эмоциональный всплеск, но это правда. — Клэри…ммм…растение с двумя типами побегов, - нечаянно перепрыгнув через строчку, хриплым, низким голосом продолжил пытаться читать охотник. — Еще…сильнее… - непроизвольно сорвалось с его губ, прежде чем Джейс заставил себя вспомнить о чтении, седьмой главе, и, кажется, о лекарственных травах. — Этими розетками каллизия и размножается… - его «повествование» едва ли напоминало связанный рассказ, но как Уэйланд ни старался, он не мог, просто не мог сосредоточиться и прочитать хотя бы пару предложений, не останавливаясь, не отвлекаясь на очередной тяжелой вздох, или пытаясь лечь поудобнее. О какой выдержке вообще может идти речь? Учитывая обстоятельства, он еще неплохо держался, пока что не осознавая до конца, что все будет не просто после пятнадцатой главы, а «возможно будет».
***
Ждать от Джейса многого в таком состоянии явно было нельзя. Раньше Кларисса не до конца понимала смысл, когда слышала выражение, гласившее о том, что из мужчин можно вить верёвки, - но не теперь. Старший брат скоро позабудет собственное имя, плавясь от её прикосновений и изнемогая по близости с ней - это ли не то самое, о котором говорилось в знаменитой, крылатой фразе? Сам Уэйланд наверняка и предположить не мог, что однажды будет в полной и безоговорочной власти какой-то девушки и, тем более собственной сестры. Признаться, в таком разгорячённом состоянии, эта мысль тоже пьянила. С утра, когда Фрэй придёт в себя, ей станет стыдно за подобные помыслы, но не сейчас. В данный конкретный момент их пагубное влечение к друг другу возбуждало ничуть не меньше самих действий. Это было сродни тёмной материи, которую Кларисса впервые пробовала на вкус и на ощупь. Ну хорошо, может быть, не в первый раз, но осознанно так точно в первый. Это странное, острое ощущение, будто они с братом были друг у друга под кожей, не просто угадывая желания друг друга, но зная их наперёд. Чувства и ощущения Джейса становились её чувствами и ощущениями - рыжеволосая поймала себя на странной мысли, что изнемогает ничуть не меньше охотника, будто бы это он её мучает, а не она его. Странное ощущение дежавю, охватившее её ещё в библиотеке, накрыло девушку с головой. Что на неё оказывало такой странный эффект? Стоны молодого человека? Его тяжёлые вздохи? Его попытки устроиться поудобнее? То, как он звал её по имени? Что же именно было для неё, словно наркотик?
Брат просил не останавливаться... Что ж, если он и дальше будет послушным, она с радостью исполнит его просьбу, почти мольбу. И будто бы в подтверждение своих слов, рыжеволосая уверенно двинула рукой верх-вниз, ловя уверенный, достаточно быстрый ритм, но всё же не достаточный для того, чтобы Джейс пересёк незримую черту. В таком ритме она могла мучать его ещё очень и очень долго. Вплоть до пятнадцатой главы, например.
Должно быть, Уэйланда такое положение почти устроило. Ну или он просто смирился с ним, принимая из рук Фрэй книгу и устраивая её на груди. Губы рыжеволосой растянулись в улыбке, на пару мгновений движения руки стали более быстрыми, дразнящими. На долю секунды могло подуматься, что Клэри будет милостива и подарит брату, если не желанную развязку, то нечто похожее на снятие напряжения. Но почти сразу она сбавила скорость, возвращаясь всё к тому же уверенно-размеренному ритму и обволакивающим движениям своей горячей руки.
Нефилим и сама едва ли слышала и понимала, о чём Джейс читает, но какое же удовольствие было видеть, как он терзается! С каким трудом ему даётся чтение, он будто бы вспоминал буквы алфавита прежде, чем прочитать одно-единственное слово. Клэри почти ликовала. Теперь он может представить хотя бы приблизительно, какого ей было в библиотеке, и в особенности в тот момент, когда туда вошли Мариз и Изабель!..
В процессе чтения молодой человек постоянно отвлекался: Фрэй не винила его за это, скорее наоборот, забавлялась, видя его мучения. И всё же брошенные между делом, просящие фразы не могли остаться незамеченным. Ещё, значит? Сильнее?
Что ж, он сам просил.
Влажные губы рыжеволосой опустились на бедро старшего брата, оставляя на коже жаркий поцелуй, а затем ещё один и ещё. Клэри неспешно двигалась выше, по ноге, пока её губы не сомкнулись вокруг выступающей тазовой косточки, напоследок прихватывая её зубами. Губы сместились чуть левее, целуя низ живота и неспешно продвигаясь к некоторой незримой линии в центре. Кларисса могла бы опуститься ещё ниже, обхватывая губами член охотника, но что-то её останавливало. Ещё никогда прежде она делала ничего подобного, и как бы сильно её не будоражило происходящее, в какой-то момент она замерла, не будучи уверенной в том, что готова проделать такое с родным братом. Ладошка, сжимавшая возбуждённую плоть, ослабла, почти соскальзывая вниз...
***
Читать становилось почти невозможно. Джейсу и в самом деле казалось, что он заново вспоминает алфавит, быстро проговаривая в голове названия букв и лишь потом складывая их в слоги, а затем и в предложения, смысл которых едва ли доходил хотя бы до одного из них. Несмотря на изначальные обучающие цели, светловолосый был почти уверен, что Клэри сейчас могла с таким же успехом слушать «Искусство войны» или какой-нибудь роман Джейн Остин, не почувствовав разницы. Ей был важен сам процесс, сам факт наказания и определенной, по-своему изощренной пытки, которую она устраивала своему брату. Что ж, в любом случае, у нее это получалось. Каких только усилий стоило Уэйланду сохранить свое положение, не уронив книгу, каждые полминуты тщетно пытаясь найти более удобную позу, но все это было, скорее инстинктивными, неосознанными порывами. Тот дискомфорт, который он испытывал во всем теле, если эти ощущения можно охарактеризовать подобным, далеко не самым точным описанием, никуда не уйдет, стоит откинуть голову на спинку кровати или опуститься чуть ниже. Тело молило совсем о другом. Да, именно молило, плавясь от ее уверенных, быстрых движений, спотыкаясь на каждом третьем слове этой проклятой главы. Конечно, Джейс мог ее прервать, мог перехватить ее запястье, заставляя сбавить темп и даря себе призрачную возможность сделать глубокий вдох, возможно, даже перевести дыхание, но…ему ведь это нравилось. Он сам попросил ее о большем, сгорая и одновременно наслаждаясь мучительной агонией. Тепло ее ладони и тонких пальцев по-прежнему обжигало и без того разгоряченную кожу, невольно заставляя продолжать все тот же ассоциативный ряд: может быть еще жарче, ближе… Тугой узел внизу живота пульсировал все сильнее, вторя ритму ее движений, заставляя все острее чувствовать набухающий и стремительно разрастающийся в размерах огненный шар. В какие-то мгновения Джейсу начинало казаться, что он готов заполнить собой все, поглощая все на своем пути, но и Фрэй это чувствовала, тут же сбавив темп, возвращаясь к все тем же размеренным, плавным движениям, давая понять, что та незримая грань куда дальше, чем могло показаться парой секунд назад.
Все бы ничего, Уэйланд мог и дальше с переменным успехом предпринимать попытки сложить буквы в длинные, занудные слова, но Кларисса оказалась на удивление покладистой и великодушной, решив исполнить его просьбу. Пытаясь сосредоточиться на плывущих строчках, охотник не заметил, как она склонилась, касаясь губами его кожи, обжигая влажным, размашистым поцелуем. Они поднимались все выше, заставляя Джейса крепче стиснусь книжный переплет и затаить дыхание – он остановился, в очередной раз потеряв строчку, не в силах заставить себя вымолвить хоть слово. Приходилось кусать губы, и пару раз даже прикусить щеку изнутри, сдерживая очередной тяжелый вздох, но когда ее зубы игриво и словно дразня прихватили выпирающую косточку, Уэйланд не выдержал. Шумно вздохнув, он положил книгу на груди, слегка приподнимая голову, как будто просто чувствовать происходящее внезапно стало недостаточно. Он хотел видеть. Ее губы поднялись выше, целуя низ живота, смещаясь к опасной, невидимой линии, делая каждый последующий поцелуй еще желаннее, еще невыносимее… В хорошем смысле слова, разумеется. Так хотелось закрыть глаза, откинуть голову на мягкую подушку, но Джейс не мог отвести взгляд, наблюдая за сестрой из-под полуопущенных ресниц. Неужели она?.. То, что могло бы произойти дальше уже не раз происходило между ними, но только в его снах. Снах, или фантазиях – называйте, как хотите. Уэйланд представлял это по-разному, в самом разном антураже, при разных обстоятельствах, каждый раз смакуя момент, когда ее мягкие, влажные губы касаются возбужденной плоти, и… Дальше он не знал, какими будут ощущения. Он представлял их, воображая все тот же плотный, окутывающий жар, но он не мог быть таким же, какой дарило ее тело, и какой уже был ему знаком. Дело было не в том, что ничего подобного не происходило между ним и Клэри, а в том, что нефилим в принципе никогда не пробовал ничего такого, даже с Кэйли, которая всегда отличалась определенной раскрепощенностью. Может, все дело было в том, что у них всегда было мало времени на их «встречи»?.. Теперь, в любом случае, это неважно. С другой стороны, как бы Джейс ни хотел, чтобы Фрэй продолжила, он не мог попросить ее об этом или подтолкнуть – это должен быть ее выбор, и ее желание. Учитывая, что они были связаны кровными узами, решиться на такой шаг наверняка сложнее, хотя самому Уэйланду мысль о том, что его сестра будет вытворять с ним подобные вещи казалась дико возбуждающей при всей своей неправильности и извращенности. Впрочем, с двумя последними характеристиками в отношении себя он, в общем-то, почти смирился.
Джейс не шелохнулся, затаив дыхание, не сводя глаз с младшей сестры. Они казались настолько темными, сверкая из-под светлых, пушистых ресниц, отбрасывающих кружевную тень на высокие скулы, что понять, что они выражали, становилось крайне сложно. Но их взгляд обжигал. Тяжело сглотнув, молодой человек поудобнее перехватил книжный переплет, давая понять, что и он продолжит, если продолжит она…
***
Есть некоторые черты, которые крайне сложно пересечь, и причин на это может быть много. Начиная от воспитания и социальных норм, навязанных обществом, заканчивая собственными, моральными принципами. Кларисса в принципе никогда бы не подумала, что может оказаться в ситуации, подобной этой: впервые по-настоящему влюбиться в того, кто окажется её старшим братом, и не просто не совладать с искушением, а наоборот поддаться ему. Видит Бог, она старалась, очень старалась, - но чем больше она прикладывала усилий, тем больше усложнялась ситуация, чуть было не дойдя до летального исхода. И теперь предаваясь утехам в постели Джейса, Клэри внезапно остановилась, замерла, не в силах продолжать, не решаясь сделать следующий шаг. Боялась ли она? Пожалуй, нет. Хотела ли она продолжить? Конечно, хотела. Не только парням нравится представлять нечто подобное, но и ей тоже, будучи без памяти влюблённой в Уэйланда, хотелось проделать с ним нечто подобное. Так, в чём же была причина? Наверное, в том, что в голове рыжеволосой такой шаг ассоциировался с чем-то жутко личным, чем совершенно точно не стоило разбрасываться почем зря. Но разве Джейс не был тем самым? Конечно, был. Клэри поняла это ещё давно, и как бы рьяно не пыталась отрицать очевидные вещи, у неё ничего не выходило, и так или иначе они пришли к тому, от чего она однажды сбежала. Так, чего же было терять? Почему бы не сделать последний шаг, стирая и так уже несуществующие границы между ними, дополняя их близость чем-то ещё? Не то, чтобы им не хватало разнообразия, - его порой было в избытке, и каждый раз не был похож на предыдущий, был особенным, и всё же это было другое.
Пока нефилим предавалась философским рассуждениям в своей голове, брат окончательно потерял самообладание. Она уже почти не обращала внимание на то, как он ёрзал по кровати в тщетных попытках найти удобное положение, но когда он отложил книгу, кладя её на грудь, Фрэй всё же заметила это, отвлеклась, поднимая на него взгляд. Джейс смотрел на неё во все глаза и как будто бы перестал дышать. Он больше не шевелился, и лишь пушистые ресницы слабо подрагивали, но, казалось, что охотник боялся даже сморгнуть, нарушая их глубокий, зрительный контакт. Кларисса поймала его взгляд, от которого непроизвольно вздрогнула: тёмные, янтарные глаза сейчас напоминали жидкое пламя, которое так и норовило обжечь нежную кожу. Что, собственно, и случилось. Конечно, это всё было плодом воображения Клэри, но насколько же яркой и настоящей казалась эта иллюзия! Она проследила взглядом за руками брата: за тем, как он осторожно обхватил книгу рукой, будто бы давая понять, что он помнит условия их маленькой игры. Возможно, его послушность и стала решающим фактором, позволившим откинуть все сомнения? Уэйланд вероломно нарушил с утра её зону комфорта, подчинив собственной воле, сыграв с ней бесчестно, хитро, более того, даже призвав на свою сторону физическую силу, когда не дал ей подняться с его колен, а теперь был таким покладистым. Кажется, брат в самом деле усвоил урок, который рыжеволосая хотела ему преподать: он должен уважать не только её чувства и решения, но и свободу, физическую в том числе. Клэри медленно опустила ресницы, а затем и глаза. Ей пришлось съехать ниже, чтобы занять более комфортное положение. Обхватив член Джейса рукой, рыжеволосая осторожно коснулась губами головки, словно целуя. Ощущения, надо сказать, были крайне необычными... Кожа в этом месте была очень и очень нежная, и для самой девушки подобные впечатления оказались в новинку. Пожалуй, она даже не ожидала такого, в следующее мгновение с любопытством погружая член охотника в рот примерно на две трети. Она плотнее сомкнула губы, позволяя брату ощутить обволакивающий жар её рта, и стала медленно опускать голову ниже, - кажется, Кларисса была полна решимости погрузить его в рот полностью. В какой-то момент хотелось закашляться, но каким-то чудом Фрэй справилась и с этим новым для неё ощущением. Нефилиму потребовалось несколько минут, пока она с пылом истинного исследователя двигала ртом вверх-вниз, помогая себе рукой, и то присоединяя к своим томным прикосновениям шероховатый язычок, то влажные нежные губы, чтобы понять, какие именно прикосновения вызывают в теле старшего брата неконтролируемую дрожь.
Она уже не слышала, читает ли Джейс, как и было обговорено, да и имело ли это значение? Фрэй сама сходила с ума от того, что делала сейчас и от того, как Уэйланд реагировал на её ласки. Рыжеволосая не заметила, как её свободная, ничем не занятая ладошка инстинктивно скользнула вниз, дотрагиваясь до собственного тела сквозь тонкую ткань пижамных шорт.
***
Крепко сжимая книгу, Джейс по-прежнему не отводил взгляд от Клариссы, словно стоит ему моргнуть, шелохнуться – и она исчезнет. Все исчезнет, как один из его снов. По идее, он должен их стыдиться, как и всего, что происходило между ними, но чему они были не способны сопротивляться, однако сейчас ни отголосков стыда, ни угрызений совести Уэйланд не испытывал и в помине. Причем не только сегодня, в столь красноречивый момент, что вполне объяснимо, но и ранее, стоило губам Клариссы прошептать «мы можем хранить это втайне». Впору почувствовать вину за то, что и ее потянул за собой, лишая бессмертную душу даже надежды на рай, но эти слова напротив вселили в сердце нефилима покой и умиротворение, словно все встало на свои места. Впрочем, сейчас он был далек от всех этих философских рассуждений, с нетерпением ожидая следующего шага сестры. На миг их глаза встретились, после чего Клэри медленно опустила длинные ресницы, словно выигрывая пару дополнительных секунд, наконец, прикрывая глаза. Джейс пытался понять, уловил ли он на ее миловидном личике некую тень сомнения или неуверенности, но нет. Или ему просто хотелось, чтобы все было именно так, и воображение выдавало желаемое за действительное? С другой стороны, реальность ничуть не уступала все тем же самым смелым фантазиям. Миниатюрная ладошка Фрэй снова опустилась вниз, позволяя тонким пальцам обхватить его член, срывая с пересохших губ тихий вздох. Уэйланд остро чувствовал, как воздух начинает сгущаться, а в кончиках пальцев приятно покалывает, как будто от волнения, но, может, это оно и было? Хотелось набрать в легкие побольше воздуха, размеренно вздохнуть, но он не смел. Ее губы запечатлели легкий поцелуй, по факту просто мягко касаясь головки члена, непривычно обжигая нежную кожу. Джейс невольно вздрогнул, точнее, вздрогнули мышцы пресса, мгновенно напрягаясь и превращаясь в тугие струны. Ощущения были…острыми и непривычными. Светловолосый отлично помнил, какими нежными были ее губы, они ведь столько раз целовались, но сейчас их прикосновение казалось особенным, более мягким и чувственным. Переборов мгновенный порыв прикрыть глаза, охотник поудобнее оперся локтями о кровать, по-прежнему крепко сжимая книгу, не отводя взгляда от Клариссы. По правде говоря, не самое удобное положение, спина и шея потихоньку начинали ныть, но Уэйланд этого не замечал. Казалось, Клэри самой было любопытно не меньше него самого, что произойдет дальше, и как это будет. Впервые, они оба делали что-то в первый раз. Вот, что, должно быть, чувствовала Фрэй в момент их первой близости, представляя, что ожидает ее впереди, но не зная, что она будет чувствовать на самом деле. Только сейчас они оба этого не знали, и ситуация в прямом и переносном смысле находилась в ее руках. Кларисса подалась вперед, мягко, плавно обхватывая губами его член, погружая в рот. Трудно сказать, что поражало больше: полнота ощущений или эстетическое восприятие. Ее мягкие, чуть припухшие от многочисленных поцелуев, губы, принимающие его, ласкающие, или этот плотный, влажный жар, напоминающий уже хорошо знакомый ему, и в то же время совсем иного свойства. Джейс бесшумно приоткрыл рот, не веря, что она пойдет дальше, примет его полностью и без остатка, но его хрупкая, младшая сестра была полна решимости и здесь пойти до конца. Как же хотелось прикрыть глаза, но он не хотел, желая увидеть этот момент. Наверное, он и стал последней каплей, последним ударом, надломившим жалкие остатки самоконтроля, заставляя позабыть и о нем. Уэйланд услышал свой стон, не заметив, как все вокруг погрузилось в уютную, мягкую темноту – он прикрыл глаза, позволяя себе опуститься назад, почувствовать опору. Она делает это с ним, он полностью принадлежит ей, и впору сказать «было ли когда-то иначе», но да, было. Было не так. С каждым днем они становились все ближе, с каждым подобным шагом. Секс, да и любая близость, даже поцелуи – это уже нечто личное, но то, что происходило сейчас, находилось за какой-то определенной, незримой чертой, как в плане ощущений, так и с точки зрения морального аспекта. Хотелось бы сказать, что Джейс даже не смел о таком мечтать, но он смел, просто не верил, что Клэри решится, только она всегда умела удивлять. Книга выскользнула из его рук, а на ладонях выступила легкая испарина. Как бы нефилим ни хотел продолжить читать, придерживаясь их уговора, он просто не мог. Ему так хотелось за что-то удержаться, найти опору, и его ладонь по наитию опустилась вниз, вскользь коснувшись смятого покрывала, наконец, почувствовав привычную, шелковистую мягкость ее волос. Первым инстинктивным порывом было сжать пальцы, и Уэйланд не мог понять, почему, и откуда это в нем, но он не стал этого делать, поглаживая раскрытой ладонью растрепанные локоны. Пальцы так и норовили сжаться, стоило почувствовать очередное прикосновение ее влажных губ или горячего языка, но Джейс лишь крепче сжимал другой, свободной рукой покрывало, стараясь не стонать, но… Получалось через раз. Да, это было немужественно, во всяком случае, он считал это именно таким, всегда стараясь вести себя сдержанно, но сейчас как бы он ни старался – просто не мог, то и дело едва выгибая спину или запрокидывая голову, закусывая нижнюю губу. Может быть, со временем, все это чувствуется иначе, не так остро? Пока что охотник в этом очень сильно сомневался. Стоило ему воскресить перед своим мысленным взором образ Фрэй, представляя, как все это выглядит со стороны, и его накрывало липкой, вязкой волной жара. Он путался в нем, терял мысли, терял самообладание. В какой-то момент Джейсу даже показалось, что рука Клариссы скользнула вниз, случайно задев его бок, но зачем? Его воображение тут же нарисовало, зачем, заставляя огненный шар внизу живота вспыхнуть сильнее, на этот раз не просто пульсируя, а буквально перекатываясь, разросшись до невероятных размеров, норовя вырваться наружу и сжечь все на своем пути. Она хотела его и сходила с ума не меньше, чем он сам. Одного этого осознания и понимания того, что она прикасалась к себе, думая о нем, видя, как ему хорошо, могло быть достаточно, чтобы подвести к той незримой черте…
— Клэри… - открывая глаза, взволнованно прошептал Джейс, приподнимая голову. Возможно, и она чувствовала, что он был близок, но хотела ли она, чтобы это произошло вот так? Была ли готова? Уэйланд не знал этого и сам: он просто хотел получить ее, все было просто.
***
Должно быть, в этом и была определённая суть отношений: не только брать, но и отдавать что-то взамен, не только самой получать удовольствие, но ещё больше дарить его. Клэри до сих пор не могла привыкнуть к тому, насколько её вдохновляло дарить Джейсу наслаждение. Она обожала наблюдать за ним в такие моменты, чувствовать его сбивчивое, рваное дыхание, напряжённые мышцы, невероятное возбуждение - это было восхитительно! - и вместе с тем так сильно возбуждало её саму, что было трудно удержаться. Когда ему было хорошо, ей тоже было хорошо, - всё взаимосвязано. Были ли виной всему кровные узы, делая их связь ещё более прочной и крепкой, почти нерушимой, позволяя им чувствовать друг друга так, как казалось, никому не было подвластно. Иногда это пугало, заставляя вздрагивать всем телом и внимательно всматриваться в любимые янтарные глаза, ища в них молчаливой поддержки.
Но сейчас Фрэй не думала ни о страхах, ни о сомнениях, которые иногда всё же посещали её голову, ни о каких бы то ни было других мыслях, - гораздо больше девушку занимало сейчас тяжелое дыхание брата и то, как он, приподнявшись на локтях, наблюдал за её действиями, не веря, что это происходит на самом деле.
Нет, Джейс, это не сон и не твоя фантазия, всё это происходит на самом деле... Твоя младшая сестра в самом деле проделывает это с тобой... Сейчас...
Рыжеволосая, не отрываясь от своего томного занятия, подняла на Уэйланда глаза, встречаясь с ним взглядами. С темпа она, конечно, немного сбилась, но те несколько секунд, что Кларисса наблюдала за братом, были бесценны, равно как и то, что она видела в его глазах в эту самую секунду. Она не знала, как точно описать это: смесь ужаса и восторга? Восхищения и волнения, и толики страха? Взгляд тёмных, золотистых глаз манил и завораживал, но Фрэй не хотела отвлекаться, и она поспешила отвернуться, полностью возвращая своё внимание сладким ласкам. Впрочем, и молодой человек уже не выдержал, прикрыв глаза, позволив себе погрузиться в благостную тьму, но этого рыжеволосая уже не видела.
Губы рыжеволосой продолжали плотно обхватывать член охотника, то полностью погружая его в рот, то ненадолго замирая и позволяя скользнуть ему за щеку. От таких действий Джейс не мог сдержать стон, почти метаясь по подушке. В какой-то момент нефилим даже почувствовала его ладонь на своих волосах. Обычно это ей нужна была точка опоры, а теперь и ему? Интересно. Пальцы брата рассеянно поглаживали медные волосы, но Клариссе казалось, будто бы чего-то не хватает - какого-то маленького штриха, ввиду чего этот жест казался неполным. Она не могла сказать, что именно было не так, но что-то определённо было. Впрочем, эта мысль ненадолго задержалась в голове Клэри.
Рыжеволосая чувствовала, что милый брат близок к развязке, и она была в самом деле не против дать ему это, но что-то заставило девушку остановиться, споткнуться на ровном месте. Замерла и её ладонь, оглаживающая собственное тело. Кольцо из губ стало не таким плотным, Фрэй замешкалась, и в этот самый момент Уэйланд позвал её по имени. Кларисса подняла на брата глаза, чувствуя некоторое смятение, нерешительность и даже стыд за то, что она остановилась. Джейс был так близок, совсем немного, так, почему бы ей не дать ему желаемое? Она и сама не знала, почему, но всё же разомкнула губы, медленно и неуверенно отстраняясь от молодого человека, постепенно выпрямляя спину. Нефилим тяжело дышала через открытый рот, не зная, что сказать, да и стоит ли?
***
Клэри остановилась. Трудно сказать, ожидал ли Джейс этого, хотел ли? С желаниями сейчас было сложнее всего: хотелось все, и сразу, не говоря о том, что молодой человек попросту терялся в своих ощущениях, плавясь от плотного, окутывающего жара, изо всех сил пытаясь контролировать пульсирующий огненный шар внизу живота, так и жаждущий затопить своим теплом все его существо. Можно вспомнить бесконечные фантазии и сны, в чем охотника сложно винить, как и любого другого парня его возраста, без памяти влюбленного в привлекательную девушку, вот только эта девушка была его родной сестрой, но сейчас не об этом. Так вот, если вспомнить все эти фантазии, то в них Фрэй, разумеется, шла до конца, не останавливаясь в самый последний, решающий момент. Уэйланд никогда не испытывал ничего такого, ему было интересно, любопытно, да и просто волнующе представлять нечто подобное, но когда его самые смелые желания становились реальностью, все обстояло несколько иначе. Хотел ли он продолжения? Да, конечно, но была ли готова к такого рода продолжению Клэри? Джейс поймал ее взгляд: зеленые глаза лихорадочно блестели, казалось, занимая половину ее маленького, миловидного личика. В первый миг в них словно читалось сомнение, но Уэйланду показалось, что оно очень быстро сменилось необъяснимым волнением и даже смущением. Природу последнего он еще мог понять и объяснить, хотя, учитывая, через что они прошли, кем они друг другу являлись, и что творили, смущаться было нечего, но все сложно в первый раз, каким бы прекрасным он ни был. Может быть, Кларисса боялась, что изначально зашла слишком далеко, или, что сделала что-то не так, или думала, что светловолосый разочарован тем, что она остановилась?.. Причин могло быть много.
Джейс медленно приподнялся на локтях, стоило Клэри неторопливо отстраниться, выпрямляя спину. Во всем теле чувствовалось небывалое напряжение, едва не отдававшееся дрожью в полусогнутых руках – тело явно не было готово к такой перспективе, капризно требуя своего вознаграждения. Между ними повисла тишина, быстро перерастая в неловкую паузу. Она продлилась от силы пару секунд, но они показались целой вечностью молчания, нарушаемого лишь по-прежнему тяжелым и сбивчивым дыханием обоих. Стоило что-то сказать, но что? Все в порядке? Мне все понравилось? Все эти фразы звучали банально, и где-то на инстинктивном уровне Уэйланд ощущал, что именно такие слова заставляют почувствовать себя еще ужаснее, хотя по природе своей и эмоциональному посылу призваны наоборот успокоить и приободрить. Что тут скажешь, говорить о таких вещах они не умели, да и вообще о чем-то важном и серьезном, предпочитая словам прикосновения, поцелуи и близость.
То ли сработал заранее изученный алгоритм, который еще ни разу их не подводил, то ли тело настойчиво напомнило о том, что поступать подобным образом с ним было жестоко, но через пару мгновений Джейс неожиданно резко подался вперед, опрокидывая Клэри на спину. Она не сопротивлялась, возможно, просто не ожидая таких действий с его стороны, во всяком случае, не сию секунду, да и терпение никогда не было сильной стороной Уэйланда, сегодня – не исключение. Трикотажные штаны, запутавшиеся где-то в районе коленей или чуть ниже, по-прежнему несколько сковывали движения, напоминая о своем присутствии, о чем нефилим благополучно забыл. Пришлось потянуться, несколько сменить положение, наспех стягивая их вниз, но на его сестре все еще красовались те милые пижамные шорты, которые сейчас таковыми не казались. Опираясь одной рукой о кровать, Джейс нетерпеливо потянул ткань вниз, тут же услышав легкий треск. Кажется, он их не порвал, но был близок: еще немного, и один шов бы точно разошелся, или и вовсе тонкая ткань могла треснуть посередине под натиском его пальцев. Клэри бы не оценила…
Без лишних прелюдий, промедлений, не давая рыжеволосой возможности осознать ситуацию или попытаться его оттолкнуть, напоминая об их уговоре (да и кто сейчас вообще о нем еще помнил?), охотник опустил ладонь вниз, касаясь тыльной стороной внутренней поверхности ее бедра, в следующее мгновенье настойчиво отодвигая ее ногу чуть вбок, открывая себе больший простор для действий. Первое движение было резким и быстрым: не в силах контролировать себя, он подался вперед, войдя в нее почти до самого основания, инстинктивно перехватив запястья Клариссы, вжимая их в кровать. Их глаза снова встретились, впервые за последние пару минут, но слова были не нужны и здесь. Медленно подавшись назад и также неторопливо обратно, Джейс грубо накрыл ее губы, впиваясь жадным, напористым поцелуем. Нет, это была не благодарность. Скорее, безотчетное обожание, промелькнувшее в потемневших, янтарных глазах, прежде чем Уэйланд опустил ресницы, поддавшись порыву и запечатлевая на губах сестры этот поцелуй. Стоило отстраниться, как взгляд охотника случайно коснулся книги, каким-то образом очутившейся в раскрытом виде за головой сестры. Он выронил ее еще тогда, только и успев открыть на восьмой главе.
— Глава восьмая… - едва слышно прошептал Джейс. — Мята перечная, - не в силах сдерживаться, в очередной раз резко подаваясь вперед, прошептал нефилим. Конечно, о чтении не шло и речи, но словно он все еще помнил их уговор, даже символично.
***
Будь у Клэри чуть больше времени, возможно, она смогла бы в конечном итоге ответить на вопрос, почему не продолжила, почему не пошла до конца. Но несмотря на небольшую паузу, которая длилась несколько мгновений, этого времени было недостаточно, чтобы осмыслить столь важный момент в их тайных отношениях. Фрэй всегда говорила, что благополучие Джейса для неё первостепенно, но задумывалась ли она когда-нибудь, что данное слово чрезвычайно многогранно и включает в себя не только физическое благополучие и душевное равновесие, но и что-то другое? Много всего, попадающего под категорию «что-то другое»? Например, наслаждение, удовольствие, - разве они не были так же важны для Клэри, как и всё остальное в отношении старшего брата? Ведь они тоже делали его счастливым...
Рыжеволосая не успела опомниться, как Уэйланд опрокинул её на спину, нависнув сверху. Дыхание и до этого было затруднённым, но от резкого толчка сбилось окончательно. Кларисса хватанула воздух ртом, чувствуя обжигающий жар полуобнажённого тела молодого человека, в особенности в тех местах, где и её кожа была больше не прикрыта тканью пижамы. Нефилим хотела возмутиться, что для подобных действий ещё слишком рано, они даже не прочитали и половины глав, которые были на сегодня запланированы, но разве это то, чего она хотела? Джейс раздвинул ей ноги, и сердце по привычке пропустило удар, а, быть может, два. Этот момент всегда был таким особенным, что Клэри невольно замирала, готовая принять Джейса... Не хотелось ни говорить, ни шевелиться, ни даже дышать, чтобы не портить это чарующее мгновение, которое заполняло собой всё её существо, стоило ей почувствовать молодого человека внутри себя.
Охотник резко вошёл в неё, и Кларисса инстинктивно запрокинула голову назад, закусывая губы. Она хотела бы обнять брата, но он решил иначе, вжав её запястья в матрас, и Фрэй не возражала. В подобном ограничении свободы что-то было: нечто такое, что заставляло кровь стыть в жилах, а спустя мгновение бурлить так, будто бы подогревая её на большом огне. Они оба знали, что через пару минут рыжеволосая захочет большего, захочет прикоснуться к нему, почувствовать бархатистость его кожи под кончиками пальцев и то, как напряжены его мышцы. А во всём виновата она... Если в девушке и существовали какие-то сомнения в отношении чувств Джейса к ней, то всё это было прошлом. Как ни странно, но самый болезненный период в их жизни, когда они узнали о своём родстве и по определению больше не могли быть вместе, по крайней мере в открытую, подарил Клэри уверенность в себе и в чувствах Уэйланда. Его губы не могли лгать, его руки не могли лгать, его тело не могло обманывать... Он любил её, желал её, обожал её, жить без неё не мог. Иногда рыжеволосой становилось страшно от подобных мыслей: от того, с какого ракурса она начинает их рассматривать, но, как правило, что-то отвлекало её, как, например, сейчас, и она забывала о них, не тревожась понапрасну.
Их глаза на мгновение встретились прежде, чем охотник впился в губы сестры грубым, жадным поцелуем. Но то, что Кларисса увидела в золотистых глазах, электрическим током прокатилось по всему её телу, заставляя вздрогнуть. Быть может, разыгралась фантазия. А может, во всём виновата игра света: причудливые блики луны и лампы, стоявшей на прикроватной тумбе, порождали эту тёмную, смутную игру. Но разве это имело значение? Сейчас всё было таким настоящим: и этот взгляд, который Клэри, кажется, ещё никогда не видела на лице старшего брата, тоже был настоящим. Он обожал её - здесь и сейчас, в эту самую секунду, всю и без остатка. Словно откликаясь на подобную мысль, огненный шар, пульсирующий внизу живота, готов был вот-вот взорваться. Не прямо сейчас, но уже скоро: знакомое напряжение начало сковывать по рукам и ногам, и Клэри, подавшись вперёд, прошептала на ухо брату:
— Пусти меня, я хочу прикасаться к тебе, - губы скользнули по мочке уха, прихватывая нежную кожу зубами, и Уэйланд в самом деле отпустил её. Она едва ли слышала о том, что охотник сейчас сказал: глава восьмая? Мята перечная? Что ж, как-нибудь потом она обязательно оценит, что он пытался следовать условиям игры до самого конца, пусть и безуспешно, но сейчас Клариссу уже мало волновали средиземноморские травы и их полезные и не очень свойства. Даже если с утра ей пришлось бы сдавать экзамен по ним, сейчас она уже об этом не думала, да и не хотела. Ладони девушки коснулись плеч молодого человека, рисуя одной ей ведомые линии на его теле, спускаясь ниже, к ключицам и груди. Здесь захотелось задержаться особенно долго, наслаждаясь мягкостью и нежностью кожи. Джейс упорно избегал этих участков тела для рисования рун, и им обоим это нравилось: ощущения были нереальными, и Клэри готова была вечность водить ладошками вверх-вниз, и ей всё будет мало. Руки проследовали ниже, касаясь верхних кубиков пресса, которые мгновенно отозвались на её прикосновение короткой дрожью. Фрэй резко двинула бёдрами вперёд, стирая и без того несуществующие границы между их телами, и застонала. Она не знала, был ли близок Джейс, но она была очень близка и, словно бы испугавшись, что всё может произойти слишком рано - хотя, казалось бы, не ей об этом переживать! - потянулась к губам брата.
— Я люблю тебя, хоть ты и наглец редкостный, - прикусывая нижнюю губу молодого человека, прошептала Клэри.
***
Джейс не раз задавался вопросом, откуда в нем эта особая страсть почувствовать власть в такой момент, когда Клэри и так была наиболее уязвима и принадлежала ему. Это прослеживалось в каких-то мимолетных жестах, но они повторялись с завидным постоянством: охотнику нравилось порывисто перехватывать ее запястья, лишая ее определенной свободы действий, вот как сейчас; нравилось касаться ее шеи, словно подчиняя себе, пускай, в этом прикосновении и не было ничего такого, не считая психологического подтекста. Да и Фрэй всегда так на него реагировала, что, порой, трудно было удержаться, и, казалось бы, зачем? Дело в том, что Уэйланд почти убедил себя в том, что нечто подобное, темное, о чем нечасто говорят вслух, может нравиться лишь ему одному, но не его сестре. В его мыслях она была светлым, ярким лучом, как бы банально это ни звучало, да и с точки зрения морального воспитания, разве дочь Джослин могла желать чего-то настолько темного и подчас запретного? Хотя их чувства сами по себе имели такую природу – темную и запретную, но порой совладать с подобными дилеммами и уложить все у себя в голове намного сложнее, чем кажется.
В этот раз мгновенья его власти продлились недолго – Фрэй быстро попросила ее отпустить, и разве Джейс мог ей отказать? Он любил, когда она прикасалась к нему, была такой жадной и алчущей почувствовать его каждой клеточкой своего тела, не говоря о том, какую гамму совершенно потрясающих и неописуемых эмоций он испытывал, когда рыжеволосая дотрагивалась до нежной, бархатистой кожи, совсем недавно лишенной старых шрамов. Казалось, здесь кожа попросту не привыкла что-то чувствовать, во всяком случае настолько близко и остро, лишенная тонкого кружева белесых следов от рун, буквально не в силах насытиться новыми, почти забытыми ощущениями. Уэйланд прикрыл глаза, непроизвольно вздрагивая от прикосновения ее тонких пальцев, ласково скользящих вниз, опускаясь по его животу, игриво перебирая напряженные мышцы пресса. Интересно, кому из них это нравилось больше? Как ни странно, Клэри едва ли не меньше теряла голову, в очередной раз ощущая уже знакомую мягкость его кожи, словно не в силах насытиться, вновь повторяя ладошками свой путь. Она неожиданно подалась вперед, заставляя охотника крепче упереться о кровать, склоняясь еще ниже, инстинктивно подавшись навстречу, заглушая тихий стон, тут же потянувшись к ее губам. Прежде чем они соприкоснулись, Фрэй успела его опередить, неожиданно подав голос. Она признавалась ему в любви? Почему каждый раз этот простой факт, вполне логичные и, должно быть, уже привычные слова, вызывали в нефилиме столь искреннее удивление и необъяснимый внутренний трепет? Он словно не верил, что она могла его любить, и дело даже не в кровном родстве. Как такая, как Клэри, могла полюбить такого, как он? Поначалу она, как и другие представительницы прекрасного пола, могла обмануться его внешностью, очаровательной улыбкой, хитрым взглядом искристых янтарных глаз, но она ведь знала куда больше и видела куда дальше, чем блестящая оболочка. Она видела какой тьма может быть внутри него, какие уродливые обличия она способна принимать, стоит светловолосому не получить желаемое, как тогда, на крыше. Она знала, каким его пытался воспитать Валентин, и все равно любила его, но как?
— Я тоже тебя люблю, - в очередной раз пытаясь распробовать эти слова на вкус, прошептал Джейс. Она снова могла видеть в его взгляде то обожание, с каким он смотрел на нее несколько минут назад, но уже с другим оттенком. Тогда он видел в ней божество, словно свою Королеву, которая уже в следующее мгновенье превратилась в маленькую и хрупкую Клэри, которой он боялся сделать больно, чуть сильнее сжав запястья. Сейчас в этом обожании было куда больше теплоты и все того же трепета, как будто Уэйланд по-прежнему до конца не верил, что достоин этих слов. Одних их уже было достаточно, чтобы заставить тугой узел внизу живота налиться свинцом, грозясь отпустить огненный жар, затопляя вязким, согревающим теплом все внутри – еще немного, и это непременно произойдет. Обычно Джейс любил контролировать ситуацию, но сейчас ему нравилось видеть, как Кларисса тянется к нему, как она нетерпелива и ненасытна. Кажется, и она уже была близка.
— Хотя ты невыносимо…ужасно упряма, - каким-то образом сумел завершить свою мысль охотник. В голове в очередной раз пронеслась мысль о том, что и сейчас они забыли о элементарных мерах предосторожности и защиты, да и вроде еще не поздно о них вспомнить, но до чего не хотелось нарушать момент. Он этого и не сделал, запоздало вернувшись к этой мысли чуть позже, чувствуя, как уютный кокон из наслаждения и сладкой неги начинает медленно, но верно таять. Трудно сказать, сколько времени прошло, все казалось одним мигом или целой вечностью, но ту незримую черту они преодолели вместе. Джейс почувствовал эту привычную, крупную дрожь, волной сковавшую тело его сестры – хотелось прижать ее к груди, стать единым целым, но куда ближе, как это вообще возможно? Ее вены и без того были продолжением его собственных, ее чувства – его чувств. Хотелось прикоснуться к ней, но Уэйланд был не в силах, едва удерживая вес своего тела на полусогнутых руках, позволив себе податься ближе, насколько это было возможно, пытаясь не давить на Клэри весом собственного тела.
— Люблю, - тихо произнес он, касаясь губами ее полуприоткрытых губ.
