Савада! Ты невыносима!

      — Почему мы? — не мог понять Тсунаёши.       Честно сказать, я и сама не могла осознать или вспомнить почему. Да и как с этим связаны зубы школьников? Но одно я знаю точно. Пострадали отнюдь не слабаки. Ввезенный в больницу Кусакабе Тецуя, глава клуба Кендо — Мочида, и два парня из моей параллели оставшиеся на второй год, которых я так же заметила в холле, глава клуба бокса — Сасагава Рёхей…       — Они нападают на самых сильных парней, — высказала своё предположение я.       — Почти. У первого найденного ученика, поглаживая Леона обратившегося в огромный зуб, начал Реборн, — отсутствовало двадцать четыре зуба, и каждый раз количество уменьшалось на один. Они ищут наследника Вонголлы среди самых сильных учеников Намимори. Не учитывая мало того, что оба наследника могли оказаться слабаками, так ещё и то один из них уже окончил школу.       — Но такой точный рейтинг невозможно собрать по обычным слухам, — заметил Тсунаёши.       — Вот именно, — протянув нам желтоватый лист бумаги, Реборн забрался на ограду рядом и залез на закорки погруженному в размышления Тсунаёши, Главный закон мафии — Омерта, велит хранить в секрете всё, что может навредить семье, если иного не велит Босс. Потому узнать о том — кто вы, они и не могли.       Не смотря расхожее в нашей небольшой компании мнение, что о том, кто такие наследники Вонголлы известно всему миру; похоже, всё-таки эта информация конфиденциальна. Чему я несказанно рада.       На полученном нами листке красовалась знакомая гербовая печать под которой, в порядке от одного до тридцати, были указаны имена учеников старшей Намимори. Как и сказал Реборн, с двадцать четвёртого места рейтинга и выше были указаны имена пострадавших школьников.       — Это же гербовая печать Футы? — уточнила Ши, ткнув в листок.       «Звёздный принц» Фута. Одиннадцатилетний мальчик, способный с помощью так называемой связи с космосом составить ранги для кого и чего угодно. Мы с ним познакомились около месяца назад, когда его пыталась захватить одна из семей, промышляющих не совсем честной жизнью.       Как сказал ранее Реборн: Омерта, велит хранить в секрете всё, что может навредить семье. Потому мальчишку практически законом запрещено привлекать к подобным вещам. Однако сейчас он оказался в руках этих психопатов. В голове воскресли жутковатые картинки убежища Рокудо, увиденные мной когда-то в аниме. Места, которые я не могла вспомнить, услужливо завершала моя не в меру богатая фантазия. В голове всплыла недавняя фраза Иошши, — «А Шамал вылечил Хибари?».       Не хочется чтобы Футе пришлось всё это видеть.       — Невозможно, — с ужасом всматриваясь в список, воскликнул брат. — Что мы будем делать, Реборн?       — Дела становятся всё хуже и хуже. — Реборн поднял серьёзный взгляд на моего брата, — Вы должны сразиться!       — Это плохо! Это очень плохо… — внезапно, после очередного взгляда на рейтинг, у моего брата в нервной дрожи зашлись руки. — Я должен их предупредить! — Схватив сумку, Тсунаёши рванул в сторону школы.       — Что… Кого? — наконец придя в себя, я обратилась к Ши.       — Третье место — Хаято Гокудера, 17 лет, — в который раз за сегодня закурив, тихо произнесла подруга, — второе место — Такеши Ямамото, 17 лет.       — Первое — Кёя Хибари?       — По документам он числится как аспирант, преподающий дисциплину, этику и безопасность, — усмехнулась Ши, — так что, он тоже попал в рейтинг как ученик школы.       Закрыв глаза, я попыталась решить, что делать дальше. Однако, в голову не шло ни одной здравой мысли. Хотя, подождите! А что если они не нас с братом сейчас ищут? Точно, это же априори странно искать среди самых сильных людей того, кто узнал о мафии только недавно. Но Реборн, ведь тоже не простой человек, а значит, будет набирать в семью наследника явно не самых глупых или слабых людей.        Высказав все свои домыслы подруге, в ответ я получила только удивленный взгляд.       — Не знаю, что и сказать, — задумчиво ответила Ши. И уже на русском, — радоваться тому, что ты у меня такая умная или грустить из-за того, что так плохо помнишь сюжет…       – А теперь расскажи мне, что я ещё могла забыть?       — Когда Хаято окажется в больнице, Реборну от девятого должно прийти письмо с приказом для наследника устранить опасную для семьи и общества группировку       — Как я не хотела, чтобы наставал этот день, — выдохнув, я присела на рядом стоящую лавочку и прикрыла обеими ладонями лицо.       В темноте мне почему-то всегда проще думалось. Весь день бодрствуя, вечером во мне всегда словно просыпалось второе дыхание. И сейчас темнота была тем в чём я нуждалась, однако искуственно созданная, она, к сожалению, ничем не помогала.       — Ши, я не знаю как мне поступить.       — Мы же уже всё давным давно придумали, разве нет?       — А если что-то пойдёт не так? — отняв ладони от лица, шепнула я.       — В белом платье* печаль неведома, — ухмыльнылась подруга. — Слушай, а Ламбо все свои «игрушки» из твоей комнаты вывез?       — Шутку оценила, но идея бестолковая.       — Я ещё и предложить не успела!       — В любом случае. Первое: навешать на себя кучу оружия которым не умеешь пользоваться и можешь себя им покалечить — глупо; второе: взять его пистолеты, забыв учесть, что они сделаны под его детские размеры и даже для хрупкой женской ладошки будут малы — недальновидно;       — А.       — Третье, — вскинув палец вверх всё же решила закончить я, — если ты хочешь в меня из базуки пальнуть, не забывай, посреди сражения с кем я в прошлый раз оказалась.       –Ладно, гений логики, — встав, девушка потянулась, разминая суставы, — А за своим оружием и нормальной одеждой мы можем сходить? Сомневаюсь, что в трениках и с укладкой ты сможешь эффективно вести бой. К тому же, меня дома тоже пара мелочей ждут.       — А? Точно, — встав вслед за подругой, — извини.                     Сходив домой к каждой из нас, мы с Ши, следуя полученной от моего брата СМС ринулись в школу.       Как оказалось Тсунаеши не успел добраться до Гокудеры вовремя. Однако подоспевший как нельзя кстати Ямамото вытащил обоих из передряги и помог им добраться до безопасного места.       Не смотря на то что уроки еще в самом разгаре, практически все ученики, состоящие в дисциплинарном комитете, патрулировали территорию школы и местность в округе. Хотя, обычно дежурят только те, кто свободен или договорился с уч.советом о графике дежурств.       Увидев Ши, парень, дежуривший у ворот поспешил нас пропустить.       Кивнув головой в знак приветствия, подруга, разблокировала свой телефон, который практически не выпускала из рук с самого выхода из больницы, и начала что-то писать.       — У вас что-то случилось?       — ГДК, как все знают, доверяет только себе и немного своей правой руке. У Кусакабе так же есть круг доверенных лиц, но как, думаю, ты поняла, все они сейчас в больнице. — спрятав в карман телефон, вздохнула девушка, — было организовано дежурство для защиты школьников, однако…       — Если Кусакабе в больнице, а Хибари пропал, то где шансы что более слабые школьники что-то смогут сделать? — закончила я. — Да уж, боевой дух у ребят, наверное, катится на дно…       — Однако, — Ши заговорщически посмотрела на меня. — Весть о том, что какая-то «баба» — указав на себя, ухмыльнулась подруга, — собирается в «одиночку» пойти в логово злодея, кажется сыграла на их чувстве гордости и, разбившись на группы наши милые пчелки теперь с большим усердием охраняют улей.       — Ты ж моя пчеломатка, чтобы в ДК без тебя делали… — в который раз убедившись в том, что «пламя тумана» это диагноз, улыбнулась я.       Зайдя в мед.кабинет мы застали странную картину. Вечно веселый и разговорчивый Ямамото сидел и задумчиво смотрел словно в никуда, однако стоило парню заметить нас, и вновь вернулось то привычно-простодушное выражение лица.       На кушетке лежал бессознательный Хаято, а правом углу сидел потрепанный доктор Шамал с разбитым носом. Что не удивительно так как в противоположной стороне, бросая немного агрессивные взгляды на доктора, пилила свои ноготки Бьянки.       Брата здесь уже не было, как и нашего репетитора.       Расспросив ребят об всём мы все, вместе с пришедшим в себя Хаято, направились на поиски Тсунаеши. Хотя, как на поиски, я почему-то была уверена, что он направится домой. Во всяком случае я бы так и сделала.       Как оказалось, Реборну пришло письмо от Девятого, в котором говорится о том, как он рад нашим успехам и то, что наследникам нужно в течение двенадцати часов устранить банду Кокуё, во главе которой стоит опасный преступник бежавший из Италии — Мукуро. «Если вы провалите миссию, будете объявлены предателями и убиты» — процитировала нам конец письма Бьянки. Так и хотелось спросить, не было ли там подписи: «con amore, Nono»**.       Знаете, не казалось мне странным поведение брата раньше, не кажется и сейчас. Я, конечно, понимаю, что жизнь жестока и привыкать к ней нужно заранее. Но попытка сломать ребенку психику, с помощью подобного содержания писем меня пугает.       На выходе с территории школы от размышлений меня отвлекли голоса, доносящиеся от школьных ворот, где на дежурного, караулившего вход, рычала миниатюрная девушка с иссиня черными волосами.       — Поймите, девушка, вход на территорию старшей Намимори открыт только для учеников и тех, кому выписано специальное приглашение, — выставив руки вперед, вещал парень.       — А то, что мой друг пострадал и сейчас лежит в вашем больничном крыле для вас, хотите сказать, не основание? — не замедлила с ответом девушка.       — Вы же не его сестра или…       Договорить парень не успел, подбежав поближе, Ши положила ладонь ему на плече, останавливая реплику.       — Наги, как ты тут оказалась?       — Ши? — удивилась подруга, — меня Реборн позвал. Почему меня не пускают? Как там Ямамото? — поняв видимо, что выдает себя, девушка добавила, — и Гокудера? Мне сказали, что они сильно пострадали.       — Все в порядке.       Словно в подтверждение её слов, процессия состоящая из меня, Гокудеры, Ямамото и Бьянки наконец дошла до ограждения.       Еще и Наги приплели, не нравится мне вся эта затея. * Белое свадебное платье обычно одевают на свадьбу, априори счастливый день. Однако, так же в нем хоронят незамужних молодых девушек; ** «con amore, Nono» — С любовью, Девятый.