По тонкому льду
14 апреля 2018 г., 13:24
Сейчас или никогда. Я буду жить по настоящему, и не буду оглядываться назад.
Никогда не обещайте что-то зря. А если пообещали, то выполняйте. Всегда. Сегодня был последний день моего «отдыха», я так и не была в школе после того, как Макса убили. Это было главной темой в школе. Но знаю, мне нужно туда вернуться, не за горами выпускные экзамены. Нужно успеть решить все дела, пока не стало поздно. Ведь у меня были планы поступить в медицинский. Надо точно узнать, куда хочет пойти Влад… А Мила, я даже не знаю, куда она пойдет, и спрашивать ее было немного опасно… Не думаю, что она хочет сейчас чего-то. Тем временем наступило утро, солнце ужасно светило в глаза. Я забыла задернуть шторы, поэтому проснулась так рано. Но посмотрев на телефон, поняла, что не очень то и рано. Там уже была смс от Влада…— Привет, Лиз, как ты? Как спалось?
Я решила сразу ответить ему:— Привет, Влад. Я отлично, Мила согласилась побыть у меня. И сегодня, думаю пойду в школу. Нужно входить в колею… Хоть и к 4 уроку.
Я отправила сообщение и наблюдала, как Мила спала. Солнце красиво отражалось на ее цветных волосах, это было так необычно. Я никогда бы не решилась на такие кардинальные изменения, а вот Миле было плевать на людей, которые что-то говорят за ее спиной. Она не боялась осуждения. Я всегда восхищалась такими людьми. Они необычны. Пока Мила спит, мне нужно собрать все необходимое в школу. Пока лучше выйти из комнаты, чтобы случайно ее не разбудить. Взяв свой телефон, сразу направилась в ванную, а затем в зал. Посмотреть спит ли еще отец. Он не спал. — Пап? — Лиз, ты уже проснулась? Зачем так рано встала? — Не знаю, так вышло… Я сегодня хочу пойти в школу к четвертому уроку. — Ты уверена в этом? — Пап… У меня скоро экзамены. Я хотела бы вернуться к учебе. — Просто я за тебя беспокоюсь. — Па, все хорошо. И у меня на время останется Мила, ты же не против? — Я видел, что она у нас, нет конечно. Все нормально. — Спасибо, пап. Когда я поняла, что отец встал, пошла к себе в комнату. Хочу немного полежать и не хочу будить Милу так рано. Я аккуратно легла рядом, пусть поспит, а я пока послушаю музыку, может смогу еще уснуть…***
Черт! Ненавижу будильники. Завела его, чтобы не опоздать к 4 уроку. Как бы я не хотела, я должна пойти в школу. Еще я уснула прямо в наушниках. Как мило. На самом деле это хреново, у меня чертовски болят уши. Я открыла глаза и вытащила наушники. Определенно нельзя в них засыпать. Мила уже проснулась и стояла у окна. Когда я стала подниматься, она повернулась ко мне. — Ты уже встала. Как круто. Твой отец сказал, что ты сегодня идешь в школу. — Да, я хочу приступить к занятиям, скоро ведь экзамены. Я хотела поступить… — на этом слове я поняла, что мне не нужно было пока это говорить Миле. Она подошла и села рядом. И стала смотреть на зеркало стоящее напротив. Она не смотрела на меня. Мне кажется, что она расстроилась. — И куда ты хочешь поступить? Это наверное не у нас в городе, да? — Была программа поступления здесь, но была и более сильная в соседнем городе. Я пока не знаю, мне нужно посмотреть всю информацию об этих институтах. — Ясно… Знаешь, я тоже хотела когда-то поступить, но потом у меня отбило это желание. Я слишком глупа для университета. Я в школу-то толком не ходила, хотя мне очень нравится история и все, что с ней связано. А еще мне нравится музыка. Очень… Ты знаешь, я позже пошла в школу. Я не знаю, отдадут ли мне вообще аттестат. Хотя мне плевать. — Может можно найти компромисс? Ну может ты пойдешь на экзамены со мной, и я тебе помогу. Ты получишь аттестат и потом займешься музыкой? — Лиз, это очень благородно с твоей стороны, заниматься с таким неучем как я, но я не знаю стоит ли вообще начинать. Тем более мы с параллельных классов… Она хотела добавить что-то еще, но я ее перебила. — Стой. Мы можем попросить, чтобы тебя перевели в мой класс, а там я тебе смогу помочь. — Просто я еще ненавижу школу и дноклассников… — Почему тебя они так волнуют? Ты станешь ходить ради себя. Идем сегодня со мной. — Нет, Лиз, может не сегодня? Я не смогу снова носить эту дурацкую форму… Тем более юбку. — Давай попробуем хотя бы. Пожалуйста. — я не знала как ее уговорить. — Ох… Черт. Только давай сегодня я пойду в своем? — Хорошо! Я была так рада, что смогла ее уговорить. Мы стали собираться. И вдруг зазвонил телефон. Это был Влад. — Алло! — Привет, Лиз, ты говорила, что ты идешь к 4 уроку, могу тебя подвезти. — Влад, привет. Понимаешь, планы немного поменялись, я еду в школу с Милой. — А что у Вас случилось? — Все в порядке, просто мы хотели решить кое-какие проблемы… — Хорошо, если будет нужна помощь, звони. — Обязательно. Как закончу, позвоню. Я вешаю трубку, и мы выходим из дома. Я хочу как можно скорее отправиться в школу, чтобы все решить. Возможно, Миле дадут аттестат…***
Минут через 20 мы стоим у кабинета директора. В приемной пахнет свежим кофе. Солнце отражается в большом стекле висящем на стене. Секретарша то и дело мельтешит перед нашими глазами, бегая с кипой бумаг от своего стола к столу директора. Стук ее каблуков, как мне кажется, слышен на самых верхних этажах. Она практически не замечает нас. Но на долю секунды ее взгляд задерживается на нас. — Вы к директору? — она смотрит на нас будто мы пришли из какой-то глуши… — Да, так и есть, наконец вы нас заметили. — отвечает Мила. — Мы тут минут 10 уже стоим. — Подождите еще 5 минут, пожалуйста, садитесь. Скоро директор освободится. — с осуждающего ее взгляд меняется на уставший. И она снова скрывается за дверью директора. — Как думаешь, к вечеру мы попадем к директору? И каков шанс, что к концу дня эта секретарша не превратится в жабу? — Не драматизируй, Мил. Как я поняла, у них тут идет во всю проверка. Нам нужно подождать. — Еще 5 минут и я ухожу, а ты иди на урок. Как только Мила сказала это, к нам вышла секретарша. — Вы можете пройти к директору. — она устало садится на свое кресло, я краем глаза замечаю, как под столом она скидывает свои шпильки и надевает обычные тапочки. Понимаю ее. Мы с Милой заходим в кабинет. В глаза бросается богатое убранство. На стенах висят портреты и флаги. Диваны, стоящие по бокам от стола директора, обшиты кожей. Черт возьми, сколько же денег вложено в один кабинет… Не говорю уже про стол, мне он кажется таким массивным, никогда не нравились такие излишества. — Здравствуйте. Мы пришли по поводу Вашей бывшей ученицы. Мы хотели бы, чтобы ее восстановили, и перевели в мой класс. Он смотрел на нас так, будто мы провинились, и сейчас он будет нас отчитывать. — Здравствуйте, девушки, итак, а кого из Вас мы будем восстанавливать? Или обеих сразу? — Меня. — говорит Мила. — Тебя? Ну, скажи кто ты такая, сейчас Лена поднимет твое дело, и мы посмотрим, за что тебя отстранили от учебы. — Я Милена Алексеева. Была исключена из 10 класса за… — ее перебивает директор. — Подожди, сейчас мы сами посмотрим. Он берет телефон и говорит: — Лена, найди дело Милены Алексеевой. Принеси мне. Он вешает трубку. И повисает тишина. — А ты кто? — спрашивает он меня, пока мы ожидаем дело Милы. — Я Елизавета Морозова из 11 б, недавно перевелась к вам. — Как учишься? — я не очень понимаю, зачем он спрашивает это. — Хорошо… — тут открывается дверь, заходит секретарша с папкой и кладет ее на стол директора. Я вижу, как Мила переминается с ноги на ногу, ей это не нравится. Она не думала, что будут смотреть ее дело. Что-то не так. — Итак… Милена. — говорит директор пролистав дело. — Исключена из-за неподобающего поведения, а точнее, была замечена за употреблением спиртных напитков на территории учебного заведения. Драка с одноклассником, травля над одноклассниками… — он начинает на нас смотреть, и по его взгляду понятно, что у нас ничего не выйдет. — Я не издевалась ни над кем! Это была подстава! Это не я издевалась…— Мила пыталась сказать что-то еще. — Нет. К сожалению, с такими нарушениями я не могу восстановить тебя… Я посмотрела на нее, по её глазам читается то ли обида, то ли боль. Она начинает стремительно идти к выходу, я за ней, пытаясь попутно извиниться. Мила выходит, а директор окрикивает меня: — Я могу только допустить ее до экзаменов, и она сможет получить аттестат. Я застываю на месте и оборачиваюсь. Мне кажется, на миг время остановилось. Это шанс. — Правда? — Но пусть она готовится. Иначе… — Она подготовится, обещаю. Спасибо Вам. — я не даю договорить директору. Я вылетаю из кабинета и догоняю Милу, которая уже на улице у своей машины затягивается сигаретой. — Мила! — я кричу ей. Мне становится радостно, ведь это отличный шанс получить эту чертову корочку. — Чего ты так радуешься? Тому, что меня там опозорили? Я же говорила, что это напрасно все. Именно поэтому я не хотела идти! — Нет, дуреха, когда ты выбежала, он сказал, что до занятий тебя не допустит, но может допустить до экзаменов! Она смотрит на меня сначала с толикой надежды, а потом… — Ну нахуй, я даже не пойду на них, этот уебан просто глумился над нами. Я резко хватаю ее за плечи и смотрю в глаза, пепел с ее сигареты попадает на мою одежду. Плевать. Мне не хочется, чтобы мы оставили это из-за её упрямства, ведь что было, того не изменить. — Нет! Мы не зря пришли! Ты не можешь просто оставить это, Мила, пожалуйста. Она оторопела от того, что я так реагирую на ее ответ. — Лиза… — она начинает смотреть куда-то вдаль. — Это все глупо. — Нет! Это не так. Мы сдадим экзамены. — Садись в машину, Лиз. — Пока ты не ответишь, я с места не сдвинусь! Черт, нам дали шанс, а ты хочешь его просрать! — я правда не понимаю, её упрямости. — Лиз. — Она начинает подталкивать меня к двери своей машины. — Нет, погоди. — я с ней не договорила, а она заталкивает меня в машину. — Поедем на пляж. — говорит она спокойно. Как она может быть настолько спокойной? Я не понимаю, правда. Мне приходится просто залезть в машину, думаю поговорю с ней там. Она тоже залезает в машину и попутно бросает сигарету в окно.***
Мы почти всю дорогу не проронили ни слова. Я зла на Милу. Это же просто обида, все же может быть хорошо. Я в это верю, а она судя по всему нет. — Мила… — я пытаюсь опять с ней говорить. — Лиз, давай там поговорим. Я отворачиваюсь к окну, не хочу смотреть на нее, пока она даже не хочет со мной говорить. Я забила на уроки, поехав с ней. Но сейчас не хочу думать об этом. Вот мы уже подъехали к пляжу, где я была не так давно. Она выходит из машины, я иду следом за ней. Раз она хочет поговорить тут, то почему бы и нет. — Ты помнишь, директор говорил про травлю? — она наконец оборачивается ко мне. Ее короткие цветные волосы развевает ветер, почему ветер так же не развевает наши страхи и сомнения? — Я думаю, что это ничего не значит, по крайней мере сейчас. — Для меня значит… Все началось с того, что я стала дружить с одной девчонкой, мы учились с ней вместе. Может ты даже видела ее на фото у меня в телефоне. У меня в памяти всплывают те фото из ее телефона. Так вот кто это был. — Мы хорошо дружили, она не выглядела так изначально, какой была там, как и я. Все это пришло потом, а позже пришел алкоголь, сигареты, иногда наркотики… Так вот, когда мы были на очередной «сходке» с ней и нашими «друзьями», они затеяли спор, что она сможет выпить бутылку водки. Я была против, я знала, что она не выдержит. Но когда я стала отбирать у нее эту проклятую бутылку, они стали меня оттаскивать. От этих слов у меня был ком в горле… — Потом стали вливать в нее все, что у нас было. Точнее все, что осталось… А это ТРИ, мать его, бутылки! Я была вся в слезах, все ржали, а меня ударили по голове так, что я не могла встать. Вскоре ее положили в больницу, я пыталась с ней связаться, но ее родители пресекли любое общение с такими, как я. Я стала выгонять всех из нашей свалки. Это были не люди, это уроды. Из-за них она сначала попала в больницу, потом я потеряла с ней связь. — Мила… это все так ужасно… — у меня был шок, неужели Мила все это пережила. — Когда все пошли в 10 класс, в том числе и я, от нее по-прежнему не было вестей. И где-то в октябре я узнала, что она покончила собой, перерезав вены. В итоге умерла от потери крови. Я была в шоке. Не знала, что мне делать, а все те, кто сделали с ней это, были даже не из нашей школы. — в глазах Милы блестели слезы, — А потом мне пришлось ходить в школу, снова. Началась травля, во всем обвиняли меня. Оттуда и драка с одноклассником. Все это было адом. А после всего этого, я узнаю, что ты вернулась в город. Я была так рада этому и одновременно так злилась на тебя… — Мила… прости меня, я не знаю как ты все это пережила… Прости, что я тебе тогда ничего не сказала. — я обняла ее. Я чувствовала, как ей стало плохо, когда она вспоминала это. — Лиза, поэтому я не хотела, туда возвращаться, а не только из-за «дурацкой» формы. И я рада, что ты вернулась ко мне. — Я тоже этому рада, и я тебя понимаю, никто не захотел бы вернуться после такого. Внезапно в ее кармане завибрировал телефон. Она взяла его в руки. И по ее лицу было видно, что звонят из дома. Я слышала, что говорила ее мама на том конце трубки. — Да. — ее голос стал чуть спокойнее. — Мила, когда ты вернешься домой? Я по тебе скучаю. Ты не… — Как только этот мудак покинет наш дом! — попутно тыльной стороной ладони она вытирала выступившие до этого слезы. — Мы с ним решили, что пока он поживет где-нибудь в другом месте… — Да ладно?!! Неужели из-за заблудшей дочери? — Мила… Я тебя люблю, больше чем кого-либо, больше всех. Возвращайся домой. — Я подумаю. Если его нет, может и вернусь. — Я буду ждать. — послышалось на том конце. Мила отключилась. — Ну вот, одной проблемой меньше. И извини меня за это… — она стала разводить руками. — Все в порядке, я рада, что ты мне это рассказала, но все же подумай о том, чтобы сдать экзамены. — Посмотрим. Мы сели на песок. Мила бросала камешки в воду, а я просто смотрела на солнце. Я люблю это время года, когда еще не так холодно, и не так быстро темнеет. Солнце отражалось в воде. Жаль, что только в воде. Сейчас мне было немного не по себе, после рассказа Милы. Прошло еще часа три. Мы разговаривали о более приятных вещах, пока мой телефон не зазвонил. Это был Влад. — Алло, Влад, привет. — Привет, Лиз вы закончили все дела с Милой? — Да, мы уже все, сидим на пляже. — Вам не нужна помощь? — Нет, все нормально. Мы скоро будем дома. — Могу заехать за вами. — У Милы есть машина… — Ах, точно. Вдруг Мила выхватила телефон и стала говорить. — Слушай, Влад, приезжай. Я думаю, я поеду домой, меня там теперь ждут. — она стала на меня смотреть, улыбаясь. — Привет, Мила. Хорошо, я приеду за Лизой. Она выключила телефон. — Стой, ты же не хотела ехать домой? — я была в недоумении. — Нет, правда, я думаю, что мама, хочет менять что-то в нашей жизни. Если она выгнала этого придурка из дома, это что-то значит. — А как ты после этого? — Все нормально, Лиз, мне и правда нужно было с кем-то поделиться. Но теперь мне легче. Дождемся Влада. Он заберет тебя домой, а я поеду к себе. — Ты уверена? — Как никогда. — она мило улыбнулась и заправила выбившуюся прядь волос мне за ухо. Через минут 15 приехал Влад. И мы направились к нему, чтобы он не шел по песку. — Привет еще раз. — сказала я ему. — Привет. — он обнял меня. — Итак, голубки, я наверное поеду. Я обернулась, Мила почти залезла в машину. Но я успела подбежать и обнять ее. И сказать ей на ухо: — Подумай. — Хорошо, Лиз. — она также прошептала мне на ухо. Залезла в машину. И уехала. Я на прощание помахала ей рукой. Надеюсь, что все будет хорошо. — О чем вы шептались? — спросил Влад. — Да так, девичьи секреты. — Тогда поедем домой, расскажешь потом. Через 10 минут мы были у моего дома. — Жаль, что мы с тобой так и не пообщались. — сказал Влад. — Идем ко мне? Выпьем чаю. Мой папа должно быть тоже дома. Давай. — Как-то не удобно… — Пошлии. Не будь занудой. — Эй, я не зануда. А вот ты… Я не стала его слушать и поцеловала. От неожиданности он просигналил. Его руки были руле. — Так убедительнее? — спросила я когда отстранилась. Судя по его лицу, это и правда было убедительно. Пока он отдышался от такого неожиданного поцелуя. Я стала тянуть его, как бы зовя. — Да… Я… Я не против. Тем более сейчас ты не пьяна. Тут он понял, что ляпнул что-то не то. — Все хорошо. — я оценила шутку и засмеялась. Мы вышли из машины. В доме было темно, может папа наверху? Он не говорил, что будет на работе сегодня. Я достала телефон, там была смс, видимо она пришла, пока мы ехали.— Лиза, меня вызвали на работу, иди домой. Будь осторожна. Папа.
— Он на работе… И сегодня его не будет. Будем пить чай вдвоем. — Тоже неплохо. — сказал он. Я везде включила свет, поставила чайник на плиту и достала сладости. Села напротив Влада. В его глазах были вопросы, много вопросов. — Как прошел день в школе, Лиз? — Я не была там. Точнее мы там были, но быстро ушли. — Что-то случилось? — Ну, Милу допустили до экзаменов, и это уже плюс. Осталось уговорить ее на них пойти и подготовиться, точнее наоборот. — Это хорошо. Главное, что вас допустили. — А как ты провел свой день? — Я был в школе, потом поехал помочь отцу. И вроде все. Ничего интересного. — Мне это интересно. — сказала я. Он стал улыбаться. — Дай свои руки. — мне вдруг захотелось посидеть, держась за руки. Я взяла его руки в свои. Я рассматривала его длинные пальцы и большие ладони, не знаю зачем… Тут засвистел чайник. Я пошла к плите, стала разливать чай. — Тебе нравятся мои руки? — спросил он, пока я несла чай. — Почему бы и нет? — так много вопросов и так мало ответов. Пока мы пили чай, мы разговаривали о разном. — Лиз, я наверное пойду, мне пора. Уже поздно. Спасибо за чай, за прекрасный вечер. — Останься. — я не знаю как прозвучал мое предложение. Как мольба или как какой-то странный прикол. Я правда не знаю. — Но… — он хотел возразить. — Пожалуйста, Влад. — Если тебе страшно одной, я могу остаться, но что скажет твой папа, когда придет? — Все нормально, он ничего не скажет. Я потянула его за руку, мы поднялись ко мне в комнату. Я включила магнитофон. Там заиграла какая-то мрачная музыка, но я не стала ее переключать. Потянула недоумевающего Влада танцевать. — Я думал тебе будет страшно, а тебе хочется танцевать. — Не только танцевать. — я потянулась у нему и стала целовать. Он не в силах сопротивляться ответил мне. Когда мы закончили, он спросил: — Чего ты хочешь? — в его глазах снова были вопросы, мне кажется, что он столько всего хотел у меня спросить. — Тебя. Мне кажется, он чуть не поперхнулся, когда я сказала это. — Лиз, ты в прошлый раз уже… — Сейчас я не пьяная. — я запустила руки в его волосы и смотрела в глаза. Мы уже не танцевали, а стояли на месте. — Но… Твой отец… ты уверена? — Замолчи. — мне хотелось заклеить ему рот. Он и правда замолчал. Поднял меня и понес к кровати. Мы опять стали целоваться. Мои руки потянулись к его рубашке, от него пахло одеколоном и ромашкой, я не знаю почему. Я стала расстегивать ее. В этот раз мои пальцы не путались и я дошла до самого конца. Чувствую его дыхание, чувствую как он нервничает. Теперь его очередь. Он подвинулся ближе, стал стягивать мою футболку. Я осталась в лифчике и джинсах. В тот момент, когда я стала расстегивать пуговицу на них. У меня задрожали руки. Влад это заметил. — Лиза, мы можем не… — Нет, все в порядке. Помоги мне. — мой голос также предательски задрожал. Неужели я боюсь? Мне страшно? Он стал расстегивать мои джинсы, я их стянула, оставшись в одном белье. Он провел пальцами по моей татуировке. — Она прекрасна. Как и ты. Ты вся. Он стал целовать мою шею. Это было необычно. Но приятно. Затем он посадил меня себе на колени. И продолжил. Пальцами задел бретельки лифчика. Взял мои запястья и стал целовать. Мне было приятно. Вдруг, я вспомнила сегодняшний рассказ Милы. Я стала дрожать. Это меня выдало. Он сразу остановился. — Лиза. Почему ты дрожишь, я сделал что-то не так? Я стала набирать воздух, мне его не хватало. Я вспоминала рассказ Милы. — Лиза, прошу, ответь! Я принесу тебе воды. Подожди. — я уткнулась ему в грудь. И сжала его, будто сейчас я упаду куда-то в пропасть. — Нет, побудь со мной, не уходи. — из моих глаз полились слезы. В самый не подходящий момент я вспомнила об этом. — Милая, не плачь, все хорошо. Я рядом. Расскажи, что случилось? Он положил меня и укрыл. Лег рядом. — Я тебе расскажу, но завтра, прости. Обними меня. Он обнял. Мне было так тошно. Нет, не от того, что произошло, это было прекрасно. Мне было тошно от себя. От своей сентиментальности. Я еще долго всхлипывала, но в итоге уснула. Мне снилась та девушка с Милой. Как они сначала веселились. А потом как ее поили на глазах у рыдающей Милы. Я просыпалась раза три за ночь. Потом мне снилось, что эта девушка режет запястья и говорит, что во всем виновата Мила. А потом лицо этой девушки превращалось в мое собственное…***
Я ненавижу сны, они иногда так реальны… Я ненавижу себя, из-за того, что так сентиментальна. Я хочу закрыться в бункере, чтобы никого не видеть, чтобы никто не смог мне ничего сказать. Чтобы не заставил меня снова плакать. Ненавижу.
