Цепочкою следов

I (Манго Мелифаро) Цепочкою следов пройду по краю И до тебя дойду, мой милый друг. И, в пламени любви твоей сгорая, Судьбы своей я замыкаю круг. С тобою быть — вот же моё решенье, Тебя я не оставлю, ведь ты мой, Когда умру, найдёшь ты утешенье, Но до того дня буду я с тобой. Иду по следу, ты бежишь за мною, Ты ангел мой, меня ты сохранишь. Мой Ангел Смерти, связанный судьбою С моей судьбой, ты тут не возразишь. И если спросят, кто я, ты скажи — Я — линия, я — грань твоей души. II (zoocy) Я — линия, я — грань твоей души, Ты исподволь в мой плен попался. Теперь на счёт дыши иль не дыши, Сам от меня крылом не закрывался. Ну не смотри так грустно из-под век! Любимая свобода — что груз стылый; Не можешь ты один быть целый век, Свобода от любви — несчастье, милый. Я растопил твои бескрайние снега. То право всех влюбленных под луною: Надолго нас связала та река, Что угрожала жизни, но свела с тобою. С тех пор тебя, как воздух, я вдыхаю, Исчезну после или нет — не знаю. III (zoocy) Исчезну после или нет — не знаю, Пока ещё прочна та трепетная нить, Что, крепкой цепью жизни замыкая, За гранью нас смогла соединить. И не забыть тебе, — твоя я память. Сидел ты на земле и пепел мой Не мог объять, не мог его оставить. Забыв про жизнь, чуть не ушёл за мной. Желал ты, чтобы пепел мой стал плотью, Чтоб хоть на миг вернулся и простился. Увы — в руках земля лишь чёрной ломтью. Как зверь израненный, домой ты воротился. Сокрылся я в неявном — рок решил, А ты потом тоскуй, дневник пиши. IV (paint_in_white) А ты потом тоскуй, дневник пиши, Страницы сожаленьем наполняя, Что в страшный миг не смог ты поспешить, Судьбы злокозненной намеренья меняя. Летит рука, бросает лёгкий росчерк И вязью букв рисует мой портрет. Пусть твой опишет идеальный почерк Того меня, кого уж рядом нет. Я со страниц сойду, живым я буду, И голову склоняя на плечо, Тебе я говорю: случится чудо, И, может, будешь счастлив ты ещё. Ты не имеешь права на ошибку — Ищи в глазах чужих мою улыбку. V (Манго Мелифаро) Ищи в глазах чужих мою улыбку, Её, я верю, ты всегда найдёшь. Но ты не можешь совершить ошибку — Не угадаешь — в чувствах будет ложь. Я верю: будешь ты ещё счастливый — Меня забудь, скорее отпусти, Мне грустно видеть, когда ты тоскливый... Ты вспомни имя и произнеси... Нет, не моё. Того, кого ты встретил, И в чьих глазах моей улыбки блик. Уже не улыбнусь я, ведь я — пепел, Хотя вернуться был соблазн велик... Минуты встреч обычно коротки — Ищи пожатие моей руки. VI (Rigana) Ищи пожатие моей руки, Переплетенье линий на ладони. С тобой внезапно стали далеки, Сомнения свои ты только помни. В кромешной темноте не виден свет, И только голос твой ведёт по краю. Мы вновь стоим на Площади Побед. Ты думаешь, что я с тобой играю. Я не осмелился сказать тебе о том, Как сердце рядом сладко замирает. Оставил все сомненья на потом, Смотря, как жизни солнце угасает. Светла всегда была твоя улыбка, Я — призрак, тень, и моя грань так зыбка... VII (dalilah) Я — призрак, тень, и моя грань так зыбка, Я — растворён, дыши мной, я — везде. Я — воздух, я немой и безъязыкий — И не найти меня среди людей. Во сне к тебе стучусь, увы, впустую, Закрыт твой сон, мне не попасть туда. Хочу помочь, — я вижу, ты тоскуешь, Ты — словно статуя, ты — словно глыба льда. Я тьмою поглощён, мне нет покоя, Я умер, да, но ты не отпустил, В твоей душе нас вечно только двое, И нет там вовсе дорогих могил. Так жаль, что не пожать твоей руки, Что мы с тобой навеки далеки. VIII (Xenon Power) «Что мы с тобой навеки далеки...» — Как приговор звучит. Ты — Истина, ты знаешь. Под маской каменной свою ты скорбь скрываешь, Сомкнув её в холодные тиски. Пройдут года, ты сможешь приглушить И эту боль, ведь не с таким справлялся. Я, помню, постоянно удивлялся, Как ты умеешь свою ярость скрыть. Ты стерпишь всё, хоть память не убьёшь — Останусь я навек воспоминаньем В её глубинах, тлевших от страданий. Покроет пепел то, что не вернёшь. Мне без тебя вся вечность дышит адом, Но было время, — мы с тобою рядом... IX (chocolatecream) Но было время, — мы с тобою рядом Казалось, навсегда. Нет, лишь на миг, Твоим отравлен горько-сладким ядом, К тебе я, как к источнику, приник. Я жил, твоим дыханием дыша, Смеясь и плача, медля и спеша, Порой — бесстрашно, а порой — робея, Всего себя был рад отдать тебе я. Предчувствия печальные гоня, Не помнили мы мрачных предсказаний. Утраты боль не облегчить слезами. Где — без тебя я? Что ты — без меня? Остался лишь печали тяжкий груз. Не разлучить, не разорвать союз. X (chocolatecream) Не разлучить, не разорвать союз, Не клятвами скреплённый, но любовью, Пусть лишь в воспоминаньях остаюсь, Полупрозрачной тенью, но с тобою. Мне тягостно существованье это Там, где ни ночи нету, ни рассвета, Отдохновенья где не обрести… Но не молю тебя я: «Отпусти!». Нет, высока цена свободы той, И много крат сильнее боль разлуки. Я вынести готов любые муки Пусть не за счастье, но за твой покой. Чем стала жизнь твоя, узреть хотя бы взглядом, Как без меня ты? Неужели — адом? XI (Rigana) Как без меня ты? Неужели адом Останется душа твоя навек? Мне горько понимать, что я не рядом. Ты — не убийца, Шурф, ты — человек. Ты погружаешься всё глубже в белый цвет. Себя внутри сознанья запираешь. Тебя уже не радует рассвет, Ты медленно рассудок убиваешь. Не смей сдаваться, если не со мной Находишься ты ежечасно рядом. Я забегу опять к тебе домой, Но больше не поймаю радость взглядом. Той дымкой призрачной, в которой я таюсь, Подёрнулась вся жизнь твоя, боюсь... XII (Xenon Power) Подёрнулась вся жизнь твоя, боюсь, Туманной дымкой, серебристым пеплом, Тем, что оставили, безжалостны и крепки, Перчатки Смерти — горько я смеюсь. Наверное, забыл ты, как дышать, Увидевши такой итог печальный. Моя душа уже в прозрачной дали, И не вмешается. Мне — только наблюдать, Как ты в бессильной ярости всех ловишь, И к Джуффину в каморку их несёшь. Но утолить такую жажду крови Ты был не в силах — мёртвых не вернёшь. Могу лишь я хранить твой сон-покой: Ты быть навечно так мечтал со мной... XIII (dalilah) Ты быть навечно так мечтал со мной, Что до сих пор поверить ты не можешь В то, что обрёл я навсегда покой, В то, что ничем уже мне не поможешь. Ты навсегда, навечно потерял Моей полуулыбки обаянье. Никто не думал, да, никто не знал, С каким в душе придётся жить страданьем. Но посмотри вокруг, — быть может, есть Там тот, кто сможет сердце успокоить. А я... Я, правда, был, но вышел весь, И этого, увы, не перестроить. Тебе кричу, услышь меня, ты мой! Но без меня вершишь свой путь земной. XIV (paint_in_white) Но без меня вершишь свой путь земной, Хоть обо мне ты и не забываешь. И что произойдёт потом с тобой, Как все мы на земле, ещё не знаешь. Ерошу волосы невидимой рукой, Незримым поцелуем губ касаюсь. С любовью навсегда своей прощаюсь, Несу тебе забвенье и покой. Твои глаза свет звёздный отразят, И строгий рот ты искривишь усмешкой. Разглядываю долго и неспешно Черты твои, что не любить нельзя. Печаль твою с собою забирая, Цепочкою следов пройду по краю. XV — Магистрал (dalilah) Цепочкою следов пройду по краю. Я — линия, я — грань твоей души. Исчезну после или нет — не знаю. А ты потом тоскуй, дневник пиши. Ищи в глазах чужих мою улыбку, Ищи пожатие моей руки. Я — призрак, тень, и моя грань так зыбка, Что мы с тобой навеки далеки. Но было время, — мы с тобою рядом, Не разлучить, не разорвать союз. Как без меня ты? Неужели адом Подёрнулась вся жизнь твоя, боюсь? Ты быть навечно так мечтал со мной... Но без меня вершишь свой путь земной.