Стоит ли...

Pov Ян. — Луна наставила рога Земле, — усмехнулся я, кивая на небо. Сеня перевёл озадаченный взгляд на уже тёмное небо. На чёрном небосводе ярко светил полумесяц, но непривычный нам, а какой-то перевернутый… Его концы изгибались не как всегда в бок, а вверх, напоминая бычьи рога. Смотрелось это довольно необычно, в России вряд ли увидишь что-то подобное.       Слова Сени стучали у меня в ушах, ладони вспотели, но я продолжал улыбаться, не показывая насколько его слова меня испугали. Я знал, что рано или поздно, этот разговор состоится, но никак не ожидал, что он произойдёт так скоро. Хотя, это наверно только для меня скоро… По блондину было видно, как нелегко ему дались эти слова, да и ожидание видимо тоже!       Раньше он не показывал насколько сложно и болезненно для него моё молчание. Я конечно не дурак и понимал, что мои эмоциональные метания угнетают парня, подрывают его уверенность в себе и наших отношениях! Но я искренне считал, что у меня ещё есть время разобраться в себе и в своих чувствах… И ведь казалось бы, что в этом может быть сложного? Чувства, они ведь или есть, или их нет! Что в этом может быть непонятного?       И ведь чувства есть, просто я в них признаться не могу… А почему? И сам не знаю! Вот сейчас я открыл рот, чтобы наконец произнести те три заветных слова, что ждёт Арс, и вместо этого вдруг ляпнул про луну. Я видел боль и усталость в глазах цвета жженого сахара, в тонкой и горькой линии, крепко сжатых губ. И понимал, что не могу, просто не могу их произнести…       Сеня тяжело вздохнул и отвернулся, устало потёр лицо и вытащил ноги из воды на пирс. — Что-то я устал, — как-то вдруг холодно заметил он. — Думаю, пора возвращаться в номер, — и не смотря на меня пошёл в сторону отеля.       Я молча провожал его глазами, не зная что сказать и как его остановить. Я понимал, что он уже не верит словами о том, что ещё чуть-чуть, и я буду готов, что чувства есть, просто это всё сложно для меня. И я мог понять его сомнения, я бы на его месте столько не выдержал, но он молча и преданно ждал, что говорило о его искренности.       И я не мог понять, что именно меня останавливает? Ведь я правда люблю этого парня! Иначе как назвать всю ту бурю чувств, что ежедневно бурлит во мне? Это желание всегда быть рядом, касаться его, слышать… Сеня был прав, когда говорил, что мне нравиться в нём всё. Я люблю готовить для него, я не прочь убирать за ним, мне нравиться следить за тем, чтобы он со своим баскетболом не забывал о учёбе, и ворчать на него мне тоже нравиться.       Я понимаю, что это всё мелочи совместной жизни, и они есть у всех, но я в отличие от других не испытываю к ним ни капли раздражения, мне наоборот всё это доставляет удовольствие. И конечно вполне возможно, что это просто от новизны ощущений, но что-то мне подсказывает, что всё дело в самом Арсе. Ведь Мир и Лёня мне тоже не чужие люди, но по отношению к ним, я чего-то подобного не испытываю. Заботиться мне нравиться именно о Сене, именно его хочется окружить теплом и вниманием.       Так что думаю можно с уверенностью сказать, что чувства, что я испытываю по отношению к блондину, явно не поверхностные. Остался лишь вопрос: почему я не могу в них признаться?       Я честно не мог понять в чём дело, какой страх не давал мне признаться Сене? Ведь я знаю что мои чувства взаимны, и он их уже долго ждёт. Что же тогда мешает мне произнести эти три коротких, но таких необходимых слов?       Вздохнув, я собрал мусор с пирса, и поднялся на ноги, заметив пару мусорок на пляже я двинулся к ним. Избавившись от бумажных пакетов, я двинул вдоль пляжной линии, держа в одной руке обувь, а во второй недопитое пиво, возвращаться в номер было страшно. Я знал, что блондин ещё не спит, он будет ждать моего возвращения, и не для того чтобы продолжить разговор, к нему он ещё не скоро вернётся, а просто чтобы убедиться, что я вернулся и со мной всё в порядке.       Арс меня любит, и я знаю что он будет продолжать ждать, может, и не так долго, как хотелось бы мне, но время у меня ещё есть. Только дело в том, что не одному блондину больно… Разве могу я спокойно воспринимать то, что причиняю боль любимому человеку? Но как разобраться в себе? С кем поговорить?       Я уныло брёл по белому песку, время от времени пенистые волны облизывали мои босые ноги, на удивление было довольно тихо, и если не считать редких и одиноких криков птиц, ничто не нарушало моего одиночества. Мелькнула мысль позвонить Миру, я взглянул на время в телефоне, почти полночь, значит, у нас где-то около семи утра. А если вспомнить состояние Мира, то лучше ему сейчас не звонить, он либо не возьмёт трубку, либо же просто пошлёт!       Да и сомневаюсь, что у него когда-либо были подобные проблемы, так что в этом деле он явно не советник, к тому же ему бы сейчас в своей жизни разобраться, не стоит грузить его своей. И как мне кажется, я уже начинаю понимать, откуда ноги растут у моего страха…       Просто не могу сам себе в этом признаться, потому что знаю что это откроет то, что я давно запер глубоко в себе! И сразу же появляется новый вопрос: а стоит ли этого Арс? Готов ли я ради него вынуть наружу то, что когда-то похоронил и забыл? Смогу ли признаться в своей слабости, открыть то, что так давно привык скрывать?       Развернувшись, я направился к отелю, сколько шёл по времени не понял, может полчаса, а может и все два. В голове продолжали крутиться страшные для меня вопросы, на которые ответов я не знал… Но я понимал, что если не хочу и дальше мучить Сеню, то стоит наконец откровенно с ним поговорить, объяснить причину моего молчания. Иначе боюсь, наши отношения и правда исчерпают себя…       Как я дошёл до номера помню смутно, а сейчас не мог собраться с духом чтобы нажать на ручку и открыть, эту чёртову дверь. Сердце стучало в висках, желудок сжимался, и меня даже слегка потряхивало… Увидели бы меня сейчас Мир или Лёня, явно бы не узнали! Не помню, чтобы я хоть раз в жизни, нервничал так сильно…       Сделав глубокий вздох, я наконец нырнул в темноту нашего номера. Встретила меня ожидаемая тишина, тихо пройдя мимо ванны я ступил в комнату. Двери на террасу были открыты, и лёгкий морской бриз шевелил занавески, в спальне царил полумрак, разбавленный светом луны и фонарей снаружи. На кровати угадывался силуэт блондина, тот не шевелился и практически не дышал, что говорило о его притворстве, ну не может спящий человек выглядеть так напряжённо.       Скинув с себя одежду, я одним движением скользнул в постель, и прижался к широкой спине блондина. Тот ощутимо вздрогнул и будто заледенел в моих руках, что лишь подтверждало, что поговорить не просто нужно, а необходимо! Никогда он не реагировал на мои прикосновения подобным образом, как бы сильно мы не ругались, парень никогда не отдалялся от меня на столько очевидно.       Это было больно… И хоть я и понимал, что сам в этом виноват, но от этого легче не становилось. Я зарылся носом в его затылок, сделал пару глубоких вздохов, пытаясь навсегда запечатлеть в себе столь дорогой мне аромат, и наконец собраться с силами для начала разговора. Но как назло, все мысли тут же исчезли, в горле пересохло, а ладони снова вспотели.       Минуты медленно текли, по напряжённому телу и неспокойному дыханию блондина было ясно, что он не спит… Он молчал, я тоже, лишь продолжал глубоко вдыхать его запах, прислушиваться к стуку его сердца, и крепче сжимать в своих объятиях. Он меня не отталкивал, что давало мне крохотную надежду на то, что ещё не всё потеряно, и всё можно исправить.       Я чувствовал, что понемногу успокаиваюсь, мысли приходят в порядок, и паника отступает. Так всегда происходит в присутствии Сени, рядом с ним меня окружает какое-то необъяснимое спокойствие и уверенность, я не знал почему так, но мне это нравилось. — Они есть, — наконец выдохнул я, от чего блондин снова вздрогнул. — Чувства, в смысле, — тихо прошептал я. — И могу уверенно сказать, что в точности такие же как и у тебя. Просто… Произнести о них вслух у меня не получается… — Сеня тут же зашевелился в моих руках, с явным намерением развернуться и взглянуть мне в глаза. — Не надо, — я крепче сжал его в объятьях, не давая шевельнуться. — Иначе я не смогу закончить то, что хотел сказать. — Было стыдно признаваться в своей слабости, но я правда не мог смотреть ему сейчас в глаза, Арс послушно замер. — Я уже несколько дней пытаюсь произнести слова, что ты ждёшь, но не могу… Даже сегодня, вместо той ерунды про луну, я хотел, но снова не смог! И дело не в тебе, — поспешно добавил я. — А именно во мне, и это не пустые слова типа «дело не в тебе, а во мне…». Это правда моя проблема, просто я так привык её прятать, скрывать от всех, что и сам о ней забыл… — Это твои родители? — несмело прошептал Сеня.       В спальне снова воцарилась тишина, горло судорожно сжалось, дыхание перехватило. Не думал, что парень так быстро поймёт, в чем проблема… Но радовало, что он наконец расслабился в моих руках, прижался спиной к моей груди и положил свои руки поверх моих, что обнимали его за живот. Стало немного легче, теплее… Но внутри будто всё начало трескаться, стоило лишь допустить одну подобную мысль, как все замки и запреты стали медленно разрушаться. — Да, — через силу выдавил я и снова замолчал, пытаясь справиться с хаосом в голове и чувствах. Сеня молча ждал и не торопил меня, за что я был ему благодарен. — Не знаю, когда это произошло… — наконец продолжил я судорожно сжимая блондина. — Наверно после исчезновения Мира, когда он был рядом, равнодушие родителей не так бросалось в глаза, а может я просто был ещё слишком мал, чтобы его осознавать… Просто в какой-то момент я понял, что остался совсем один. Я был ещё совсем ребёнком, не мог понять в чём дело, кто в этом виноват? Но как и любой ребёнок пытался привлечь к себе внимание любым возможным способом, — с моих губ сорвался слегка истеричный смешок. — По началу всё было довольно невинно: слезы, крики, разбитые и испорченные вещи… Но это не привлекало ожидаемого внимания, и тогда я по детской глупости решился на более опасные вещи, я думал привлеча их внимание, добьюсь хоть какого-то ответа. Таким образом сгорел наш дом, ты не подумай, я не планировал целенаправленно его поджигать. Просто игрался со спичками во дворе, я и сам не понял, как загорелся дом. — равнодушно пожал я плечами. — К счастью, никто не пострадал, если не считать пару лёгких ожогов у слуг, все отделались лёгким испугом, но это наконец привлекло внимание родителей. Я помню, как отец строго и холодно выговаривал мне о моём неподобающем поведении, а мать стояла позади него. Они не спрашивали зачем я это сделал, или почему? Они лишь говорили о том, что это не подобает их наследнику, и если я не смогу вести себя соответственным образом им такой сын не нужен. Говорили, что подобная эмоциональность ненормальна, и все испытываемые мной чувства излишни. Мне было вроде семь… — припомнил я с горькой усмешкой. — Я был одинок, не понимал, что происходит, а потом ещё и напуган пожаром. И вместо того, чтобы поинтересоваться, зачем я это сделал, успокоить меня или просто отругать за игры с огнём, они лишь выговаривали мне за мою излишнюю эмоциональность. Это что-то надломило во мне, а последующие встречи с разнообразными психологами и психотерапевтами в конец меня сломали. Я понял, что эмоции и чувства в большей части бесполезны, они лишь мутят рассудок и создают лишние проблемы. Я закрылся, а родители, видя такое моё поведение, лишь поощряли его, от чего я был уверен, что всё делаю правильно. Ведь так, я получал хотя бы крохи их внимания, они гордились мной, хвастались перед друзьями, и, казалось, что вроде так и должно быть всё, и это правильно… Вот только позже я понял, что мне уже не нужно их внимание, ничьё внимание! Меня это больше не интересовало, мне этого больше не хотелось… — холодно улыбнулся я в спину блондина. — А сейчас? — хрипло спросил Сеня. — А сейчас есть ты, — так же хрипло ответил я. — И я хочу твоего внимания, чувств… И сам хочу тебе их дарить! Просто не могу, не знаю как… — растерянно заметил я, — И ещё наверно боюсь переборщить как в детстве, понимаешь? — нерешительно добавил я. — Я боюсь испугать тебя как и родителей… А вдруг ты тоже скажешь, что это слишком, что это не нормально? — Я не скажу, — возразил он и всё же повернулся ко мне лицом. — Ну по крайней мере, пока ты не решишь сжечь и меня. — улыбнулся он. — Твои родители повели себя неправильно, и их не оправдывает испуг! Они были обязаны поговорить с тобой, объяснить, что допустимо, а что нет. А не просто запирать тебя в определённых рамках, лишая полноценной жизни. Это они допустили ошибку, ты в этом не виноват. Понимаешь? — спокойно говорил он. — Сейчас да, — кивнул я, отводя глаза, мне не хотелось, чтобы он видел меня таким слабым и разбитым. — Но вот только даже это осознание не сотрёт годы привычной жизни и убеждений.       Комнату снова наполнилась тишина, я чувствовал внимательный взгляд Арса, но что ещё добавить не знал. Я раскрылся как мог, теперь лишь дело за ним, сможет ли он понять? Принять меня таким… Таким сломанным?.. Я, затаив дыхание, ждал его слов, даже боясь надеяться, но всё же надеялся, как бы глупо это не было… — Спасибо, — вдруг прошептал он, и я удивлённо взглянул на него. — Спасибо, что рассказал, для меня это многое значит, и так же многое объясняет. — улыбнулся он. — Ведь я боялся, что это я такой не интересный, и не стоящий любви. И именно поэтому не могу получить ответные чувства… — Все мои чувства, лишь твои, — горячо зашептал я ему в губы. — И они столь же сильны как и твои, если не сильнее… — улыбнулся я. — Просто я ещё не могу произнести их название, но я смогу! Правда смогу, просто дай мне ещё немного времени… Я справлюсь с этим, смогу преодолеть! — твёрдо шептал я. — Дам, — кивнул он, утыкаясь мне в шею. — Я верю тебе, Ян, люблю тебя, и готов ждать сколько скажешь… Просто мне нужно было знать, что жду не напрасно! Что есть ответ, надежда… И зная это, я не отступлю! Теперь ты просто будешь обязан произнести слова, что я жду! — обжигающе выдохнул он мне в шею. — Так и знай я не успокоюсь, пока их не услышу, — рассмеялся он.       Я на это лишь хмыкнул и крепче сжал его в объятьях, чувствуя как напряжение наконец отпускает… Не испугался, не отказался! Что ещё для счастья нужно? А слова он услышит, обязательно услышит, себя сломаю, но сделаю так, как он хочет!

***

      Второй день отдыха мы также провели на пляже, лениво валяясь на шезлонгах, подставляя кожу яркому солнцу, и время от времени окунаясь в лазурные волны моря. Сеня весь просто светился, вчерашний разговор пошёл ему явно на пользу, и хоть я не мог сказать того же о себе, мне было приятно видеть его счастливое и расслабленное лицо.       Будто с его плеч упал огромный груз, он ярко и искренне улыбался и мило дурачился. Я, стараясь не показывать своих внутренних переживаний и самокопаний, чтобы не омрачать его настроение и наш отдых. Но он явно их видел, и это либо я разучился скрывать свои эмоции, либо же он настолько хорошо меня читает.       Он не задавал никаких вопросов, не пытался лезть с советами, просто был рядом и старался меня всячески приободрить и отвлечь. И надо сказать, подобная поддержка помогала, и я всё реже возвращался к неприятным воспоминаниям и сомнениям.       Пляж на нашем курорте был закрытым, а значит чистым и немноголюдным, лишь местные отдыхающие и обслуга курорта. Видя это, Арс смог расслабиться и не стеснялся проявлять свои чувства, постоянно касался меня и украдкой прижимался губами. Всё время переживал за сохранность моей кожи и подпаивал меня разнообразными лёгкими коктейлями, со словами, что я просто обязан это попробовать!       На следующий день Сени надоело валяться под солнцем, неугомонная душа требовала движений и зрелищ. Так что мы решили слегка развеяться и отправиться на экскурсию, запаслись водой и позаимствовали в отели фотокамеры, как обычные, так и подводные. Для начала решили посетить Маринариум и покататься на катамаране с прозрачным дном вдоль побережья.       Маринариум — это морской парк, расположенный в океане. Загрузившись на двухэтажный катер мы поплыли по побережью, Сеня сразу утащил меня на первый этаж к прозрачному дну. Посмотреть реально было на что, разнообразные рыбки, кораллы и водоросли, блондин как одержимый не выпускал из рук камеру на протяжении всего плавания. Я постоянно его одергивал, говоря, что смотреть интересней своими глазами, а не через объектив фотоаппарата. Он соглашался, но уже через секунду замечал то, что по его словам просто обязан запечатлеть и снова хватался за камеру.       После катамарана он потащил меня плавать с акулами, я упирался как мог, не горя желанием оказаться так близко к этим хищникам, но Сеня всё же смог затащить меня в их огражденный загон. Парк был огромный, что-то около сорока тысяч квадратных метров, если верить словам гида, и был поделен на небольшие квадратные загоны, отделенные обычной сетью, а по дну плавали разнообразные рыбы, и конечно акулы.       Умом я конечно понимал, что те меня не съедят, но видя под собой эти огромные трёхметровые туши, сердце невольно замирало. Меня хватило минут на двадцать, после чего я вернулся на катер, Арс продолжал плескаться с акулами, и даже нырял к ним на дно, чтобы сфоткаться на их фоне, от чего я чуть не поседел раньше времени. После полез в загоны к скатам и застрял там ещё на час. Я спокойно попивал коктейли на катамаране и наблюдал за радостным парнем. — Не думал, что ты у меня такой трусишка, — улыбнулся блондин, пока мы обедали всё на том же катере. — Я не говорил, что испугался, — хмыкнул я. — Просто я предпочитаю более спокойный отдых, — пожал я плечами и добавил. — Предлагаю завтра посмотреть пещеры, зрелище обещает быть захватывающим.       Сеня лишь закатил глаза на мои слова, но возражать не стал. Позже ещё была вечеринка, и весёлые танцы доминиканцев, в отель мы вернулись где-то к одиннадцати. Усталые и довольные, приняли душ на скорую руку, и тут же завалились в постель, сил хватило лишь обнять блондина и натянуть на нас простыню, после чего я провалился в сон.       Утро было неспешное, разбавленное ленивыми и нежными ласками. После душ, плотный завтрак и снова в путь, на этот раз мы рванули в пещеры Падре Нуэстро.       Чтобы добраться до неё нам пришлось пробираться сквозь чащи джунглей, словно мы были первооткрывателями, Сеня опять не выпускал из рук камеру, так что мне приходилось внимательно следить, чтобы он не потерялся или не убился. Пещера находилась в известняковых породах, что было довольно необычно, вход был огромным свыше тридцати метров, гротом, крутые ступеньки вели глубоко вниз к подземному озеру.       В пещере царил полумрак и было довольно прохладно, это приятно освежало после яркого солнца и горячего влажного воздуха джунглей. Вода в озере несмотря на прохладу была тёплой и чистой, причудливо сверкали разнообразные сталактиты и сталагмиты, подсвеченные фонарями бело-розового цвета, на стенах отражались голубые блики, а откуда-то сверху пробивался луч солнца.       Картина открывалась невероятно красивая, и даже Сеня на пару мгновений застыл, рассматривая это совершенство широко открытыми глазами, полностью забыв про камеру. Придя в себя он ещё более ожесточённо вцепился в камеру, и около двадцати минут сосредоточенно фотографировал и снимал каждый уголок пещеры, вызывая у меня лишь улыбку.       Оставив в покое камеру, Арс тут же загорелся идеей погружения, я ничего не имел против дайвинга, так что с радостью его поддержал. Гид выдал нам необходимые костюмы и снаряжение, помог всё это правильно надеть и закрепить и принялся объяснять как будет происходить погружение, что можно делать, а что нельзя. Закончив с инструктажем, он напомнил нам о необходимости придерживаться канатов, что протянуты по всей площади пещер, и наконец дал добро на вход в воду.       Под водой нам открылся подземный ход в длинный коридор, о котором рассказывал гид. Он был достаточно широким, так же был подсвечен голубыми и розовыми фонарями, от чего стены пещеры и сталактиты загадочно мерцали и блестели. Было ощущение, что мы нырнули в древний и затерянный мир, и сейчас откуда-нибудь появиться какой-нибудь мифический морской житель…       В конце коридора нас встречал ещё один удивительно красивый грот, но полностью замкнутый, от чего он казался ещё загадочней. На всё погружение у нас в общем ушло где-то около тридцати-сорока минут, было даже немного странно, ощущение что за столь короткое время мы побывали в другом мире. Сеня был в восторге, воодушевленно рассказывал об увиденном и ежесекундно восхищенно вздыхал, я конечно полностью разделял его восторг, правда не так эмоционально.       Пообедали мы в городе, традиционной фасолью и мясом, было довольно удивительно, что остров, омываемый с одной стороны океаном, а с другой морем, не мог похвастаться рыбными блюдами. И хоть ели мы в простой кафешке, блюда оказались вкусными и сытными. Погуляв немного по городу, мы вернулись в отель.       В номере мы с удовольствием завалились на постель, я защелкал пультом по местным каналам, а Сеня уткнулся в планшет. Пару часов прошли в спокойном и ленивом ритме, я и на ужин хотел остаться в номере, но блондин потащил меня вниз, говоря о том, что на отдыхе нужно двигаться, а не безвылазно сидеть в комнате. Я на это лишь усмехнулся, и откуда у этого парня столько энергии? — Сегодня куда? — зевнул я, всё же смена часовых поясов, и довольно бурные дни отдыха давали о себе знать, я конечно не рохля, но до спортсмена Сени не дотягивал.       В общей столовой мы только завтракали, и хоть там кормили не плохо, блондин туда ходить не любил, думаю, причина в поджидающем нас там Андрее, поэтому если мы обедали или ужинали на территории курорта, то Сеня спонтанно выбирал из множества кафе и ресторанов.       Я не противился, общепит здесь был на уровне, куда бы не затащил меня парень, а пробывать каждый раз что-то новое, ещё и интересно. Я лениво ступал за Сеней, он бесцельно бродил и рассматривал всевозможные вывески и витрины, ища то, что привлечёт его внимание, я же просто старался запомнить, куда он идёт, чтобы в случае чего не заблудиться. Английский я знал отлично, но здесь в ходу был больше испанский, который я знал поверхностно, поэтому старался не расслабляться, ведь Арс в языках дуб-дубом и разговаривает по английски чуть ли не на уровне начальных классов.       Наконец, он остановился перед небольшим и уютным ресторанчиком, белые скатерти, мягкий свет и много зелени. Какого-то определённого направления в кухне не было, можно было сказать, что она смешанная, тут были французские блюда, итальянские, восточные и даже индийские. Я отошёл в туалет, чтобы помыть руки, а когда вернулся, оказалось, что Сеня уже сделал заказ, на вопрос, что именно он заказал, он лишь пожал плечами. — Что-то из индийской и восточной кухни, просто ткнул в те картинки, что мне больше всего понравились. — Что будем пить? — поинтересовался я, открывая винную карту. — Тебе виднее, — улыбнулся он и ближе подвинул ко мне свой стул. — Хочу чего-нибудь сладкого, — протянул он хрипло мне на ухо.       По позвоночнику пробежал табун мурашек, я удивлённо взглянул на парня, примечая, как блестят его глаза и алеют скулы. Тут же почувствовал волну возбуждения, дернулся ему навстречу, но тут появился официант с первыми блюдами, я заставил себя вернуться к выбору вина. Я не любитель вина, но постоянное присутствие Мира, совместные походы в рестораны, приоткрыли мне занавесу в его мир, так что я спокойно выбрал бутылку красного и сладкого итальянского вина, зная, что оно понравится блондину.       Блюда, что выбрал Арс, не разочаровали, или может дело в том, что я просто не обращал внимание на их вкус. Я просто не мог оторвать взгляд от Сени, и его соблазнения меня. Не знаю, что нашло на этого парня, но он будто с цепи сорвался… Стрелял глазками, облизывал губы, ронял двусмысленные фразы и постоянно касался меня. Я только сглатывал слюну и старался успокоить бушующие гормоны. — Ну всё, — угрожающе выдохнул я и отложил столовые приборы. — Сейчас я прошу счёт, оплачивают его. После чего мы идём в наш номер, и уже там, ты полностью раздетый на нашей постели, на моих глазах подготовишь себя для меня, я же оттрахаю тебя как в последний раз, поверь мне, — жарко прошептал я.       Зрачки Сени расширились, дыхание участилось, столовые приборы в его руках задрожали, от чего тот просто уронил их на стол и припал к бокалу с вином. — Как скажешь, — кивнул он сглатывая. — Я сейчас.       Вскочил и пошёл в сторону туалета, я проводил его жадным взглядом и махнул официанту. Молча подал ему карту, прислонив её к своему терминалу он тут же её вернул и рассыпался в благодарностях на английском, я лишь кивнул, отпуская парня, а сам замер в ожидании блондина. — Привет, — вырвал меня чужой голос из моих фантазий, я растерянно поднял взгляд на зелёноглазого блондина. — Андрей… — разочарованно выдохнул я, наблюдая, как тот присаживается за наш столик. — Привет, не ожидал тебя здесь увидеть. — холодно заметил я.       Теперь и я в полной мере ощутил раздражение от присутствия этого парня, и мог понять Арса. Я решил побыстрей избавиться от него, боясь что он может сбить настрой блондина. — Чему обязан? — недовольно буркнул я. — Ну, ну… Я просто подошёл поздороваться, пока рядом нет твоего парня, — усмехнулся он. — Или ты только с ним милашка? — Вроде как уже, — передернул я плечами, пропуская его флирт мимо. — Не помню, чтобы приглашал тебя присесть? — всё также холодно смотрел я на него. — А как же правила хорошего тона? На одном приветствии всё не заканчивается, — продолжал он улыбаться. — Как вам отдых, где бывали, куда ездили? — сыпал он вопросами. — Слушай, Андрей, — раздраженно вздохнул я. — Мы с тобой не друзья, так что может ты уже прямо скажешь, чего хочешь? К чему эти игры в гляделки, да хождения вокруг да около? — Узнаю прежнего холодного и высокомерного Яна, — рассмеялся он. — Я уже подумал тебя подменили, или промыли мозги… Но знаешь, мне очень нравится, как ты меняешься со своим парнем. — серьёзно добавил он. — Я тоже этого хочу. — Чего хочешь? — приподнял я бровь. — Иметь при себе такого Яна. — пожал он плечами, будто это самая очевидная вещь на земле. — Зачем тебе этот мальчишка? Он не блещет ни умом, ни связями… Ты же понимаешь, что со мной рядом выиграешь больше.       Я на это лишь рассмеялся, громко, свободно… Бонев жадно следил за мной глазами, в которых блестело возбуждение. — Я скажу это один раз, — заметил я наконец успокоившись. — Ты же помнишь, что я не повторяю дважды? — блондин кивнул, и ближе придвинулся ко мне. — Мой парень Арсений, другого мне не надо! А тебе лучше поменьше мельтешить рядом и вызывать его неудовольствие, иначе я не посмотрю на твоего папочку и их отношения с Миром, объясню всё более радикально… Суть уловил? — угрожающе спросил я.       Ответить он не успел, лишь поёжился от моего холодного и жёсткого взгляда. — Идём? — на мои плечи опустились горячие и сильные руки. — Конечно, — улыбнулся я Сене. — Андрей хотел поздороваться и уже уходит.       Я поднялся из-за стола, кивнул обескураженному парню и повёл Арса на выход. Мы молча дошли до отеля, я подтолкнул парня в сторону лифтов. — Иди, прими пока душ, — улыбнулся я. — А я пока закажу завтрак в номер, не думаю, что мы завтра проснёмся вовремя. — с усмешкой пояснил я.       Блондин покраснел и поспешил к лифтам, я же к стойке регистрации. Быстро обсудив с администратором свою просьбу, я указал, что именно хочу на завтрак и во сколько. Последовал за Арсом, в номер я поднялся минут через десять после него. Он как раз выходил из ванной, мокрый и в одном полотенце на бёдрах. — В колено-локтевую на кровать. — просто сказал я ему. — И не смей касаться себя, пока ждёшь меня. — добавил я, скрываясь за дверью ванной.       Так быстро душ я не принимал не разу в жизни, возбуждение подгоняло, а осознание что меня ждёт блондин, придавало мне ещё больше ускорения. Из душа я вылетел, даже не вытираясь и шагнул в комнату, жадно скользя глазами по картине, что предстала передо мной.       На белых простынях стоял Сеня, низко прогнувшись в спине и выставив свою упругую задницу. За эти несколько дней его кожа покрылась лёгким загаром, что ярко выделялось на белом хлопке, на золотистой коже блестели капли воды, маня и умоляя их слизать. — Подвинься к изголовью, — хрипло проговорил я, садясь на угол широкой кровати.       Блондин напрягся от моих слов, но уже через секунду стоял упираясь в спинку кровати. Достав смазку из рюкзака я щелкнул её крышкой, блондин вздрогнул когда на его пятую точку полилась вязкая и холодная жидкость. — Ты же знаешь, что я хочу увидеть? — хрипло усмехнулся я.       Сеня нервно дернулся, но его руки потянулись к ягодицам, и спустя секунду закружились вокруг звёздочки анального входа. Я, затаив дыхание, наблюдал как туда скользит сначала один палец, медленно, поступательно, сводя с ума… Присоединяется второй, входит уже не так свободно как первый, но всё также возбуждающе. Пару минут я наблюдаю как блондин медленно и аккуратно растягивает себя двумя пальцами, тяжело дышит и дрожит… — Добавь третий, — шепчу я, сдерживаясь из последних сил.       Мои слова вызывают у него стон, но он тут же исполняет моё желание. Я вижу как расслабляется его дырочка, открываясь всё больше, как подрагивают его ноги, слышу тихие стоны и хриплое дыхание. Не в силах сдержать, сажусь ближе, скольжу пальцами по горячим ягодицам. — Сильнее… — хриплю я.       И он глубже врывается в своё тело, сильнее прогибаясь в спине, и чуть ли не скуля просит: — Пожалуйста… Хочу тебя почувствовать…       Я жадно приникаю губами к коже его ягодиц, облизываю, мну пальцами. — Не так… — выдыхает он, — Хочу тебя внутри…       Я скольжу языком к его звёздочке, ныряю внутрь, ласкаю его вход и пальцы в нём, Сеня замирает, с громким стоном содрагается и изливается на простыни. — Слишком быстро, — хмурюсь я, тот виновато закусывает губу и отводит глаза.       Я хватаю его за руку, и собираю ими его сперму с белья, после чего облизываю его пальцы. Его глаза снова вспыхивают, он хрипло дышит, и уже сам подбирает последним капли и подносит их мне, я не отрывая взгляда от его глаз медленно их слизываю, вызывая новый стон.       Его руки тянуться ко мне, но я отталкиваю его, опрокидываю на спину и нависаю сверху, скольжу голодным взглядом, прикусываю мочку уха, ключицы, сосок, оставляя за собой красные следы зубов, но он не противится, прижимается ближе, сладко стонет мне в ухо, и посасывает мочку уха в ответ.       Сжимаю его не опавший член, грубо надрачиваю не в силах сдержаться, мну его бедра и ягодицы. Меня всё сильнее охватывает какое-то животное желание, хочется подмять, пометить, заклеймить… И он чувствует это, громче стонет, прижимается, изгибается и просит большего…       И я уже не сдерживаясь раздвигаю его ягодицы, и одним движением врываюсь в него, Сеня громко стонет, и не смотря на боль подмахивает мне бедрами, впивается короткими ногтями мне в поясницу, сжимает задницу, прихватывая губами шею.       И я, потеряв последние тормоза, наращиваю амплитуду, срываюсь на бешеный ритм и глубокие толчки. Блондин лишь стонет, пытается успевать за моими движениями, и просит ещё и ещё… Я слышу его сквозь шум и грохот сердца, чьего именно не знаю, но в ушах стучит так, что не слышно ничего вокруг!       Лишь чувства, лишь эмоции, что кричат — мой! Требуют предъявить права и застолбить территорию, и я не противясь вдалбливаюсь в него, ловлю губами хриплые стоны, сжимаю влажное, дрожащие тело… Упиваясь его страстным ответом, впитывая жаркие и хриплые стоны!       Я давно потерялся во времени, весь отдался чувствам… Но вот Сеня вздрогнул, замер и с особо громким стоном излился мне на живот. Я догнал его через пару толчков, и обессиленно упал сверху.        Немного придя в себя я скатился с парня, дыхание до сих пор не пришло в норму… Но я уже чувствовал привычные мне пальцы блондина, они как всегда нежно и плавно скользили по моему лицу. — Люблю… — тихо шептал он. — Так люблю… — Знаю, — как всегда заметил я и тут совершенно неожиданно выпалил. — И я люблю, так люблю, как ты и не представляешь!       Пальцы на моём лице замерли, в комнате зазвенела тишина… Не слышно было даже дыхания, и лишь мокрые горячие капли, падающие на моё лицо, говорили о том, что я не один…