***
Жану было 5, когда отец захлопнул входную дверь с большим чемоданом. Через запотевшее окно можно было разглядеть, как он подходить к молодой девушке быстро поцеловал ее в щечку, тот улыбнулся и оба сели в машину. С того дня Хельга закрылась у себя в комнате, где частенько можно было услышать всхлипы и тяжелые рыдания. Она редко покидала свое " убежище» на протяжении всего месяца и так же никого не впускала к себе. За этот месяц, она заметно исхудала, преобразившись в скелет покрытым кожей, одежда висела на ней мертвым грузом, свисая и придавая ей форму огромного мешка, а лицо было настолько белым и истощенным, что можно было спустать с ходячим мертвецом из сериала. Маленький Жан не знал почему она плачет днями напролет, так же не мог понять, где находиться его отец и почему его так долго нету. Спустя полтора месяца вернулась родная сестра Хельги — Моника. Заметив, как сильно ухудшилось состояние сестры, та незамедлительно осталась, дабы помочь с хозяйством и морально поддержать свою сестру. Она же и пригласила доктора домой в надежде, что он поможет женщине выйти из этого состояния. Доктор лишь прописал рецепт и велел чаще общаться с Хельгой, гулять на свежем воздухе можно поехать куда-то за границу отдохнуть и развеяться. Даже выписал ей строгую диету для восстановления прежнего внешнего вида. Моника поблагодарила мужчину и закрыла за ним дверь, руки сами потянулись к ее лицу, закрывая его. Она уже поняла что именно вызвало такое поведение у ее сестры, она уже заметила пропажу вещей Каина и, диагноз поставленный доктором, не оставлял поводов усомниться в происходещем месяц назад. Каин бросил семью, он изменил своей жене и сбежал со своей любовницей. Подонок! Она никогда ему такого не простит и не подпустит опять к своей сестре. Теперь уже точно никогда. Топот маленьких ножек вывел Монику из состояния транса. — Тетя Моника, а что с мамой? Почему она не выходит из своей комнаты? Я что-то сделал не так, она злиться на меня? — мальчик начал хныкать и тереть свое лицо кулачками. — Нет, дорогой, все хорошо. Все будет хорошо.***
— Жан...Жан, ты меня слышишь, — перед глазами появился образ Эрена, который уже с волнением смотрел в глаза, сжимая плечи альфы своими тонкими пальцами. Так тепло и приятно стало на душе, что казалось бы все неудачи и детские травмы ушли далеко на второй план. Жан прижался щекой к нежной коже омеги и опалил того горячим дыханием, а спустя секунду его губы медленно коснулись великолепной кожи Эрена, такой смуглой и мягкой. — Да, все хорошо, — омега тут же залился краской, убрав руку прижимая ее к своей груди. Теперь он еще больше не понимал Жана. — Эреееен! Эреееен! Знакомый голос раздался совсем рядом с парочкой, омега повернул голову в сторону его источника. Вдали он увидел силуэт своего брата, он бежал быстро, постоянно выкрикивая его имя и осматриваясь по сторонам. Леви был явно напуган это можно было понять по выражению его лица, но почему он бежит сюда? Разве он там не развлекался с Петрой, пока Эрена душило чувство одиночества? Разве ему было не все равно в тот момент? Леви остановился в метре от своего брата и тяжело дыша смотрел то на Эрена, то на Жана. Его лицо резко сменило свое выражение на злость, когда тот осознал, а возможно и придумал у себя в голове, нынешнюю ситуацию. Видимо его охватил гнев и ярость, судя по тому, с какой силой он сжимал свои кулаки. Казалось бы что они вот вот должны лопнуть и кровь хлынет на песок, оставляя алые следы. — Жан, кусок ты дерьма, что ты тут делаешь с моим братом наедине? — Леви был настолько зол, что хотел разнести все в округе десяти метров. Он так хотел врезать этой лошадиной морде и вот уже он замахнулся для удара. Нет, постойте, в груди разразилась молния, целая буря эмоций прошлась по всему телу. Это необычная злость на тупые выходки Жана, вдобавок к агрессии подступили и другие чувства, ранее непонятные подростку. Или может он в свою очередь просто не замечал их, или же не хотел осознавать их наличие. Теперь же Леви остаточно осознал всю ироничную шутку судьбы и он принимает ее правила игры. Лето пролетело очень быстро, как и все остальные в принципе. Альфа с грустью собрал свои чемоданы и в последний раз осмотрел свою комнату. Теперь он покидает это место на целых три года, пусть он и будет скучать по привычным вещам (и Эрену), но ничего уже не изменить пора двигаться дальше к светлому будущему, а для этого ему нужно взять свой чемомад и шагнуть за порог родного дома. Он будет скучать. Однозначно. Но также он должен уехать, дабы разобраться в себе и в своих чувствах. Ему нужно это время, так же как и Эрену. В аэропорту было слишком людно, хотя оно и неудивительно учитывая факт, что многие студенты подали заявки в университеты вдали от дома. И это пространство заполнили студенты с огромными чемоданами, серьезно, некоторые решили свою комнату с собой увезти? Или это их ночлег, если в общагу не пропустят? Леви вместе с семьей сидел в ожидании своего рейса, он постоянно облизывал свои пересохшие губы и кидал короткие взгляды на Эрена. Черт возьми, он же оставляет его с Жаном, не то чтобы он претендовал на место кого — то особенного в жизни Эрена, просто он не доверяет Жану. Тонкая женская рука легла на бедро подростка и тот сразу повернул голову. — Леви, не переживай ты так. Ты же не навсегда уезжаешь, это только на три года. Я буду ждать тебя, — девушка мягко улыбнулась, глядя на своего собеседника. Это обещание казалось парню слишком уж…интимным, будто они парочка, которые расстаются на неопределенное время. Тц, нужно будет дать понять Петре, чтобы она на многое не рассчитывала, альфа уважал эту девушку и не хотел ранить ее. — Рейс № 342 отправляется через 20 минут, пожалуйста, всем пассажирам сдать свой багаж и пройти к пункту проверки документов, — монотонный голос прозвучал по всему зданию и половина людей в зале ожидания поднялась и направилась к сказанному месту. Леви тоже не был исключением и направился вслед потоку людей, а за ним вся его семья. И все же альфу преследовало странное чувство несказанного или же несделанного, это чувство сдавливало где-то в области грудной клетки, преграждая воздух и поток крови к голове. Он явно что — то упускает, но что же? Юноша начал судорожно проверять все карманы и попутно напрягая свою память, некоторые скажут, что это всего лишь волнение и навязливые мысли перед полетом. У каждого такое чувство возникает перед важным отъездом. Но нет, это не то. Леви застыл на месте, анализируя причину такого состояния и это не связано с паникой. Это скорее что-то личное, что-то настолько индивидуальное присущее только ему. — Леви, скорее опоздаешь ведь, — яркие бирюзовые глаза, которые в здании казались изумрудными, уставились на юношу и с интересом разглядывали застывшего собеседника. Все остальные ушли вперед, вслед за толпой. Повернув голову в сторону мальца, все мозаики пазла стали на свое место. То самое неведомое чувство, вдруг исчезло под пристальным взглядом изумрудных глаз. Поддавшись собственному порыву, Леви накрыл теплые губы своими. Такой невесомый и легкий жест даже поцелуем не назвать, просто соприкосновение губ. Сладкий привкус губ сводил с ума и хотелось целовать мальчишку пока воздух не покинет их легкие, сумка сползла с плеча и упала прямо на кафель. Эрен стоял и не двигался, такое происходит впервые в его жизни, он не раз видел как кто-то делает подобные вещи: на улице, по телевизору или как старшеклассники зажимались так за углом школы. Сердце колотило отчего-то очень быстро, а каждый удар отдавался в висках. Леви же понял, что от него не бегут с диким воплем, по — собственнически положил руку на худую талию. Легонько сжал, дабы не спугнуть омегу, просто показать кому он принадлежит. Нехотя, Леви оторвался от столь сладких и желанных уст, он приоткрыл глаза и внимательно изучал реакцию парня. Тот же смотрел на него с широко открытыми глазами то и дело, что тяжело дыша, а сердце уже готово было выпрыгнуть на пол и укатиться вдаль. — Эрен, дождись меня. Слышишь, я вернусь к тебе. Опять послышался монотонный голос, оповещая что идет посадка на рейс 342. Леви схватил свою сумку, быстро улыбнулся Эрену, побежал вперед по длинному коридору, оставляя мальца в диком недоумении и с румянцем на щеках.