закон Парето

Мойра делает шаг назад, пыль оседает на руинах. Она считает секунды про себя. Мягкий ласковый взгляд Мерси падает на ее руки, медик отпускает запястья и чувствует свечение и легкость во всем теле. Будоражащее и невероятное чувство сияния, по руке проходят волны фиолетового свечения. Мойра улыбается, ее брови впервые не изгибаются презрительной дугой, здесь, в прекрасных сверкающих лучах она чувствует только величие и тепло. Сорванный крик Жнеца тонет далекой волной, будто разбиваясь о барьер. Мойра расправляет плечи, отдаваясь яркому нежному сиянию, касаясь линии скулы Мерси. В рыжих волосах проскакивают сверкающие искры, ее кожа переливается под бликами, она могла бы сравнить это с заоблачной высотой, где не хватает воздуха, но свет здесь мягкий, вот он, протягивает к тебе руки и притягивает к себе. Величественное сияние окутывает твою спутницу, остаётся только восторг, неописуемое спокойствие и слабая резь в глазах. Мойра моргает и улыбается, ее лицо так близко, что волосы щекочут виски, и так красиво, что больно смотреть, но отвернуться нельзя - единственное, что не слепит это голубые, глубокие глаза. Обмахиваясь от назойливой мысли, будь у неё время на какой-то минимальный анализ, осталось бы у неё мгновение хоть на какие-нибудь другие эмоции кроме бескрайнего восхищения и безграничной радости, она бы обернулась, сожгла бы себе глаза золотым сиянием ее крыльев, но не тонула в губительных омутах ее глаз. Все что видит Мойра сейчас - это холодная непроглядная тьма, плещущаяся в самой глубине. И Мойра узнает эту тьму, ту с которой она уже сталкивалась раньше - насколько бы аморальны ни были ее работа, к каким бы ходам она не прибегала - ничто не сравнится с хтонической тьмой, которую она уже видела когда то давно. Глаза Мерси искрятся в улыбке - она замечает момент осознания. *** - Я просто хочу чтобы ты была в порядке, - тихо произносит Мойра, глядя прямо в потемневшие глаза ангелы Дрогнувшая улыбка, взметнувшиеся руки, и Мойра уже не чувствует привычного тепла рядом с собой. Тьма и горечь обрушиваются на неё и неуемный воющий мрак поглощает её. Но тут же развеивается, оставляя ее исцелённой и невредимой. Сердце Мойры - чёрное. Вены перекачивают уже и не кровь, мышцы сокращаются благодаря густой синтезированной жидкости. "Я чудовище" - уговаривает себя она, чувствуя, что пульс учащается. Ее глаза сияют, щурясь. Она вспоминает дыхание Мерси, буквально чувствует тепло ее возле своего плеча. Пока она видит ее и грезит ей, она будет жить, она будет стремится к ее свету и сиянию, это желание греет ее изнутри, заставляя улыбаться и чувствуя легкость от безграничного счастья, бросая лишь один взгляд на медика. Погружаясь все глубже во тьму, уходя за дальние рубежи, Мерси с ужасом снова и снова пытается отыскать себя, пытаясь сдержать ускользающие чувства. Она приходит в себя только в лаборатории, выполняя привычные действия почти на автомате. Она слышит тяжелый глухой стук своего сердца. Снова и снова понимая что что-то делает не так. Герои не умирают - рефреном отдаётся у неё в голове и она впервые сожалеет об этом, чувствуя что сама превращается в нечто худшее. "Мне больно" - не может сказать Мерси, привычно улыбаясь Мойре. Мойра щурится от счастья просто находясь рядом. Мерси знает что скоро эта мягкая цикличность оборвётся, она знает, что не увидит конца, она не хочет думать о том, как вслед за ней у Мойры погаснет жажда жизни и голубые глаза подвернутся почти мертвой дымкой. Каждый раз, приходя на поле боя, Мерси все больше отравляется кровью на своих руках. Для боя нужно сильное сердце, Мерси, очевидно не достаёт этого - боль за каждую рану, за погибшего друга ломает ее годами. Яркие чувства Мойры окончательно ломают ее броню бесчувственности. Она уже не может заглушить боль, вытеснившую все остальное из ее души. Мерси с улыбкой берет в дрожащие руки бластер, было бы неплохо напоследок увидеть Мойру. На мгновение ей становится легче и она, почти не различая ничего в поволоке тьмы, бросается в бой.