Игра Престолов: Песнь Волка и Пса

Алекс чувствовал на себе пристальные взгляды. И слышал шум доспехов позади. Посмотрев через плечо, он увидел, как за ним следует королевская гвардия. Вот он уже на улице. Покинул странный замок. А за ним они до сих пор следуют. Вот что за неугомонные? Но преследование было недолгим. Ровно до тех самых пор, пока Стоун не оказался в Блошином Дне. Он слышал, как темп гремящих доспехов увеличился. Они будто прибавили шагу. И заскрипели мечи, вынутые из ножен. В этот момент наемник обернулся. Солдаты встали перед ним, направив свои мечи в его сторону. — По приказу короля Джоффри Баратеона, ты, Алекс Стоун, объявляешься изменником короны. И приговариваешься к смерти. — огласил приговор один из солдат. Бастард смотрел на них с холодным выражением лица, хотя внутри было некоторое беспокойство, явившееся из неоткуда. — И за что же меня объявили изменником? — спокойно спросил Стоун. — И зачем тогда перлись за мной всю дорогу, если это приказ короля? — проскочило попутно в его голове. — Нас это не касается. — отрезал гвардеец. — У нас приказ — взять Алекса Стоуна. Живым… или мертвым. А лучше мертвым. Алекс на эти слова ухмыльнулся. Правда ли его слова или нет — это неважно. Разбираться эти ребята не будут. Зеваки в Блошином Дне удивленно пялились на эту картину. Неудивительно — сюда пришли за Алексом. Человеком, который с юного возврата, но уже будучи наемником жил здесь. Его все доходяги знают. Он действует только по контракту. И если измену и собирался совершить — то только по заказу. И в бонус ко всему — королевская стража очень редко появляется в этом месте. Обычно они предпочитают обходить стороной это место. Наемник обнажил меч. Понятно, что его живым брать не собираются. И скорее всего отдадут корольку его голову. Что-ж, да будет так… но Стоун обязательно заберет кого-нибудь с собой. Его рука сейчас не функционирует. А значит у бастарда появилась ещё одна заноза в жопе. Одной рукой сражаться довольно трудно. И ей не создать идеальный баланс в фехтовании. И вот, гвардейцы ринулись в атаку. Стоун понемногу отступал. Он не дурак, чтобы бросаться на такую толпу. Необходимо подловить момент. И на его стороне был очень важный показатель — жажда наживы. Эти ублюдки сделают все, чтобы выполнить задание и получить повышение за свою службу. И тут каждый за себя. Один из гвардейцев оказался ближе всех. Видимо, он очень хотел получить награду за голову изменника. И это сыграло на руку наемнику. Гвардеец взмахнул мечом… но ощутил, как его горло протыкают. Алекс пробил его глотку мечом. Фатальный удар, от которого лишь один исход — смерть. Вынув клинок, бастард продолжал отступление. И вот второй гвардеец атаковал его. Алекс ушел от удара, но повязка, державшая его перевязанную руку в одном положении, была разрезана лезвием клинка. Поврежденная рука безжизненно заболталась. Но все же Стоун не терял время и нанес размашистый удар в шею противника. Лезвие воткнулось наполовину в шею, почти отсекая голову из туловища. Вот только это сыграло против него — лезвие воткнулось в позвоночник и застряло там. И в этот момент, два гвардейца наносили удар мечом… Тем временем… Серсея сидела в своих покоях, спокойно попивая вино. Она смотрела в окно, буквально любовалась городом. Все проходило так, как ей хотелось. — Довольна собой, сестрица? Или, по крайне мере ей так казалось. Леди Ланнистер повернулась. В проеме стоял карлик и с ухмылкой глядел на нее. — Что тебе понадобилось, «дорогой» братец? — с язвой в голосе спросила женщина. Тирион, пройдя к ней в покои, внаглую налил себе вина. — Ты на бедного наемника, того, кто помог защитить наш город от людей Станниса, направила гвардейцев. Это все для дружеской беседы или лично хочешь его повысить? — «Гигант» Ланнистеров вел себя спокойно, хотя понимал, что Серсея задумала. Не понимал только зачем. — Этот подлец собрался забрать девку Старков. Наш единственный козырь на спасение Джейме. Я не могла этого позволить. Поэтому он умрет. — Серсея говорила надменно. Тирион слегка удивился, раскрыв глаза шире. Он конечно знал, что его сестра любит Джейме… но похоже она совсем потеряла здравый смысл. — Я конечно все понимаю… но что будет, если он все-таки выживет? Тогда он поймет, что Сансу надо забирать как можно быстрее. — Против него идут 15 гвардейцев. У него нет шансов в битве против них. — отрицательно мотнула головой Серсея. Тирион, выпив вино с бокала залпом, произнес: — Я бы не был так уверен. — В каком смысле? — нахмурившись, спросила Серсея. — Он обучен совсем не так, как наши гвардейцы. К тому же, он смог спокойно проникнуть в Красный Замок перед носом у нашей стражи. И мышление его совсем другое. — произнес Тирион, наливая ещё вина. — Чем-то это напоминает мышление зверя. А битва с ним — это сражение человека с копьем и дикого лютоволка. Нападаешь на него с копьем… и он даже ценой ранения загрызет тебя. И ранение его будет волновать меньше всего. Серсея всерьез задумалась над его словами. После чего поднялась и пошагала прочь. — Ты куда? — спросил Бес. — Надо, чтобы кто-нибудь сторожил девчонку. Если ты прав — ее без ведома нельзя оставлять. Сказав это, Серсея скрылась в проеме. Тирион, выпив вина, посмотрел в окно. — Будь осторожнее, бастард. Женщины бывают очень опасны. Особенно Серсея. Алексу удалось частично избежать атаки. Под атаку одного меча он подставил тело товарища гвардейцев, меч из которого он так и не вытащил. Клинок гвардейца воткнулся в спину, пробив броню своего мертвого коллеги. Вторая атака все же попала в цель. Удар прошелся в торс наемника, чуть ниже левого легкого. К счастью, жизненно-важные органы не были задеты. И все же, он получил серьезное ранение. Которое, однако, сейчас его не волновало. Неожиданно наемник отпустил рукоять своего меча и взялся за лезвие гвардейца, посмотрев ему в глаза. На лице у «Безумца» появилась дикая улыбка. Взяв покрепче лезвие, он вынул его из своего тела. Из ладони потекла кровь, что также не вызвало иной гримасы на лице наемника. — Боль. Нужна боль. Нужны страдания. — пробормотал он, повернув голову набок. После чего отпустил лезвие врага. Быстро взяв клинок в руку, он с помощью него толкнул тело погибшего в толпу, попутно вынув из него лезвие. Не теряя времени, наемник взмахнул клинком, нанося удар по гвардейцу, чье лезвие из тела было вынуто рукой ранее. Солдат не успел среагировать и потерял верхнюю челюсть вместе с прилагающимся. Верхняя часть головы покатилась в сторону, пока тело падало назад. Тем временем некоторые гвардейцы из-за падения на них тела рухнули на землю. Воткнув меч в землю, Алекс достал кинжал. Взяв его зубами за рукоятку, он вновь схватил меч и рванулся в атаку. И естественно он начал убивать тех, кто лежит на земле. Кровь текла из его тела, но Стоун этого не чувствовал. Он вообще мало что чувствовал. Только желание. Убить, измучить — вот, что он хотел. Началась в буквальном смысле слова кровавая бойня у Блошиного Дна. Алекс не жалел никого, кто был рядом. Стража в мучениях умирала, ведь Стоун специально бил не по жизненно-важным органам. Он собирался принести им как можно больше страдании. Некоторых он намеренно лишал конечностей, ударяя по тем сегментам, где было окончание\продолжение брони. А если в этом месте пластина брони прогнется — это будет ещё мучительнее. В конце концов теперь на эту часть района было страшно смотреть: везде разбрызгана кровь. Она украшала землю и стены. Некоторая часть даже капала с крыши. На земле лежали отрубленные куски солдат. На их лицах был неподдельный ужас. Похоже, что во время этого действия Алекс неслабо напугал их. И неудивительно. Безумие пугает простых людей. Стоун осмотрел на то, что совершил. Из его тела продолжала течь кровь, но уже не так интенсивно, как ранее. Помимо этого, наемник получил ранения в ногу и в область над почкой. Вложив окровавленный меч в ножны, Алекс развернулся и пошагал неестественной походкой к своему дому. Состояние безумия начала спадать понемногу. Вновь ощущалась боль. Но это не страшно. Можно перевязать раны и все пройдет. Не сразу, но пройдет. Зайдя в дом, Алекса встретил рык лютоволка. Лютый смотрел на него из тьмы помещения. — И тебе привет, Лютый. — произнес он, подходя к тумбе. Оттуда он достал длинную ткань, которую использует для перевязки. Сняв с себя броню, он принялся перевязывать и обрабатывать раны водой. Лютоволк с интересом наблюдал за действием своего хозяина. — Лютый. Скоро я отправлюсь за госпожой. — произнес он. Лютый непонимающе наклонил голову в сторону. — Чувствую я — одному мне не управиться. Ты поможешь? — Стоун остановил перевязку, взглянув на своего зверя. Лютый взглянул ему в глаза, после чего лизнул шершавым языком по щеке хозяина. Усмехнувшись, бастард вытер лицо и ухмыльнулся. — Спасибо тебе, дружище. Алекс перевязал раны и начал ждать заката. Стоило солнцу покинуть горизонт — наемник, будто по рефлексу, вышел из дома. Его рука все ещё не отошла. А тело теперь двигается более болезненно из-за ран. Но Стоун решил, что выполнит просьбу девушки. А наемники всегда держат свои слова. — Пойдем, Лютый. Львы на меня уже поохотились. Пора вытащить волчицу из логова льва.