Паучья лилия

— Уходи…       Райто взял свою шляпу и переложил на голову Нацуми, закрывая глаза. Девчонка задорно усмехнуласи и посмотрела на вампира. Ветер легко трепал его рыжие, словно пламя, волосы. Изумрудные глаза смотрели с необыкновенной добротой. Нацуми даже удивилась такому выражению его лица. — Решение нельзя найти, сбегая от проблемы. — Я не совсем об этом, — уточнил Райто. — Господи…       Нацуми устало выдохнула, на душе стало спокойнее, но вот проблема оставалась. — Бога нет, су… — вампир осекся на полуслове. — Я уже и не помню, когда ты меня так называл в последний раз.       Нацуми совсем не обиделась. Наоборот, это прозвище, которое кажется многим обидным, сейчас принесло какое-то подобие ностальгии. Это прозвище перенесло её, как казалось, в совсем другой мир, где была только одна проблема — выжить с шестью вампирами. Сейчас, эта проблема испарилась, но появились новые. Казалось, что спокойная и безмятежная жизнь никогда не наступит. Сначала расставание, потом рана Шу, затем Того Сакамаки, похищение, а теперь ещё и борьба внутри себя. — Видимо, слишком давно, чтобы вспоминать, — выдал Райто. — Это моя фраза, — Нацуми шуточно надула губки, а Райто усмехнулся.       Девушка посмотрела на вампира. Нацуми одела шляпу на голову вампира, поправила её, чтобы та была по центру. Решение само собой открылось в его зеленых глазах. — Уходи? Я уйду… но только если так решит Шу. А без него я не сдвинусь с места. И ещё, Бог есть, как бы ты это не отрицал. Ведь если бы его не было… я бы давно вернулась обратно в землю.       Вампир улыбнулся, но что-то странное было в его улыбке… радость или же печаль? — Красиво жить не запретишь, — произнесла Нацуми.       Муж и жена стояли рядом с роскошным частным самолетом семьи Сакамаки. Конечно, девушка и раньше знала, что у её семьи проблем с деньгами не было, но частный самолет… Только вчера Нацуми выдала ответ по поводу поездки, как сегодня утром они уже стояли рядом с летающим кораблем. Пункт назначения — Лондон. Документы были давно готовы — Нацуми Сакамаки и Шу Сакамаки. — Пойдем.       Шу подхватил Нацуми на руки и под звонкий девичий смех понес в самолет. Девушка обхватила шею парня и поцеловала в щеку, счастье захлестнуло с головой. Вещи были уже на борту, а парящий корабль подготовился ко взлету.       Полет длился почти двенадцать часов. Практически все это время Нацуми проспала на руках Шу. Вампир сидел на широком кресле и мягко сжимал девушку в своих объятьях. Его глаза были закрыты, а музыка тихо звучала в наушниках. Нацуми тихо сопела и иногда ворочалась, заканчивалось же все тишиной и успокоением. — Нацуми, просыпайся. Мы почти прилетели, — промямлил Шу с закрытыми глазами. — Уже? — Девушка тут же поднялась на ноги. — Мы летели двенадцать часов. — Как-то быстро…       Шу усмехнулся. Вампир поднялся на ноги и в одно мгновение оказался за спиной Нацуми. Парень притянул к себе девушку и поцеловал в макушку. — Тебя ещё что-то гложет? — Да, нет. Все хорошо, просто удивилась. — Садись, мы уже снижаемся, — предупредил Шу.       Черный лимузин мчался по дороге сквозь шумящий лес. Нацуми сидела вместе с Шу на заднем сидении и смотрела в окно. Вдруг что-то холодное коснулось её руки. Нацуми подняла глаза на вампира и увидела его улыбку, мир сразу стал светлее. Этот лес и тучи над головой почему-то нагоняли скуку и печаль. Вроде, все хорошо, и семья приехала сюда отдыхать, но что-то шло не так. — Мы приехали. — Куда? — не поняла девушка, — Кругом один лес.       Шу таинственно улыбнулся и вышел из лимузина. Обойдя машину, он открыл дверцу и подал руку Нацуми. Муж и жена уже несколько минут шли по тропинке в глубь леса. Вокруг не было ни души, ни огонька. — Шу, может ты объяснишь, куда мы идем? — Осталось немного…       Нацуми смирилась с таинственностью мужа и заглушила голос тревоги. " Он рядом, а значит бояться нечего ".       Внезапно в далеке появились еле заметные огоньки, Шу не замедлял шаг. — Шу, там свет. — Почему ты так боишься всего?       Нацуми и сама не знала ответа. В последнее время страх поселился в ней и часто заглядывает в разум. — Я… я не знаю.       Шу остановился. Вампир встал прямо перед девушкой и немного наклонился, чтобы их глаза были на одном уровне. Шу положил руки на хрупкие плечи девушки. — Нацуми, оставь все проблемы в Японии. Мы приехали сюда, чтобы отдохнуть и расслабиться. Тебе нечего бояться, ведь я всегда буду рядом с тобой и смогу защитить от чего угодно. Хорошо?       Эти слова успокоили Нацуми, она улыбнулась. Шу взял её за руку и повел на свет огней. Это были не просто огни, а фонари дома… их дома. Это был двухэтажный особняк построенный в деревенском стиле. Большое крыльцо, резная дверь вели в обитель тепла и уюта. Дом был сделан из темного дерева и только камин сложен из камней. Большие окна смотрели прямо в сад, где было много цветов, пруд и милые лавочки. Все здесь так и дышало спокойствием, безмятежностью, бабушкиной добротой.       Нацуми от удивления не могла оторвать взгляда от дома. — Шу, это… — Это наш дом на ближайшую неделю.       Нацуми повернулась к нему и улыбнулась. Шу видел её счастье и его душа невольно затрепетала. Девушка заключила вампир в объятья. — Я… я так тебя люблю, — прошептала она.       Шу не ответил, он только поцеловал её в губы. " Она счастлива… а большего и не надо ".       Дом изнутри ничуть не уступал наружности. Мебель, явно сделанная под заказ, соответствовала всем представлениям о деревне — все из натурального дерева. Мягкие диванчики и кресла перед камином, теплые ковры, настеленные практически в каждой комнате и коридоре. В шкафах за раздвижными стеклянными дверцами стоял расписной сервиз. " Рейджи бы был в восторге " — пронеслось в голове у Нацуми. На окнах висели пышные, нежные занавески с бахромой. Несколько стеллажей с книгами в старых переплетах. На кухне стоял большой гарнитур из светлого дерева, холодильник и плита сделаны под старину. В центре небольшой, круглый, светлый стол и четыре стула, обернутые в мягкую ткань. Между окон висели светильники, которые представляли из себя свечи.       Нацуми хотелось остаться здесь, только не на неделю, а на всегда. Жить здесь вместе с Шу, каждое утро обедать за одним столом и всегда спать в одной кровати, в одной комнате. Размышления Нацуми прервал звонкий и тонкий голос. — Господин Сакамаки, приветствую вас в вашем доме.       Нацуми посмотрела на юную особу. Хватило секунды, чтобы понять, что с горничной она не сживется. Это была молодая девушка с бардовыми волосами и темно-зелеными глазами, милая улыбка, красивое лицо. И все бы хорошо, если бы не слишком короткая юбка, которая еле-еле прикрывала пятую точку, такое впечатление, что ткани не хватило. Но это полбеды. Сам костюм был маловат и сильно обтягивал торчащую грудь. Образ подчеркивала косметика. Целый пласт штукатурки лежал на лице. Нацуми была готова поклясться, что если девчонка наклонится, то куски краски повалятся на пол. " Да что тут объяснять… Самая натуральная шалава ", — сделала вывод Нацуми. Меж тем, героиня, подходящая на главную роль порноактрисы, продолжила. — Я работаю в вашем доме, меня зовут Дженис. Если вам что-то понадобится, то обращайтесь ко мне, Господин Шу Сакамаки.       » "Милочка, а ты меня видишь? ", — Нацуми смотрела на девчонку.       Шу же ответил равнодушной улыбкой, которая немного покоробила уверенность Дженис. — Это моя жена — Нацуми Сакамаки. Она хозяйка этого дома, обращаться ты будешь к ней, — апатично ответил Шу, выдерживая дистанцию с прислугой. — Конечно, — ответила Дженис даже не посмотрев на Нацуми, — позвольте, я покажу вам дом. — Мы сами разберемся, — прервала служанку Нацуми.       Шу сразу заметил что-то странное в голосе жены. Вампир перевел взгляд на супругу, и заметив раскаленный взгляд, тут же все понял. Довольная улыбка наползла на лицо. — Как пожелаете, — смазливо ответила Дженис, — если позволите, то я вернусь к своим обязанностям. Ой книга упала.       Служанка направилась к книжной полке, которая стояла сразу за ней. Девушка, покачивая бедрами, резко наклонилась за книгой. Нацуми готова была порезать на куски её прямо здесь и сейчас. " Какая-то прошмандовка виляет задницей перед Шу… Ещё и в моём присутствии?! Я уверена в Шу и полностью ему доверяю. Меня на эту дешевку он не променяет, об этом и речи не идет, но сам факт, что она строит ему глазки и задницу, заставляет меня разозлиться до предела. Я вырву твою наглость! ". Дженис положила книгу на место и снова повернулась к хозяевам. — Приятного отдыха, если я понадоблюсь, то моя комната прямо за лестницей на второй этаж. — Благодарю, — ровно сказала Нацуми, — Шу, пойдем посмотрим второй этаж. — Конечно, — мягко сказал вампир и приобняв жену за талию повел к лестнице.       Солнце садилось и ночь медленно вступала в свои права. Вещи были уже все разложены по полкам, Нацуми и Шу лежали в кровати под мягким, теплым одеялом без одежды. В комнате была звукоизоляция, поэтому никто своих порывов не сдерживал. Шу мягко поглаживал Нацуми по плечу, а она крепко прижималась к его груди. Мини-новоселье отпраздновано. — Будешь кофе? — неожиданно спросила Нацуми.       Шу усмехнулся и поцеловал девушку в макушку. — И тебе не лень сейчас вылезать из кровати? — Я, конечно, устала, благодаря одной клыкастой морде, но ради этой морды сходить на кухню мне не сложно. Будешь или нет? — Полежи со мной, не уходи, — попросил Шу. — Я очень быстро.       Девушка вынырнула из-под одеяла и тут же схватила лежащую на полу бедую рубашку Шу. Нацуми быстро застегнула несколько пуговиц и послав вампиру волшебный поцелуй испарилась за дверью.       Девушка спустилась на первый этаж и направилась на кухню. Коварный план давно был подготовлен. Нацуми села за стол. — Дженис, — звонко позвала она.       Послышался скрип и через мгновение Нацуми увидела рядом с собой горничную. На ней был все тот же костюм. " Неужели не снимала? Надеялась, что пригодится? ". Нацуми мило улыбнулась. — Вы звали меня? — угрюмо спросила служанка. — Да, сделай два экспрессо.       Горничная немного замялась. — Вообще то это не входит в круг мои обязанности.       Улыбка тут же спала с лица Нацуми, а глаза загорелись гневом. Конечно, дело было не в этом кофе, совсем нет. — Хочешь, я сужу круг твоих обязанностей до нуля?       Нацуми заметила страх в глазах девчонки и тогда ещё более грозным голосом повторила. — Два экспрессо. — На работу меня принимал Господин… — Мой муж, — перебила Нацуми, — Ты страдаешь забывчивостью. Хозяйка этого дома я, и решать, кому работать здесь, а кому нет, тоже буду я.       Нацуми мило улыбнулась, но каждая из присутствующих девушек знала, что за этой улыбкой скрывается ненависть. — Дженис, я хочу спросить тебя. — О чем? — Как думаешь, что будет с той, кто пытается соблазнить моего мужа прямо на моих глазах?       По спине Дженис пробежали мурашки. Эта ничем не примечательная девушка, на вид слабенькая и хрупкая, таила в себе огромную силу. Доказательством служил взгляд и уверенность. Горничная не знала что ответить. — Можешь не отвечать, — меж тем продолжила Нацуми, — я отвечу за тебя. Передай своему агентству, что моя семья в ваших услугах больше не нуждается.       Дженис после этих слов чуть в обморок не упала. Если именно она передаст эту новость, то её уволят совсем не по собственному желанию. Для любого агентства потерять клиента с фамилией Сакамаки было практически крахом. — Завтра, чтобы духу твоего здесь не было. — Госпожа… — Госпожа? Ты наконец вспомнила о моем статусе? До восхода солнца у тебя ещё примерно пять часов. Задерживаться здесь не советую.       Нацуми встала из-за стола и подошла к кофеварке. Теперь неприятная и надоедливая муха устранена и утром её здесь уже не будет.       Нацуми вернулась в спальню с подносом. — Тебя долго не было. — Не могла разобраться в кофеварке, — немного соврала жена.       Нацуми поставила поднос прямо в центре кровати и улеглась рядом. Шу не отрывал от неё взгляда, сейчас он смотрел на неё, улыбающуюся, и видел девушку, которая, кжется, совсем недавно стала жертвенной невестой. Он видел даже не девушку, а девочку, маленько ребенка, который все ещё не повзрослел. Он видел её искреннюю улыбку, детский нрав, доверчивость. Жизнь в особняке с шестью вампирами быстро вытащила Нацуми из детского мира. Она взрослела на глазах, но так и не потеряла своей душевной чистоты. Шу понимал, что рядом с ним лежит почти семнадцатилетняя девушка и за свою недолгую жизнь она повидала столько, сколько страшно представить. Ради себя и своей семьи она убивала. Семь. Семь человек пали от её руки. Нацуми никогда и ни с кем не говорила об этом, но только Шу знал, как она корит себя за убийства. Только он знал, как сильно она верит в Бога, и знал, что каждый день вечером возносит молитву к небу. Она всегда просит об одном и том же: О спокойствии и благополучии в семье, о упокоении душ её родителей, о прощении грехов. Кроме Бога она посылает мольбы и умершим людям. Каждый день просит прощение у семи человек, которых лишила жизни. Только Шу знал, как ей было тяжело в особняке. — Ну и долго ты смотреть на меня будешь? Пей кофе, — весело проговорила она.