Колыбельная для солнца

С трибун мы слышали крики болельщиков. Сегодня матч Гриффиндор против Слизерина. Мы с Поттером переглянулись и взмыли в небо. Мы встали на позиции и стали ждать, когда начнется игра. — Сегодня, комментатором игры будет Сириус Блэк, то есть неповторимый и прекрасный я, — услышала я голос Сириуса и фыркнула. Так же было что-то приглушенное, голосом Миневры: « Мистер Блэк, что вы себе позволяете?!». Но я не дослушала, так как началась игра. Я сразу перехватила квоффл и полетела к кольцам Гриффов, но путь мне преградили охотники соперников. Я быстро бросила квоффл вниз, там его поймал Флинт и перекинул его Эдриану Пьюси, который в свою очередь за закинул мяч в кольцо. Болельщики разразились криком, под едкие комментарии Блэка и тихое ворчание Миневры. Я показала Анджелине Джонсон язык и возвысилась вверх. В середине игры, когда счет был 110/90 в пользу Слизерина в моей голове стал нарастать шепот. — Черт, только не сейчас, — я вцепилась в древко метлы и продолжила играть, под нарастающий гул. Мне даже удалось захватить мяч и пролететь с ним половину поля. — Алексия Лестрейндж ведет квоффл к кольцам Гриффов, — услышала я голос Блэка, — Она уверенно идет к своей цели... И.... Что? ГАРРИ ПОТТЕР ПОЙМАЛ СНИТЧ! ВСЕ ВИДЕЛИ?! ЭТО МОЙ КРЕСТНИК И ОН ПОЙМАЛ СНИТЧ! Игра была окончена. Голоса нарастали. Как только я спустилась вниз я тут же выбежала с поля. Закрывая уши от невозможной громкости голосов, я вышла к другой части квиддичного поля и упала на колени. Голоса что-то говорили но я не могла понять, что и закричала. В тот же момент все стихло, а перед глазами стали проявляться картинки. Часы, двенадцать часов дня, минутная стрелка переходит на цифру три. Рекреация перед Большим залом, много людей. Джордж Уизли в середине. Огромная люстра падает на него. Крики и кровь. Я как будто очнулась и посмотрела на свои наручные маггловские часы. 12:03. А в моей голове лишь два голоса: «Спаси». И я не знаю, почему считала, что то что я увидела может сбыться. Я бежала к Хогвартсу, что есть мочи. 12:04. Я забегаю в рекреацию и расталкиваю людей. 12:05. Мгновенье и мы с Джорджем лежим на полу, а сзади с оглушительным грохотом падает многовековая люстра. В зале полнейшая тишина, я глубоко выдыхаю и откидываюсь на спину. Успела. «Спасибо от Фабиана и Гидеона», — раздалось у меня в голове. — Алекс, — хриплый голос Джорджа звучит оглушительно в этой тишине, — Ты спасла мне жизнь? — Типо того, — откликаюсь я. Меня бьет несдержанная дрожь. — Спасибо, — тихо отвечает Уизли. — Обращайся, — со смешком отвечаю я. В зале начинается суматоха, нас с Джорджем поднимают с пола, Фред крепко обнимает близнеца, а я стою как в вакууме. Чувствую резкую боль в ладони и смотрю на нее. По руке струится кровь, видимо поранила осколком люстры. Меня кто то дергает за рукав, отводя в сторону. — Алекс? Алекс, посмотри на меня, — слышу я как сквозь вату. Я поднимаю глаза. Это Тонкс. Она что-то говорит но я не слышу, — Алекс, откуда ты знала что люстра упадет? — Тонкс, отстаньте от нее. Сейчас у нее был выброс адреналина и она ничего не соображает, — отодвинул от меня девушку Сириус, — Я отведу Джорджа и ее в мед. Крыло на всякий случай. Меня взяли под локоть и повели в другую сторону. Рядом шатался Уизли с близнецом. Мадам Помфри обработала мне ранку на руке и обвязала ее бинтами. К Джорджу сразу же сбежалась вся семейка. Я сидела на соседней койке, поджав ноги. Со мной рядом сидели Гарри, Драко и Гермиона. — Спасибо, тебе Алексия, — сказала миссис Уизли со слезами на глазах, подходя ко мне, — Вся наша семья очень тебе благодарна. Мы твои должники и ты всегда будешь желанным гостем в нашем доме. — Я буду очень рада посетить вас, миссис Уизли, — мило улыбнулась я, — А кто такие Гидеон и Фабиан? Женщина пораженно замерла, но потом она тепло улыбнулась мне и произнесла: — Это были мои братья. Они погибли в Первой Магической войне, — сказала она а после удалилась к семье. Я закусила губу. — Все окей? — спросил у меня Хорек. — Не думаю, — произнесла я, смотря на счастливую семью Уизли и тихо завидовала. У меня никогда такой не было, да и не будет наверное. Вдруг кто-то крепко обнял меня. Этим кем-то оказался шрамоголовый. — Эй, Поттер, ты чего? — улыбнулась я и обняла его в ответ, — Это же не на меня люстра падала... — Я очень рад, что все закончилось благополучно, — вошел в мед. крыло Дамблдор и мы все посмотрели на него, — Люстра держалась на заклинании очень давнем и оно именно в тот момент утратило свою силу. Нда, вот тебе и магия, блин. Я вздохнула, а кровать прогнулась под весом Сириуса. — Так откуда ты знала, что люстра упадет?'— спросил он. — У меня... эм... ну... хорошо развита интуиция, — соврала я. Блэк хотел что-то, сказать но его перебил Дамблдор. — И это прекрасно, — сказала старик, — Что ж, вы с Джорджем и Фредом освобождены от занятий на три дня. Можете посетить свои семьи на это время. Фред и Джордж радостно заверещали в этот момент, а вот я не очень. Ехать к алкашу Рабастану? Ага, прям мечта всей моей жизни. Но не отказываться же от возможности прогулять школу. Вот так я и оказалась в Лестрейндж-мэноре. Это огромное здание, выполненное в готическом стиле. В основном все было черным и серым. Так же и моя комната, в которой я успешно скрылась от Рабастана и его новой пассии. Поздно ночью я гуляла по особняку. Он казался мне мрачным и загадочным. По всему поместью были раскиданы проклятые вещи. Впрочем, они и сейчас тут лежат. Рабастан никогда не убирал их, даже когда я маленькая приехала сюда. Возможно, надеялся от меня избавиться? Я не знаю. Скорее всего. Я зашла в комнату. Это было сердце особняка, именно здесь хранилась семейная книга Лестрейнджей. Тут было записано древо. Магические связи обозначались золотыми линиями, кровные — красными. Если и то, и то — красные и золотые линии переплетались. Из интереса я заглянула в книгу. Так вот, мама Беллатрикс Блэк и папа Рудольфус Лестрейндж. И... я. Вот только, почему то, к отцу вилась одна золотая ниточка, в то время как к маме красные и золотые. И дата моего рождения была 30 июля 1980 года, а не как я привыкла считать 12 июля 1980 года. Что, черт возьми, это значит?! Я связана с отцом только магически? Тогда кто мой кровный отец? Почему меня приняли в чужой род? — Ты должна узнать кто ты такая, — раздался холодный голос за спиной. Я резко развернулась. Около стены стоял Регулус Блэк. Вот только сейчас выглядел он неважно. Огромные круги под глазами, неестественно белая кожа, проступающие вены на шее и руках. — Почему ты общаешься со мной? — спросила я, спело шагая вперед. Блэк лишь улыбнулся уголком губ. — Узнай кто ты на самом деле... Тогда ты все поймешь, — сказал Регулус, а в глазах у него появилась неповторимая грусть. Он испарился так же незаметно как и пришел. Мне точно нужно зайти в комнату Регулуса Блэка. Там я найду ответы и это я знаю точно, как никогда.