Stripper

Прошла уже неделя с тех пор, как на Чимина напали эти ублюдки. Пак более-менее успокоился, но это ужасное чувство беспомощности всё ещё не покинуло парня. Те двое не успели ему ничего сделать, ведь Чонгук подоспел вовремя, но даже несмотря на это, Чимина до сих потряхивало, потому что страшно представить, что ему могли сделать эти двое, если бы не Чон. И за это Пак был очень благодарен Чонгуку. Он посчитал Чонгука благородным и хорошим, ведь не каждый бросится защищать тебя, когда ты в опасности. Поэтому Чимин с радостью согласился помочь Чону с хвостами по учёбе, когда тот попросил его. Общаясь с Гуком, Чимин начал думать, что может он и ошибался в людях, ведь Чонгук не походил на тех богатеньких сынков, которые держат остальных людей за вещи. Чимин знал, на что могут пойти богатые мальчики, когда чего-то хотят, потому что встречался когда-то с таким, когда был ещё первокурсником. Но его роман закончился очень печально. Всё, что ему оставил его возлюбленный, так это разбитое сердце и заниженную самооценку, поэтому Пак опасался заводить отношения с такими, как его бывший парень, ведь боялся, что такое может повториться вновь. Но Чонгук казался ему другим. Чонгук был добрым, ведь только добрый человек может проявить такую заботу, как сделал это Чон в тот вечер. Он был весёлым, ведь Чимин никогда не умел нормально шутить, но Чонгук всё равно смеялся с его шуток. Да и рядом с ним просто было уютно. Здравый смысл и жизненный опыт кричали ему о том, что не стоит ему доверять, но Чимин их не слушал, ведь глаза шоколадного цвета были такими привлекательными, а немного низкий голос таким потрясающим. Кажется, он начинал влюбляться. Чимин старался отгонять от себя такие мысли, но когда он видел Чона, то понимал, что отмахиваться от них бессмысленно, потому что он действительно в него влюбился. Пак не знал, как теперь себя вести, ведь он давно не испытывал подобных чувств, но зато знал, что он не против ещё раз увидеть эти глаза, которые смотрят так завораживающе и так пленят разум. А Чонгук всё это видел. Видел и радовался в душе, ведь его план удался. Конечно его помучало чувство вины, ведь Пак пережил такой стресс из-за него, но помучало оно его не долго — час или два. Он заметил, как Пак начинал краснеть и смущаться рядом с ним, заметил, как тот смотрит на него, а потом стыдливо отводит взгляд и заметил, как тот меняется в лице, когда видит рядом с Чонгуком парней, которые смотрят на него так же влюблённо, как и сам Чимин. И это тешило его, хоть он и не добился того, чего хочет, но это лишь вопрос времени, довольно скорого времени.

***

Сегодня они снова договорились встретиться у Чонгука, чтобы Чимин объяснил ему тему по математике, которую Чонгук пропустил. Чонгук приготовил тетради и учебники заранее, чтобы сэкономить время и не искать их потом. Также он приготовил ещё кое-что, чтобы тоже сэкономить время и не искать потом. Ему уже откровенно надоело бегать за Паком, ведь никто и никогда ему не отказывал. Но этот мало того, что отказал, так ещё и голову ломай, как его уложить. Гуку казалось, что тот уже наконец-то должен согласиться с ним переспать, ведь эти сердечки в чиминовых глазах, не заметит только слепой. Поэтому Чон решил, что сегодня он точно уложит Пака, ведь его терпение и самообладание уже на исходе. Чонгук возился с глупым одеялом в спальне, когда в дверь позвонили. Бросив это одеяло на кровать, Чон пошёл открывать входную дверь. Как и ожидалось, за дверью стоял Чимин, который радостно заулыбался, когда увидел Чона. Гук пригласил его войти, параллельно выслушивая Пака, который начал болтать, как только переступил порог чоновой квартиры. Шатен пригласил его в гостинную и сел на диван, наблюдая, как Пак достает свои книжки и конспекты. — Так, сегодня я буду объяснять тебе темы «Векторы» и «Линейные операции над векторами», — произнёс Чимин, раскладывая листы с формулами и отрезками. — Звучит не очень, — констатировал Чон, смотря на профиль Пака. — Это на первый взгляд так кажется, но на самом деле темы предельно ясны, — улыбнулся Чимин. — Ну, поверю на слово, — ответил Чонгук, подвигаясь к Чимину чуть ближе. — Э…Ну, так вот, — начал Чимин, чувствуя, как колено Чона касается его бедра, — Вектор — это направленный отрезок. Записывай, — сказал он, пытаясь не смотреть на Чонгука. — Угу, — произнёс Чонгук, подвигаясь всё ближе. — Вектор обозначается буквами AB. А — начало вектора, В — его конец, — дальше вёл Чимин, пытаясь не обращать внимания на действия Чона. — Понятно, а это что за стрелки? — спросил Чон, указывая на бумагу. — Так обозначаются сонаправленные векторы, — произнёс Пак, чувствуя горячее дыхание рядом. — А, ясно. А это тогда противоположные, — сказал Гук, касаясь своей грудью плеча Пака. — Д-да, абсолютно верно, — ответил Чимин, пытаясь отодвинуться, но он не мог этого сделать из-за руки Чонгука, которая была прямо у его бедра. — Немного понятно, а дальше что? — спросил Чонгук, едва касаясь своими губами чиминового уха. — Н-ну, дальше идёт сложение векторов. Чонгук, может т-ты немного отодвинешься? — спросил блондин. — Зачем? — произнёс Чонгук, кладя руку на его бедро. — З-затем, что тебе так будет неудобно записывать то, что я сейчас б-буду диктовать, — тихо произнёс Пак, смущаясь от таких действий. — Я не думаю, что я сегодня буду что-либо записывать, — произнёс Гук. — Н-но… Но Чимин не успел сказать то, что хотел ведь Чонгук заткнул его поцелуем. Тот вжал его в спинку дивана, впиваясь в его пухлые губы. Чонгук целовал его жадно, покусывая его нижнюю губу. Чимин попытался сопротивляться, но все его попытки быстро сошли на нет, ведь он буквально таял под горячим телом Чона. Пак приобнял Чонгука за шею, неуверенно отвечая на поцелуй. Чонгук воспринял действия Пака, как согласие, поэтому оторвался от пухлых губ и произнёс: — Пойдём в спальню. Чимин легонько кивнул и Чонгук взял его на руки и понёс в свою спальню. Толкнув дверь бедром, Гук вошёл в спальню и бросил Чимина на кровать. Тот лишь замер в ожидании, смотря, как Чонгук снимает с себя футболку со штанами, демонстрируя свой накаченный пресс и грудь. Откинув ненужную сейчас одежду, Чонгук взобрался на кровать и принялся раздевать скованного Пака. Тот лишь смотрел на Чонгука, сглатывая вязкую слюну. Раздев Пака до одних трусов, Чон принялся оставлять яркие засосы на шее и ключицах Чимина. Пак лишь тяжело дышал, закусывая свою нижнюю губу и запуская свои ладони в тёмные волосы Чонгука. Чон оставлял яркие красные засосы на шее, вперемешку с укусами, постепенно спускаясь вниз к прессу, оставляя на нём размазанные поцелуи. Шатен спустился вниз к резинке трусов и оторвавшись от тела, потянулся к вещи и снял её, откидывая в сторону. Чимин покраснел от таких действий и спрятал своё лицо в подушках. Чонгук лишь хмыкнул и принялся искать смазку в складках одеяла. Найдя её, Чонгук открыл яркую баночку и комнату наполнил приятный запах лесных ягод. Вылив на ладонь прохладную жидкость и хорошо смазав пальцы, Чон услышал, как Пак тихо сказал: — Чонгук, только не спеши, пожалуйста. У меня давно никого не было. Чонгук лишь растянул губы в улыбке и вставил указательный палец в узкий проход. Пак зашипел и зажмурился от неприятных ощущений. Шатен улыбнулся, ведь ему льстило то, что Чимина давно никто не трахал и продолжал растягивать анальное отверстие одним пальцем. Когда один палец уже свободно двигался внутри, Чон добавил к нему второй и услышал, как Пак глушит свой вскрик. Он наклонился чуть ниже, чтобы поцеловать блондина, пока растягивал его. Младший снова коснулся пухлых, искусанных губ, сминая их в поцелуе. Он продолжал растягивать Чимина, каждый раз меняя угол, чтобы найти чувствительный комок нервов. Наконец-то Чон коснулся той чувствительной точки, заставляя Пака простонать в поцелуй. Он вытянул пальцы и в его руках снова оказалась баночка с лубрикантом. Смазав проход Пака и свой член, Чонгук начал медленно входить в Пака, заставляя того чуть ли не кричать. Чимин кусал свои губы, сжимал простыни в своих руках и метался под Чоном, пока тот медленно двигался в нём. Ощущения были очень неприятными, но ровно до того момента, когда Чон снова коснулся простаты. Вместе с болью пришло и фантастически приятное чувство, от которого Пак застонал. Чонгуку этот звук показался слаще любой музыки и он вновь толкнулся в Пака под этим углом, выбивая из того очередной громкий стон. Чимин метался под ним, сгорая от острых ощущений и заполненности внутри себя. Он стонал так громко, что наверное, все соседи Чона поняли, что он сегодня ночует не один. Гуку такие звуки лишь льстили, заставляя вдалбливаться в Пака сильней. Такой Чимин нравился ему до безумия. Его красные щёки, полуприкрытые глаза, взгляд которых сводил с ума и красные искусанные губы, которые жадно хватали воздух. Он вышел из Пака с характерным звуком и хрипящим голосом произнёс: — Переворачивайся. Чимин сглотнул и принялся не спеша переворачиваться на живот, но такая нерасторопность начала бесить Чонгука и он быстро и грубо перевернул Пака на живот, заставляя оттопырить свой упругий зад. Расставив ноги Пака, Гук приставил свой член ко входу и с невероятно быстрым темпом принялся вдалбливаться в тело Пака, заставляя того стонать, а ноги разъезжаться в стороны. Двигаясь, Чон оглаживал задницу Чимина, иногда сжимая подкаченные половинки в своих тёплых ладонях. Немного спускаясь руками вниз, Чон коснулся острых тазовых косточек, а затем нашёл рукой член Пака и принялся надрачивать ему в такт толчкам. Чимин извивался от этих прикосновений и срывал свой голос от громких стонов. Чонгук невероятен и это факт. Он бог, ведь только боги могут приносить такое райское наслаждение. Найдя в себе остатки сил, Пак тихо кончил с именем Чонгука на устах и упал на кровать. Чон придержал таз Пака двумя руками, продолжая остервенело вдалбливаться в ослабшее от оргазма тело. Сделав ещё несколько толчков, Чон обильно кончил прямо в Пака и выйдя из него, так же устало завалился рядом. Оба парня тяжело дышали, ведь ни один из них давно не испытывал таких ощущений. Чимин из-за того, что давно ни с кем не спал и теперь секс показался ему чем-то невероятным, а Чонгук из-за того, что давно не мог найти кого-то не с растраханным, до неприличия, задом. Чимин перевернулся на спину и застонал от неприятных ощущений, ведь наслаждения уже не было, а осталась лишь боль. — Чонгук, — тихо произнёс Пак, смотря на парня из-за полуприкрытых век. — Да, — хрипло ответил Чон. — Мне стыдно это говорить, но ты невероятен, — сказал Пак. — Я знаю, — произнёс Чонгук, поворачиваясь к Паку спиной. — Чонгук, — Пак легонько коснулся накаченной спины, — Можешь мне помочь дойти до ванной? — Сам дойдёшь, — раздраженно бросил Чонгук. Чимин ничего не ответил, а лишь сглотнул и начал часто-часто моргать из-за такого холодного поведения парня, в которого он влюбился. Он попытался встать с кровати, пытаясь не вскрикнуть от резкой боли. Сжимая свои губы и хмуря брови от боли, Чимин кое-как дошёл до душа. Он включил воду в душевой кабине, а тогда дал волю своим слезам, которые начали его душить после слов Чонгука. Конечно, на что он надеялся? Ведь Гук сразу дал ему понять, что ему нужно от Чимина. А тот? Тот дурак повёлся, думая, что Чонгук не такой, как остальные. Что он хотел? Ведь Чонгук получил своё, зачем ему теперь заботиться о нём? Чимин плакал, закрывая руками своё лицо и стараясь не двигаться, чтобы его вновь не пронзила резкая боль. Кое-как помывшись и смыв с себя свою сперму и сперму Чона, Пак вернулся в спальню, чтобы одеться и уйти домой. Потратив несколько минут на сборы, Чимин забрал свои конспекты и направился к себе домой, понимая, что снова встал на те же грабли, что и три года назад.