На равных

Дилан поднялся с постели и побрёл в ванную. Он так и не смог уснуть этой ночью. В мыслях крутились события прошедшего вечера: он в обтягивающей одежде полицейского-стриптизёра, пьяный и ничего не соображающий Томас, такой доступный и желанный… А потом уснувший и такой милый, что аж щемит в груди от этого зрелища. Брюнет помнил, как колотилось его сердце от страха и непреодолимого желания коснуться своими губами чужих. — Не стоило этого делать… — сказал запоздало он. — Вечно делаешь, не подумав. Ему это наверняка не нужно… — он почувствовал, как мурашки пробежались по коже и тоска сковала сердце. –Уволюсь. Сегодня же, — решил он, потому что находиться рядом с Томасом просто невыносимо: хочется дотронуться, поцеловать, взять за руку, но нельзя. Можно лишь смотреть и молча облизываться, осознавая, что для него ты не представляешь совершенно никакого интереса. Брюнет даже не мог назвать себя незаменимым работником, а тут… Он вяло улыбнулся своему отражению, и стало немного легче. Ненамного, но всё же. Направившись на кухню, он планировал нормально позавтракать, но пустой холодильник внёс в его намерения коррективы. Побившись головой о холодильник, О’Брайен с отчаянием прошептал: — Ладно, не увольняюсь. Казалось бы, всё уже решено, но такая мелочь, как отсутствие завтрака, может пустить жизнь по абсолютно другому пути. Смирившись с тем, что, сколько бы раз он ни открывал холодильник, еды в нём не прибавится, парень хмуро пошёл одеваться. Он обещал по пути купить себе чашечку чая. «Всё, что могу себе позволить, ага», — подумал парень, выбегая из лифта. Он чуть не опоздал. Томас бы его убил, сделай он это. Он прошёл к своему рабочему месту и снял верхнюю одежду. Остальные уже суетились, шумя бумагами. Вчера был праздник, но это не отменяет рабочего дня. Все выглядели так, будто забыли снять костюмы: сплошные зомби. Дилан бы посмеялся, но сам себя чувствовал не лучше. Но, как и все остальные, он знал, что шеф не любит опоздания. Хмыкнув, он решил зайти к нему, но, потянув за ручку двери, понял, что она заперта. — Мистер Сангстер! — крикнул он. — Он ещё не пришёл, — сказала Кая. — Тебе ли не знать? — В смысле? — не понял парень. — В коромысле, тормоз. Ты же его вчера забрал, — напомнила девушка. — Я его довёз до дома… — пояснил брюнет. — Какие молодцы. А я бы не дотерпела, — сказала девушка. — Задние сидения автомобилей не так уж и плохи. — Это ты к чему? — спросил О’Брайен. — Да так. Для общего развития. Может, пригодится как-нибудь, — девушка закатила глаза. Они разгребали бумажки полдня, а шефа так и не было. Дилан начал волноваться. Все вокруг наоборот радовались, а брюнет после вчерашнего не мог быть таким беззаботным. — Может, позвонить ему? — не утерпел он и вскочил. — Его уже долго нет. Вдруг ему нужна помощь? Ах, зачем я его оставил вчера одного… — корил себя парень. — Да успокойся, Дилчик, вон идёт твой ненаглядный, — девушка кивнула в сторону Томаса. — Видок у него затраханный, аж пиздец. Кто-то вчера постарался, — она покосилась на брюнета. Сангстер надел тёмные очки с круглыми стёклами и костюм не первой свежести. Сумка в руках не болталась, и в целом шеф шёл без пафоса. Он шёл тихо, видимо, надеясь, что его не заметят. Но Кая решила, что так нельзя, и заорала так, чтобы услышали все: — М-и-и-и-истер Сангстер! Вы опоздали! Все вдруг обернулись на блондина, и тот поёжился в своём пальто. Немного опустив очки, он сощурился, посмотрев на Скоделарио. Та дрогнула, но не отвела взгляд. — Начальник всегда приходит вовремя, — сказал блондин. — Это вы сегодня пришли рано, — буркнул он, и все захохотали. — Вы бы хоть предупредили. Я б пришла попозже, — возмутилась брюнетка, уперев руки в бока. — О’Брайен, — строго сказал шеф, проигнорировав Каю. — Ко мне в кабинет. Живо. — Удачи, Дилчик, — сказала девушка. — Он сегодня какой-то недовольный. Иди и исправь это! — И как же?! — тихо возмутился парень, уже немного пугаясь состояния Томаса. — Включи фантазию, тормоз, — Скоделарио послала ему воздушный поцелуй на прощание. — Вообще не понимаю женщин… — прошептал О’Брайен, заходя в кабинет. Томас уже сидел без очков. Он устало облокотился на руки, касаясь локтями стола. Под глазами были мешки, волосы были потрёпаны. «И где же мистер Идеальность?» — подумал, хмыкнув, Дилан. Впрочем, он недолго мысленно посмеивался. Спустя всего пару секунд ему почему-то стало жалко босса, и он предложил принести таблетку от головы. — Что вчера произошло? — спросил тот, проигнорировав. — В смысле? — брюнет понадеялся, что Томас говорил не о внезапном поцелуе. — Что. Вчера. Произошло. — возмущённо повторил шеф. –Я нифига не помню. — Вы вчера немного перебрали, и я отвёз вас домой, — ответил подчинённый. — Я ничего не натворил? — спросил с надеждой парень. — Нет, — ответил О’Брайен. — Фуф, отлично, — сказал блондин. — Ладно, иди. Всего через пару минут тишину офиса разрезал возмущенный вопль начальника: — Ава, мать её! — Кажется, кто-то увидел фотки, — довольно хмыкнула Кая. — Ой, как же я обожаю Аву. — Какие ещё фотки? — спросил недоумённо Дилан, когда его фамилия прогремела на весь офис. — Сейчас узнаешь, — ухмыльнулась девушка. — Он меня не убьёт? — спросил он, не понимая, почему возмущаются на него. — Снова я крайний. — Не убьёт, — убедила его Кая. — Он тебя любит, я же вижу. Шипперское сердце не обманешь. — Ты сказал, что всё вчера было хорошо, — недовольно пробурчал Сангстер, прожигая взглядом помощника. — Ну да… — Тогда почему во всех социальных сетях Авы вот эти фотки? — он показал брюнету телефон. На экране высветился он, лежащий на Томасе. Поза была двусмысленной. Далее Томас показал ему пару десятков фото с разных ракурсов. Но это ещё не всё. В довершение всего Дилану пришлось рассмотреть фото, где он тащит бессознательного Сангстера сквозь толпу. — Хэштеги: #Дилмасканонзаткнитеськтодумалиначе, #Ебатьневстатьилиновыеприключениямоегобратцанаегокостлявуюзадницу, #Дилчикдобропожаловатьвсемью, #геи, #геинашевсё, #мойбратбольшенедевственникураааа, — прочитал Дилан вслух. — Ты девственник? — спросил он резко. — Не о том думаешь, тормоз, — возмутился блондин. — Что за позорище ты там устроил? — Я? — изумился О’Брайен. — Ну не я же, — ответил шеф. — Видно же, что я вообще не при делах. Лежу спокойненько и никому не мешаю. — Ой, как же меня заебало это, — крикнул Дилан. –Я тебя довёз до дома, спас от сестры, и вот это благодарность? Да пошёл ты! — он направился к двери и хлопнул ею. — Стой! — запоздало промямлил Сангстер. — Всё-таки из этого вышла катастрофа… — сказал он, бессильно падая на стол. Он пару раз побился головой о него и, не почувствовав облегчения, решил выпить ещё, благо, в ящике была бутылка дорогого коньяка. — Ебись оно всё конём… Меня тоже это заебало! — он не утруждал себя попыткой налить алкоголь в стакан. Руки тряслись то ли от раздражения, то ли от стресса. Струи лились частично по подбородку, не попадая в рот, и рубашка пропиталась алкоголем. — Я официально в запое, — заявил он по громкой связи сотрудникам и запер дверь в кабинет. — Да простит меня моя печень! — сказал парень, пододвинув бутылку к себе. — За неё! — он отхлебнул ещё. На столе лежал телефон. - Вот же хрень! - выругался Сангстер, видя, что аккаунт в инстаграм, посвящённый Дилмасу, набирает подписчиков в геометрической прогрессии: всего за одну ночь подписалось уже двадцать с лишним тысяч человек. Через секунду пришло уведомление с ютьюба с канала Авы Сангстер. - Юная блогерша, чтоб её! - возмутился парень, видя, как Дилан несёт его на руках к выходу и аккуратно укладывает на заднее сидение автомобиля, будто парню и вправду есть дело, комфортно ли ему.