Мемуары ходячей катастрофы

      Пребывая в неком состоянии вакуума, я наткнулась на работу замечательного человека, который описал внушительную часть своей жизни. Это было настолько живо, реально и захватывающе, что появилось желание написать нечто подобное, а точнее, свою историю. Хотя данная идея уже посещала мою голову, мне казалась, что в ней нет ничего стоящего, я же не известная личность. Не скажу, что моя жизнь наполнена множеством потрясающих событий, но все же мне есть чем поделиться. Еще одним стимулом написать данную «вещь», стало то, что в моей жизни все так сумбурно и запутанно, слишком много мыслей, упорядочить которые я просто не в состоянии. Иногда мне кажется, что я сама себя запутываю, сама себя загнала в угол, а также сама придумала себе проблемы. Надеюсь, если я выложу все, что происходит в моей голове, то наведу хоть какой-то порядок, и мне станет легче во все разобраться. Может, даже само написание и процесс мне помогут что-то понять.       Надеюсь, моя история поможет не совершить моих ошибок или ошибок тех, кто поступил как-то не так по отношению ко мне.

***

      Каждый вспоминает свою родину, а точнее место, где он родился, по-своему. Вспоминая свой родной город, могу сказать, что это была одна сплошная деревня, по крайней мере, мне так кажется. Даже вокруг многоэтажных домов были частные участки, где почти все держали скот, и примерно соток 20 у них занимал огород. Автобусы помню плохо, но, кажись, даже они своим видом говорили, что ты едешь не по городу. Ходил транспорт плохо, поэтому почти все жители пользовались своими ногами. Достопримечательностей в городе не было, разве что рынок и библиотека, напоминающая больше склад, если их так можно назвать.       Больше всего воспоминаний из этого города у меня состоит из время, проведенного у бабушки, и то почему-то помню лишь лето, ни одного осеннего или зимнего воспоминания. Помню, как с двоюродным братом, который был старше меня на 2 года, играли в моих кукол, и, как свойственно всем мальчикам, он их раздевал. Еще он был жутко плаксивым и на удивление глупым. Бабушка повторяла, что совать пальцы в розетку не стоит, а знать жутко хотелось, какие последствия будут. И вот однажды я попросила сунуть его гвоздь в розетку. Шандарахнуло его знатно, палец даже обгорел, мне, как ни странно, не влетело, а вот брата наказали, но первую помощь оказали. Несмотря на то, что я его часто подставляла, он меня все равно любил, ну, мне так кажется. Во дворе дома был спуск, примерно на метр, там было пространство, где носились гуси и индюки, и когда мне нужно было в туалет, брат нес меня на спине — эти пернатые твари всегда клевали и щипали меня. Также помню, что нам с братом строго-настрого запрещали залезать на чердак, кучу страшилок нам рассказали и запугали. Так, когда дедушка залезал туда, если с антенной или электричеством были проблемы, мы боялись, что он не вернется. Он был героем в наших глазах.       Еще одним ярким воспоминанием из детства были качели, которые находились у соседей напротив нашего дома. Их участок располагался на весьма приличной возвышенности и был огорожен очень высоким забором. Соседка была жуткой сварливой теткой и запрещала нам на них кататься, но запрещать что-либо детям — очень сомнительная затея. Короче, когда она не видела, мы с братом тайком качались.       С родителями я жила в большом доме, однако мы занимали его не полностью — он был разделен на две семьи. У второй семьи был свой вход, с другой стороны дома. Девочка, которая жила там, была намного старше и часто катала меня на раме своего велосипеда. Особенностью же нашей стороны было то, что у нас с соседним домом была общая, так скажем, крыша из винограда. Виноград был синим и жутко вязал, любви к нему я не питала, однако все же иногда просила кого-нибудь достать мне его. Мама еще рассказывала, как я у соседки, которая часто пила чай на крылечке, клянчила лимон. К этому цитрусу у меня особое отношение где-то с года: на одном из семейных застолий я стащила лимон с тарелки, съела и заревела, но быстро успокоилась и спустя время стащила еще. Вот такая история любви, которая длится до сих пор.       Когда мне исполнилось примерно два года, мама развелась с отцом. Причиной стала банальная вещь — измена. Хорошо, что моя мама не стала это терпеть даже ради меня, мне кажется, житье мое от этого лучше бы не стало. Женщину, с которой он изменял маме, он тоже обманывал, у нее и самой были дети. О разводе родителей бабушка не знала почти два года, а когда узнала, то умоляла мою мать простить его, но мама все равно не возобновила с ним отношения. Изменил один раз, значит, изменит и еще. Эти два года мы жили на съемной квартире с огромным количеством тараканов. Эти жирные твари пугали меня настолько, что каждый прием пищи был сущим адом. Мы с мамой даже духовкой не пользовались, только иногда включали, чтобы убить находящихся там насекомых.       Жили мы не вдвоем — в то время к маме подкатывал жуткий мужик, который часто пил и пытался заставить меня назвать его папой. Если мамино внимание было слишком долго уделено мне, он кричал на меня и отправлял спать. В эти моменты было настолько обидно, что засыпала я, ревя в подушку, а если делала это слишком громко, он приходил, кричал и закрывал дверь.       Когда мне было четыре года, мама, не видя смысла оставаться в этом богом забытом месте, где даже негде работать, решила уехать обратно в Питер к своей маме, еще одной моей бабушке. Как раз в этот момент мать моего отца и узнала о разводе. Мужик с нами не поехал, но причины, по которой так вышло, я не знаю, да и спрашивать как-то не хочу. Когда мы приехали в Питер, город встретил нас дождем. С мамой нас никто не встречал, да и смысла не было, кажется, мы еще и очень поздно приехали. Остановились мы у бабушки, а точнее, в квартире ее второго мужа. Он был старше бабушки больше чем на 10 лет, дедушкой я его никогда не называла, всегда обращалась по имени и фамилии. Меня и его это устраивало. Вскоре мы с мамой переехали в квартиру в соседнем подъезде — ее бабушка сдавала, пока мы не приехали.       Где-то между возней с квартирой, меня через связи устроили в садик, который мне жутко не понравился, и, по всем законам жанра, сначала было море слез. Но дети любят, когда приходит кто-то новенький. Меня тогда цела орава детей «отодрала» от мамы и утащила в стороны игрушек, уложили в кроватку для кукол — мой рост это позволял — и начали щекотать. Плакать я перестала, думая, что новый садик не будет хуже моего старого, однако это было первое обманчивое впечатление. Но об этом позднее. Мужчина, что с нами сожительствовал раньше, приехал спустя какое-то время. Я надеялась, что нам больше не придется жить с ним, тогда мне казалось, что быть лишь вдвоем с мамой вполне себе весело и хорошо, в конце концов, мне, наконец, стали уделять достаточно внимания. Как только он явился, снова начались попытки заставить меня называть «папой», он начал использовать подкуп, на что я героически отказывалась.       Прожил он с нами недолго, может, больше года. Сейчас, став взрослой, я стала понимать причины его поведения, почему ему было важно, чтоб я называла его папа. Скорее всего, он хотел сделать это поводом для маминого согласия для узаконенных отношений и его прописки в квартире. Видимо, он хотел пожить с нами после какое-то время, а потом просто подать на развод и судиться за квартиру.       В один "прекрасный" день, когда я болела, мы сели обедать блинами с мясом. Положив в рот кусочек заботливо порезанного мамой в рот блина, я чихнула, и все, что было во рту, полетело ему в лицо. Этот пузатый пьяница наорал на меня и ударил по лицу, причем не хило так приложил. Я вся в слезах, мама — в немом шоке. Хорошо, что бабушка тогда была у нас, она накричала на него так, что минут через 10 его не было в нашем доме. После этого появился он только один раз, переночевал и исчез.       Данное событие можно считать концом определенного этапа в моей жизни, одного из самых судьбоносных.