Hanukcristrmas

У них ангорские мягкие носки со снежинками одного цвета. Рождественского, яркого. У них большая миска кукурузных шариков и поменьше — сырного соуса. У них один плед на двоих, и под ним не тепло — жарко от близости тел. Ещё горячая тяжелая рука прижимает к себе ближе, ещё теснее, чтобы отчётливее слышать треск камина и дыхание друг друга. Пахнет ликёром и мятой. У них нет никаких секретов, и они знают друг друга лучше чем сами себя. У них аромат имбирного печенья и кофе со сливками, а на окнах и двери уже висят круглые праздничные венки. За окном синевато темнеет. Скоро зазвенят колокольчики и Санта начнёт свой долгий и трудный путь. Он ведь единственный, кто совсем не отдыхает зимой. У них сплетены пальцы рук, а губы жадно борются за право доставлять больше удовольствия. У них в комнате по-зимнему тихо и торжественно, а ещё уютно и спокойно. Это редкие мгновения абсолютного, выходящего за рамки познаваемого счастья, это моменты почти божественной гармонии. У них очистки от мандарин валяются на полу, ими ещё можно будет кидаться друг в друга — такие свежие и влажные. У них не хватает терпения и самообладания — и оба тихо стонут, крепче прижимаясь. Можно еще ближе, сняв одежду, можно стать единым целым, но и так хорошо, и так на грани срыва. У них блуждают пьяно глаза и устало сплетаются языки, но целоваться хочется вечность. Так сложно отрываться, чтобы схватить воздуха. Так сложно раздеться с мокрой от пота спиной и не наброситься снова, сгорая от страсти и нетерпения. Так сложно не сломать, яростно прижимая к себе и нежно называя «мерзким жидочком». Можно говорить о чем угодно, но в эти секунды тишина особенно хрустит и пахнет огнём, её хочется впитывать благоговейно. У них так много времени, чтобы быть счастливыми, и так мало, потому что никогда не хватает. А ещё у них под половицами скребутся иногда мыши, и это совершенно замечательно.