Симфония на кустовом рояле

В бою всегда побеждает спонтанность. Зубрёжка всегда проигрывает Брюс Ли

      «Сильный — возвысится, слабый — падёт», «только закалённый кровью шиноби не сломается, столкнувшись с врагом»… Лозунги, выкрики, стоны и кровь, струящаяся по клинку или тому, что вовремя под руку подвернулось.       Чтобы выжить одной силы и ума недостаточно, нужно ещё родиться в правильной семье и быть удачливым и изворотливым типом.       Но и этого может быть недостаточно.       Может найтись толпа молодых полных энтузиазма и идей придурков, у которых на одной наглости и удаче получится невозможное. Видимо такова неверная и зыбкая судьба Киригакуре но Сато.       Так когда-то было основано селение скрытое в Тумане, так оно чуть не прекратило своё существование, так оно и получило шанс на перемены и лучшее будущее. Не многие бы по нему всплакнули, а после новой мировой войны и некому было бы плакать.       «Ёб*ные самураи», — зло скалится Теруми, наблюдая за туманным рассветом.       Небо чистое, чёрно-синее, медленно переходящее в красно-желтый у горизонта. Туман — золотой завесой скрадывает всю грязь и неприглядность стремительно перековываемого новым поколением селения, превращает неприглядную действительность во что-то, ради чего хочется жить.       На самом деле стремительно ставший Мизукаге шиноби относился к самураям нейтрально, насколько это вообще возможно в селении, два из четырех Каге которого были именно самураями, сумевшими ускользнуть от чисток, что устроили шиноби во время так называемой «первой мировой войны шиноби». А историю о семи самураях, в жёстких условиях устроенных пятеркой великих стран охоты, сумевших поставить на колени только-только созданное селение шиноби — Теруми, даже любил. Но вот деление шиноби на касты и разбазаривание человеческих ресурсов — ненавидел. Как и взгляды самураев на жизнь, при смешении с ниншу породившие нечто чудовищное в своей жестокости…       Кровавый Туман.       Высшая каста — кланы, объединившиеся вокруг семи самураев, и их потомки. Средняя — дети, у которых один из родителей из высшей касты, наиболее талантливые и преданные шиноби из бесклановых. Низшая — потомки проигравших, условно считающиеся бесклановыми, но которым выше чунина никогда не стать — смазка для кунаев, как врагов, так и натаскиваемого нового поколения высшей касты. И отдельно от всего этого — Семь Мечников.       Несовершенная система, породившая гражданскую войну…       «Ёб*ные коноховцы», — добродушно хмыкает Мизукаге, свет омытого туманом солнца слепит глаза, но шиноби не собирается отводить от него своего взгляда.       Первая деревня, рождённая в союзе двух кланов, связанных кровной враждой многие и многие поколения. Селение, построенное с мечтами о мире, где детям не нужно будет умирать на полях сражений.       Там широкие улицы, много зелени, приветливые гражданские без ужаса, застывшего в глубине глаз, праздники и фестивали… В стране Огня своих шиноби не боятся. Они герои и защитники, те, кого не имеющие чакры гражданские, случись беда, будут спасать и прятать. Потому что «воля огня» работает в обе стороны.       Во время войны с Конохой Теруми был ослеплён сиянием этой мечты. Не самой Конохой, всё-таки выпустив на поле боя не нюхавших крови детей Хокаге предал мечту основателей селения. Да и от самих основателей и их союзников Узумаки фактически только память и осталась.       Память…       —… Если ты будешь так постоянно хмуриться и холодно себя вести ни одна хорошая девушка на тебя не посмотрит. Так до смерти и останешься хмурым и злым холостяком, — дуется подросток, но обида быстро сменяется широкой проказливой улыбкой, зеленоволосый хватает Теруми за щеки и начинает их тянуть в разные стороны. — У-лыб-ни-ись!..       Теруми был мелким, с девчачьим именем, хорошенькой мордашкой и ему не раз приходилось отправлять особо «умных» шиноби, которые не понимали что к нему лучше не лезть, прямиком в Чистый Мир, в худшем случае приходилось терпеть и оставлять зарубки на память. В клане он ценился, как носитель ценных генов, но погибни он и его было кем заменить, что бы там ни демонстрировал клан перед другими.       Только подавляющая сила, жестокость и изворотливость могли избавить от необходимости кого-то бояться и подчиняться кому-то — это было тем, что Теруми знал, во что он верил и что видел своими глазами… и не раз испытывал на практике.       Что такое искренняя и бескорыстная доброта он узнал на войне. От людей страны Огня и коноховцев, благодаря проваленому заданию, украденному протектору и тому, что мог сойти за потомка Узумаки.       Ворованная доброта стоила тем, у кого Теруми её украл — жизни. Но эта вещь оказалась для будущего Мизукаге тем, от чего сложно отказаться попробовав хоть раз. И не только для него.        — «Быть инструментом в чужих руках совсем не весело»… — хихикает четвертый Мизукаге и взгляд его зелёных глаз светлеет.       Сумбурные мысли и чувства наконец стихли. После той невероятной удачи с убийством Ягуры в компании всего нескольких Мечников. После многочисленных чисток, что пришлось проводить, ломая об колено прежние порядки. После разосланных другим селениям шиноби приглашений на экзамен на чунина… После всего сомневаться глупо.       Теруми вдыхает, наполняя утренним, пронизанным солнечным светом туманом лёгкие. Наполняет их до боли в ребрах и лёгкого головокружения. Задерживает дыхание. Заправляет за ухо выбившуюся из-под ленты темно-красную прядь волос. Громогласно смеётся, выдыхая, когда уже не может больше удерживать в лёгких туман. Утирает выступившие от смеха слёзы.       —… Тебе очень идёт улыбка, — мягкая и слабая рука гражданской женщины нежно гладит шиноби Кири по голове. Не только шиноби верят в Волю Огня…       Сомневаться некогда. Он Теруми Мей, убийца Ягуры, тот, кто разрушил до основания Кровавый Туман ради ослепившей его мечты о мире. Да, о том, как жить мирно, он имеет крайне слабое представление, как и другие шиноби в Киригакуре, но Сато. Но он узнает это.       — Коноха подтвердила своё участие в экзамене на звание чуунина, — докладывает появляющийся из шуншина безликий.       — Что с участниками? — заметив нервозность одного из своих вернейших последователей спрашивает Теруми.       — Список участников выяснить не удалось, система безопасности, несмотря на исчезновение клана Учиха, на уровне…       — Говори.       — По докладам информаторов… толпу детишек собираются отправить, — немного запнувшись и намного более эмоционально продолжает говорить безликий.       — Покажи, — сдвинув брови требует Каге. С одной из первых фотографий в папке переданной ему безликим на Теруми смотрит коротко стриженный зеленоволосый подросток с застывшей на лице фальшивой улыбкой. ***        — Ах ты старая обезьяна! Какого х*я ты слил информацию в Кири?! — вопит Данзо, с трудом сдерживая порыв придушить интригана одним из лифчиков его обожаемой коллекции трофеев, о которой в деревне знал только глава Корня и то потому, что один из первых трофеев по малолетству и дурости помогал добывать.       — О чем ты, друг мой? — строя из себя саму невинность спрашивает Хирузен.       «Чуть-чуть придушить, чтоб в коматозное состояние впал, вызвать Цунаде на опознание и как бы невзначай дать возможность увидеть орудие удушения. Вкус у Мито был специфический, фиуин ставила куда только можно и нельзя, так что внучка вещь бабушки узнает и извращённой макаке не поздоровится», — возникают в голове Данзо крайне кровожадные мысли.       — Не найдёшь, — уловив ход мыслей старого друга хитро щурится Хокаге.       «Перепрятал», — недовольно поджимает губы голова АНБУ Не.       — Зачем?       — Пусть не только у меня голова болит о том, как объяснить состав и возраст команд, отправляемых на экзамен. Лучшую версию я в официальном дипломатическом послании Мизукаге и напишу, — с мстительными нотками в голосе отвечает Сарутоби. ***        — Мы все собрались здесь чтобы познакомиться и немного притереться перед тем как отправиться для прохождения экзамена в Кири… — вещает Асума с крайне кислым выражением лица и куря как паравоз. Я приглядываясь к вынужденным союзникам и ему зверски завидую, самой внезапно закурить захотелось.       «Эта бледнолицая троица меня где-то на год младше, а эти… Хьюга, это вообще нормально, что в команде три Хьюги и все они разновозрастные парни? А Яманака в компании Курама и какого-то недоирьенина? Кто составлял, а главное выдвигал эти команды?! Где баланс?!..Да по боку баланс! Я… Я… Блин, я что реально единственная куноичи, что поедет в Кири?!»       У меня слегка дёргается правый глаз.