Дело в шляпе

      Трое мужчин зашли в бар, скрытый в закоулке огромного города. Никому неизвестный, уютный, с деревянной отделкой, одной-единственной стойкой и тускло светящейся вывеской «Lupin» у входа. А где ещё мафиози могут спокойно выпить?       Они пришли и расположились на своих местах. Кроме них за стойкой сидела девушка невероятно хрупкого телосложения, она нервно постукивала пальцами, вздрагивая каждый раз, когда слышала чьи-то голоса. Её лицо скрывал занавес ярко-рыжих волос, в свете мигающих ламп напоминающий пламя. Девушка совершенно трезва, что не характерно для подобного заведения.       Шатен, один из трёх друзей, заметив девушку, наклонился над ней в ожидании её внимания. Даже так, между ними оставалось целых двадцать сантиметров разницы в росте, но их парень пока сокращать не собирается.       — Чего грустишь, мелкая? — спросил он тоном, который не выражал ни жалость, ни отвращение, только слабые нотки интереса.       На этот вопрос рыжая обернулась, показав лицо. Симпатичная. С холодными голубыми глазами, бледной в честь зимы кожей и кудряшками, непринуждённо лежавшими на лбу и щеках. Она даже не плакала, ее глаза не отражали совершенно ничего. Пустые. Что могло её так потрепать?       Однако через пару секунд, когда девушка вернулась из небытия и поняла, что с ней только что произошло, она за считанные секунды густо покраснела и вдруг влепила грубияну пощёчину. Пусть знает своё место! Однако сам он, похоже, решил, что его место на полу, и, то ли от неожиданности, то ли под действием алкоголя, пошатнулся и с грохотом упал спиной на бетон.       — За что?.. — послышалось снизу. В этот момент друзья нарушителя спокойствия, ранее болтавшие о своём, во все глаза смотрели на него, мол, сам знаешь, за что. Парень тут же, слегка пошатываясь (после такого-то падения), встал на ноги и снова подошёл к ошарашенной рыжей и сказал с туповатой улыбкой на лице:       — Извини, Чуя-сан!       — Забей. Ты и так получил по заслугам. А вот нечто другое я никогда тебе не забуду, — с важным видом ответила Чуя и демонстративно отвернулась.       — А вот за правду я извиняться не собираюсь, — ухмыльнулся парень, сел за стойку и заказал ещё стакан своего любимого коктейля и бокал вина.       — Вы знакомы? — наконец спросил один из товарищей, который в круглых очках.       — А вот сейчас Чуя мне и вам всё расскажет, — пропел шатен, двигая к девушке бокал с тёмно-красной жидкостью. Девушка повернулась, посмотрела сначала на шатена, потом на бокал, не веря своим глазам, замерла — именно этот человек сделал ей больно совсем недавно, именно из-за него она сидела здесь, просто не зная, что теперь делать. Но что-то сподвигло её довериться.       — Напьюсь ещё благодаря тебе, — выдохнула рыжая, но всё же приняла угощение и начала рассказ:       — Мой дядя по отцовской линии состоит в Портовой Мафии, его способность: управление гравитацией. Она же передалась и мне — иногда ко мне в голову приходят странные совершенно незнакомые слова, когда же я их произношу, кончики волос как будто стремятся упасть вверх, а один раз я вообще на потолок свалилась, и пока не произнесла то же самое, в нормальное состояние не вернулась. Я рассказала об этом дяде, и он пытался убедить сначала меня, потом родителей, что я могу пойти по его стопам, и дал мне точный адрес главного штаба. Родители, естественно, были против. На днях дядя получил ранение в каком-то крупном сражении и не может выполнять все свои обязанности, вот я и пришла под шумок, пока в Мафии нет никого из моих. Всё равно никем другим в этой жизни я себя не вижу, всегда чувствую себя не в своей тарелке, поэтому и решила вступить в мафию. Может быть, это и есть мой путь.       — Тяжёлый случай! — посмеялся мафиози. — А если серьёзно, я знаю Накахару в лицо, и если ты хоть чем-то на него похожа, то ты станешь неплохим мафиози. Завтра в 16.00 у главного штаба, и ты присоединишься к Мафии. И там твоя способность точно даром не пропадёт, — в этот момент в вид был у шатена пугающий, недобрый. Пусть девушке от этого не по себе, она придёт, потому что только через него она сможет попасть в Портовую Мафию. — Кстати, меня зовут Дазай Осаму, — и снова добродушная улыбка. Что с ним не так?       — Чудненько, — улыбнулась Чуя.       В ближайшие два часа Чуя познакомилась с друзьями Дазая — Анго и Одой. Четвёрка провела в баре ещё два часа, после чего все разошлись по домам.

***

      Дазая иногда отшивали. Он никогда по этому поводу не парился. А вот Чую он запомнил. Осаму даже немного обидно. В баре это не чувствовалось, но как только Дазай остался один, образ миниатюрной девушки и с холодными голубыми глазами, весёлыми рыжими кудряшками, наивной и сильной натурой, да ещё и вдобавок со взрывным характером, отказывался выходить из памяти, удерживая в голове рой мыслей, который постепенно прогрызал в Дазае непривычную пустоту…       Осаму добьётся признания Чуи, иначе быть не может.