Однажды

Каспбраку буквально кажется, что он утопает. Утопает безвозвратно и вроде как, навсегда. Утопает, зарываясь фалангами длинных пальцев в смоляные кудри, утопает в огромном количестве веснушек на родных щеках и носу. Утопаетутопаетутопает. Эдвард готов часами задыхаться в клубах сигаретного дыма и смотреть на пухлые, искусанные в кровь губы, которые так умело обхватывают фильтр сигареты. Иногда кажется, что он теряет связь с миром, когда слишком долго засматривается на него. Парень не успел заметить, когда ненависть к самой персоне Тозиера переросла в восхищение. Он вообще не успел заметить ровно ничего, потому что невозможно замечать что-то, когда перед тобой мельтешит Тозиер сутками. А если не мельтешит - уже трагедия для Каспбрака, ведь он, кажется, не может без этого очаровательного-куска-говна и дня. — Эй, ты меня слушаешь? — Урис интересуется, замечая, что собеседник не вслушивается в то, что он говорит. — Нет, — Каспбрак хмурится, отворачивается к окну. Парни сидели в уютном кафе, спасаясь от жары в городе и попивали свои напитки, вернее напитки, да, именно во множественном числе, попивал Стэнли. — Да ладно тебе, прекращай страдать, он же сказал - приедет через пару-тройку дней, — Урис хмыкнул, прикусывая трубочку в стакане. Парни благополучно ушли на летний отдых, чему несказанно были рады все, кроме Каспбрака, который находил утешение помимо Ричи лишь в учёбе. Да, Тозиеру надо было опять куда-то уехать, на этот раз он предупредил, даже пообещал поскорее вернуться, но на связь не выходил уже как вторые сутки, что пугливого Эдса настораживало, даже несмотря на то, что Урис пытался вдолбить ему, что с такими как «тот кучерявый» нихуя плохого в жизни не случается. Эдди и сам это вроде как понимал, но подсознание всё равно начинало бить тревогу по поводу и без. Младший слишком боится, слишком переживает. Он наверное и продолжил бы накручивать себя, если бы на телефон не пришло сообщение. 16:34 Папочка. «Хей, детка, ближе к полуночи жди меня» На душе парня мгновенно стало намного легче, всё-таки он зря терзал свои нервы. — Надеюсь тебе наконец написали, что твой ненаглядный подох, отпразднуем? — Еврей поднял пустой стакан. — Пошёл ты нахуй, — Эдвард впервые за сутки улыбнулся. Ричард уже давно знает, где лежат запасные ключи от квартиры Каспбраков, практически беззвучно открывает входную дверь, убирает ключи обратно за горшок цветка, которых много стоит в подъезде и заходит сразу же снимая обувь, в кромешной темноте идёт к нужной комнате ориентируясь по памяти. Также бездумно проходит в чужую комнату, сразу же плюхаясь на кровать и обнимая её хозяина. Эдди вцепляется в Тозиера, жмётся к нему, не в силах отпустить. Прошло всего лишь двое суток, а он почти что лишь на стены не лез без старшего. — Господи, ублюдок, я так скучал, — Каспбрак заваливает старшего на постель, восседая на нем, смотрит в глаза и не может прервать зрительный контакт. — Я тоже, Спагетти, — Тозиер мягко улыбается, кладёт руки на талию, сжимает домашнюю футболку парня, проводит ниже, останавливаясь на кромке шорт, оттягивая её и вновь отпуская. Эдс прикусывает нижнюю губу, внимательно наблюдает за действиями старшего, продолжая невозмутимо сидеть на нём. Ричи забирается рукой под футболку парня, проводит по ровной спине, пересчитывая подушечками пальцев каждый позвонок под бледной кожей. Младший немного выгибается, поддаваясь вперёд, всё ещё не отводя взгляда. Каспбраком овладело чистое любопытство, как далеко зайдёт его друг. И можно ли вообще при данных обстоятельствах называть Тозиера другом. Ричи облизывает покусанные губы, одновременно блуждая рукой по хрупкому телу младшего, уже очерчивая острые лопатки. Другую руку он кладёт на внутреннюю сторону бедра Эдварда, немного щекоча и сжимая. — Р-ричи, — Каспбрака начинает откровенно потряхивать от накрывающего возбуждения, из-за грёбанных рук юноши, которые так умело ласкают. — Да, малыш? — Парень опускает обе руки на ягодицы Эдварда, легонько сжимая. Младший не выдерживает - шумно выдыхает и елозит на чужих бёдрах, сминая тонкими пальчиками ткань простыни. Тозиер мнёт ягодицы парня, наблюдая как тот извивается и то и дело закрывает себе рот, чтобы не издавать лишних звуков, как ни как в соседней комнате спит Соня Каспбрак. Старший осторожно надавливает на явный бугорок через ткань тонких шорт, начинает поглаживать, заставляя Каспбрака забить даже на мать и простонать в голос. — П-пожалуйста, — Пролепетал Эдс, толкаясь в чужую ладонь. Ричи слишком медленно стягивает шорты вместе с боксерами парня, которые остаются висеть на согнутых коленях. Он размазывает большим пальцем выступившую смазку по головке, кольцом из пальцев проводит по стволу, повторяя эти движения из раза в раз, слушая несдержанные вздохи и полустоны со стороны младшего. Каспбрак еле держится на чужих бёдрах, сжимая их по обе стороны и чуть ли не падая от блаженства, но его держат под коленкой, гладя нежную, почти прозрачную кожу. Парень кончает без предупреждения в чужую руку с гортанным стоном и именем Тозиера на губах, бессильно падает на кровать. — Я тоже люблю тебя, — Ричи улыбается, смотря на парня рядом. Утром миссис Каспбрак находит своего сына у себя в кровати, лежащим полуголым в обнимку с совершенно незнакомым ей молодым человеком.