Одно целое

В комнате царил полумрак, лишь свет луны пробивался сквозь тонкий тюль, заливая стены мягким серебряным светом. Обстановка в покоях была богатой: огромный потухший камин, напротив которого стоял широкий диван и кофейный столик с красивыми белыми лилиями в хрустальной вазе; возле большого окна стоял черный рояль, напротив - большая двуспальная кровать с собранным пологом, на которой лежали двое. Черный, с красными колючками на спине еж, в объятиях которого покоился синий, лежал с закрытыми глазами и наслаждался близостью партнера. Соник потянулся к Шэдоу руками, начиная гладить щеки. Нежно очерчивая контур губ, Соник почувствовал горячее дыхание черного ежа. Шэдоу нравились такие ласки: нежные,словно детские. Он перехватил руку синего ежа, задерживая ее возле своих губ даря легкий поцелуй. Ему нравилось наблюдать, как розовеют щеки его партнера от смущения. Шэдоу подтянул к себе Соника и накрыл его губы нежным поцелуем, его руки стали гладить голубую шерстку на спине партнера, опускаясь ниже. Когда пальцы черного ежа коснулись плоти спрятанной в синей шерсти, Соник издал сладкий стон, прогибаясь в спине и откидывая голову назад. Лицо Шэдоу озарила довольная улыбка, и он начал медленно водить пальцами по отвердевшему члену, а второй рукой ласкал грудь, взъерошивая светлую шерсть. У Соника от этих ласк дыхание становилось все чаще, и сердце забилось в бешеном ритме. Черный еж ловил стоны партнера, целуя необузданно и горячо. Он аккуратно опустил Соника на кровать и начал любоваться своим любовником: рот был полуоткрыт, грудь часто вздымалась верх, взгляд был затуманенным. В холодном свете луны глаза Соника отражали еще большее желание. Шэдоу больше не мог терпеть. Он опустился к отвердевшему члену партнера, и его язычок прошелся по каждой венке на плоти. Поцеловав уздечку, Шэдоу стал языком играть с головкой, на которой уже выступили капельки смазки. Соник застонал, подаваясь бедрами вперед, ему уже не терпелось перейти к действию. Заметив это, Шэдоу только улыбнулся и взял тюбик с прикроватной тумбы. Разогрев вязкую смазку меж пальцев, он стал растягивать синего ежика, на что тот сладко застонал. Черный еж видя, как его партнер извивается, стонет, сжимая простыни и умоляюще глядя на него, перешел к действию. Вытащив пальцы и подставив головку члена к входу, он начал медленно входить. Соник потерял последнее терпение и, вильнув бедрами, резко насадился на Шэдоу, который издал гортанный рык. Любовник уже тоже потерял остатки разума, и просто стал бешено вколачиваться в податливое тело партнера. Ему нравилось это, ему нравилось вызывать страстное желание Соника, ему нравилось, как он отвечает на его страсть. В этом дико быстром ритме раскрывались их желания, их голод. Здесь, скрытые от всего мира, они становились одним целым. Они любили наслаждаться друг другом, когда уже голос осип от стонов и, когда уже не хватало сил сдерживаться. Пара резких толчков и они кончают одновременно, застонав. Шэдоу ложится рядом с Соником и, обнимая его, укрывает шелковым покрывалом. Синий ежик удобно устраивается на белой шерстке на груди у Шэдоу и тихо произносит: «Любимый…», после чего засыпает. Черный еж не верит своим ушам, и лишь после осознания сказанного чуть улыбается и тихо целует его в висок… - Спи, любовь моя, я тебя не отпущу…