Чайная моя

Вечер. Тишину нарушает только мягкое, еле слышное шуршание хлопьев снега по стеклу. Новый Год совсем скоро, и как в детстве хочется чудес. В подъездах московских домов заботливые бабули развесили гирлянды и рисунки своих внуков. Из-за всего этого подростковая шпона повылезала на улицу, а значит в парадных перестало пахнуть куревом и по́том, жильцам стало легче дышать. На детской площадке во дворе кто-то развесил игрушки, которые явно не один год пылились на хозяйских балконах в ожидании этого дня. Из окна двор как на ладони: малыши бегают по проезжей части, смеясь и кидаясь грязным месиво из снега и земли с колес проезжающих автомобилей. Мамы и бабушки кричат на них, но не отрывают от этого предпраздничные занятия. Дом-колодец всегда славился неповторимо хорошим эхом. В соседней квартире мальчик-очкарик садится играть на пианино - и вот малыши во дворе останавливаются, прислушиваясь к музыке. Это просто гаммы - от Для, но маленьким детям кажется, что в их доме живёт настоящий виртуоз. Прислушиваясь и присматриваясь к жизни своего однообразного двора, Рита сидела на подоконнике, по самый нос утопая в свитере, который был ей не просто велик, а огромен. Рядом стояла чашка с равномерно остывающим чаем, заваренным буквально недавно, но сдающимся на волю холода, сочащегося сквозь приоткрытое окно. Скоро наступит Новый Год. Скоро - это через два дня. Два дня пролетят как... как два дня. Для Риты время никогда не неслось стрелой, она привыкла быть быстрее его. Что поделать, такая работа. Перебирая пальцами собственные волосы, девушка вспоминала прошедший день - последний рабочий день перед её недельным отпуском. Этот день был похож на другие, как удостоверения сотрудников ФЭС похожи друг на друга. Однако кое-что примечательное всё же было. Рита грустно усмехнулась. Про себя она называла этот инцидент Большой Ссорой. В ней участвовала она, Селиванов, Круглов, Данилов и даже Рогозина. Всё свелось к тому, что Круглов в пылу гнева признался начальнице в любви и они уехали домой. Жить долго и счастливо. Между оставшейся троицей завязался новый спор, где крайней сделали Власову. Данилов очень хотел ее защитить, но скальпель в руке патологоанатома не оставил ему шансов. Девушка усмехнулась ещё раз. Сейчас, сидя на подоконнике в обнимку с подушкой, всё ещё пахнущей её слезами, она осознавала, какой глупой была эта ссора. Глупой и бессмысленной. Одно неясно - с чего бы вдруг Данилов стал ее защищать? - А спрошу-ка я у него... - пробормотала Власова и потянулась за мобильником. *Стёпа?* *Да? Ало! Рита, это ты?* *Я. Ты не мог бы приехать?* *А зачем?* *Адрес помнишь?* *...* *Степан?* *Обижаешь. Конечно помню. Жди.* Походу, мужчина-таки сорвался с места и едет к ней. В последний раз взглянув на предпраздничный двор, девушка закрыла окно. Минут через тридцать раздался звонок в дверь. Спрыгнув с подоконника, Рита пошла открывать. На пороге стоял букет. Надо сказать, увесистый. - Привет... - раздалось из глубины цветов - Эм... - Рита была в ступоре и не находила слов. - Ты обокрал цветочный ларек? - Да нет! - рассмеялся Степан. - Я пройду? - Проходи, раз пришел. - улыбнулась Власова. Юноша шагнул в проем, но не вписался в поворот. Цветочный снегопад обрушился на Риту, а сам Данилов в буквальном смысле упал к ее ногам. - Упс. - раздалось снизу. Встав, тот отряхнулся, и девушка заметила блаженную улыбку. - Ты чего лыбишься? - Тобой любуюсь. - протянул парень. Через двадцать минут, сидя в комнате, Рита первой начала разговор: - Хотела сказать спасибо за то, что защитил перед Борей. - Да незачто. - пожал плечами Стёпа - Ты ему нравишься, вот он и пристает. - Думаешь? - девушка вздернула бровь. - Угу. В тебя сложно не влюбиться. - Данилов добродушно улыбался, разглядывая ее лицо. - Ну, у тебя же получилось... - отшутилась Рита. - А кто тебе сказал? - нагло поинтересовался ее собеседник. До Марго начал медленно доходить смысл подаренного ей букета, компоненты которого до сих пор устилали пол прихожей. - Ну?.. - мужчине не нравилась неловкая пауза. - Что "ну"? Ты мне влюбви признался сейчас, или я чаю крепкого перепила? - И то, и то. - Стёпа уходил от ответа. Мгновение, вспышка - и он уже лежит на диване, Рита сидит на нем и с силой давит на болевую точку в плече: - Отвечай. - Отпусти. - тихо отвечает приказом на приказ Данилов. Девушка убирает руку, Степан дёргается, чтобы встать и, садясь, неловко сталкивается лбами с Марго. Секундное размышление - и, сделав единственно верный выбор, он тихонько целует ее в губы, всё ещё отдающие чаем и корицей. - Чайная моя... - тихо шепчет он. - Твоя... - Рита утопает в его объятиях и, не дождавшись реакции, снова целует его, нежно, осознанно и с чувством исполнившейся мечты. Дети на дворе лепят грязного снеговика из того, что недавно было дорогой. Но какая разница двум влюбленным, тонущим друг в друге и в аромате чая? Громадный свитер Власовой, как заметил ее гость, ей конечно идёт, но без него ей намного лучше. Пожалуй, лучше всё-таки занавесить окно. На дворе дети - мало ли...