Огни города, мы молоды, нам так ещё хочется жить

Иногда я задумываюсь - почему прекрасные романтические истории бывают лишь в поэмах? Почему настоящая жизнь не такая чудесная, как в книгах? Говорят, настоящая любовь - это бабочки в животе и страсть. Но мою жизнь, видимо, пишет не драматург, а какой-то извращенец. Так что любовь для меня - это просто слово. Иногда, только иногда, мне кажется, что чувства, вроде любви есть. Может, любовь, это слишком громко сказано, но какие-то ощущения, непонятные даже мне самому, точно существуют. Знаете, что я почувствовал, когда впервые увидел Ричи? Я тоже не знаю. Это было что-то в груди и что-то неприятное. Нет, это было не отвращение. Это что-то не даёт мне покоя с первого дня встречи. Это что-то заставляет мои ладони запотевать при каждом встречающимся взгляде. Это что-то не любовь. Любовь, это слишком громко сказано. Это что-то можно назвать лишь «что-то»

***

На второй день в лагере не было запланировано ничего особенного. У меня тоже не было запланировано ничего особенного. Но всё же, так же нежданно, как и снег в августе, в мою жизнь ворвалась особенность. Такая кучерявая веснушчатая особенность. Всех собрали в кинозале (у нас был кинозал, представляете). Мы должны были три часа смотреть какой-то научный фильм о Стиве Джобсе. Я собрался посвятить себя раздумьям насчёт грандиозных достижений других людей и минимальных в моей никчёмной жизни, как, вдруг, сзади тёплое дыхание и фраза «Давай сбежим отсюда?» заставила шею покрыться маленькими мурашками, а мозг отключиться на несколько секунд. — Что? — Давай сбежим отсюда? — Сказал мне Ричард Тозиер, приблизившись так, словно личного пространства не существует и никогда не существовало. — Что? — Я готов был повторять это вечность. Ричи - сплошная спонтанность. Недолго раздумывая, он схватил мою влажную кисть и поволок за собой. — Куда мы идём? — Увидишь. На секунду я подумал «Да он чёртов маньяк!», но, вскоре, осознав, что моя жизнь не интереснее состава освежителя для воздуха, решил полностью отдаться и пойти за ним.

***

За то время, пока мы шли, мои ладони потели несчитанное количество раз, что можно было заполнить двухлитровый аквариум и поселить туда двух рыбок по имени Голдфер и Джефри. И да, за эти двадцать минут ходу я придумывал всё, что только можно было придумать. — Мы на месте. Сначала я хотел наорать на Ричи, ведь такие спонтанности я не любил. (А, может, и любил. У меня такого ещё не было.) Но увидев место, куда он меня привёл, мои желания насчёт криков резко пропали. Мы стояли на холме, возвышаясь над всем городом. Каждый день мы ходим по улицам, даже не понимая, как это чудесно выглядит со стороны. — Красиво. — Прошептал я, присев на край. Я не знал, что тогда говорить. Это было просто красиво. — И это всё? — А что мне ещё сказать? — Я думал, ты особенный... По особенному отреагируешь на это. Не как все. — Я не особенный. Никто не особенный. — Каждый человек особенный... Просто невозможно быть особенным для всех. — Я вопросительно посмотрел на него. — Человек, который кажется тебе совершенно обычным, для кого-то может быть фантастическим. — Не понимаю. — Ну, ты можешь быть особенным для человека, который тебя любит. Тозиер замолчал. Я тоже. — А существует ли вообще любовь? — Конечно существует! — Ричи повернулся и посмотрел мне в глаза. Это начинает развязывать. Как алкоголь или сильное успокоительное. (Но в данном случае это совершенно не успокаивало. Просто развязывало) — И с чего ты это взял? — Чувствуя какое-то давление, протараторил я. — Нуу, раньше я набирал горсть жвачек Love Is... А они никогда не ошибаются. Я рассмеялся, всё рассматривая бездонные блестящие глаза. — А я никогда не брал их. — Серьёзно? — Мама говорит, что жвачки вредны для зубов. — И ты никогда не спрашивал себя, что такое любовь? Я замялся. Хотелось прокричать: «Конечно! Каждый грёбаный день! Объясните, что это за чувство?» — Вставай. — Куда? — Мы идём покупать Love Is... Этого не хватало в моей жизни. Чего именно, я не могу сказать. Могу лишь назвать «Ричи Тозиера» Но, что было в нём такого, без чего я убивался каждый день в ванной? Что было в нём такое, что я трясусь от его взгляда и трясусь от его отсутствия? Что было в нём такое? Поздний вечер. Мы едем на велосипеде по тёмному Эри. Всё, что крутилось у меня в голове, это: «И когда Ричи успел стать моим антидепрессантом?» За столько лет единственный раз в жизни я думаю о депрессии в таком ключе. Я не сижу в ванне, свесив ноги за края и не думаю о суициде. Я не плачу и не ем мороженое. Я еду, прижавшись к Тозиеру всем телом и думаю: «И когда Ричи успел стать моим антидепрессантом?» Всё было чудесно. Мне было тепло. Неужели, я когда-то от прикосновений не начинаю нервничать и жадно глотать воздух. — У тебя так бьётся сердце, будто не я кручу педали, а ты. — Усмехнулся Ричи. — Твоё сердце стучит ничуть не медленнее!

***

Моё любимое место в Эри - лавочка возле палаты с конфетами. Да, что там, это моё самое любимое место во всём мире. Ричи сидит напротив, держа в руке заветную Love Is... и смотрит мне в глаза. Опять. До сегодняшнего момента я умирал под чьим-либо взглядом. Теперь, мне кажется, что ничего не может быть чудесней того, что тебе в глаза смотрит человек. (Особенно любимый человек) — Мы должны открыть одновременно. — Затаив дыхание, прошептал брюнет. Совершенно семметрично друг-другу мы открыли эти жвачки. — Что у тебя? Я вдохнул побольше воздуха — Любовь - это когда чувствуешь биение его сердца... А у тебя? — Любовь - это когда чувствуешь биение его сердца... Мы тогда ничего друг-другу​ не сказали. Но я был уверен, что у обоих эффект дежавю. « — У тебя так бьётся сердце, будто не я кручу педали, а ты. — Твоё сердце стучит ничуть не медленнее! » Знаете, что я понял, когда мы купили тогда кучу жвачек, когда мы сбежали, когда мы смеялись? Любовь есть однозначно. И фраза: «ты влюбишься в самого неожиданного человека в самое неожиданное время» настолько правдивая, насколько вы и представить себе не можете.