Перерожденный: Перед бурей.

Глава 14

      – Наконец-то этот безумный день закончился! – с неописуемым счастьем в голосе простонал я, рухнув в кресло напротив камина. В одной руке тут же оказалась зажженная сигарета, в другой – стакан с виски. Для полноты образа не хватало только полутемного зала космической станции с видом на умирающую звезду, а в остальном я один в один как печально известный ТИМ*, отдыхающий после очередного насыщенного дня.       День-то да, выдался у меня до безумия насыщенный: сначала провести для Лили ознакомительную экскурсию по моему особняку; потом, буквально за каких-то полчаса, отделать и обставить предназначенную для нее комнату, изрядно порушив картину мира в голове рыжеволосой женщины демонстрацией некоторых разновидностей магии, считавшихся доступными лишь сильнейшим волшебникам; ну, а в завершении устроить продолжавшийся до позднего вечера шоппинг в маггловском мире. Результатом оного стали: огромное количество вещей, нужных или не очень, и полное опустошение моих запасов обычных денег, которые, между прочим, на протяжении целого месяца усиленно пополнялись домовиками, занимавшимися пощипыванием зажравшихся буржуев. Или воришек. Во всяком случае, при отдаче приказа я акцентировал внимание именно на последних.       Кстати, забавный момент – домовики по факту ничем не ограничены, несколько базовых ограничений наподобие запрета на умышленное убийство, воровство или причинение вреда чужому имуществу не в счет, так как с легкостью могут быть обойдены, что собственно я и продемонстрировал. Достаточно было правильно подобрать слова при отдаче приказа и все – никаких проблем с его выполнением мои ушанчики не испытывали, так как занимались они не воровством, а экспроприацией, что не совсем одно и тоже.       – Не спится? – отвлекся я от размышлений о домовиках на только что вошедшую в гостиную Лили.       – Да, – ответила она, устраиваясь в соседнем кресле. – И как вижу не мне одной.       – Есть немного, – согласно покивал головой. – Хотя в конкретно моем случае это вполне нормально. Слишком мало у меня свободного времени, чтобы растрачивать его на такую вещь как сон.       – Так нельзя, – сказала рыжая, при этом неодобрительно косясь на дымящуюся сигарету и стакан в моей руке, но ничего по этому поводу не говоря.       – Да-да, нельзя, вот только выбора у меня, увы, нет – очень уж глубоко я завязла во всем этом дерьме.       – О чем ты?       – О волшебном мире вообще и об одном не до конца мертвом Темном Лорде в частности. А ведь так хотелось тихо-мирно, не привлекая ничьего внимания, отучиться пять лет и послать весь этот ущербный магический мир куда подальше! Но нет, вместо этого приходится корячиться без выходных и праздников, зубами выгрызая очередную кроху силы и знаний, попутно с этим вытаскивая из очередной жопы братца-идиота, оказавшегося там исключительно по собственной тупости.       – Гарри – не идиот! – возмутилась Лили. – Как ты вообще можешь говорить такое про своего брата?!       – Брат? – все мое благодушное настроение испарилось мгновенно, как и атмосфера. – Да я врагу не пожелаю иметь такого брата! Я ему, блин, три раза шкуру спасала, а он чем за это отплатил? Два нападения и соучастие в попытке продажи меня в рабство! А уж о том, что он полный кретин и избалованный в край мажор я вообще вспоминать не хочу! Так что не надо мне втирать какой мой "братец" хороший!       – Он еще ребенок, который многого не знает и не понимает.       – Хуя себе ребенок, в тринадцать-то лет! – не сдержался я от использования ненормативной лексики. – Во сколько, по-твоему, он взрослым станет? Впрочем, можешь не отвечать – все равно он до того возраста просто-напросто не доживет.       – О чем ты говоришь?       – О Волдеморте, что после возвращения в мир живых, кое произойдет в течение ближайших двух – трех лет, сразу же попытается устранить непосредственную причину своего падения, заодно деморализовав противников. Видимо, ты не осознаешь до конца того, что твой сын стал символом победы добра над злом в лице Темного Лорда и его прихлебателей, поэтому уничтожение этого символа станет первым действием обретшего тело Реддла.       – Кого? – не поняла рыжая.       – Волдеморта. Реддл – это его настоящая фамилия, доставшаяся от отца немага. Ты разве не знала?       – Нет.       – Не удивительно. Большинство из знавших об истинном происхождении Лорда давно уже кормят червей, а еще живые – молчат в тряпочку, трясясь от страха при одном только упоминании о нем. Даже Дамблдор и тот предпочитает особо не распространяться, на мой взгляд – совершенно напрасно. Ведь сама подумай: пошли бы все эти "Древнейшие и Благороднейшие", – изобразил я кавычки и скривился, вспомнив некоторых представителей оных, – за нищим полукровкой, пусть и являющимся дальним родственником Слизерина? Да ни хера бы не пошли, каким бы сильным он не являлся! Его бы скорей прибили для профилактики или же обложили таким количеством клятв и обетов, что он даже дышать и то должен был только по разрешению. Реддл это понимал, а потому вскоре после окончания школы и недолгой работы в "Горбин и Бэрк" бесследно исчез, объявившись лишь спустя два десятилетия уже под именем Марволо Гонт, для избранных известный как Лорд Волдеморт, наследник Слизерина. Что любопытно – к тому времени большинство тех, кто знал его как Тома Реддла либо ушли в мир иной, либо присоединились к нему, либо независимо друг от друга решили не упоминать о его настоящем происхождении.       – Откуда тебе все это известно? – поинтересовалась Лили.       – Врага надо знать в лицо, – получила она в ответ. – А смертельного врага – тем более. Думаешь, он просто спустит мне две сорванных попытки своего воскрешения? Да как бы не так! Злопамятный и мстительный Реддл обязательно постарается меня убить, причем максимально болезненно. Я это осознаю, а потому и рву жопу, чтобы стать как можно сильней к его воскрешению, дабы если не победить, то хотя бы гарантированно удрать от него при столкновении. Так что, возвращаясь к нашему утреннему разговору еще раз повторю: в этом доме царят мои правила и точка! Если тебе не нравится – альтернативу я, помнится, озвучивала.       – Причем здесь это? – изобразила она блондинку, даже недоумевающе ресницами похлопала.       – Притом, что не тебе не стоит пытаться "помирить" меня с братом. Мы с ним слишком разные. Он – донельзя избалованный малец, родившийся с золотой ложкой во рту, как и его отец привыкший получать все, что захочет по первому требованию, живущий в каком-то своем сказочном мире, где абсолютно все вращается вокруг него; я же – трудяга, добившаяся всего самостоятельно, а потому трезво воспринимающая жестокую реальность.       – Ты слишком предвзята к нему.       – Отнюдь. Я к нему отношусь абсолютно непредвзято, также как и большинство учеников Хогвартса. А вот про тебя то же самое сказать нельзя. Нет, я понимаю, ты – мать и все такое, но нельзя же не замечать очевидного. Или же, – пораженно произнес я, осененный внезапной догадкой, – тебе приказали их не замечать, как и многое другое.       – Что за чушь ты несешь! – возмутилась женщина. – Кто мне мог такое приказать?!       – Муженек бывший, в свое время явно тебя привороживший. Со стороны ведь очень странно выглядит, что лучшая ученица Хогвартса, староста и просто красавица вдруг ни с того ни с сего без оглядки влюбляется в главного школьного хулигана, которого раньше терпеть не могла.       – Это невозможно. Я себя проверяла и никакого приворота не обнаружила.       – На зелья проверяла? – уточнил я и после подтверждающего кивка продолжил. – Так приворожить можно не только зельями. Если бы ты не брезговала изучением находящихся за рамками школьного курса областей мистических искусств, то тогда знала бы о существовании артефактов и ритуалов аналогичного назначения. Скорее всего, один из последних, а конкретно – "Оковы Афродиты" к тебе и применили.       – Я никогда не прикоснусь к Темной Магии! – фанатично заявила рыжая, нашедшая в моих словах то, чего там отродясь не было.       – А где ты нашла упоминание о Темной Магии? И кстати, что за откровенно глупое деление магии на Светлую и Темную? Разрешенную и запрещенную, причем все относящееся к последней определяется комиссией министерства, члены которой ничем, кроме диплома Хогвартса, нигде в мире уже совершенно не котирующегося, похвастать не могут. Проще говоря, не обладают необходимой квалификацией для вынесения правильного решения. Ну, и кроме того – так называемой "Светлой" магией можно такое сотворить, что "Темная" после этого не такой уж темной покажется. Например, тот же "Люмос": если изменить его форму и добавить энергии, то на выходе получается заклинание, нисколько не уступающее по убойности "Аваде" и превосходящее ее по скорости движения. Свет ведь имеет самую большую скорость распространения. То есть одна мысль, и твой противник в тот же миг обзаводится сквозным отверстием в своей тушке, разрывается на куски или оказывается порезанным на мелкие кусочки, если выпустить заклинание в виде сетки.       Лили видимо обладала крайне живым воображением, поскольку после приведенного примера чуть не блеванула прямо на пол. Лишь ценой титанических усилий ей удалось сдержать рвотные позывы и, соответственно, не расстаться с ужином.       – И это, – продолжил я после того, как она сумела справиться с данной реакцией организма, – всего лишь один из множества способов использования "светлых" заклинаний для причинения вреда ближнему своему. Один из множества! Вспомни о тех же бытовых чарах, что после небольшой переработки талантливым и соображающим волшебником становятся в один ряд с авторскими "темными" заклятиями, о которых знают и умеют использовать считанные единицы. Строительные, медицинские чары – та же история. В общем, за какую область магии ни возьмись, везде есть то, что можно обратить против себе подобных, из чего ясно напрашивается вполне логичный вывод: магия не делится на Темную и Светлую, таковой ее делают люди, использующие полученные знания во благо или во вред.       – По-твоему получается, что те же демонология с некромантией – это благо?       – Если их используют для изгнания проникшего в нашу реальность демона или упокоения спонтанно поднявшегося кладбища, то да. Если же для призыва иномировой твари или поднятия мертвеца, то нет. Все зависит от конкретной ситуации.       – У тебя двойные стандарты.       – Ну, так я же англичанка.       – Все равно я останусь при своем мнении.       – Которое мною, в общем и целом, поддерживается. Темная Магия – это путь к деградации, ибо она предлагает простые решения вместо поиска более сложных и зачастую гораздо более эффективных. Проще говоря – отучает магов использовать свой мозг по назначению, то есть думать. Хотя, каких магов? Так, магглов с палочками, большинству коих для жизни достаточно школьного набора заклинаний плюс нескольких трюков, разученных вне Хога. Скажешь, нет? Так ты сама сегодня видела, на что я способна и вот скажи: ты сможешь это повторить?       – Не смогу, – после очень долгой паузы ответила Лили.       – Сможешь, – с уверенность заявил я. – Или ты думала, что будешь здесь сидеть и ничего не делать? Как бы не так! Если хочешь по-настоящему иметь право называться моей матерью, то ты обязана мне соответствовать. Поэтому тренировки, тренировки и еще раз тренировки.       – Зачем тебе это надо? – спросила рыжеволосая женщина.       – Потому что ты мне небезразлична.

***

      Утром следующего дня Лили была необыкновенно тиха и задумчива. Что послужило виной этому ее состоянию, я затруднялся определить. Возможно, виной всему ночные размышления, возможно утренние тренировки в стиле "Силы Юности", после которых она и ходить-то самостоятельно не могла, а может быть, зеленый, обтягивающий артефактный костюм, склепанный мной этой ночью. В общем, не знаю, но то, что за завтраком Эванс была необычайно тиха и не промолвила ни слова – это факт.       Сугубо на мой взгляд это было к лучшему, поскольку: во-первых, не было поучительно-наставительных речей, коими она потчевала меня первую половину вчерашнего дня, а во-вторых – Эванс на своем собственном опыте убедилась в наличии разделяющей нас огромной пропасти в знаниях и умениях. Причем разделяющей не в ее пользу. Не исключаю, что она просто обиделась: как же, тринадцатилетняя мокрощелка знает и может больше нее, зрелой тридцатитрехлетней волшебницы!       Впрочем, все это, так или иначе играло мне на руку, ибо у Лили появилась мотивация к саморазвитию, до сего момента отсутствующая. Как и у остальных волшебников. Так что, можно сказать – главной цели я достиг, а что же касается второстепенных, то там все пока еще не ясно. Хотя, я никуда пока что и не тороплюсь, так как спешка только при ловле блох полезна.       Однако кое-что все-таки следует упомянуть. В частности, что домовики смогли выполнить и даже несколько перевыполнить отданный им перед отбытием в Хог приказ. Маггловских денег они добыли достаточно много, примерно пятьдесят семь миллионов в пересчете на фунты, а уж оружия…       Чего только не было в том хламе, которым ушастики забили все подземные помещения моего дома. Снайперки, гранатометы, пулеметы, автоматы, среди которых встречались даже прототипы, мины, гранаты… Хорошо хоть танк не додумались притащить, в отличие от термоядерной боеголовки. Я как оную увидел, то чуть на месте кирпичный завод не открыл! Это же надо додуматься такую хрень спиздить, причем без приказа. В общем, пришлось домовикам возвращать ее на место, а после принимать заслуженное наказание в виде двухчасового разноса. Старое доброе Круцио на них ведь не особо действует, так как сии паразиты превосходно умеют поглощать магию, одновременно симулируя адские муки.       Однако при всем этом надо заметить, что угроза искупать их в "царской водке", сиречь смеси концентрированных азотной и соляной кислоты в соотношении 1:3 очень действенная вещь, после которой ушанчики становятся прямо-таки шелковыми. Знают тварюшки, что после купания в сем составе, даже ненасыщенном маной им выжить будет довольно трудно, если вообще возможно.       Хотя, чего я хотел? Домовики, даже такие сообразительные, как у меня, один хрен будут оставаться домовиками со своим собственным образом мышления, из-за которого им и приходится отдавать предельно четкие приказы, не допускающие ни малейшей возможности двойного толкования. Поэтому в случившемся казусе скорее мой просчет, что не запретил им красть термоядерную боеголовку. Но кто ж знал…       В общем, разобравшись со сложившейся ситуацией, а после, хорошенько поржав, я почти весь остаток ночи занимался сортировкой того, что домовики притащили в мой дом. А притащили они много: стрелковки хренову тучу, большая часть коей отправилась в металлолом, ибо мне нахрен не сдались такие образцы вооружения, как FAMAS, пригодный разве что в качестве метательного оружия. То ли дело безотказный Калаш, всегда готовый к применению в любых условиях или, на крайняк, немецкая G3.       То же самое касалось и остального оружия и снаряжения, большей частью американского или европейского производства. Такое сходу отправлялось в утиль, хотя некоторые интересные образцы я оставлял. Например, несколько новеньких (и где только достали?) Маузеров С-96, которые позднее надеялся усовершенствовать с помощью магии, парочки STG. 44, Кольтов модели 1911 и прочих образцов оружия времен Второй Мировой. Мужик, даже в женском теле один хрен остается мужиком, а если он обожал историческое оружие – то тем более. Ведь согласитесь, есть же в выпущенном до второй половины 20-го века оружии своя особенная красота?       Но красота красотой, а функциональность из-за оной по моему скромному мнению страдать не должна, так что дабы сего не произошло я отобрал несколько образцов, кои надеялся улучшить с помощью магии. Первыми стали уже упоминавшиеся выше пистолеты-карабины Маузер, остальными: парочка Кольтов, долженствующих после модернизации превратиться в "Мустанга и Салли", М1918А2, она же Browning BAR, АКМ и все пулеметы, кои по задумке должны были превратиться в автоматические турели с системой распознавания свой – чужой.       Разбором притащенного оружия и ценностей дела мои вовсе не ограничивались. После утренней тренировки мне еще пришлось тщательно инструктировать Лили, выслушивавшей наставления без каких-либо возражений – видать, сломал я ее все-таки, а после совершить еще один визит в Гринготтс, где я снял достаточно солидную сумму золота, которое после было передислоцировано в дом. Эльфы-домовики ведь должны на что-то будут совершать покупки в Косой? Волшебники – не магглы, у них просто так взять не получится.       Кроме того, мне пришлось заглянуть еще и в аптеку, прикупить кое-какие ингредиенты, которые приходилось очень тщательно отбирать, так как продавец все время пытался подсунуть какую-то гнилую тухлятину, причем втридорога. Решил, значится, поживиться на магглокровке, по виду ничего не смыслящей в тонком искусстве зельеварения.       Ха! Не на того напал. Я так его опустил, да еще перед клиентами, что он просто вынужден был продать самые качественные ингредиенты по нормальной цене. И пофиг, что после этого в данную аптеку ход мне будет закрыт. Джиггер и Слизень – не самые лучшие поставщики компонентов зелий. Тот же Малпеппер поставляет куда более качественный товар, да и втюхивать откровенное дерьмо не пытается. Видимо, из-за того, что большая часть его лавки на деле принадлежит Малфою-старшему, который за любой косяк не преминет поиметь с него хоть какую-нибудь дополнительную выгоду.       Все эти маневры, посещения отняли у меня большую часть дня, так что в Хогвартс я вернулся аккурат перед ужином, тем же путем, через который его и покидал, то есть камином в кабинете Дамблдора. Старый волшебник после взаимного пожелания доброго вечера поинтересовался, как все прошло, после чего ненавязчиво выдворил меня из кабинета, отправив на ужин. Но, так как есть мне не очень-то и хотелось, то в Большой зал я не пошел, вместо этого направившись к башне Рейвенкло, дойдя до которой, сразу же поднялся в свою спальню и, не раздеваясь, упал на кровать. _______________       Прим. автора:       *– The Illusive Man – персонаж игр Масс Эффект 2 и Масс Эффект 3 так же известный как "Призрак".