Сталкер

Недовольно сложив руки на груди, Чимин не сводил с Чонгука взгляд. Тот мельтешил по всей квартире, выполняя любую просьбу, что теперь Чимин лежит со всем комфортом, потягивая чай через раз. — Что ты сказал родителям, что они тебя пустили ко мне? Ты ведь альфа! — Чимин недоумевал. Со всей ситуацией в стране родители так беспечно пустили его внутрь, уйдя на работу. Целый день Чимин наедине с альфой, своим сталкером, и кто знает, чем это обернётся в итоге. — Сказал всё, как есть, — улыбается в ответ, усаживаясь на ворсистом ковре перед Чимином. Пару минут назад Чонгук пропылесосил всю квартиру, немало удивив такими радикальными мерами. Он же не собрался тут прописаться? — В смысле? Ты же не сказал, что сталкер и… — А, не! Сказал, что я твой альфа. Чимин подавился воздухом, прикрывая рот ладошкой и пытаясь осмыслить. Родители теперь не отстанут, допытываясь обо всём, а Чимин и сделать ничего не сможет, Чонгук уже ляпнул эту ложь. — Обалдел?! И как я это им объясню? — Просто, — пожимает плечами, подползая ближе и отбирая руку Чимина от лица. — Скажи, что я защищаю тебя от сталкеров. Это ведь правда. — При этом сам являешься сталкером, — вырывает руку, отпихивая от себя здоровой ногой. — Какая разница! Чонгук хватает Чиминову ногу со смешными полосатыми носками, потянув на себя. Чимин слетел с дивана прямо на колени альфы, а тот только и успел придержать больную ногу, чтобы не травмировать ещё сильнее. Аккуратно опустив на пол, Чонгук провёл от лодыжки к бедру, начиная странно улыбаться. Чимина передёрнуло. Страх начал проявляться, он ведь прекрасно осознает, кто перед ним и что способен сделать, пока он в таком состоянии. Да и если бы с ногой Чимина всё было хорошо, их разница в габаритах даёт о себе знать. Даже сейчас Чонгук нависает над ним горой, хоть лица на одном уровне. Пихаясь, Чимин не учёл, что руки альфы свободны, а он сам заключен между телом сталкера и диваном. — Только нежно! — пищит Чимин, когда Чонгук приближается к лицу, а руки оказываются перехвачены. — Ты чего это? — не понимает альфа, но расстояние не увеличил. Дыхание Чонгука настигло Чимина, а запах стремительно окутывал. — Я чего?! — продолжает вяло трепыхаться. — Изнасилуешь беспомощного меня, в моей же квартире. Чонгук замер, отводя взгляд в сторону. Теряется, не зная, что сказать и как поступить лучше. — Ты что, боишься меня? — Нет, мне нравится, что аж руки дрожат, — язвит. — Чимин-а, — Чонгук срывается на шёпот, отпуская руки и обнимая Чимина, прижимая к себе и утыкаясь в шею лицом. — Прости, я не думал, что тебя это так напугает. Я не трону тебя, обещаю. — Ты сталкер, я тебе не верю. — Я знаю, что не нравлюсь тебе, хочу только защитить. Честно. Я не посмею с тобой что-то сделать без согласия. — Поэтому сейчас сжимаешь так, что кости хрустят? Чонгук резко отстраняется, подымаясь на ноги и выходя из комнаты. Стыдится сделанного и сказанного, а ведь не полезь он к Чимину, всё не стало бы таким смущающим.

***

С каждым днём становится всё теплее, а Хосок будто расцветает во всей цветовой гамме. Тэхён застывает каждый раз, когда Чон выходит утром на учёбу, весь сияет, улыбается, в яркой одежде и своём собственном стиле. Тэхён наблюдает за этим всем великолепием и запрещает себе подходить ближе, чтобы затащить Хосока обратно в квартиру, заставить переодеться или, как минимум, застегнуть эти проклятущие верхние пуговицы. С каждым днём, казалось, вырез только больше. А ведь Тэхён как-то пережил лето, когда на Хосоке были короткие шорты и майки, почти ничего не скрывающие. Жарко, понятное дело, но зачем так открывать своё тело и трепать нервы альфе. Тэхён провожает Хосока к университету, прошмыгивая самому следом. Оставляет на время занятий в покое, но готов сорваться к нему в любую минуту. С новым рабочим графиком Хосок удачно справлялся. Тэхён внимательно следил за его состоянием и заглядывал иногда в кафешку, успешно оставаясь незамеченным. Один Юнги бросал взгляды, понимая всю ситуацию, и заодно консультируясь по поводу Сокджина, что не собирался просто так отпускать его. Неделя прошла, а тот названивает каждый день и пишет сообщения, захаживает в кафе, пиля недовольным взглядом, но заявить своё при всех не спешит. После смены Юнги всегда с Намджуном, что к нему не подступиться, но навязчивое вмешательство напрягает только устаканившуюся ситуацию. — Ты сделаешь с ним что-то? Он уже достал, — переговариваясь с Тэхёном, пока принимает заказ, Юнги старается говорить тихо, чтобы никто посторонний не услышал их разговор. — Потерпи ещё немного. Я не могу пригрозить ему, как это было с Каном, это вовсе не тот случай. — Надеюсь, что ждать недолго. У меня сдают нервы, я чуть не разбил телефон на очередном звонке от него. Кивая, Тэхён делает свой привычный заказ, а после еды уходит. Хосок возвращается необычно поздно. Домой не спешит, по всей видимости, раз идёт прогулочным шагом и вечно рассматривает округу. Когда он сворачивает в парк, Тэхён еле поспевает за ним, теперь уже намеренно сокращая расстояние. Останавливаясь возле фонтана в самом центре парка, Хосок намеренно дожидается, прислушиваясь к звукам. Когда всё затихает, а запах сталкера лёгким флёром доносится к нему, Хосок касается воды, наблюдая за разноцветными брызгами. Подсветка не особо впечатляет, но выглядит не так плохо. — Ты был здесь раньше? — спрашивает, точно зная, что сталкер стоит в паре шагов от него. — Ты ведь был здесь летом. — Это было днём, — усмехается, одновременно пугаясь полученной информации. Летом? За ним уже полгода следят, если не больше? Альфа ничего не отвечает и Хосок уже намеревается развернуться к нему, как на плечах оказывается чужая кожанка. Сосна. Хосок впервые чётко различает запах, удивлённо распахнув глаза. Он в самом деле знает этот запах. Он с ним на протяжении долгого времени, и Хосок вовсе начал думать, что это его аромат поменялся, раз сосна окружает его постоянно. — Сколько времени ты за мной уже следишь? — не удерживается от вопроса. — От кафе. — Нет, вообще. — Долго. — Конкретнее, — Хосок раздражается, постукивая ногой. — Больше двух лет. Сердце ухает в пятки, и так же стремительно возвращается обратно. Если сталкер не врёт, то это внушительное число, как для слежки. Но с другой стороны, до этого момента Хосок с ним никогда не пересекался, ему не угрожали и даже на глаза не попадались. Это так странно и интересно одновременно. Чем он так заинтересовал альфу, что он два года ходит по пятам, никак не давая о себе знать? — Зачем? — Хочу. Так себе ответ. Морща лицо, но радуясь тому, что узнал хоть что-то, Хосок запахнул куртку, продолжая путь домой. Уже возле подъезда Хосок останавливается, прислушиваясь к альфе. — Не выходи больше в такой лёгкой одежде, ещё холодно, — звучит за спиной. Сталкер близко, даже слишком. — А ты тогда зачем? — Хосок резко разворачивается, сталкиваясь со сталкером нос к носу. Застывает, заглядывая в тёмные глаза, и еле находит в себе силы снять куртку и отдать владельцу. — Ты ведь не тронешь меня? — звучит с надеждой. Хосок смелый лишь до времени, но когда у альфы кончится терпение, ему будет не сладко. Ни на минуту не стоит забывать, что перед ним сталкер, а новостные ленты пестрят ужасами, связанными с ними. — Не трону, — заверяет. Тэхён цепляется взглядом за влажные губы Хосока, проклиная фонарный столб, что освещает лицо Чона. — Как тебя зовут? — решает попробовать, раз уж сегодня сталкер легко идёт на контакт. — Ви. — Странное имя. — Какое есть. — А настоящее какое? — интересуется, не желая верить в то, что корейца могут звать Ви. — Ещё рано знать. — Я тебя даже не вижу из-за этой чёртовой маски! Покажи лицо, — требует. Хосок дёргается, когда альфа накидывает на себя кожанку, а после цепляется в его плечи, разворачивая к подъезду лицом. — Будешь себя хорошо вести, покажу. Недовольно скривившись, Хосок достал магнитку, прикладывая к домофону. Альфа проходит следом, вызывая лифт. Хосок трусливо жмётся, не зная, чего сейчас ожидать, но сталкер лишь сажает его в пустой лифт. Хосок разворачивается к двери, когда нажал на нужный этаж, и мажет взглядом по лицу альфы, не успевая рассмотреть. Дверцы лифта закрываются в самый неподходящий момент, что Хосоку только и остаётся, что обречённо выдохнуть и пихнуть стенку ногой.