Can't take it

Нейт Арчибальд размышлял о смысле жизни. Он старательно копался в собственном мозгу, пытаясь выяснить, отчего никак не станет счастливым. Процесс шел бы быстрее, если бы не ненавистные политики, заседавшие в парламенте вместе с ним. Нейту не удавалось сосредоточиться. «Зачем я тогда пришел к Серене? Я ведь не хотел сделать ей больно…или хотел? Но за что? Ведь я любил ее, возможно и сейчас я ее люблю» - Но, поняв, что кроме себя он никого не любит, Нейт откинул эту негодную мысль. Парень все пытался представить себе свою жизнь, если бы не бросил ее, тогда, пять с половиной лет назад. «Я бы женился на ней, мы были бы счастливы, Роуз была бы моей дочерью… Хотя, мы могли бы разбежаться, или она предпочла бы мне Дэна, или же этот слизняк Бейзен опять вернулся бы за ней в город. В конце концов, разве может человек противиться такому напору?» Нейт не выносил Картера. Было время, когда он пытался походить на него, соответствовать… Но как может мужчина смириться, что девушка принадлежавшая ему, стала счастлива с другим? И хотя внутренний голос шептал ему, что его теперешняя жизнь намного интереснее, разнообразнее и вообще, перспективнее, мысли его витали вокруг Серены. «А стал ли я счастлив? Мой ли это был выбор? Может, все дело в дедушке?» - спрашивал он сам себя. «Нет, ты сам отвечаешь за свои поступки!» - шептала совесть. Но было ли это добровольно с его стороны или он просто дал слабину? Этого Нейт никак не мог взять в толк. Сенатор Кингсли пытался привлечь внимание политиков своей речью о необходимости пенсионной реформы, но слушателей клонило в сон от его измышлений. Вдруг, Нейт заметил своего помощника, Эндрю, который стоял за стеклянной стеной и старательно махал рукой, пытаясь сообщить что-то Нейту. Арчибальд быстро провел рукой по горлу, приказывая секретарю не привлекать внимания остальных. - Хм… мистер Арчибальд, вы хотите что-то сказать? – смерив Нейта насмешливым взглядом, спросил сенатор Кингсли. - Нет… Разве что…Я считаю, что увеличивать пенсионный возраст для женщин до 60, а для мужчин до 65 лет нецелесообразно. Учитывая среднюю продолжительность жизни, больше половины наших соотечественников попросту не доживут до заслуженного отдыха. – Быстро произнес Нейт, глядя на Эндрю. - Ну знаете…В стране кризис! Китай поджимает, так что «заслуженный отдых» - излишество, которое можно достигнуть, лишь умерев! Эндрю приложил к стеклу листок, на котором жирным шрифтом было написано: «Serena ASAP!!!!!» Арчибальд посмотрел на Кингсли, на других политиков, ожидающих его ответа и сказал: - Вы предлагаете ввести реформу с 2018 года. Сенатор Кингсли, не сочтите за грубость, Вы, кажется, через год уходите? – тонко намекнув на личную заинтересованность Кингсли в отсрочке реформы, Нейт встал из-за стола и сказал: - Джентльмены, прошу меня извинить, должен откланяться! – с этими словами, под хор открытых ртов и изумленных взглядов, он покинул совещание и вышел в коридор к Эндрю. - Ты что, совсем ополоумел? – прошипел Нейт. – Что за срочность? - Сэр, некая Серена звонила, сказала, что немедленно должна с Вами поговорить, что Вы ее знаете и что это вопрос жизни и смерти. Я сказал, что Вы на совещании, но какой-то хам, Бизен или Байзен выхватил у леди трубку и стал угрожать. Так что я подумал, что это важно… - Правильно подумал… - Нейт не на шутку встревожился. Он не мог представить, что случилось, но раз Бейзены звонили ему, то масштаб катастрофы вселенский. Добежав до кабинета, Нейт набрал номер Серены. У него подозрительно засосало под ложечкой. - Нейт! Как хорошо, что ты перезвонил – выпалила она. Голос блондинки звучал порывисто и тревожно. «Это что-то новенькое… Я думал, Эс меня ненавидит» - Серена, что случилось? - Что-то совсем ужасное… Роуз похитили. Мы с Картером летим в Америку, но ты должен мне помочь! Прошу тебя! Ты можешь…ну не знаю, задействовать ФБР или ЦРУ… У тебя ведь связи. Нейт, я бы не просила, но, ни Чака, ни Блэр нет в Штатах. Нельзя терять ни секунды… Нейт был немного разочарован. Он уж было подумал, что кто-то умер. В пропажах детей он ничего не смыслил, тем более из слов Серены ничего нельзя было понять. Половину рассказа она прорыдала и просморкалась в трубку. - Серена, успокойся! Я попытаюсь тебе помочь, но не обещаю…. – неуверенно начал он. В данный момент его положение в Парламенте было довольно шатким. Нейт не желал привлекать к себе внимание. - Нейт! – вскричала Серена. – Роуз…она…биологически твоя дочь! Повисла гнетущая тишина. Было слышно, как нервно дышала Серена. Нейт никак не мог придти в себя, собраться с мыслями. Весь мир поплыл перед его глазами, вот только он не мог понять, хорошо это или плохо. Наконец, сжав всю волю в кулак, он сказал: - Что тебе известно? Серена, пытаясь совладать с собой, рассказала все, что знала: про Стейси, про СМС, про официальное разрешение. Нейт внимательно слушал, делая пометки, а затем коротко сказал: - Я займусь этим. Когда ты прилетаешь? - Через пять часов буду в Нью-Йорке. - Хорошо. – С этими словами он положил трубку. Дурацкая улыбка осветила его лицо. Роуз его дочь! А ведь он совсем недавно об этом думал… Возможно…возможно жизнь не лишена смысла? Но, расставив приоритеты, Нейт уже звонил в штаб-квартиру ФБР, прося специального агента Бройлза об одолжении. - Да, мне нужно найти девочку живой любой ценой! – говорил Нейт. – Буду у вас через 15 минут. До встречи. Тут в кабинет вошел Уильям Ван Дер Бильт. Он смерил внука уничтожающим взглядом и скрестил руки. - Что ты себе позволяешь? Ты покинул совещание, проявил неуважение к сенатору, наплевал на всех присутствующих! И это за неделю до выборов! - Дедушка, прости, мне некогда! – Произнес Нейт, надевая пиджак. - Плевать я хотел на твои дела! Немедленно возвращайся туда, не то я больше и пальцем не пошевелю ради твоей карьеры! Мой мальчик, ты не понимаешь? Это серьезно! Это ведь твоя жизнь! Внезапно Нейта осенило. Марионетка! Вот он кто, кем он был все эти годы. Сердце больно сжалось от мысли, что именно сделал он сам с собой. «Ведь в юности…я презирал себе подобных!» Он горько усмехнулся и, посмотрев деду прямо в глаза, сказал: - Вот именно! МОЯ жизнь и я должен отвечать за свои поступки. Не будешь мне помогать? И не потребуется! Я подаю в отставку! – Затем он прошел мимо деда и направился к выходу. - Что? А ну-ка вернись! Сейчас же! – в недоумении кричал Уильям. Но его внук уже не слышал, так как мысли его были заняты другим. «Роуз…Держись, доченька! Папа уже идет».