Обертки лейкопластырев

— Я так устал от твоего дерьма, если честно, — Юнги закрыл шкафчик и поставил аптечку на пол, присаживаясь перед сидящим на диване Чонгуком. Чон сидел, откинув голову назад и держа холодное, мокрое полотенце у глаза. — Посмотри на меня. Младший приоткрыл глаза и убрал полотенце, позволяя Мину внимательнее рассмотреть огромный синяк на пол лица. Он был темно-синий, слегка фиолетовый в паре мест и с мелкими красными царапинами тут и там. Юнги цыкнул и открыл аптечку. — Сколько раз я должен говорить тебе, чтобы ты прекратил драться с каждым встречным бомжом на улице? — Чонгук зашипел, когда старший приложил ватку смоченную в перекиси водорода особенно сильно. Он отодвинулся в сторону, смотря в сердитые глаза Юнги щенячьими глазками. — Прекрати, не поможет. И подвинься ближе, мать твою, хочешь всякую гадость внутрь царапин занести или что? Нехуй было начинать свои перепалки, сладкий. Чонгук виновато опустил взгляд вниз и потеребил край черной, грязной футболки. Он чувствовал себя ужасно: опоздал домой на целых два часа, ввяз в очередную уличную драку и разочаровал хёна. Ахуенно, блять. Тонкие пальцы Мина аккуратно приклеили лейкопластыри на чонгуковы царапины, нежно разглаживая складочки, стараясь не делать слишком больно. Его взгляд смягчился, и он медленно обхватил пальцы Чонгука своими. — Чонгуки… — Не надо, хён, я знаю, что дурак, — младший сжал миновы пальцы и посмотрел ему в глаза. — Прости, что дурак. Юнги поджал губы в короткой улыбке и положил ладонь младшему на загривок, притягивая его в свои объятия; голова Чонгука уткнулась ему в плечо, его теплое дыхание щекотало бледную кожу на миновых ключицах. Пальцы Юнги аккуратно перебирали темные прядки волос младшего, руки нежно обхватывая расслабленное тело и стягивая его к себе на пол. Чонгук зарылся лицом глубже в изгиб миновской шеи, крепко стискивая свои руки на его талии. — Я тебя так люблю, Юнги, знаешь? — донеслось полуразборчивое бормотание, и Мин почувствовал как обычно приливающую к лицу краску. Так было каждый раз, стоило Чонгуку сказать ему, как сильно он его любит. — Знаю, знаю, — почти прошептал Юнги, целуя младшего в висок. Чонгук вскинул голову, почти сталкиваясь с Мином носами, и обхватил лицо старшего обоими ладонями, прикасаясь своими губами к его, оставляя короткие поцелуи на нежно-розовой коже. Юнги почувствовал ускоренное биение своего сердца, свои слегка вспотевшие пальцы, что вцепились в плечи младшего, притягивая его ближе. Юнги целовал Чонгука, а Чонгук целовал Юнги. Они сидели на полу в тишине маленькой комнаты, обертки лейкопластырей разбросанные вокруг них. Тишина прерывалась тяжелыми вздохами, когда оба отрывались от губ друг друга, и шуршанием куртки Юнги, когда его руки хаотично двигались на теле Чона. В соседней комнате ритмично капала вода из не полностью закрытого крана.