Под горячими струями

Горячие струи воды стекают по ее телу, когда она после изматывающей тренировки вернулась в свою скромную квартирку в Лондоне, только и удосужившись встать под душ. Так приятно чувствовать, когда твои мышцы расслабляются, а неприятный запах пота смывается вместе с грязью. Джинни откинула назад голову, наслаждаясь окутывающим ее теплом, которое было ничем по сравнению с его объятиями. По правде говоря, ее измотала не эта дурацкая тренировка, а время, которое шло мучительно медленно, настолько, что Джинни уже подумывала о том, как бы ей перемотать его на часов пятнадцать вперед, чтобы снова увидеть дорогое лицо. Так хотелось уткнуться ему в шею, вдыхая одурманивающий аромат соснового леса. Почему он так далеко? Джинни непроизвольно хмыкнула, обхватив свои плечи руками. Вода продолжала стучать по спине, брызгая на стенки душевой кабинки. Ей здесь нравилось, хоть эта квартира мало напоминала апартаменты мирового игрока в квиддич. Небольшая комнатка с видом на пыльную лондонскую авеню, по которой постоянно ездили машины, гудя. В апартаментах стояла двуспальная кровать, слишком большая и холодная без него. Ну почему именно его забрали на эту дурацкую стажировку на пять дней? Джинни гордилась им, гордилась тем, что он лучший в своей группе мракоборцев, но эти дни сводили ее уже буквально с ума. Сводили с ума мысли о том, что она не может услышать его бархатный голос, почувствовать сильные мужские руки у себя на бедрах, которыми он властно прижимает ее к стене у себя в квартире, не может чувствовать его ровное дыхание у себя на шее, когда он, посапывая, обнимает ее, перебросив свою ногу через нее. Джинни простонала от одной мысли о губах, которые жадно накрывали ее в чертовом коридоре этой же квартиры! Господи, если бы он мог слышать ее голос у себя в голове, то оглох бы от душераздирающего крика желания и отчаянья. Не придумав ничего более разумного, она налила себе на ладонь шампунь, растирая его по волосам. Черт, даже тут она умудряется думать о нем! Она вновь и вновь представляла то, как это делает он, нежно мыля рыжие пряди волос, а потом аккуратно смывая пенку. Послышался скрип дверной кабинки, и Джинни вздрогнула, думая, что это игра ее сознания, но когда кто-то крепко прижал ее к себе, уткнувшись носом в шею, она взвизгнула, дернувшись. — Тш… Это всего лишь я, — прошептал за спиной мужской голос, от которого в душе все расцвело, а страх испарился, словно его и не бывало. — На будущее, предупреждай о своем приходе! — пробурчала Джинни, подставив шею под его губы. — А то ведь могу и врезать, — по ее лицу проскользнула улыбка. — Я не сомневаюсь, — она кожей почувствовала ответную улыбку. — С другой стороны, ты не должна была давать мне ключи от квартиры! — Ты бы, все равно, взломал дверь или влез бы в окно, — Джинни повернулась к нему, взглянув в проницающие изумрудные глаза. — Я скучала. — Я тоже, — прошептал в ответ парень, упершись своим лбом об ее. — Как провела эти дни? — Ужасно. Еще чуть-чуть и я бы украла тебя у этих зануд, — Джинни ухмыльнулась, взъерошив его мокрые угольные волосы. — Почему ты так рано вернулся? — Я соскучился, — его лицо озарила слабая улыбка, а руки легли на ее талию, сжав бедра. — Эти дни были и для меня ужасны, поверь, — Гарри поцеловал ее в щечку, прижав к своей мокрой груди. Вода каскадом лилась на них, окутывая теплом. — Останешься со мной? — Джинни уткнулась носом ему в грудь, положив руки на его плечи. Черт, как же ей не хватало этого мужчины рядом с ней. Ей сейчас ничего больше не хотелось, как целоваться с ним, обниматься, заниматься любовью, болтать о всяких пустяках, слушать его рассказы о мракоборстве и есть с ним руками лапшу с кетчупом. — Если только ты хочешь, — его голос осип от вожделения и переполняющего желания. Гарри еще крепче прижал ее к себе, целуя в висок. — Ты же знаешь, чего я хочу, — тихо ответила Джинни, подняв голову. Зеленые и карие глаза сошлись. Даже в этом тусклом освещении можно было заметить то, как они потемнели от желания: темный изумруд и черный шоколад. Гарри наклонился к ней, поцеловав. Его губы были мягкими, а горячая вода стекала по его лицу, попадая ей в рот. Джинни ответила ему с не меньшей страстью, запустив руки в мокрые волосы. Она проникла языком в его рот, в очередной раз исследуя его, как путешественник неизвестное ему место. В воздухе витал аромат весенних цветов, елового леса, шампуня и сырости, который дурманил рассудок. Гарри глухо простонал, когда Джинни сжала его нижнюю губу зубами, потянув вниз. Он стал подталкивать ее к белой стенке кабинки, прижимая ее к холодной плитке спиной. Гарри уперся руками по обе стороны от ее лица, продолжая страстно целовать. Бедрами он прижимал ее к стенке, от чего Джинни животом чувствовала его эрекцию. Она гортанно простонала и начала гладить его по спине, чувствуя под пальцами напряженные мускулы. — Я. Так. По. Тебе. Скучал, — произнес сквозь поцелуй Гарри, выговаривая каждое слово. Она прервала поцелуй и провела языком по его скуле, посасывая кожу. Джинни чувствовала губами щетину, что заводило ее еще сильнее. Гарри наклонился еще ниже, уткнувшись носом ей в шею. Он оставил легкий поцелуй под ухом, начиная прокладывать дорожку из поцелуев вниз до ее ключицы. Джинни наклонила на бок голову, блаженно закрыв глаза. Вода громко стучала в ушах, а его ласки были долгими, приятными, сладкими, но в то же время мучительными. Ей хотелось большего, вот только Гарри, похоже, спешить никуда не собирался. Его мягкие губы обратили внимание на ее грудь, покусывая и посасывая один из сосков. Джинни откинула назад голову, отдаваясь в его власть. Она хотела прогнуться навстречу ему, вот только бедра Гарри слишком сильно вжали ее в стенку, мешая пошевелиться. Джинни вцепилась руками в его волосы, тяжело дыша в этой удушливой душевой кабине. — Гарри, пожалуйста, — простонала тихо девушка, хватая судорожно ртом воздух. Господи, как же ей сейчас не хватало кислорода. — Чего тебе хочется? — нежно спросил он хриплым от желания голосом. Черт, как же это сексуально звучало! Его потемневшие зеленые глаза оказались на уровне ее глаз. — Тебя, — выдохнула Джинни, накрыв его губы своими губами. — Тебя, тебя и только тебя, — отрывисто произнесла девушка, поцеловав парня вновь. — Я хочу тебя, — как итог прошептала она, углубившись в поцелуй. Гарри простонал, когда их языки сплелись вместе, напоминая танец чувств, эмоций, любви и желания. Он обхватил руками ее ягодицы, приподняв. Бедра все еще прижимали ее к холодному кафелю, безуспешно пытаясь остудить ее горящую кожу. Джинни обвила его ногами, сжав крепко пальцами его напряженные плечи. — Джинни… — прохрипел Гарри, нежно кусая мочку ее уха. Как же она по нему скучала. По всему нему. Он медленно вошел в нее, накрыв своими губами ее, тем самым приглушив стон девушки. — Джинни… — тихо простонал Гарри, начиная чувственно двигаться в ней, спрятав свое лицо в ее рыжих локонах. Руки плотно обхватили ее бедра, а тяжелое дыхание обжигало шею. Джинни откинула назад голову, сжимая его угольные волосы и тихо мыча от удовольствия. Он был так нежен, так чувственен, так бережлив, так ласков. Гарри медленно двигал бедрами, превращая секс в сладкую пытку, которую хотелось поскорее закончить, но в то же время не заканчивать никогда. Он стал ускоряться, приближая их обоих к пику. Джинни выкрикнула нечленораздельно его имя, сжавшись вокруг него. Гарри последовал за ней, следом кончив. Они оба тяжело дышали, хватая ртом недостающий воздух. Гарри вышел из нее и, прижав крепко к себе, сполз на дно кабинки, пытаясь отдышаться. Вода лилась каскадами на них, окутывая своим теплом. Гарри поцеловал ее плечо, уткнувшись носом в шею и вдыхая божественный аромат весенних цветов. Джинни прильнула к его груди, закрыв блаженно глаза. — Я люблю тебя, Джинни Уизли, — прошептал он у ее уха, щекоча кожу. Она посмотрела ему в глаза, читая в них искренность. — Я тоже люблю тебя, Гарри и буду любить всегда, — улыбнувшись, произнесла Джинни, нежно поцеловав его в щеку.