Белая гардения

Пронзил мне сердце в час ночной Сон вещий огненной стрелой Мир вспыхнул словно сущий ад Никто ни в чём не виноват… Так небо прокляло любовь И слёзы превратились в кровь! *

Мидория не может вспомнить, когда присутствие Всемогущего начало причинять ему боль. Он как-то пропустил этот момент, потому что единственное, что он испытывал — это восхищение. И сейчас пытаясь понять, как всё к этому пришло, Изуку не знает, что и думать. С каждым разом сердце сжимается спазмом всё сильнее, а дышать становится так трудно, что он иногда даже начинает задыхаться. Давно уже пора было обратиться к Исцеляющей девочке, но Мидория всё откладывает поход к школьной медсестре. Да и времени совсем нет — на носу выпускные экзамены. Но с каждым днём он понимает, что ему становится хуже и хуже. На уроках, которые ведёт Всемогущий, Мидория не может сосредоточиться. Он просто смотрит на своего наставника, и его мысли витают где-то далеко, а по лицу блуждает глупая улыбка. Стоит их взглядам пересечься, Мидорию тут же бросает в жар, пальцы на руках начинают мелко подрагивать и приходится их чем-нибудь занять. В такие моменты он старается смотреть в другую сторону, при этом надеясь, что никто не слышит, как колотится его сердце. Ему же кажется, что он может оглохнуть, до того оно громко бьётся. Мидория полностью истощён. До экзаменов осталось полтора месяца, а он уже на пределе. На очередной урок Всемогущего совсем не хочется идти, но совесть не позволяет прогулять, поэтому скрипнув зубами, Изуку толкает дверь и заходит в класс. Одноклассников ещё нет и, сказать честно, он даже этому рад. Однако стоит ему увидеть, что кафедра уже занята, возникает желание сбежать, но Мидория заставляет себя остаться. — Эм, здравствуйте, Всемогущий! — его голос дрожит и к концу фразы срывается на какой-то жалкий писк. А наставник, кажется, этого вовсе не замечает. Приветливо улыбается и кивает. Мидория чувствует, как сжимается сердце. — Мидория, мой мальчик! — голос Всемогущего чуть хриплый, но до невозможности тёплый. — Ты рано. Хотел что-то узнать? — Я… — Изуку пытается сказать, что просто хотел отдохнуть немного перед занятиями, но не успевает. Горло сжимает спазм, и долгий удушающий кашель бьет с такой силой, что его вот-вот стошнит. По ощущениям что-то застряло в горле, перекрывая доступ кислорода. Снова натужно кашлянув, он чувствует, как что-то шлепнулось на ладонь. Изуку прошибает холодный пот, когда он рассматривает влажный сгусток. — Мидория, мальчик мой, с тобой всё хорошо? — голос Всемогущего звучит словно сквозь вату. Изуку сжимает пальцы в кулак и поспешно вытирает рот рукавом пиджака. — Да… всё в норме… просто я немного простыл, — Мидория старается не смотреть на наставника. — Я… можно я схожу к Исцеляющей девочке? Судя по голосу, Всемогущий растерян и встревожен, но Изуку не до этого. Дождавшись разрешения, он мигом срывается с места и со всех ног мчится в сторону медпункта. Пока он несётся по коридорам академии, которые сейчас кажутся ему нескончаемо длинными, в голове бесконечно крутится одна и та же мысль. Он повторяет её, словно молитву, даже когда весь взъерошенный влетает в кабинет Исцеляющей девочки. Под удивлённым взглядом школьной медсестры, Изуку вытягивает подрагивающую руку и разжимает кулак. — Пожалуйста… пожалуйста, скажите, что это не то, что я думаю… Его голос снова дрожит, а глаза жжёт от непролитых слёз. На ладони, в самом центре, лежит белый лепесток, покрытый розовой из-за крови слюной.

***

— Это цветочная болезнь, — подводит итог Исцеляющая девочка. Мидория и сам уже понял - лепесток на его ладони только подтверждает догадку. Но он не хочет верить в то, что его чувства к Всемогущему стали причиной этой болезни. — Этого просто не может быть, — шепчет он себе под нос, хотя сам понимает — ещё как может. Исцеляющая девочка вздыхает, глядя на колбу, в которой лежит тот самый лепесток. — Ты же сам понимаешь, что так оно и есть. — А Вы можете как-то избавить меня от цветов, Вы же Исцеляющая девочка и… — Изуку с надеждой смотрит на нее, едва сдерживаясь, чтобы не расплакаться. Почему он? Почему с ним вообще должно было такое произойти? — Даже если мы попробуем пересадить тебе сердце, чувства все равно никуда не исчезнут. Да и судя по тому, что ты начал откашливать лепестки, болезнь уже перебралась в лёгкие. Но не нужно отчаиваться. Ты ещё молод и можешь рассчитывать на взаимность своего предмета обожания, — Исцеляющая девочка улыбается ему по-доброму, но Мидория точно уверен, что самое время отчаиваться. Он влюбился не в абы кого, а во Всемогущего… и Изуку понимает, что между ними ничего невозможно. Он обречён. — Что… что мне делать… скоро экзамены… я не могу, — Мидория смаргивает слёзы, с шумом сглатывая. — Это решать только тебе, но почему бы не признаться? Мидория лишь качает головой. Он и подумать не может о том, чтобы признаться Всемогущему в своих чувствах. Это неправильно и он не может… нет, не имеет права. — Что за молодёжь нынче пошла, — начинает ворчать Исцеляющая девочка, что-то выискивая на полках с лекарствами. Найдя нужную банку, она протягивает её Мидории. — Это обезболивающее. Но ты должен понимать, дорогуша, это не самый лучший вариант! — Исцеляющая девочка с грустью смотрит на него снизу вверх и треплет по щеке. — Придёшь домой, поищи информацию о гардении. — На его непонимающий взгляд снисходительно поясняет: — Именно этот цветок вырос в твоём сердце. Не нужно бояться своих чувств — это единственное, что я могу посоветовать тебе в этой ситуации. Изуку смотрит на неё с тоской, сжимая в руках баночку с лекарством. И что же ему теперь делать?

***

Гардения символизирует тайную любовь. Так же она подходит для робких и несмелых людей. Мидория мог бы посмеяться над тем, что ему так «повезло». Но вот только ему совсем не до смеха. В общежитии он запирается в своей комнате и долго кашляет. В этот раз лепестков больше, а сердце и лёгкие горят. Дрожащими руками Изуку открывает баночку с лекарством и глотает сразу несколько пилюль, даже не удосужившись посмотреть дозировку. Где-то через десять минут оно начинает действовать, и Мидория может дышать свободнее. Добредя до кровати, он падает на неё, зарываясь лицом в подушку. Возможно, его одолели бы мысли о собственном незавидном положении, но под действием лекарств он быстро проваливается в сон. Но он не приносит облегчения. Тревоги никуда не отступают, продолжая грызть изнутри.

***

Стены комнаты и полки в комнате Мидории пусты. Все постеры и фигурки с Всемогущим аккуратно убраны по коробкам и спрятаны под кровать. Изуку горстями ест таблетки, но они уже почти не помогают. С каждым днём лепестков всё больше и скрывать свою болезнь становится почти нереально. Первыми о ней узнают Урарака и Иида. Они втроём возвращаются с практического занятия, когда Изуку скручивает от очередного приступа. Мидория кашляет долго, пока ладони не покрываются тонкой плёнкой розоватой слюны и белыми измятыми лепестками. Внутри всё горит, и Изуку долго не может разогнуться. Когда друзья замечают лепестки, они мельком переглядываются, но ничего не говорят. Иида молча достаёт из сумки бутылку воды и помогает Мидории смыть кровавую слюну с рук вместе с лепестками гардении. А Урарака с улыбкой протягивает ему свой платок. Мидория отводит взгляд. Он не знает, что сказать, но слова и не требуются. Друзья и так всё понимают, а Изуку чувствует в их молчании поддержку. Ему становится немного легче, но одноклассникам всё равно приходится помочь ему добраться до комнаты. Когда Очако заходит внутрь, её глаза округляются, а рука медленно поднимается к губам, чтобы прикрыть их. Мидория сглатывает и отворачивается, бормоча невнятные слова благодарности за помощь. Он не сомневается, что девушка всё поняла. Её реакция весьма красноречива. А вот Иида лишь с удивлением осматривает пустые стены и спрашивает, почему Мидория снял все постеры. Изуку только пожимает плечами. А что тут ещё можно сказать?

***

Лекарства больше не помогают. Он кашляет почти постоянно, и уже вся академия знает, что он болен цветочной болезнью. Мидория понимает, что больше не выдержит. Экзамены на следующей неделе, а он уже и на человека перестал быть похож. Все в один голос твердят, чтобы он признался, наконец. Но он лишь качает головой и улыбается в ответ. Если бы одноклассники знали, они не стали бы уговаривать. Лишь Урарака знает. Но они ни разу не говорили об этом. Хотя Очако не единожды пыталась, Изуку всегда менял тему. И сейчас он в таком состоянии, что никто не может с точностью сказать, сколько он ещё протянет. Но, судя по всему, недолго. Изуку и сам в минуты отчаяния много раз собирался признаться Всемогущему. Но каждое сообщение оказывалось стёртым, звонок сброшенным, а при разговорах тет-а-тет Мидория не мог и рта раскрыть. Сам Всемогущий тоже множество раз пытался выяснить причину такого состояния Изуку. Но как бы он не уговаривал его, Мидория так и не сказал ему ничего. Но сейчас он как никогда понимает, что его время на исходе. И возможно скоро он… От одной только мысли, что он может умереть от цветочной болезни, становится страшно. Но Мидория боится не за себя. Он думает о том, что его мама не сможет перенести такой удар. Наверняка его друзьям тоже будет тоскливо. А Всемогущий… Изуку устало проводит рукой по лицу и почему-то именно сейчас решает написать наставнику. Взяв телефон в руки, он долго смотрит на экран, а потом печатает и, стараясь не задумываться, отправляет. Интересно, что подумает Всемогущий, увидев это сообщение? Мидория не успевает додумать мысль, потому что из коридора доносится какой-то шум, а потом дверь в его комнату распахивается с такой силой, что на стене остаётся вмятина. Мидория вскакивает с кровати и во все глаза смотрит на тяжело дышащего наставника. Грудь Всемогущего вздымается и опускается, а сам он пристально смотрит на своего ученика. — Мидория, мальчик мой, что всё это значит? Изуку отводит взгляд и начинает теребить край футболки. Что значит? Он и сам не знает. «Всемогущий, простите меня.» Это всё, что он смог из себя выдавить. Изуку открывает рот, чтобы придумать какую-нибудь отговорку, но не успевает, потому что по его щекам начинают течь слёзы. Он громко всхлипывает, поднимает голову и в то же мгновение оказывается в крепких объятиях. Сначала он замирает, даже не дыша, но потом его руки вцепляются в свободный пиджак Всемогущего, а из ноющей груди рвутся громкие рыдания. Так они и стоят, крепко обнявшись и забыв про то, что в общежитии полно народу. Всемогущий осторожно гладит его по голове и говорит, что всё будет хорошо. И Изуку хочется в это верить больше всего на свете.