Ма-Як: Свет истины.

      В ресторанчике, с названием «Маяк», где я ужинал вчера, было пусто. Я прошёл и присел за стойку, заказав что-то из традиционной кухни. Меня обслуживал молодой японец, разговаривая со мной на английском языке. Уже и не стал заморачиваться с японским и просто отвечал на том же английском.       Из традиционной кухни мне предложили мисо-суп, рис с карри и зелёный чай с пирожным мотчи. Вид меня сначала испугал всего этого, но попробовав, я понял, что это чертовски вкусно. Японец предложил мне попробовать бобы набэ, но мама меня ими в детстве наказывала, так что я отказался.       — А где девушка, японка с европейской внешностью? Она ещё помогает тут по работе. — Поинтересовался я, отпивая зелёный чай. Японец сначала задумался, прекратив вытирать стол, а потом, сообразив о ком я, оживился.       — Вы, наверное, Мураками-сан имеете в виду — повёл пальцев в воздухе, — дочка нашего хозяина. Сегодня её не было, она ещё школьница, так что ходила в школу для подготовки к церемонии открытия.       — Мураками-сан. — повторил я. Теперь знаю хотя бы её фамилию. Но на самом деле она могла бы и представиться, ведь спросил я культурно, вежливо. Японец за барной стойкой рассказал мне о том, что она на первом году обучения в старшей школе, как и я. Что в этой школе она со среднего класса, и она занимается в комитете для подготовки к церемонии открытия.       В общем, вывод напрашивался сам собой. Раз она первогодка, как и я, но здесь со средней школы, то оно понятно, почему зажимали у ворот. Но вот, почему они сказали, что им не нужны проблемы, когда она лишь владелица ресторана — осталось для меня загадкой. И почему-то очень хочется её разгадать, но не так быстро.       Я поблагодарил за ужин, оплатил счёт и вышел на улицу, где сделав два шага от входа, встретил, собственно, Мураками. Она, заметив меня, тут же остановилась и смотрела в недоумении. Я уже в глазах прочитал вопрос о том, что я тут забыл.       — Обедал — кратко ответил я, запихивая руки в карманы джинс. Японка сняла с плеча сумку и просто держала в руке. — У вас восхитительная кухня, ничего личного.       — Спасибо — тихо и не очень уверено ответила девчонка. Я улыбнулся и собрался идти в сторону станции. — Мураками Рейко. Извини, что не представилась раньше.       — Всё в порядке, я не настаивал — проходя мимо неё, я лишь взглянул ей в глаза, замечая, что она низенькая для своих сверстниц. На самом деле, я хотел ответить, что знаю, как её зовут, но вот только достанется, боюсь, тому добродушному японцу. — До завтра.       — Ты придёшь завтра? — удивилась Рейко. Я остановился и обернулся, не скрывая усмешки.       — В школе. Мы в ней учимся — уточнил. Боже, она такая хорошая, когда удивляется. Но сейчас её удивление перешло в нечто, вроде осознания своей же ошибки, а после и вовсе в такую же усмешку, как у меня.       — Точно — задумчиво кивнула Мураками и добавила — До завтра!       Махнул рукой и пошёл на станцию, по пути заглядывая в канцелярские магазины — тетрадей то у меня нет. Проходя мимо стеллажей, переписывался с мамой. Ей я писал на японском, она мне на русском. Сразу видно, что мы ленивые и нам не хочется лишний раз менять раскладку. Мы с ней ну сто процентов родственники. Закончив с покупками, всё-таки направился в сторону дома, там по пути зашёл ещё в продуктовый магазин, купил немного продуктов и, уже добравшись до дома, принялся первым делом готовить ужин для Джиро. ***       — Почему бы тебе не взять бенто с собой? — поинтересовался Джиро, наблюдая за тем, как я ковырял яичницу в своей тарелке.       Мы давно проснулись, и сидели на кухне за завтраком. Джиро потягивал кофе с чашки, а я размазывал вилкой глазок по тарелке. Никогда их не любил. Глазки в яичнице.       Я вздохнул. Сегодня мой первый день в школе, а я уже скучаю по каникулам. Мои друзья из России тоже выходят на учёбу с каникул, только у них уже середина учебного года.       — День короткий, перекушу в столовой. — Я отодвинул тарелку от себя и посмотрел на дядю. Он не изменился в своём выражении лица, как был спокоен, так и остался. Мой ответ его совсем не удивил, а скорее даже он его знал изначально.       Джиро выдохнул. Устало так. Всего лишь утро, дядя, и начало учебного года тоже. Наслушаешься ты ещё, натерпишься. Боже, как же мне его жалко.       Я встал со стула и закинул тарелку в раковину, заливая несчастную глазунью водой, чтобы не присыхало.       — Пойду я — кинул через плечо и направился обуваться. Джиро пожелал удачного дня, и я вышел из дома.       На станции на меня немного косились. Ну как немного. Прямо так. Японская школьная сумка, толстовка и джинсы привлекали их внимание. Да, я в таком виде еду в школу, потому что нет школьной формы. А, ну конечно, иностранец же. Посмотрели бы эти люди в мои японские глаза, заметили бы этот азиатский вырез широко распахнутых очей. Раздражают уже.       Я не на шутку задумался о том, как буду выглядеть в школьной форме. В серых штанах, рубашке, пиджак или жакет сверху. И как будут гармонировать с их расцветкой мои рыжие волосы. То ещё зрелище.       Да и форму забрать надо у Ремико-сенсей. Радует, что встречу её сегодня. И всё-таки она хорошенькая.       Я вышел у станции и вдохнул свежего воздуха. Тесновато в вагоне было. Я пошёл по тротуару и взглядом напоролся на автобусную остановку, куда только что подъехала чёрная машина. Невольно остановился и проследил за происходящим. Дверца машины открылась и оттуда вышла она. Рейко. Она аккуратно ступила тротуара, закрыла дверь и, помахав рукой, проводила уезжающий автомобиль.       Улыбался я искренне и невольно, и продолжил улыбаться, даже когда она меня заметила. Рейко перешла дорогу и прошла мимо ворот, а я стоял и наблюдал. Ровная походка, уверенный шаг, взгляд устремлён вперёд. И всё же по моим меркам она красивая. Школьники, при виде Рейки вздыхали, а другие же просто молча сторонились её. Я до сих пор хочу понять, что же такое произошло, что к ней такое отношение.       Так же прошёл сквозь ворота и направился следом за всеми в актовый зал. Точнее спортивный, где оборудована сцена. Куда присесть я понятия не имел, потому просто стоял и наблюдал, кто что делает. Ну, а если быть честным, то плевать я хотел на эту церемонию, я искал глазами Рейко или хотя бы Ёми. Маёми я даже не видел и близко. Наверное, она отдыхает в конце аллеи. Я тоже собирался уйти туда, но только развернулся в сторону выхода, как за плечо в реальность меня вернул сильный хват.       Я его видел. Вчера. У ворот стоял. Как же его, на Т зовут. Забыл. А я запоминал?       — Хиросэ! — окликнул меня парень, я моргнул — Присаживайся на любое свободное место.       — Ага — тихо сказал я и присел на первый с краю стоящий стул. Парень протиснулся на стул рядом. Чёрт, я сюда сел с целью убежать при возможности.       — Меня зовут Акияма Такано. — а парень хорошо говорит на английском. Как на родном.       — Хиросе Артём. –Я протянул ему руку. Не знаю, уместен ли этот жест в Японии, но попытаться стоит. — Как долго будет проходить церемония?— я хотел бы уйти от сюда, но Такано душевно так сообщил, что после церемонии будут уроки, и благополучно пообещал показать распределение по классам и расписание занятий. Слышала бы мама этот мой вздох отчаяния, так с радостью бы влепила в лоб. Спасибо бабушка, что научила маму русским манерам.       Церемония прошла скучно, скучнее, чем первый звонок. Речи. Речь директора. Речь учителя. Речь президента студсовета. Речь лучшего студента. Одна болтология. Единственное что я понял — не косячить, не нарушать правил школы, и закончить её за определённый срок.       После окончания церемонии, Такано, как и обещал, показал мне распределение по классам и расписание уроков. Для него, в отличие от меня, всё было привычно. Пока мы обходили школьные коридоры, которые я практически уже знал благодаря учителю английского, Такано рассказывал о том, что он проводил тут время зимой, посещая дополнительные курсы для сдачи экзаменов. Потому школа для него не новая. В конце этой экскурсии Такано завёл меня в кабинет английского языка.       — Садись за любое свободное место — гнусавенько сказал Такано, и я бросил сумку на третью парту в центральном ряду. Медиум место, исходя из опыта американских школ. Место учителя находится по центру, значит, если сесть в ряд учительского стола в центре, то ученик просто выпадает из его поля зрения. Идеально. Хотя, если задуматься, с моей рыжей шевелюрой трудно будет не выделяться.       И кстати о том, чтобы не выделяться. Зашёл я в почти пустой кабинет. Здесь было человек шесть от силы, девочки и мальчики. А сейчас мало того, что набежали, кажись мои одноклассники, так ещё и за дверью толпа собралась. Я машинально накинул капюшон на голову и уронил голову на парту. Бесят. Если сейчас их никто не разгонит, то начну кричать русским отборным матом, даже не подумаю, что они не поймут ничего.       — Да дайте уже пройти! — прозвучал женский голос, после чего разговоры прекратились. Только я поднял голову, что бы увидеть моего спасителя, как мой спаситель села за парту по левую руку от меня.       Рейко повесила сумку на крючок, а голоса снаружи стали тише. Ученики быстро разошлись, а те, что остались в кабинете, тихо перешептывались. Правда, их было единицы, по пальцам пересчитать. Рейко сидела спокойно, и крутила механический карандаш, который достала из пенала.       Я стянул с головы капюшон, и решил достать с сумки предметы для урока английского языка. Вот кто придумал учиться в первый учебный день?       Через несколько минут прозвенел звонок и вместе с ним в кабинет зашёл Каимура. Как только наступила полнейшая тишина, он начал классный час. Представился, провёл перекличку, и попросил каждого ученика рассказать о себе в двух словах, что бы в новом классе у учеников сплотился коллектив. Когда дошло до меня, то я просто представился, без каких-либо подробностей обо мне, как делали несколько учеников до меня. Конечно, по глазам вижу, что они хотят узнать больше обо мне, но не хочу. Просто не хочу говорить.       Учитель предложил выбрать старосту класса, и предлагать кандидатуры. Я тут никого не знаю, так что снова натянул капюшон и ударился лбом об парту. Надо было сумку под голову подложить. Начался галдёж. Многие знакомы со средних школ и предлагали кандидатуры друг друга, кто-то даже с сарказмом в голосе предложил Мураками быть старостой. Но после этого, многие примолкли.       Стало любопытно, поднял голову и автоматически взглянул на Рейко. Она как сидела ровно на стуле с ручкой в руках, так и сидит. Остальные косо поглядывали и переговаривались.       — Я! — выкрикнул вдруг Такано и вскочил с места. Гробовая тишина. Такано осмотрел класс и продолжил — Я Акияма Такано буду старостой нашего класса. Кто против — прошу высказаться сразу.       А у него есть яйца. Я подпёр голову рукой и с интересом наблюдаю. Кажись, Такано что-то знает, раз уж Рейко выдохнула с облегчением. И мне становится всё интересней. Аж на месте сидеть не могу, вот честное слово.       В общем, Такано стал нашим старостой, а учитель английского языка наш классный руководитель. Нам так же сообщили, что уроки будут до обеда, что не могло меня не радовать.       После урока английского я не успел собрать учебники и тетради, как стол окружили любопытные варвары. Все хотели непременно познакомиться, узнать обо мне что-то, услышать иностранную речь. Ну, а я, конечно же, отвечал на их вопросы, попутно закидывая вещи в сумку. Уже было всё равно на порядок в этой сумке. Хотелось как можно скорее догнать Рейко и пообщаться. А после и к Ёми заглянуть, уж очень приятная компания. Я кое-как оторвался от назойливых одноклассников и в коридоре встретил Ёми.       — Ёми, привет — поприветствовал я семпая — Как раз тебя искал.       — Хиросэ — воскликнула девушка. Она подошла ко мне, сунула руки в карман пиджака и мы пошли с ней на задний двор. Пока мы шли, мы разговаривали на непринуждённые темы, иногда к нам подходили другие ученики, кто-то здоровался со мной исключительно на английском, а кто-то поздравлял Ёми с новым учебным годом.       Позже я узнал, что Ёми довольно известная в этой школе среди второго и третьего года. Прославилась тем, что её отец «культурно» отшил парня, который хотел с ней встречаться.       — И как он это сделал? — спросил я, когда мы снова прохаживались по аллее.       — Ну, старшеклассник шёл за мной до моего дома, а я об этом даже и не подозревала. В итоге, когда я уже собиралась зайти в дом, он окликнул меня. Начал разговор о том, что я ему понравилась и все дела, как в этот момент с работы приехал папа. — Вспоминая это, Ёми улыбалась, и мне становилось тепло на душе от этой улыбки, — В общем, он, недолго думая, семпая под руки взял, к воротам дома в наручники одел, и говорил сердитым таким голосом «Ещё раз рядом увижу, ночевать будешь за решёткой за домогательства!».       Ёми спародировала своего отца, а после мы засмеялись. Уж очень хорошо у неё получилось, и у меня появилось приблизительное ведение её папы. Почему-то представил японского мужика, ростом метр восемьдесят, подкачанный такой. Узкие глаза, прожигающие тебя насквозь, волосы забраны назад и полицейская форма, которая подчёркивает его мышцы. В общем, крутой мент на округе.       Да, отец Ёми действительно полицейский, который работает с экономической преступностью в стране. Говорит, довольно часто происходят всякого рода банкротства крупных компаний и наравне с этим несколько людей тут же становятся богатыми, когда другая половина безработная. И это одна из глобальных проблем страны.       — Эй, Ёми — обратился я, когда мы уже сидели на старой, побитой временем, лавочке среди деревьев сакуры. — Ты знаешь о переполохе в школе? Ну, из-за ученика.       — Ну-у-у — задумчиво протянула Миёми, — все знают, что у нас в школе появился иностранец, даже первогодки, которые первый день в школе.       — Я не о себе — я лишь усмехнулся, но взглянув на Ёми, понял, что она поняла, о ком я хочу спросить. — Рейко. Почему всё шепчутся у неё за спиной?       — Рейко, значит. Да, многие о ней наслышаны. — Ёми вытянула ноги и начала постукивать носками друг об друга, меня это насторожило — Мы считаем, что ей не место в нашей школе. Для неё подойдёт частная школа в двух кварталах отсюда. Понимаешь ли, это школа для обычных детей, из обычных семей со средней заработной платой, а Рейко тут как бельмо на глазу. Ты не подумай, — вдруг ни с того засмеялась японка, что не смогло не испугать меня, — я не отношусь к ней плохо или ещё что подобное. Я бы с ней подружилась даже, да вот только другие этого не оценят.       — Личный статус — выдохнул я, и снова японцы о своём благополучии думают.       — Нет. — Покачала головой, заодно встряхивая распушенные чёрные локоны — Не в статусе дело. Её жалко. — Я вопросительно взглянул на семпая, — Это пока её не трогают, а если с ней подружится кто, то тут же начнут задирать. И поверь, никого не спугнёт то, что подкупят учителей, что бы защищать её, или будет ходить с личной охраной. Ей просто не дадут спокойно посещать школу, а могут зайти дальше и не давать ей спокойно жить.       Я молчал. Я хотел было возразить, да и есть что ответить, но просто молчал. Ёми не поймёт, просто напросто. Да и она молчит. В воздухе даже напряжение какое-то чувствовалось, больше на неловкость похоже.       И пока мы сидели и молчали, прозвенел звонок на второй урок — урок японского языка. Так как нас не пересаживали, я решил сесть за одну парту с Рейкой и немного с ней пообщаться.