По горячим следам

Я ВСТРЕТИЛ ТЕБЯ ВОЗЛЕ МОРЯ.

      После почти месяца отгула из-за серьезного отравления и истощения на нервной почве, Ким уже не выглядит, как ходячая кишка. Зато эта кишка прочно засела у него внутри, где тоненьким писклявым голоском гаденько так хихикает и уговаривает бросить все это и найти себе другую работу. Тэхен был против. Тэхен вообще уже был против всего и вместе взятого. Ему только работенку по спокойней и большого мохнатого пса под боком.       Чон Чонгук на пса вот совсем не похож. Скорее на кролика-людоеда или инопланетянина-переростка, но точно не на мохнатого дружелюбного пса. И осознание этого приходит к Киму сразу же, с порога, когда злополучное завещание было передано ему в руки, удачно разгадано (только имя получателя, на самом-то деле), и им же лично Юнги отрапортовано. Вот захрена он полез во все это, не скажут даже лунные зайцы, прочно засевшие у Тэхена в голове. А мальчишка, что сейчас стоит перед ним и строит жуткие гримасы, и подавно. Но делать нечего, работа есть работа и «alea jacta est», как говорится. — Здравствуйте, я ищу господина Чон Чонгука. Он проживает по этому адресу? — спокойно интересуется Тэхен, когда внутри у него и «aurea mediocritas» и «auribus tento lupum» одновременно. Парень, открывший ему дверь, тут же напрягается, чуть шагнув назад.       «При озвучивании имени парень резко напрягся и шагнул назад, стараясь убежать - скорее всего из-за страха; прикрылся дверью в поисках защиты, выстроив преграду. Рука на дверной ручке побелела из-за сильного обхвата, а на лбу выступила испарина — явный признак крайней нервозности. Губы поджались, легкий прищур, как следствие недоверия. Все это наводит на мысль, что имя ему знакомо», — уныло, и даже как-то на автомате проговорил про себя Ким, тоскливо глядя перед собой. — Возможно. Вам какое дело? — сглотнул черноволосый парень, прижимаясь к двери. — Clavus in lingua значит... — бубнит Тэ себе под нос, а затем выдает уже более громко: — Чон-щи, я же могу вас так называть? — разочарованно вздохнул Ви, доставая свой жетон. — Ким Тэхен, отдел уголовного розыска. У меня есть к вам пара вопросов.       За кружкой чая, нет, не так. За кружкаМИ чая Тэхен узнал о своем собеседнике больше, чем планировал в принципе. Этот двадцатилетний паренек сдулся так же быстро, как и распетушился. И даже успел поплакать, один раз впасть в истерику, спросить пару советов о том, как жить дальше без отца и вообще он учился за границей, приехал два года назад, друзей у него тут нет, а добрый дядя полицейский выглядит очень даже комфортабельным и на-разговоры-настроенным. Тэхен, правда, не может въехать — почему. Он даже покрутился вокруг себя пару раз, и в зеркале осмотрелся с ног до головы. Но «расположенность на беседу» так и не обнаружил. Чонгук на это лишь у виска покрутил.       В следующий раз Ким приходит к Гуку через неделю, полностью освоенный и ко всему подготовленный. Правда, увидеть у того в доме (особняке мать его) своего старого друга — вообще ни разу не «давай». А Сокджин все такой же солнечный, заботливый и «опять ты ни черта не жрешь гнида поганая прибил бы»-ый. Гук в шоке, Тэ в ахуе, но при детях он как бы тоже в шоке, а Джин «я вас сейчас покормлю» и, ни разу даже не удивленный.

***

— Так… как вы познакомились? — нарушает первым тишину Чон, когда молчание уже висит железной табличкой в воздухе. — Да жили по соседству в институтские времена, — отзывается Сокджин, легко улыбаясь и успевая при этом запихнуть себе что-то в рот. — А вы? — спрашивает Тэхен, так как сидеть вот так лучше, чем молчать. — Не поверишь, я вел у него курсы по химии, когда проходил интернатуру, — отвечает розоволосый. — Правда? — удивляется Ви. — А почему я не знал? — Так ты уже давно выпустился к тому времени, — поясняет Ким, дожевывая кусок мяса. — А, ну да. Вы, медики, дольше учитесь, — кивает Тэ, приступая, наконец, к еде. Чонгук только мотает головой от одного к другому и явно хочет что-нибудь сказать тоже. Но это же хёны и вообще уважение, так что звиняй. — Ага, да и ты ведь экстерном закончил, — рассмеялся Джин, вспомнив явно что-то веселое. — Помнится, Юнги-я тогда неделю не мог в стабильное состояние прийти… он же хотел быть лучшим. — А, да, было дело, — хихикает Тэ в ответ. А затем вдруг оборачивается к Куки и выдает: — Ну и как учеба идет? — Да я на курсы для школьников ходил при институте, так что не тяжело, — зачем-то повторяет Гук сказанное Соджином и мило краснеет. И ему, в общем-то, совершенно не понятно, какого лешего он так реагирует. Но факт того, что он такой мелкий по сравнению с хёнами, да еще и школу совсем недавно окончил, отчего-то конфузит похлеще упавших штанов на сцене первого марта. — А-а... — зачем-то тянет Ви и, кажется, теряет к Чонгуку интерес. Кажется, интерес появляется у Чонгука.