Dual

      Ну, наверное, Кисе все же поторопился с выводом о том, что тренер у них в Кайджо не такой уж и строгий. Достаточно было лишь глянуть на тренировки обеих команд, и сразу можно сказать, какие тренеры на самом деле звери. Солнце неприятно припекало, учитывая тот факт, что Рёта пробегал уже пятый круг. А маршрут не так прост, как кажется. Поскольку гостиница находится в непосредственной близости от города, сначала надо бежать вниз по холму, где дорога не настолько уж идеальна, а потом и по улицам самого города, минуя гуляющий в это время народ. Ах, если бы улицы хотя бы были прямыми, а тут они словно змейкой идут — попробуй ещё не заблудись. Но благо, у Кисе проблем с памятью не было, зато он был в меру хитрый. Мысль «я тут срежу и никто не заметит» сначала была в действии, пока блондина не тормознул Касамацу, у которого была паршивая привычка останавливаться именно в тот момент, когда кто-то из его команды пытается нарушить. В общем, маршрут был не из лёгких и в целом составлял двадцать пять километров. Кисе пробежал все дистанцию первым. Колено у него уже в принципе восстановилось, так что он уже не особо парился по этому поводу, хотя, если честно, вообще не парился. Ловко оббегая людей и даже успев улыбнуться паре милых девушек, Рёта остановился у небольшого кафе. Эмблема упорно напоминала Старбакс. Вдалеке он заметил Миямото, сидящую на скамейке. Она как раз-таки была ответственна за результаты и должна была фиксировать их, когда мимо пробегали. Задерживаться, конечно же, не стоило, но Кисе все же решил зайти в это кафе и купить стаканчик ароматного кофе. И да, не для себя. Для неё. Чего это он так добр вдруг стал, спрашивается? Он с ней разругался недавно в пух и прах, кажется, теперь и на простое общение не стоило рассчитывать (не то, что бы Рёта хотел чего-то большего), но осознание того, что он все же оказался не прав, толкало его на такой отчаянный шаг, как перемирие, хоть и временное, зная их обоих. Милая девушка за кассой, заметив парня, ярко улыбнулась и кивнула, готовясь слушать заказ. Кисе, глянув пару раз в меню на экране, сделал свой выбор. Не зря ведь говорят, что по выбору напитка можно определить характер человека. Большинство девушек, с которыми Рёта был знаком, всегда выбирали мягкий капуччино, иногда даже добавляли туда корицу. — Эспрессо, — сказал Кисе, теперь без особого интереса глядя на девушку. Именно такой вид кофе выбирают сильные и волевые люди. — Добавить шоколад, молоко? — поинтересовалась та, что-то печатая на компьютере. — Молоко, — кивнул Рёта. Он ждал недолго, всего лишь минут пять, и когда ароматный кофе уже был готов, его спросили: — Вам написать имя? — Да, — согласился блондин, — напишите: Акина. Пластиковый стаканчик через несколько секунд перекочевал в руки парня, и на нём красивым почерком было выведено имя девушки. — Всего доброго, — попрощался Кисе и неспешно вышел на улицу. Какого же было его удивление, когда около Миямото ещё никого не было. Может, конечно, что-то нежелательное случилось, но Рёта отмёл эту мысль, как несостоятельную. Хотя, с другой стороны, все могли уже пробежать. Акина, увидев перед собой парня со стаканом кофе, приподняла левую бровь в немом изумлении. — Привет, — Кисе в своей привычной манере растягивал слова. Он внимательно посмотрел на Акину, причём как-то по-своему гордо приподняв голову и засунув левую руку в карман голубых шорт. — А ты что здесь делаешь? — удивлённо спросила она. Кисе стоило уже идти обратно, к тренеру и остальным, потому что он прибежал самым первым. — Ты меня игнорируешь, даже сейчас не послала, — Рёта пожал плечами, продолжая смотреть на девушку. — Думал, случилось что-то. — Случилось, — выразительно кивнула Акина, отложив в сторону секундомер; все равно пока никого не было. — Меня уже два дня никто не бесит. Кисе, чуть усмехнувшись, довольно улыбнулся и присел рядом, положив одну руку на спинку скамьи. — Ну, тогда это надо отметить, — он теперь полностью облокотился о спинку и повернул голову к девушке. — Это тебе, кстати. Кисе дружелюбно протянул Акине стакан с кофе. — Вау... — Я старался, — Рёта теперь гордо улыбнулся, все ещё глядя на девушку. — Я не про кофе, а про твои порывы, — проговорила Миямото и, ухмыльнувшись, повернулась к нему, чуть склонив голову набок. — Что, реально никто не даёт? — Нет, ну что ты, желающих много, — протянул Кисе и с вызовом посмотрел на неё. — Просто я решил, что стоит извиниться. — М-м-м, я сейчас растаю, — мечтательно протянула Акина и сделала глоток горячего напитка. Кисе она точно не верила. — Миямото-ччи, я же серьёзно, — он снисходительно улыбнулся. — Я понял, что мне не стоило этого делать. Извини, что так получилось. Акина думала, анализировала сказанные им слова, пока её действие не прервали. — Здорова, — к ним подбежал парень, один из запасных, и устало упёрся руками в колени, стараясь отдышаться. Оказывается, ещё не все прибежали — он последний. — Кисе-сан, а почему ты не у тренера? Я чему-то помешал? Надо же, к нему даже и так обращаются. — Исчезни, пожалуйста, — любезно попросил Кисе, кивнув в сторону девушки. — Не видишь, мы разговариваем? Акина скосила в сторону блондина недоверчивый взгляд, удивляясь тому, что он ещё и таким может быть, хотя не было похоже, будто он зол или раздражён. — Вообще-то это общая улица, и у меня есть полное право тут находиться, — гордо заметил тот и посмотрел по сторонам. — Савада, не беси меня; передо мной тут извиняются, — Миямото кивнула в сторону Кисе. — А-а-а-а, — тот парень неловко отвёл взгляд, потом виновато глянул на Рёту и сказал: — Извиняюсь. Я просто спросить хотел... Он, опять неловко улыбнувшись, побежал дальше, а Акина, вновь обратив внимание блондина на себя, наигранно мило улыбнулась. — Давай, давай, продолжай, — разрешила она. — А ты можешь спуститься с трона и прогуляться со мной до тренера? Она медленно кивнула. Улица, по которой они шли не была особо переполнена людьми. Деревья по сторонам заметно улучшали её внешний вид — без них было бы слишком уж пусто. — Азуми тебя не достаёт? — между делом поинтересовался вдруг Кисе, хотя до этого они молчали. Миямото отрицательно качнула головой. — Не-а, — она скосила на него скептичный взгляд. — Я бы даже помогла ей тебя убить. — Да я извинился же, — Рёта махнул обеими руками, а потом повернулся лицом к ней. — Да и не будет она меня убивать: я ей слишком нравлюсь. — Дебил. — Ох, Миямото-ччи, а можно мне это ещё чаще говорить? Или, — блондин выдержал паузу, хотя лично ей показалось, что он обиделся. Во всяком случае, его поникший взгляд это доказывал. — Ты просто запала на меня, да? — Ты вообще в себе, придурок? — резко спросила Миямото. Она это, как ни странно, ожидала. — Отвали от меня со своими предположениями. Она ускорила шаг, но Кисе пошёл следом за ней. Чёрт, взгляд холодный, равнодушный, а слова, достойные самого ублюдка. — Эй, ну постой, — он взял её за запястье и все же остановил, глядя на неё понимающим взглядом. Вот кретин. — Я-то думала, ты серьёзно свою ошибку осознал, — Миямото посмотрела ему прямо в глаза. — Может, даже нормальным стал! — Ну, хочешь, я ничего делать не буду, — Рёта махнул рукой, когда она вновь отвернулась и уже собиралась просто уйти. — Да и вообще, зачем я извиняюсь, если тебе просто капец, как нравится меня бесить? Внимания моего хочешь, наверное? Акина остановилась, резко повернулась на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом подошла к нему, прожигая взглядом. Кисе даже невольно приосанился, но не отступил. — Ну ты и козёл, — искренне возмутилась она и тряхнула в него пластиковым стаканом. Кофе из-за крышки не вылился на парня, но Рёта все равно чисто инстинктивно отшатнулся. — Воу, воу, — он развёл руками, когда девушка откинула крышку в сторону. — Вылить на меня стакан вкусного кофе — это очень глупо. Может быть, просто пошлёшь меня, развернёшься и уйдёшь, как ты любишь? — Да пошёл ты, — бросила она, не желая больше вообще с ним говорить, и уже сделала два шага в сторону тренера и команды, но тут же передумала. Захотелось стереть эту ухмылку с его лица. — А, хотя, знаешь что? Быстрым шагом вернулась обратно и резко выплеснула содержимое стакана точно на юношу. Тот, видимого, все же не ожидал, поэтому развёл руки в сторону и ошарашенно глянул на испорченную фирменную футболку, но вопреки всем ожиданиям, не проронил ни слова. — Кофе твой редкостное дерьмо, — Акина кинула теперь уже пустой стакан в мусорку и, пожав плечами, добавила: — Как и ты, кстати!

. . .

      Тренер не рискнул спрашивать, что с Кисе было, почему он в таком виде и почему Миямото такая довольная. Он просто поставил всех перед фактом, что не стоит опаздывать на вечернюю тренировку. В гостиницу все вернулись около двух часов, причём по пути встретившись с парнями из Йосен, которые тоже, судя по всему, были загнаны до смерти. Смотрелось это жутко, и парней даже было немного жалко. В просторном холле их встретила Ватанабэ-сан. Она по своему обыкновению мило улыбалась каждому, при этом оставляя какой-то неприятный осадок в виде недопонимания и легкого удивления, отчего каждый слегка уже волновался. Старушка, впрочем, выглядела наоборот спокойно, и, проследив, за тренерами обоих команд, объявила: — У меня для вас пренеприятнейшее известие, — без сомнений, теперь на неё смотрел каждый. — Вы, наверное, видели объявления с пропавшим человеком? Так вот, это один из персонала. На данный момент, есть несколько предположений, что именно произошло, но очень прошу: не паниковать и не пугаться. Она поклонилась и, кивнув тренерам обоих команд, ушла в свой кабинет. Секунду было слишком тихо, а потом все принялись эту новость обсуждать. Кисе, еле протиснувшись сквозь баскетболистов, хлопнул Касамацу по плечу, и тот, поняв, что блондина вся эта ситуация беспокоит, обреченно прошёл за ним и остановился у стены, стараясь не обращать внимание на светящийся в глазах Рёты энтузиазм. Далее к ним подошёл и Морияма. — Мы видели водительское удостоверение пропавшего в лесу позавчера, — проговорил Йошитака, сложив руки на груди. — Может реально маньяк какой? — уточнил Кисе, глядя по сторонам в надежде на то, что их сейчас никто из посторонних не слышит. — У моего отца книга была... — Какая? — скептично поинтересовался Касамацу, чувствуя, как безбожно растрачивает своё время. Ему лично казалось, что это простое совпадение, пусть и жуткое. — Какой-то русский автор, — припомнил Рёта, гордо улыбнувшись. — Там один чокнутый зарубил старушку топором. — Так все, — прервал блондина Касамацу. — У вас у обоих больная фантазия, так что я пошёл отсюда. Морияма и Кисе долго смотрели ему вслед, прекрасно понимая, что отделались только малым. — Почему ты, кстати, в кофе? Рёта, вновь привередливо оглядев испорченную футболку, нашёл взглядом Миямото. Та о чём-то говорила с Химуро, а рядом был и Мурасакибара. — Я немного ошибся насчёт неё, Морияма-семпай, — пожал плечами блондин. — А пострадала моя бедная футболка. Я перед Миямото-ччи реально извиниться хотел, просто как-то глупо получилось. — Не сомневаюсь, — усмехнулся Йошитака, глянув на товарища. Кисе действительно был не в настроение. Не понятно даже из-за чего именно: из-за испорченной футболки или все же из-за ссоры с Миямото. Она своенравная. Настоящая редкость. — Мальчики, у вас все нормально? — высокий голосок Азуми вмиг оторвал ото всех мыслей, и оба парня перевели на неё взгляды. — Рёта, мы можем поговорить? — Вот почему тебе так вечно везёт? — тихо задал риторический вопрос Морияма, а Кисе на самом деле не понимал, как с обществом Азуми вообще может везти. Она, безусловно, красавица, женственная, постоянно смотрит на него, но что может быть хуже влюблённой (тем более бывшей) девушки, если тебе вообще всё равно? Рёта проводил семпая грустным взглядом и, признаться, выглядел он так, будто его жёстко кинули на произвол судьбы. — Случилось что-то? — вежливо осведомился он наконец, оперевшись локтём о подоконник. Ему хотелось заставить её рассказать что-нибудь; во-первых, потому что слушать менее утомительно; во-вторых, он устал; в-третьих, потому что девушки всегда ценят тех, кто их слушает, пусть даже если те притворяются. — Со следующего семестра я перехожу в твою школу, — мерно проговорила Азуми, а потом глянула на его футболку. — Почему ты в таком виде? — Как в мою школу? — удивился Рёта, проигнорировав второй вопрос. — Тебе в Йосен не понравилось? — Нет, ты что? — странно, но Ватанабэ такому вопросу действительно удивилась. — Просто по работе ближе. И вообще, ты не рад? — Я безумно рад, Азуми, — Кисе очаровательно улыбнулся, прекрасно понимая, что ложь девушка не распознает. Она просто считает его идеалом. — Так что у тебя с футболкой? — вновь поинтересовалась Ватанабэ, а Кисе отвёл взгляд, в толпе вновь нашёл Миямото и нахмурился. Заметив это, Азуми слегка ткнула его в предплечье, чтобы обратить на себя внимание. — Рёта..? — Кофе пролил на себя, — нехотя отозвался блондин и все же посмотрел на неё. Взгляд его — непродолжительный, но проницательный, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно спокоен. — Ты пьёшь кофе? — Ну, ночью на самом деле надо спать побольше трёх часов, — Кисе глянул в сторону удаляющейся команды. — Увидимся. Азуми, грустно вздохнув, посмотрела ему вслед. Что она вообще о Рёте знала? Он отличный баскетболист, успешен в модельном бизнесе, однако, это знают все, но она явно не обращала внимание на то, какой он может быть на самом деле. Просто все девушки влюбляются в тех, которых, считайте, не знают.

. . .

      Когда баскетбольный мяч влетает в стену буквально в паре сантиметров от твоей головы, тут же невольно призадумаешься, а тот ли клуб вообще выбрала? С Миямото такое было раз десять точно, причём преимущественно прилетало от Кисе и Мориямы, хотя девушка думала (или надеялась?), что они это все случайно. Сейчас, когда тренер что-то говорил Касамацу, Акина облегченно смотрела по сторонам. Игра ведь все равно приостановлена, так что риск слечь с сотрясением мозга нулевой. И вот стоило ей все же становиться менеджером? Проблем ведь нажила себе. Правда, тут и свои плюсы были. Любая нормальная девушка ловит кайф от наблюдения за играющими подуставшими парнями. — Кисе, чем ты на этот раз занят? — и да, ради таких моментов тоже стоило вступить. Касамацу разве что молнии не метал, хотя и до этого не далеко было. — У нас тренировка, если ты не забыл! — Ничем... — Рёта виновато опустил взгляд, а потом убрал телефон. Кстати, с наушниками. — Ты, что ли, опять своё «Сверхъестественное» смотришь? Надо было только видеть лицо Касамацу сейчас, который, похоже, собирался одним только пинком послать блондина в долгое пешее путешествие. — Ну... — Кисе слегка замялся и провёл рукой по волосам. Юкио внимательно смотрел на него, что вообще напрягало нереально. — Да. Впрочем, ничего удивительного. Рёту и так было сложно представить без телефона, а когда тренировка обычно заканчивалась, он уже через весь зал мчался к раздражающе пищащему предмету. — Пошли, — хмуро сказал Касамацу, про себя досчитав до трёх, иначе не сдержится. — Будешь играть в защите потом. — Эй, эй, попрошу заметить, что лёгкий форвард играет в нападении, — возразил Кисе, всеми силами стараясь избежать подобной участи. Он, конечно, мог играть на любой позиции, даже мяч разыграть, но набор очков для Рёты было дело более привычное, чем блокировка противника под кольцом. — Можно хоть пять минут позабивать? — Можно, — благосклонно разрешил Касамацу, смирившись с упрямством блондина. — Только помни, что именно надо делать. «Как хорошо, что Касамацу — капитан», — подумала Миямото, следя за парнями. Юкио, ловко обойдя Фукуи, быстро передал мяч вправо, но чуть выше, чем обычно. Кисе, прыгнув, живо забил данк. — Блин, если ты делаешь данк, я не могу сделать подбор! — возмущался Хаякава, и Касамацу не упустил шанса лишний раз упрекнуть того в излишней громкости. — Подборами ничего не решишь, сотню раз тебе говорил, — отозвался Морияма и хлопнул блондина по плечу. — Кисе, молодец! Рёта благодарно покивал и вновь помчался к центру площадки. С Йосен играть жесть, как трудно — их защиту практически невозможно обойти. Да вообще в Кайджо они явно по росту не дотягивали; некоторые, конечно, были выше среднестатистического японца, но по сравнению с игроками Йосен... В общем, коэффициент равен нулю, так как надо сопоставить защиту и нападение. Химуро, который тут же получил мяч от разыгрывающего, опять принялся крутить свои странные финты. Их-то вот так, с трибуны, сложно разглядеть, а игроку на площадке, верно, ещё нереальнее. Вот Тацуя шагает вперёд, а потом плавно-плавно, словно он — вода, возвращается в исходное положение. Кидает. Конечно же, Морияма замешкался перед ним и бросок остановить не смог, а такими темпами можно, между прочим, и на задницу сесть и лодыжку подвернуть. Плавные движения Химуро словно взяты из стритбола, но больше проработаны. — Продолжай в том же духе! — громко похвалила брюнета тренер, недобро глянув на тренера Кайджо. Тот, чуть нахмурившись, подозвал Кисе, а потом, видимо, сказал ему блокировать Химуро. Как один из самых сильных игроков в Лиге, Рёта, исключительно благодаря (странно!) внимательности и собственной скорости, на уловки атакующего защитника попадался намного реже, чем все остальные. Тацуя после удачных бросков, в большинстве случаев, которые были, словно мираж, эмоций особых не показывал, но, кажется, был горд тем, что смог обвести лёгкого форварда Поколения Чудес. Кисе, вон, глазками моргает, хлопает длинными ресницами и не особо понимает, как тот так бросает (может, подозревал, конечно, в чём именно весь прикол, но останавливать не собирался), поэтому был вариант лишь один — блокировать ещё до броска. Так, быстро перехватив мяч, летящий точно на Химуро, Касамацу отдал пас Кисе. Тот, скопировав обманный манёвр (шаг впёред, живо назад) атакующего, помчался к кольцу, но как только бросил трехочковый, Мурасакибара мощно отбил его, да с такой силой, что мяч влетел в стену спортзала. Парни с запасной скамье Кайджо вскрикнули в один голос, как девчонки в душе при виде маньяка, аж дышать перестали, качая головами в такт прыгающему мячу. А что удивляться-то? Это же всего лишь самый обычный блок центрового Поколения Чудес. Короче, парни со скамьи походили на котят, у которых прямо перед глазами машут пакетиком корма, а когда Окамура передал мяч Фукуи, вроде бы отошли. Миямото, перестав наконец-то буквально бесстыдно пожирать взглядом Химуро, который вновь принял пас от разыгрывающего, проследила за пробежавшим мимо Кисе, который, хм, какого-то чёрта нёсся к своему кольцу. И вот, когда мяч, секундой раннее брошенный Тацуей, рассёк воздух, Кисе, быстро сориентировавшись, отбил его, причём после этого все услышали крик со скамьи, потому что мяч влетел точно в стену, чудом не задев менеджера и тренера. Миямото, вовремя отскочив в сторону, перевела дыхание, и у неё реально не было слов сейчас. Парни из команды Йосен поспешили отойти в сторону, предусмотрительно забрав и Мурасакибару, чтобы тому не пришло что-то в голову, а то его блок сейчас скопировали полностью. — Кисе, на какой позиции ты играешь? — поинтересовался подошедший к блондину Касамацу. Не то, чтобы он был в ярости, но было видно, что он малость недоволен, ведь этот долбанный блондинистый придурок уже в который раз загоняет себя до животного безразличия, кажется, вовсе не понимая всего риска. — Лёгкий форвард, семпай, — быстро ответил Рёта, опустив взгляд, хотя точно был доволен результатом. — Задача лёгкого форварда? — Набор очков и проходы к кольцу, — отрапортовал блондин, заметив, что к ним подошла и Акина. Надо думать, что за беспечность и наплевательское отношение к только недавно прошедшей ноге его не только отчитают, но и, вероятно, посадят на скамью. — Ты слишком перенапрягаешься, — заметила она, на удивление блондина так ничего ему и не сказав насчёт травмы. Мурасакибара вообще изумлённо смотрел на них со своей стороны площадки, что было крайне парадоксально, ведь Атсуши никаких эмоций, кроме обычного раздражения, не показывал. — Ты поставил блок, как он, — поражённо добавила она и кивнула в сторону всей команды Йосен. — С тобой точно все в порядке? Ох, не собиралась она спрашивать, ведь Кисе обязательно начнёт думать, какой он незаменимый, и, встретившись взглядами с ним, девушка с ужасом осознала тот факт, что реально волнуется за его состояние. — В полном. Рёта сдержанно кивнул, и девушка, лишь скептично глянув на него, пошла в сторону команды Кайджо и тренера, оставив капитана с ним вдвоём. — Ты, верно, забыл про колено, — напомнил ему Юкио, подкинув баскетбольный мяч. — Просто, если буду задумываться об этом, то перестану играть в полную силу, — беззаботно протянул Кисе и глянул под ноги, а потом вновь перевёл радостный взгляд на капитана. — Что, ещё матч? Касамацу, кажется, в этот момент был бы рад оказавшемуся под рукой пистолету. Он не знал да и вообще не понимал, какого чёрта Кисе вечно такой восторженный и жизнерадостный придурок. Какого чёрта он не может хоть немного быть поусидчивее? — Этот блок для тебя стал каким-то спусковым механизмом, что ли? — нахмурился брюнет. — Тебе надо быть чуть более хладнокровным! — Но я даже сейчас никого обыграть нормально не смогу! — возразил Кисе. — Я проигрываю, блин, всем, так что речи о хладнокровии и быть не может! Я до ужаса хочу победить... И, вот, именно в этот момент, как только Касамацу услышал последние слова, брошенные блондином, в нём словно что-то вспыхнуло, и так, раскрутив мяч на пальце, он живо швырнул его в парня, и тот, вовремя не среагировав, очень грациозно поймал его лицом и от этого чуть не свалился на паркет. Все парни в зале живо перевели взгляды на площадку. — У тебя «Я» всегда впереди, как же ты бесишь! — рыкнул семпай, а Рёта чуть машинально не отдал честь, когда капитан встал опасно близко, при этом поистине жутким взглядом глядя ему в глазах. — Мне плевать, что за грёбаные принципы у вас были в Тейко, но ты всё ещё считаешь, что сражаешься в одиночку?! Придурок хренов! Если ещё раз ты хоть дашь повод подумать, что ставишь себя привыше команды, я тебя ударю! — Да ты уже ударил! — обидчиво заметил Кисе и тут же сглотнул, потому что ему реально было жутко. — Даже если наш оппонент какой-нибудь гений Тейко или просто одарённый первогодка, на баскетбольной площадке в твоей команде всё равно пять игроков! — вещал Касамацу, постепенно остужая пыл Кисе. — Пять человек на площадке всегда сильнее одного, идиот! Рёта уже заворожённо слушал всё эту громкую речь и уже не замечал взгляды остальных на себе. «Пять человек на площадке всегда сильнее одного.» — это очень хорошо сказано. — И правда... — согласился Кисе, неспешно отходя в сторону. — Знаешь, семпай, мне ещё никто подобного не говорил... — Ты тут как девчонка ещё расплачься, — протянул Касамацу, раздраженно отвернувшись от него. — Но я серьёзно, — заверил Рёта, слегка жмурясь. Нос от удара баскетбольным мячом болел нещадно. — Команда может быть непобедимой, а игрок — нет... — Рад, что ты понял это хоть сейчас. — Я тоже, — блондин через боль улыбнулся. — Но, знаешь, что важнее, Касамацу-семпай? Бьёт — значит... — Кисе, заткнись, блять, нахер, пока я опять не бросил в тебя этим мячом!

. . .

      Узнав про окончательные результаты Межшкольных соревнований (сегодня был самый последний матч за четвёртое место), Миямото не поленилась выйти из сумрака и отыскать тренера. К счастью, тот вскоре нашёлся на улице, а с ним в придачу был ещё и Касамацу. Подбежавшая девушка вмиг прервала разговор, и они оба внимательно и даже в какой-то степени озадаченно посмотрели на неё. — Ну и? — прервал молчание Касамацу, уперев руки в бока. — Результаты Межшкольных соревнований, — коротко ответила Акина, всучив тренеру только что распечатанные листы. Благо, Ватанабэ-сан не знает, чего стоило девушке всю эту информацию вообще достать: сначала рыскать по сайту школы, а потом незаметно пробираться к принтеру, чтобы печатать. — Это, короче, список участвующих школ в Зимнем Кубке, — она кивнула на бумаги в руках тренера. — Старшая Школа Ракузан и Академия Тоо проходят в основной этап автоматически, потому что у них первое и второе место. У Йосен — третье. У них был матч против академии Тоо, когда мы только приехали сюда. — Мне вот сейчас твой взгляд не нравится, — сказал Касамацу. — Блин, — Акина вздохнула. — Просто у всех троих команд в стартовом составе никто из этого Поколения Чудес указан не был. С Аомине все ясно — у него была травма после матча с нашей командой, но вот остальные двое... — Можно у Мурасакибары спросить, — заметил тренер. — Я почему-то уверена, что мне он вообще ничего не скажет, — пожала плечами Акина, а потом посмотрела на Касамацу. — Семпай, я не люблю, когда меня шантажируют. — Но менеджер-то не я.

. . .

      Впрочем, теперь пора бы положиться на своё женское обаяние. Во всяком случае, Мурасакибара Акину вряд ли бы заметил с высоты своего роста. Судьба всё, видимо, решила сделать сама. После разговора с капитаном и тренером Миямото чисто для себя решила немного прогуляться по окрестностям. Как только солнце показало свои последние лучи, девушка решила все же повернуть к гостинице и наткнулась на Химуро собственной персоной. Тот удивлённым не выглядел, откровенно говоря, он вообще не показал не единой эмоции, но от этого он не становился менее прекрасным. Тацуя создавал впечатление законченного интроверта, однако, что парадоксально, был весьма дружелюбен и приятен в общении. Если бы при Акине вспомнили его, она бы незамедлительно представила кучу чёрной одежды и творчество групп The Filthy Pillows и My Chemical Romance. Что вообще плохого в том, чтобы восхищаться этим парнем со стороны? Уже двадцать минут общения с ним не натолкнули Миямото ни на одну плохую мысль. Оказалось, что раньше Химуро жил в Америке, играл там в баскетбол, а ещё у него есть бро, судя по рассказам, крутой бро. Только теперь они соперники. — Ты сказал, что его зовут Кагами? — озадаченно спросила Миямото. — Да, а вы знакомы? — поинтересовался Тацуя. — Пересекались пару раз, — пожала плечами девушка. — Видела, как он играет. Это мощно. — Мы же в Америке начали. — То есть в баскетбол ты играл против афроамериканцев? — Да, а что такого? — Химуро удивился, но мимикой себя не выдал и продолжал приветливо улыбаться. — Так ведь все знают, что они в баскетбол играют лучше всех! — Да, в Америке баскетбол — один из ведущих видов спорта, — пожал плечами Тацуя, глянув на небо. — Я бы даже согласился с тобой, но разве в Японии мало хороших игроков? Ну если не учитывать радужных мальчиков... — Окей, подловил, — смирилась Акина, а потом чуть прибавила шаг, так как подул прохладный ветер. Химуро последовал её примеру. — А почему Мурасакибара-кун не участвовал в прошедшем матче? Тацуя скосил на неё взгляд, правда из-за чёлки это было незаметно. — Насколько я понял, ему позвонил бывший капитан и просто сказал не участвовать, — пожал он плечами. — Ну, Атсуши такой человек, который при любой возможности матч может и пропустить. — А тренер? — Он называет её «Масако-чин», — Химуро чуть улыбнулся. — Сама как думаешь? И почему Тацуя такой приятный в общении? Он, конечно, не прост; эмоции какие-либо редко проявляет, особенно — на площадке, но про него можно сказать лишь то, что вся эта холодность очень соответствует его имиджу. Будь Химуро чуть более эмоциональным, был бы уж точно не так хорош. Так, сделав ещё один кружочек по окрестностям, они всё же вернулись в гостиницу, и какого же было их удивление, когда в ней оказалось чуть больше половины людей. Остальные, похоже, были на улице, а судя по запаху дыма, там жгли костёр. Когда Акина подошла ко всей собравшейся там компании поняла, что у костра только основные составы обеих команд, а у других тренировка была чуть дольше, так что они медленно умирают в своих комнатах. Встретившись взглядами с Кисе, девушка вмиг заглушила в себе бурю эмоций, в основе которой было раздражение, а вот когда Рёта перевёл взгляд на подошедшего вместе с ней Химуро, она вообще удивилась. Кисе все равно был парнем, в глазах которого иногда можно читать эмоции, учитывая его все-таки вспыльчивую натуру, и поэтому сейчас его взгляд почему-то был каким-то странным, и она даже не могла сказать почему. Наверное, просто не хотела зацикливаться на нём и на том, как же Рёта её бесит. А бесит он очень сильно. Солнце уже практически село — время все же клонилось к восьми, но расходиться никто и не собирался. Гостиница была шагах всего в тридцати, а вокруг уже были деревья, между которых были проложены узенькие дорожки. — Страшилки знает кто-нибудь? — поинтересовался неусидчивый Хаякава. Кисе вмиг отошёл от своих мыслей и, прекратив взглядом сверлить недавно появившуюся парочку, тоже принялся поддерживать семпая. — А то скучно, — добавил блондин и перевёл взгляд на небо. — Какие вам страшилки? — скептично поинтересовался Касамацу, хмуро глядя на обоих. — Я знаю только историю про призрака в третьем спортзале, — флегматично заметил Атсуши, двинувшись в сторону, чтобы Химуро сел рядом. Кисе ностальгически улыбнулся. — Что, вообще ничего? — удивился Фукуи. — Вы же спать полночи не будете, — отозвался Окамура. — А сам-то! — Поддержал бы капитана, ну? Но, верно, все забыли, что не страшно — это всей компанией сидеть у костра и угарать, а вот стоит только вернуться в тёмную гостиницу, так страх обязательно настигнет, а самых впечатлительных — особенно. — Я могу рассказать историю, — послышался скрипучий голос за их спинами, отчего Акина аж дыхание затаила, а потом чисто случайно перевела взгляд на сидящего рядом Тацую. Этот парень вообще умеет удивляться? Просто даже Атсуши перестал что-то там жевать, Касамацу точно старался не делать резких движения, а Кисе... Он, кажется, точно бы накинулся на грозного семпая с сомнительной целью обнимашек. Все медленно перевели взгляд на Ватанабэ-сан, которая стояла и мило улыбалась ребятам, хотя, скорее, это было даже жутко, но она ведь добрая старушка. Хотелось так думать. И свято верить в это. — Давайте, — согласился все ещё скептично настроенный Касамацу, скосив взгляд на сидящего рядом Кисе, который в свою очередь смотрел на Миямото, вцепившуюся в Химуро. Правда, семпай этому особого значения не придал. — Я расскажу вам про один лес, — начала Ватанабэ-сан, присаживаясь на место, которое ей уступил Окамура. — Сразу предупреждаю: эта история реальна. В общем, этот лес расположен у подножья Фудзи, если быть точной, у северного склона. Это полная противоположность величественных и красивых мест нашей страны. Очень давно произошло одно из сильнейших извержений и поток лавы хлынул по северному склону, а через некоторое время там вырос очень необычный лес. Но не в этом вся суть, — старушка прервалась и обвила всех взглядом. Все слушали внимательно, даже Касамацу, который вообще находился тут от нечего делать. — Вы сказали: у подножья Фудзи или мне послышалось? — переспросила Акина. — Смотрите, — она указала рукой на виднеющуюся гору. — Видите этот лесной массив? Аокигахара — так называется этот лес. Вот, до него — пятьсот метров, не больше. Туристам строго настрого запрещено сворачивать с основных троп, потому что здесь очень легко заблудиться. Более того, компас там совершенно не работает. Кто-нибудь скажет почему? — Из-за железной руды? — предположил Мурасакибара. Все перевели на него удивленные взгляды. — Что? Мне нравится физика. — Правильно, — похвалила его старушка, мило улыбнувшись. — Аокигахара — популярное место для самоубийств. На входе в него стоит табличка с просьбой подумать, прежде, чем совершить необдуманный шаг. Ходят слухи, что здесь между деревьями можно увидеть белые призрачные очертания юрэев. Согласно нашей религии, синтоизму, души тех, кто умер своей смертью, соединяются с духами предков. Те же, кто принял насильственную смерть или покончил жизнь самоубийством, становятся блуждающими привидениями — юрэями. Многие, услышав о том, что творится в этом жутком месте, и, увидев его воочию, с новой остротой понимают всю отвратительность смерти в любом ее обличии, и всю красоту жизни в любом ее проявлении, — закончила Ватанабэ-сан, но потом все же добавила: — Я надеюсь, у вас смелости не хватит туда ходить. Сказанное предложение заметно пошатнуло психику каждого, и просто надо было видеть сейчас лица всех — особенно Касамацу. Что-то между крайним недопониманием и раздражением — вот все его эмоции. Короче он был в ах*е, и это мягко говоря. А как ещё вести себя, если ты был в этом месте да ещё и кругами там ходил? — Нет, что вы? — нервно улыбнулся Кисе, вмиг обратив внимание всех на себя. — Никогда и ни за что!

. . .

      Возможно, все погорячились, думая, что после страшилок сон будет нормальным, и Кисе был в их числе, если уж не самый первый. Как вы прикажете спать, если буквально в двух шагах от тебя жуткий лес с не менее жуткими духами, а в комнате настолько тихо, что слышится любой шорох за окном. Блондин тридцать раз менял расположение подушки, на пробу шесть раз звал Морияму, который спал уж слишком крепко, а потом, когда Рёта понял, что хочет пить, обреченно поднялся с кровати и с тоскливым выражением лица поплёлся на кухню. Там, в коридоре второго этажа, жутко и неприятно скрипел пол, открытое окно тоже скрипело, суставы скрипели (старость), и это вообще уверенности не придавало. По-хорошему надо было просто бежать до места назначения, но Рёта решил, что всех так напугает ещё больше. Очутившись на кухне, он чисто инстинктивно вооружился кастрюлей, так, на всякий пожарный, а потом, заметив тень позади себя, чуть не закричал, как обычно кричит жертва в фильмах ужасов. — Что ты тут делаешь? — тонкий девичий голос вмиг вывел из оцепенения, и Рёта все же отложил кастрюлю в сторону, чтобы ненароком не вырубить девушку. Миямото стояла и в упор смотрела на него, а потом и свет включила, отчего тот больно резанул по глазам. — Я польщён тем, что тебе интересно. — Блин, Кисе, только не начинай, — она махнула рукой и подошла к нему, чтобы налить воды. Признаться, его настроение сегодня очень напрягало. Рёта вообще не понял, зачем сказал это и почему мимолётный порыв ревности к Химуро его так точит. Ещё и на пустом месте, но блондин был спокоен или пытался быть таковым. Он чувств к Миямото более возвышенных, чем некое уважение не испытывал, хотя и его растоптал, когда она испортила ему футболку. Практически. Ведь Акина на самом деле очень помогает их команде, а это не может остаться незамеченным. Они ссорились много, и, пожалуй, их даже и друзьями не назовёшь, но одно Рёта понял наверняка — он в последнее время нередко думает о ней будь то негативные мысли или если ему, например, что-то надо. А она его, между прочим, хрен простит теперь. — А ты можешь повторить за кем-то другим из Поколения Чудес? — спросила Акина, а потом глянула на его ногу. Ещё один её плюс в том, что она видит чёткую разницу между отношениями в команде и вне. Проще говоря, если она с Кисе в плохих отношениях вне баскетбольной площадки, то во время матчей, наоборот, будет его поддерживать, потому что все же уважает его, как игрока. — За Аомине-ччи, — ответил Кисе, а потом задумался. — С трёхочковыми у меня неплохо, но до Мидорима-ччи далеко. — А Мурасакибара-кун? — Только блок, наверное... — Кисе из-под светлой чёлки глянул на девушку. Признаться, если бы она этого не говорила, он бы и не собирался извиняться. — Я что-то слышу. Действительно, шаги. И они становились все ближе. Миямото, вовремя среагировав, быстро выключила свет, и через секунду Рёта потянул её за плечи и буквально прижал к себе спиной, и она поняла, что они стоят за дверью. А шаги все приближались. — Кисе, — прошипела Акина, — убери руку с моей задницы. — Это была случайность, — тихо заметил блондин, а потом вздохнул. Горячее дыхание слегка обожгло макушку девушки. «Да твою мать!» — Она все ещё там. — Это всё ещё случайность! И в этот момент дверь открылась, и парень с девушкой затаили дыхание, а когда включился свет и кое-как получилось разглядеть вошедшего, Кисе громко сказал: — О, Касамацу-семпай. Касамацу, не ожидая никого тут увидеть, резко отшатнулся в сторону, и выглядел так, будто вот ещё секунда, и он просто закричит. Юкио, конечно, парнем особо эмоциональным не был, но любой вообще-то напугается, если кто-то бодро и неожиданно за спиной назовёт твоё имя. Брюнет медленно обернулся, мельком оглядев кухню на наличие острых предметов, а потом услышал смех Миямото и ржач Рёты. — Мать вашу! — выругался Касамацу и шумно выдохнул, проведя рукой по лбу. — Да вы издеваетесь! — Семпай, я когда тебя вижу, у меня сердце биться перестаёт, — проговорил Кисе, глянув на Юкио. Взгляд того не предвещал ничего хорошего. — Как это мило, — заметил Касамацу, чуть ли не препарируя обоих своим мрачным взглядом, а поскольку оба стояли в самом тёмном углу, не смог не спросить: — Что вы оба в темноте тут делали? Вопрос, конечно, офигенно сформулирован. Кисе, живо, но несильно толкнув девушку вперёд, поспешил выйти из-за открытой двери. — Ждали тебя, — ответила Акина, злобно глядя на толкнувшего её блондина. Да как так вообще с девушками можно? — Вы мне заплатите за эту нервотрепку. И тут на кухню медленно зашёл четвёртый человек, отчего теперь уже трое напугались. Мурасакибара, словно не заметив их, прошёл к холодильнику. Первый отмер Кисе. — Мурасакибара-ччи, тебе не страшно? — Нет, — лениво отозвался тот и зевнул, даже не обернувшись. — Я же не ходил туда с вами. И жрать, жрать, жрать, жрать. На тренировках жрёт, в свободное время жрёт, во время официальных матчей тоже сто процентов жрёт. Ему позавидовать можно: еда явно не в жир уходит, а в мышцы. Может, конечно, и в рост, что более вероятно. — И правильно, — похвалила Миямото, глядя, как фиолетовый титан ищет что-то в холодильнике. — Кстати, мы ведь нашли водительские права пропавшего в лесу. Не может же это значить, что он..? — А давай, ты не будешь об этом вспоминать? — предложил Касамацу, который после этих историй стал дёрганным, хоть и не признавал этого. Но это ведь действительно было жутко. Да и сейчас не лучше.