Шальной мяч или Маринетт идёт в атаку.

      Парни играли параллельно с девушками. Игра была вялой и неинтересной, поэтому я отложу описание спорта и перейду к обычной жизни. Команда Адриана проиграла вновь команде «модников», из-за этого Ляифу и Агресту пришлось наблюдать, как их девушки играют с другими парнями. Когда матч закончился победой парней, в спортзал кто-то забежал и, тяжело дыша, кого-то искал глазами. Это был высокий парень спортивного телосложения, он был одет в серую футболку, синюю рубашку в клетку, поверх всего этого была надета джинсовая куртка, свободные чёрные штаны болтались на бёдрах, но под этой неприметной одеждой прячутся приметные кубики (хкхеехех), тёмные волосы были собраны под серую шапку, которая еле прикрывала милые ушки, на лице его сверкала обворожительная улыбка. Маринетт стояла в компании своих друзей и улыбалась, пока Алья что-то рассказывала, но увидев незнакомца, она, мягко говоря, очертела. Парень улыбнулся Дюпен-Чен и помахал ей рукой, но девушка была отнюдь не рада. — Й-я-я-я! — закричала Мари, показывая ему жестом, чтоб тот подошёл. Алья начала махать руками, чтобы тот бежал куда дальше, но он со своей широкой улыбкой и готовностью обнять сестренку подошёл к четвёрке. — При.ай… — не договорил парень, ибо получил поджопник от Маринетт. — Так ты меня любишь? — Что?! Обалдел?! Маринетт дала ему ещё один поджопник, а потом начала лупить его по голове. Парень начал отбиваться от своей сестры. Адриан просто стоял, открыв рот. Алья даже не удивилась. Привыкла. Маринетт запрыгнула парню на спину и начала душить его руками, при этом ругаясь, как сапожник. — Чёртов придурок, я тебя куда послала? Засранец, ты на кого похож? Ты кто, хипстер? Холодно, твою дивизию, на улице! — кричала Маринетт, душа брата одной рукой, а второй отрывая ему уши. — У…чи…ть…ся, — задыхаясь, ответил парень, и Мари отпустила его. Он отдышался. — Вообще не скучала? — обиженно спросил он, держась за уши. Маринетт замахнулась, парень шуганулся, но девушка обняла его одной рукой за шею и нагнула к себе, кулаком потирая его шапку. — Скучала, — буркнула она. — Ещё раз, я не расслышал, — усмехнулся паренёк, и его лицо изобразило такую удовлетворенность и хитрожопость. — Сейчас получишь по хребту, — продолжала улыбаться Маринетт, но уже отпустив брата. — Понял, — выпрямился парень. — Оу, я Виктор, — парень пожал руки Нино и Адриану, которые, как минимум, ничего не понимали. — Алья! — парень чмокнул тыльную сторону ладони девушки. — С каждым годом всё краше и краше! — А ты всё похотливее и похотливее! — прыснула Алья и выдернула свою руку из его. — Нино, — неуверенно сказал Ляиф. — А это Адриан, — он указательным пальцем тыкнул в плечо друга. Виктор посмотрел на светловолосого парня, который смотрел на него своими холодными глазами. — Нуна*, кто из них твой парень? — выпалил он. Маринетт подавилась воздухом, а Алья начала незаметно тыкать в Адриана большим пальцем. — Что за чёрт? — Я на свадьбу приехал! — улыбнулся Виктор. — Кто женится? — удивилась Мари, а потом посмотрела на смеющуюся Алью и всё поняла. — Я не выхожу замуж, дебил! — девушка отвесила брату подзатыльник. — Что? Ну, Алья же… — Сюрпрайз! — не выдержав, крикнула Алья, заливаясь смехом. Адриан посмотрел на Маринетт. — Нет, — заскулила Маринетт. — Адриан, это мой брат…к сожалению…он у меня немного туповат. Агрест натянул улыбку. — Я такой голодный, — протянул Виктор. — Это твоё обычное состояние, — сказала Маринетт. — Ты вечно хочешь есть. Ты как чёрная дыра, только пищевая. Пищевая дыра! Виктор начал смеяться, но потом сделал покерфэйс. — Я голоден. — Он у тебя сырое мясо ест на завтрак? — испугался Нино резкой перемены настроения. — Он и тарелку сожрет, если его не остановить. Да? — Мари потрепала брата за щечку. — Да, тебе придётся купить мне очень вкусную еду, ибо меня совсем разбаловали! — Ага, сейчас. Лапшу заварю и «бон аппетит»! — Можем все вместе сходить в кафе через дорогу, — предложил Адриан. — Я угощаю. Виктор расплылся в благодарной улыбке и повис у Агреста на шее. — Ты кто, ангел? — пролепетал парень, а Адриан растерянно посмотрел на Мари. Девушка сделала лицо «сам теперь с ним разбирайся» и улыбнулась. — Идемте, я тоже голоден! — сказал Нино. В кафе пятёрка заняла столик у окна в самом конце зала. Виктор раскрыл меню, и его глаза засверкали. — Родная еда, — мечтательно протянул парень. — Я буду это, это и вот это, — тыкал он пальцем в названия, а официантка записывала. — И, пожалуй, ваш номер телефона, — он мило улыбнулся и захлопал длинными ресницами. Девушка демонстрационно закатила глаза и посмотрела на других, которые сделали более скромный заказ. — Ты учишься? — спросил Нино. Только Виктор хотел ответить, как Маринетт усмехнулась. — Да, учусь. На журналиста. — Да? — удивился Адриан. — Во Франции? — Нет. Я учусь и живу в Корее с десяти лет. — Ого, далеко, — оценил расстояние Нино. — А страна? — Корея — это и есть страна, — вмешалась Алья, увидев, как ломается мозг Виктора. — А-а-а, круто, я знал, — попытался выкрутиться Нино. — Вик, помнишь я сказала, что ты самый тупой? — спросила у брата Мари. — Ну… — Радуйся, этот титул у тебя отняли, — сказала Мари, и все посмеялись. — Ты плохо учишься? — спросил Адриан. — Хорошо, но Нуну всё равно не устраивает. Ей не нравится, что я больше времени уделяю написанию и чтению книг, нежели зубрежке учебников. — Ты пишешь книги? — открыл рот Нино. — Да, — гордо вставила Алья. — Его первая книга была обо мне. Правда, это был сборник сказок о лисе. Все вновь посмеялись. — А сейчас? — спросил Адриан. — Пишешь что-нибудь? — Да, работаю над одной идеей… — засмущался Виктор. — Чего так скромно? — спросила Алья. — Вы знаете, что его книга «Корысть» стала бестселлером? Виктор совсем покраснел, как и его сестра от гордости. Адриан заметил, что они очень похожи, особенно когда смущаются. — Да? Почему я не слышал о ней? — Я публикуюсь под псевдонимом. О Ри Он! Нино перебрался у себя в памяти все цитаты из твитера и нашёл одну: «Счастье не в деньгах? Они бы решили восемьдесят процентов моих проблем, понимаешь? © «Корысть»/ О Ри Он. — Я вспомнил, твоя книга же о бедном парне, в которого влюбилась богатая девушка? — спросил Нино. — Да, — воодушевился Виктор. — Ты читал? — Да, хорошая книга, но почему такой печальный конец? — Ну…я хотел показать, что не всегда любовь имеет хэппи энд. Как-то так. — Вау, ты крутой, — сказал Нино и показал «класс». — Когда это ты читал? — возмутился Адриан. — Пока ты спал, — кинул Нино и продолжил засыпать Виктора вопросами. Принесли заказ. Виктор и Нино забыли о чём говорили и принялись поглощать пищу, словно им осталось жить всего час. Маринетт пила свой любимый кофе, Алья ждала, пока остынет её зелёный чай, а Адриан пил воду, ибо аппетита не было совсем. Виктор опустошил тарелки и откинулся на спинку, поглаживая пузико. — Ах, я так хорошо не ел с прошлого года, когда приезжал на зимних каникулах. — Не удивительно. Питаешься одной лапшой. Ты испортишь себе желудок. — Нуна, ты волнуешься за меня? — Нет, я волнуюсь за деньги, которые придётся отдать за твоё лечение. Виктор поник и надул губки. Забавная привычка. Когда Дюпен-Чены грустят, то их губы надуваются. — На сколько приехал? — спросила Алья и отхлебнула чай. — На два дня. Я же думал, что на свадьбу! — сказал Виктор и посмотрел на Маринетт. — Что? Ты как на меня смотришь? Ну-ка глаза в пол опустил! Ты как на свою Нуну смотришь? — Прости, — парень опустил глаза и просидел так около минуты. Адриан не ожидал такого, как и Нино. — Ладно, Нуна, идём домой, уже темнеет, — уже радостно сказал Виктор и взял сестру за ручку. Ребята разошлись по домам. Парни хотели проводить девушек, но те сказали, что и сами смогут спасти Виктора от хулиганов или маньяков. На том и порешили. Дома у Маринетт. Пока Виктор принимал душ, Мари и Алья собирались на работы. Сезер надела белую рубашку, чёрную строгую юбку, собрала волосы в пучок и втиснула ноги в туфли на небольшом каблучке. Маринетт надела джинсы брата тёмного-синего цвета, свой чёрный свитер, привычные кеды и заплела две косички. Девушки встали у зеркала и обречённо-долго в него смотрели. Виктор вышел из ванны и чуть не помер со страху. — У вас такой вид, будто вас на эшафорт ведут. — Всяко лучше нашей работы, — в один голос сказали девушки. — Я бы поработал за вас двоих, если б мог разделиться на две части. — Ужасное зрелище. Прикинь, гость такой: «Я думаю, что здесь недостаточно кусочков печени», и он такой достаёт из себя печень и кладёт в тарелку, — усмехнулась Алья. — Или: «здесь дерьмо!», и он достаёт кишки и такой «нет, дерьмо тут». Девушки злорадно засмеялись. — Я будто попал в дешёвый ужастик. Девушки сумашедше улыбнулись. — А у тебя на два кубика больше, чем в последний раз, — заметила Алья, разглядывая торс Виктора. — Да? — обрадовался парень. — Я занимался! — довольно добавил парень. — Да, кубики нормальные, но ноги до сих пор слабые, лучше на них акцент сделай, — сказала Маринетт, взяла шлем и ушла. Виктор проводил её виноватым и тоскливым взглядом. Алья пожала плечами, взяла сумку и тоже ушла. Виктор взбодрился и пошёл опустошать холодильник. Два часа ночи. Маринетт уже никакая сидела за столиком на работе и пила крепкий кофе с Максом. — Я уже отвыкла, — усмехнулась девушка. Телефон на кассе зазвонил. — Только не это-о-о! — Да, да, да, — устал отвечал Макс на вопросы звонившего. — Конечно, да, ага, ну да, так и есть… Сколько? Хорошо. Адрес? Мгм, через сорок минут будет. Макс зашёл на кухню и вышел с заказом. Приклеил на него стикер с адресом и протянул Маринетт. — Я поехала. Пожелай мне терпения. — Терпения, — бодро сказал Макс и показал палец вверх. Маринетт вышла, подошла к своему мотоциклу, закрепила заказ. Только она хотела сесть, как её схватили за руку. — Давай поговорим, — сказал незнакомец, от него несло перегаром. — Отпустите, — Маринетт вздёрнула руку, но не смогла выдернуть её. — Ну, давай поговорим… Маринетт закатила глаза, а потом резко ударила мужчину ногой по корпусу, тот отпустил её руку и упал на колени. Маринетт быстро села на мотоцикл и поехала по адресу. Такие ситуации — уже норма. Чаще такое бывает, конечно, по пятницам и субботам, ибо соседнее заведение — ночной клуб, но есть и такие, кто пьёт посреди недели. Маринетт доехала до нужного дома. Это был огромный особняк. Маринетт нажала на кнопку, включился красный огонёк. — Вы кто? Маринетт оглянулась. — Доставщик. — Кладите коробку в ящик и уходите, деньги в ящике. Маринетт открыла тот самый ящик, взяла деньги положила туда заказ и захлопнула ящик. — Жесть, — только и смогла сказать Маринетт. Четыре утра. Маринетт только добралась до дома. Еле как сняв с себя кеды, она поплелась в свою комнату, где, закутавшись в одеяло, спал Виктор. Маринетт плюхнулась на край кровати и свернулась калачиком, провалившись в сон за долю секунды. Виктор открыл глаза и вылез из-под одеяла. Парень сел и посмотрел на сестру. — Всё такая же пчёлка-труженница. Виктор укрыл сестру, подложил ей под голову подушку и вышел. Зайдя в комнату Альи, он увидел, что она сидит на кресле, держа в руке свою туфлю и спит, оперевшись на спинку. Парень снял с неё вторую и перенёс на кровать, укрыв тёплым пледом, и вышел. — Им осталось спать два часа, — сказал он себе, посмотрев на часы на своей руке. — Значит, я успею сделать им супчик. Парень на цыпочках пошёл на кухню и принялся за готовку.

***

Дом Адриана. Четыре утра. Агрест сидел в своей комнате за столом и, держа глаза двумя пальцами, читал учебник. Когда веки стали тяжелыми настолько, что пальцы были не в состоянии их держать, он упал лицом в стол и ударился лбом. Это его взбодрило. Адриан посмотрел на настольные часы. Четыре ноль одна. Парень пододвинул к себе ноутбук и открыл гугл. — О Ри Он, — сказал вслух то, что хотел найти. «О Ри Он — молодой корейский писатель, родившийся во Франции…». «Корысть. О Ри Он. Читать онлайн…». «О Ри Он. Впервые о своей семье». — Он действительно знаменит, раз у него берут интервью, — заметил Адриан и открыл последнюю статью. «О Ри Он. Впервые о своей семье» Совсем недавно нашему журналу посчастливилось встретиться с набирающим популярность молодым писателем О Ри Он-ом. Сейчас больше всего его поклонников интересует его семья, поэтому мы попросили рассказать об этом. «Моя семья…семья…моя семья — это моя Нуна. Наши родители умерли, когда мне было около десяти лет, а моей сестре — двенадцать. Не знаю, как так получилось, но родственники взяли к себе только меня. Я долго плакал и не выходил из дома, потому что очень скучал, хотел к своей Нуне. Тогда весь мир для меня потерял краски. Мне было одиноко и грустно. Однажды тётя принесла мне письмо от сестры. Я был так рад, что из-за волнения не мог открыть конверт несколько дней. Когда я, наконец, открыл его там был лист розового цвета и огромный текст ее корявым почерком[смеётся]: » Надеюсь, ты не плачешь там, потому что мне будет стыдно за тебя позже. Читай внимательно! Некоторое время мы будем в разлуке. Так будет лучше для тебя, потому что я не могу о тебе позаботиться…как следует…когда я стану большой, я заберу тебя, и мы будем жить вместе. А сейчас учись и ешь хорошо». Я так плакал, хотя она сказала мне этого не делать[смеётся]…но потом я пошёл в школу, начал учить язык. Я писал ей письма каждый месяц, а она отвечала раз в полгода. Мне было обидно, но я продолжал слушаться её. Она всегда писала, чтобы я учился и ел хорошо, а как-то даже отправила фото, где она занимается дзюдо[смеётся]. Я не хотел, чтобы она была сильней меня, я хотел сам её защищать и пошёл на бокс. У меня была хорошая мотивация — защитить сестру. Но мне так и не удалось этого сделать, но теперь я могу защищать себя…от неё…она всегда бьёт меня, когда мы видимся[смеётся].» Как зовут твою сестру? «Маринетт Дюпен-Чен. В начале моей недавно вышедшей книги есть посвящение. Это для неё. Но она не читала мою книгу. Говорит, что лучше бы учебники штудировал[смеётся].» Вы очень дружные. Но она, кажется, серьёзной…очень. «Да, ей приходилось быть серьёзной и взрослой. После смерти родителей на неё столько свалилось. У Маринетт не было детства, как такового, в отличие от меня. Я играл в футбол во дворе — она уже работала на пол ставки в кафе. Я ленился прочесть конспект на две страницы — она учила наизусть огромные параграфы. Я гулял и веселился с друзьями — она работала двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. И всё это делала ради меня. Сейчас я чувствую себя виноватым перед ней. Я благодарен ей за всё. Если б не она, я бы не начал писать, не занимался бы боксом, не учился бы хорошо». Что бы ты хотел сделать для сестры, если у тебя получится с твоей книгой? «Я куплю кафе, в котором она работает, и подарю ей! Если она не станет его владелицей быстрей, чем я стану богатым[смеётся]». Адриан закрыл вкладку и выключил ноутбук. » Значит, они потеряли родителей… Даже представить не могу, какой сильной она должна быть, чтобы вытащить и себя, и младшего брата», — подумал Адриан. — «Я вообще заслуживаю её любви?».