Воспоминания...

      Я помню всё, как будто это было только вчера… Помню всё до мельчайших деталей… Помню ее небесно-голубые глаза; ее светлые, почти белые, слегка вьющиеся волосы… Помню ее звонкий смех; помню, как мило она надувала щеки, когда злилась… Помню, как мы впервые поцеловались. Я провожал её домой из кино, пошёл дождь… Даже ливень… Я помню, как прижал ее к стене…       Я помню ее печальные, полные боли глаза, когда ее родителей не стало. Она говорила, что я единственный родной человек, который остался у нее… Помню, как она переехала к своей тетушке, довольно далеко от ее прежнего дома… Помню, как я каждый день приходил к старому ее дому, будто ждал чего-то… Помню, как она предлагала пойти к ней после школы, посмотреть какое-нибудь кино, но я отказывался, зная, что тетя подумает что-то не то и накажет ее… Помню, как она нашла на улице маленького раненого котёнка и попросила взять его до выздоровления… Ведь ей никто бы не разрешил этого сделать…       Помню, как она бежала ко мне на встречу, смотрела глазами, полными слез; она рассказывала, что ее двоеродные братья ее обижают… Помню, как однажды она сказала, что они заставляют делать ее непристойные вещи и ведут себя недостойно… Я хотел драться с ними, потому что хотел защитить ее… Ее, и никого больше. Помню, как она отговаривала меня, говорила, что ничего с ней не будет, переживет… Я отступил, послушал ее. Через неделю я стал замечать царапины на лице, ссадины и синяки на руках и ногах… Помню, что не выдержал больше и кинулся на ее братьев… Их было двое, я один, но мне это не мешало… После этого я вспомнил лишь звук удара, тупую боль и ее личико перед моим…       Помню, что я очнулся в больнице со сломанной рукой и растяжением ноги… Вспомнил тогда, что случилось, и меня окутало чувство досады, что я не смог защитить ее даже сейчас… Я не смог сделать ничего, абсолютно… Каждый день она приходила ко мне… Когда мои родители узнали о том, что с ней происходит, они предложили ей жить у нас. Она лишь помотала головой…       Помню, как по выходным приходил я к нашему секретному месту, где мы могли поговорить друг с другом обо всем на свете… Она тоже приходила туда и мы говорили и говорили до самого вечера… Помню тот день, когда она не пришла… Я искал ее, приехал к тете… Я узнал, что ее сбила машина. Я не помню, как добрался до больницы, до ее палаты, но я помню ее даже в такой момент прекрасное лицо… Я помню, как дни и ночи проводил возле ее кровати; как засыпал под монотонное пиликание аппарата жизнеобеспечения и просыпался под него… Затем врачи меня выгнали и мне пришлось ходить в школу…       Получалось приходить к ней только по вечерам; я рассказывал ей обо всем, о погоде, о ее друзьях, о том, как прошел мой день… Она была в коме, но я уверен, что она все слышала и понимала… Я надеялся и верил, что она очнется, встанет с кровати, увидит меня и спросит, что произошло. А я бы ответил, что неважно, ведь уже все хорошо и главное, что она со мной… Я верил, что когда-нибудь мы будем сидеть летним вечером на веранде и вспоминать это все, как дурной сон…       И, конечно, я прекрасно помню тот день, когда вся моя жизнь перевернулась. В этот день я проснулся возле ее кровати, помню этот страшный звук… Этот монотонный писк и линию… Просто линию…       Сегодня похороны, я прокручиваю у себя в голове всё, что удалось запомнить… Собралось больше людей, чем я думал; мало кто из них знал ее лично, но, я уверен, все слышали о ее безграничной доброте… Сегодня последний день, когда я могу посмотреть на нее… У меня остались лишь наши совместные фотографии, но это совсем не то… Я наслаждаюсь последними минутами, когда я могу посмотреть на нее вживую… Вот уже вколачивают крышку… С каждым новым стуком кажется, что воспоминания уходят вместе с ней… Но я всегда буду помнить… Я не отпущу их… Ведь это наши воспоминания…