Глава 4. Общий номер.
27 февраля 2018 г., 06:24
Ершов дрожащими руками перемешал карты и начал раздавать их, ему, как и остальной части вагона, было до жути интересно, что у нас тут происходит. И естественно, вскоре все узнали о сути нашего спора, девчонки, как все нормальные бабы, очень хотели увидеть Антона в одном нижнем белье, а парни — Стеллу, так что голосовать за кого-то особенного они не собирались.
Я думала, удача будет сопутствовать мне сегодня, но увы, что-то пошло не так. Как только я самонадеянно открыла свои карты, увидела ужасающую правду о моем везении в карточных играх. Точнее об его отсутствии. Все самое гавеное досталось мне, Антон увидел мои померкшие глаза и сразу все понял, какой у него херовый напарник. Он наклонился ко мне, прошептав:
— Ты будешь ходить, а я отбивать, — он показал мне свои карты. Почти все козыри!
Конечно я согласилась, тем более, что ходить мне предстояло на учителя. Игра началась быстро, никто изначально не думал о будущих ходах, мои карты покрывались, а их карты были хороши, и в самом разгаре игры, мы забрали королей, зачем терять такие карты. Наши противники с чего-то стали радостными, чувствовали видно свою победу, только потом, каким-то чудом я вышла, и предоставила играть Антону. Я лежала у него на плече, укрыв ноги одеялом, они у меня покрылись мурашками и сильно оледенели, ведь я реально испугалась, что мы проиграем. Весь вагон столпился около нас, все хотели увидеть этот самый позор, каким окутает людей, ставших лузерами благодаря Стелле. Мои глаза сосредоточено наблюдали за руками Антона, он чувствовал мою дрожь, но не поддавался ей, оставаясь таким же хладнокровным. И вот осталось одна карта у нас и две — у них. Скажу так это была ни козырка и не туз с королем. Дама, одинокая в наших руках. Буквально все зависело от тупизны Стеллы, я с Антоном переглянулись, он не подавал виду, что у нас тут все плачевно, а я просто вцепилась в его накаченную руку. Один ход и все. Стелла довольно улыбнулась, выглядела как хитрая лиса и объявила:
— Взяли, — закрыв радостно глаза, распростерла она свои руки.
У меня просто сердце сжалось, это конец, но вдруг Антон ложит нашу Дамку на Вальта, и тут до меня доходит, что они одной масти.
— Извини, дорогуша, но похоже ты просчиталась, — заявляет ей в ответку мой напарник.
— Как?!— завизжала она.
Ее побледневшее лицо говорило само за себя, такого позора у нее никогда еще не было, само возвышенность упала до нуля, а я радостно накинулась на Антона, чуть не задушила от облегчения, ребята ржали, готовые уже видеть голых проиграывших. Но мне стало жаль учителя, такого он не переживёт, или точнее школа. Так что я проявила благородство.
— Дмитрий Александрович, я снимаю с вас пожелание Стеллы, — растянулась я, такое счастье, остаться при своей одежде.
— Что?! Это не честно! Тогда я тоже этого делать не буду! — разоралась Шварчинко.
— Нет, ты будешь, сама же сказала, кто проиграет, будет ходить в нижнем белье ве~сь день. Так что вперед, -пожала я плечами, еще шире улыбаясь ей на зло.
— Тогда учитель тоже будет выполнять это условие! — продолжала привередничать она.
— Неа, он играл против меня, а я сняла с него обязательство, так что… — не успела я договорить, как Стелла чуть было не расцарапала меня. — Психичка.
— Следов, прояви благородство ко мне,
— приказным тоном обратилась она к Антону, но мне кажется, что мы все больше роднимся душами.
— С чего бы? — усмехнулся парень.
— Ну, вообще-то я девушка! — возмущалась такому поведению блондинка.
— Извини, но для меня ты никто, — уткнулся он в телефон, как бы ему было все равно.
Стелла, разгоряченная, повернулась гордо от нас, собираясь уже уходить к себе, но на последок бросила:
— Будь это наша ЛЮБИМАЯ Лина, ты бы точно отказался от спора!
И она прихватив Аллу, бросилась подальше от глаз, которые сжимались от смеха, слезы от этой истерички текли ручьями.
И все она выполнила свое же условие, чуть ли не рыдая проходя мимо нашего блока, блондинка бросала на меня злобный взгляд, приговаривьая «Я еще отомщу». Конечно, этому я не придавала значения, наверняка ничего серьезного ей в голову не придет.
На следующий день мы прибыли в Москву, учитель все время поторапливал нас, когда мы складывали последние вещи в чемоданы и надевали куртки. Честно говоря, мне не очень хотелось выходить из поезда, в нем тепло и спится хорошо. Мы по очереди входили в автобус, предварительно испачкавшись об него куртками, потом долго ржали над этим, отмывая грязь. В первый день нас катали по городу, другая школа, с который мы сговорились поехать, активно учавствовала в беседе с нашим гидом, а мы молча смотрели через стекло на улицы старой части Москвы. А все потому что мы тупые, и на вопросы гида ответить не могли. После катания по городу, нас покормили, мы, как дикие, голодные звери, накинулись на еду, объевшись, отткинулись на спинки стула. Далее мы поехали в наш отель...
Он был старый, обставлен в ненайлучшем стиле, но считался не таким плохим, как на наш взгляд. Пахло всей этой стариной, какой пахнет у бабушек в деревнях, не тех, которые рядом с городами, а там, где один лес и речка протекает рядом. Крысные ковры, уже протоптаные ногами, простирались в коридорах, в холле стояли 5-6 диванов, за которые начилась бойня у другой школы, нас, как меньшинство, не трогали, и мы тихо, мирно приземлились на ближний к администрации диванчик. Он был новый, мягкий, беленький, из кожи. Чувство было необычное, вроде как попал в современность современности, но в то же время в старые добрые времена, когда телевизор был похож на огромный ящик. Дмитрий Александрович стал регистрировать нас по номерам: первых он заселил парней, Слава, Игорь и Антон оказались в одной комнате, но учитель приказал им ждать всех наших. Лариса, Влада и Юлианна вместились тоже в одну комнату, Стелла и Алла, ничего неожиданного, скакали от счастья, держась за ручки, Ада и Дина остались вдвоем в своем номере, и тут до меня дошло, что у меня нет СОСЕДА! А селиться с этими чекнутыми из другой школы мне вовсе не хотелось.
-Может как-то можно перераспределиться? - спрашивал Дмитрий Александрович, на что ему ответили отказом.
Я с красными глазами подплываю к учителю, смотрю на него печальными, жалостливыми глазами, думаю все, конец мне, с чужими людишками спать буду! Тем более, что они вообще в другом корпусе расположились. Слезы уже вот-вот поскользят по щекам, как учитель сказал:
- Что ж, видимо мы живем вместе,- не очень то радостно произнес он.
А меня так и распирало от жуткого потрясения, мне хотелось кинуться учителю на шею и никогда не отпускать. Я и Он в одной комнате... Что может быть лучше!
***
У нас был свободный день, можно было располагаться в номерах, ходить друг к другу, рассматривать апартаменты, в общем заниматься всякой фигней. Учитель спокойно занес мои вещи в номер. Он был обставлен также, как и коридоры. Красный продырявленный в некоторых местах ковер, две кровати, старые, скрипучие, но с мягкий матрасом, телевизор КОРОБКА! Какой капец, я просто педвидела этот ящик! Шкаф, как у нас в деревне, старого образца, простенький, за одной дверцей ящики, с другой вешалки, причем только две. Ванна и туалет были совместные, тип пока один моется, другому по малому/большому не сходить. Хотя судя по тому, что защелки нет, можно так и сделать. Ничего личного, но для меня ванная комната - это личное, и никого постороннего не должно и поблизости с ней быть, когда я моюсь. Просто неприемлемо, буду надеяться на приличность учителя. - Что ж, по мне так, все вполне неплохо, - через пару минут осле обследования территории прокомментировал Дмитрий Александрович. Мы сидели неподвижно на краях своих кроватей, пялясь в одну точку. Планов на день больше не было, свободное передвижение. Ну, почти. Я уверена, что таких дикарей, как мы, выпускать в мир без присмотра ни в коем случае нельзя. Молчание было гнетущим, постепенно выводило меня из себя, но что я могла сделать, учитель 100% найдет отговорку, лишь бы быть тем "самостоятельным", каким он хотел казаться. Мне стало жарко, да и в поезде не было душа, уж очень хотелось отмыть всю эту грязь, и куртку протереть. Мгновенно я с учителем встали с кроватей, стало неловко, смущение наполнило меня, как можно было вообще так синхронно что-либо делать. - Я в душ, - заявил он, взяв полотенце, и стремительно скрылся за дверью ванной. Особо ничего не имела против, хоть что-то сказал. Пока учитель пропадал в душе, я решила переодеться, а то спарюсь такими темпами. Я достала черные шорты с белым свитшотом, на котором был рисунок кота. Шорты были короче, чем я предполагала, но ничего уже поделать не возможно, поэтому придется довольствоваться этим. Хоть бы учитель ничего такого обо мне не подумал из-за них, ну, впринципе, ничего гиперкриминального в этом не было, всяко лучше, чем потеть в куртке и джинсах. Вечером намечалась вечеринка, в общем, все пошло под откос...
