***
Спустя пару часов, закончив со всеми формальностями в школе, мы с подругой уютно устроились на пледе в тени деревьев городского парка. — Капец! А я ему ещё и помочь хотела. Бр-р-р-р злюка. — Не унималась я, раскладывая очередную мозаику из карт, на пледе, что мы расстелили. — Слушай, Ши, может, это я виновата, в том, что он таким стал? — Кто знает? Но таким он мне нравится больше чем-то, каким он по манге должен быть, хотя, меня немного смущает то, что он дурачком неумелым на физ-ре прикидывается, — оторвавшись от манги в собственных руках, произнесла девушка. — Ага, учитывая, что в нашей семье можно жить только на полном режиме выживания… Так, что? Думаешь, в спорте он должен быть ассом? — Нет, — улыбнулась подруга, — разве что только в вышибалах? Примерно 10 лет назад … — Кааать! Знаешь, что я тебе расскажу? — Запрятав книжку в глухой красной обложке в шкаф, восьмилетняя девочка завалилась ко мне на кровать. Не знаю почему, но она всегда ее прятала. Как-то я попросила рассказать, но Ши сказала, что это её личный секрет, и пока она не готова им поделиться. И с тех про содержимое этой книги по общей договоренности оставалось для меня секретом. А я ничего и не имела против. У меня тайна прошлой жизни. А у маленькой девочки просто книжка, возможно, личный дневник. — Что? — оторвавшись от рисования в альбоме, — я грозно уперла руки в бока. — Что ты можешь одним прыжком заставить меня случайно перечеркнуть весь свой рисунок? — Не-а… Я хочу поделиться секретом! — Ну-ка, — ожидая чего угодно, я заинтересованно посмотрела на подругу, не забыв предварительно убрать с кровати альбом и, заведя руку за спину подхватить на руки подушку, показывая, что я готова к неожиданному нападению. — Да, погоди ты, — махнув на моё орудие, шикнула девочка. — у меня тут инфа важная! Только послушай меня немного, а потом ответь на пару вопросов. — Ам… — не найдясь с ответом, я просто согласилась, — Хорошо. И началось. С каждым «неожиданным» витком рассказа этого милого голубоглазого создания мои глаза округлялись всё сильнее, ведь девочка, которую я знала три года рассказывала мне, то, о чем в этом мире знать не мог больше никто. — И так, всё, что я хочу знать, кем была в прошлой жизни ты, –нагло ухмыльнувшись, склонила голову набок Иошши, урожденная, как оказалось Елена Баранова, — и как умерла. И не отнекивайся, — выставив вперед указательный палец, ухмыльнулась блондинка, — музыка в твоем плеере, сказки, которые ты мне когда-то рассказывала и фразы, периодически проскакивавшие в твоей речи, явно не наследие Итальянско-Японской семьи! — Ну, что же, — стараясь прийти в себя я начала перебирать свои воспоминания, — похоже, что мы с тобой знакомы, куда больше трех лет, — боясь, что все это сон или какая-нибудь иллюзия девочка протянула руку, — я Катя и, кажется мы с тобой ходили вместе на курсы в девятом классе. — Мишина? Ты что ли? — Ага.***
Опустив взгляд вниз, я продолжила раскладывать карты. Тогда-то нас и понесло. Воспылавшая желанием найти в себе пламя Иошши, тянула меня за собой на разные уроки боевых искусств заявляя, что для сильного пламени нужен крепкий сосуд. Я же устраивала нам вылазки в парк и тренинги по медитации, так как без крепкого духа далеко тоже не уедешь. Если сказать, что мы тренировались безбожно, пока не пробудили пламя, то это будет наглой ложью. Мы, конечно, бегали по разным кружкам типа: карате, тхэквондо, и айкидо; но надолго нас не хватило. Со временем у Ши всё же проявились два пламени тумана и дождя. У меня же на руках загоралась лишь мутноватая дымка, из которой как не странно получалось творить небольшие иллюзии. Хуже, чем у моей подруги, но все же что-то. Как оказалось, в результате наших наблюдений, пламя в человеческом теле выделяется всегда, независимо от того чем ты занят. У нормальных людей, после пробуждения оно создаётся по чуть-чуть и накапливается, ожидая нужного момента. У меня же оно, если его какое-то время не использовать, в буквальном смысле прёт изо всех дыр. Лунатизм, головные боли, рассеянность внимания, и ещё пара подобных этим прелестей. Пламя просто не знает, куда ему деться и мозг сам, без твоего ведома, находит этой энергии применение (Не заботясь моём благополучии естественно). Хм… Возможно, у Хибари примерно та же проблема? Наверное, он не знает, куда ему деть свою энергию и поэтому постоянно дерётся… Гадание — идея Ши, высказанная на одном из наших девичников, оказалось хорошим способом выбросить лишнюю энергию, при этом потренировать навыки, не прибегая к постоянным физическим упражнениям (поверьте, груда мышц — это не то, что должно украшать женщину, да и драться леди тоже не стоит). До тех пор, пока я не смогу пробудить в себе силу полностью, было решено, что я буду именно гадать. Я всегда раскладываю на будущее, так больше тратится энергии. Я стараюсь пропускать все образы мимо, где-то на уровне с голосами проходящих мимо людей. О себе я из них никогда не узнаю, к тому же показывают карты всё загадками, да намёками, а дешифратора, для образов, которые могут подкинуть вам эти милые бумажки, ещё точно не придумали. Я вытянула из колоды очередную карту, и на секунду впала в ступор. — Эй? Что? Тебе опять плохо? — Иошши, обеспокоенно посмотрела на меня. — Нет. Просто странно, я раскладывала будущее и, на бубновом вальте, у меня в голове возник образ царевны-лебедя из «Сказки о царе Салтане». — К чему бы это? — Не знаю, но с этим вальтом я обычно ассоциировала … *БЭНГ* Звук выстрела прозвучал настолько реально, настолько близко, что сердце, кажется, на пару секунд опустилось в пятки. — РЕБОРН! — медленно, словно ожидая увидеть позади себя маньяка, я повернула голову в сторону дороги, — МОЁ ПРЕДСМЕРТНОЕ ЖЕЛАНИЕ — РАССКАЗАТЬ САСАГАВА КИОКО О МОИХ ЧУВСТВАХ! САСАГАВА КИОКО, Я ИДУ К ТЕБЕ!!! — крича именно эти слова, так, чтобы его точно услышала половина города, мимо места, где мы с подругой сидели, пролетел мой младший брат. Зрелище, поверьте, эпичное. Тут тебе не цензуры, ни забавной детской рисовки, смягчающей восприятие… Просто подросток в семейках, который, снося всё на своём пути, бежит признаваться в любви самой красивой девушке в школе. Это реальный мир, детка. — А во лбу звезда горит, — всё ещё в шоке произнесла Ши. — На этот раз абсолютно в точку и сбылось быстро… Осознав всю комичность ситуации, я начала откровенно ржать на пару с Иошши. — Аха… ха. Бывает же такое! — утирая слёзы, чуть ли не пропищала я. — Точняк, прикинь реакцию Киоко! — Твою же мать! — подорвалась с места я. — Чего, ты? — Нам нужно срочно его остановить, пока кто-нибудь не прознал, что эти весёлые семейки в рыбку принадлежат моему брату! Схватив свои сумки, мы с Иошши бросились в сторону дома, где предположительно проживала семья Сасагава. — Смотри везде, он может свалиться откуда угодно! — смотря по сторонам и уже задыхаясь, на бегу проорала я. — Да, знаю я! *Бабах! * Метрах в шестидесяти от нас, прямо рядом с ничего не подозревающей Киоко, в землю кометой впился мой брат. Мой грязный, исцарапанный, одетый в, уже слегка потрёпанные, семейки с рыбками брат. — О, поймал! САСАГАВА КИОКО! ДАВАЙ ВСТРЕЧАТЬСЯ! — Не успели, — констатировала моя подруга. С чувством ударив ладонью по лбу, я пожалела, что родилась на свет, причём оба раза. Девушка, естественно, с визгом и небольшой истерикой унеслась прочь. А чего ещё стоило ожидать? — Ублюдок! С ума, что ли, сошёл? Извращенец! — Какой-то парень со всего размаху заехал моему брату в челюсть и побежал успокаивать перепуганную девушку. — Ши, вот у меня сейчас двоякое чувство. С одной стороны, хочется этому парню врезать, понимая, что мой брат не виноват, а с другой стороны это будет выглядеть очень странно… — Крепись, забирай брата и пошли домой, пока тут зеваки не собрались… — О боже, Тсунаёши, — стягивая с себя куртку, я бросилась к брату. — Я не… — В глазах брата перестал гореть огонь и он, похоже, начал приходить в себя. — Я знаю. — Это не я! То есть я, но… А-апчхи. Я снова впала в ступор. — Мэй, что с тобой? — Не поверишь, но, когда Тсу чихнул, из его носа вылетела пуля, не со скоростью выстрела, конечно. Но… — поднимая с дороги описываемый предмет, я повернулась к подруге и спустя мгновение, взяв себя в руки, я попыталась поднять брата, — ну, давай, Царевна-лебедь, поднимайся, нам пора в родной дворец, пока всякие Гвидоны с желаниями не набежали! — Что за бред ты несёшь? — недоумевал Тсунаёши. — Она тебе предлагает пойти домой, пока здесь толпа не собралась, иначе тебя, мой сексапильный друг ждут: фотосессия, газеты и слава, — в попытках поскорее увести моего брата домой, находясь на грани истерического хохота, подсказала Иошши. — Вместо того, чтобы ржать, лучше бы помогла, ты же у нас вроде как иллюзионистка! Так давай, твоё время пришло! — Ты и сама умеешь! — Ага, зато у тебя они не развеются от соприкосновения с чем-либо! — Ладно, ладно, убэдыла. Скрестив руки перед собой и сделав пару движений, напоминающих нам о просмотренных ею сериях чара-хранителей, девушка наложила иллюзию. — А не легче было просто создать ему одежду? — Смотря на ёлку, в обнимку с которой теперь стояла, поинтересовалась я. — Да и ёлка в конце мая тебе не кажется странной? — Может, мы пойдём домой? — желая уже просто вернуться, провыл мой брат. — Савада Мэюми, я полагаю? — прерывая все споры, сбоку от нас прозвучал детский голос. Мальчик лет трёх-четырёх в, судя по виду, дорогом костюме, спокойно сидел на ограде и гладил лежавшего у него на руках хамелеона. Чёрная шляпа с рыжей лентой и бакенбарды в виде завитушек дали ясно понять кто это. — Вы, — медленно сглотнув, я всё же задала вопрос — Реборн?