Колыбельная для солнца

Умирать наверное больно. Но я не знаю каково это. Все мы когда-нибудь умрем и это нельзя остановить. Возможно мне не стоит об этом задумываться, но... Как не задумываться об этом, если ты вестник смерти? Шок прошел через два часа. Вот тогда то и началась моя истерика. Внутри бился панический ужас чего-то неизвестного... Меня сильно трясло, глаза застилали слезы, а на всех кто пытался ко мне притронуться я кричала. Это ощущение я никогда не забуду. Первая паническая атака. Воздуха не хватало, слёзы мешали видеть и мерещились смутные образы. Я пыталась кричать, но спасительный кислород быстро заканчивался и я слышала лишь свои же сдавленные хрипы. Это продолжалось до тех пор пока кто то не прижал меня к себе, а в рот не полилась вязкая жидкость. Сначала я попробовала ее выплюнуть, так как мне казалось что это была Лия, но мне не дали этого сделать. Через несколько минут паническая атака стала слабеть. Постепенно дыхание приходило в норму и я поняла что сижу на коленях у Сириуса. Он прижимает меня к себе, теребит волосы и шепчет что-то успокаивающее на ухо. — Сириус..., — тихо шепчу я, а его руки на секунду напрягаются, а потом опять расслабились. Я чувствую ласковый поцелуй в лоб. — Я тут, — тихо говорит мужчина хриплым голосом, — Я рядом. Я просидела в колыбели рук Блэка еще полчаса в полном молчании. Вскоре после моей истерики Блэк ушел, но пришли Драко, Гермиона и Гарри. Поттер поведал мне, что не уроке слышал какой то голос, шепчущий ему об убийствах. Я сказал, что нужно поменьше читать фантастики, а Гермиона посоветовла никому кроме нас об этом не говорить. Спустя несколько часов ребята ушли, оставив меня наедине с собой и своими мыслями. Их было слишком много и казалось, что они просто переполняют мою бедную головушку, поэтому я решила что лучшее, что могу сейчас сделать — это спать. Сон это всегда хорошо. Я проснулась в два часа ночи от кошмара. Больничное крыло было погружено во мрак. Лунный свет слабо освещал помещение, сквозь огромные окна, но вскоре мой взгляд привык и я начала различать предметы. Вдруг около моей кровати появился Регулус и виновато посмотрел на меня. — Я не думал, что она способна навредить тебе..., — произнес он, запустив руку в свои черные волосы, — Я... Прости. Это наша последняя встреча. Это ради твоей же безопасности. Я люблю тебя, родная. И он испарился. Я пыталась звать его, тихо плакала, но он не приходил. Он ушел. Навсегда. Вот так быстро, сумбурно. Прости и пока. Внутри как будто оборвалась какая то нить. Хотелось закричать. И закричать не как человек. А как банши, вымещая все отчаяние на других. Я с силой закусила губу и посмотрела невидящим взглядом вперед. Так, Блэк, остынь. Он не просто так это сделал. Была причина. Он сказал «она...», значит отец знал что душа Хранителя на самом деле маленькая девочка. И если он ушел... Его мучила вина. Из этого можно сделать вывод, что Регулус чем то провинился перед Лией. А если вспомнить... Вспомнить то что она говорила мне, когда топила. " Лия продолжала говорить: « Мне холодно. Они утопили меня. Спаси.» " Они. Значит это было несколько человек. А еще я поняла, что Ремус рассказал мне не все о Хранителях и где-то нагло соврал. Как только выйду из больничного крыла, то сразу беру Поттера, мантию невидимку и тащу в Запретную секцию. Я узнаю правду, чего бы мне это не стоило. Я повернула голову в сторону. На соседней кровати самозабвенно храпел павлин-Локонс. Я фыркнула и положила подушку на голову, стараясь приглушить этот адский звук. Святой Мерлин, я скоро придушу его этой же подушкой. Ночка выдалась та еще. Локонс храпел, сон не шел, а под утро вообще стало тошнить от травянистого запаха зелий, которые стояли на тумбочке. Хотя они же были закрыты. Пофиг, это же лечебница. Вообще, с каких пор запахи стали такие резкие? Я благополучно сбежала из больничного крыла, когда вонь стала просто невыносимой. В конце концов я пришла к мальчикам в спальню, когда те еще спали и завалилась на соседнюю кровать. В нос мне ударил запах шоколада, но это я благополучно проигнорировала. Просыпаться не хотелось. Тем более просыпаться, когда тебя будит Гарри-задери-тебя-дементор-Поттер. — Алекс, что ты здесь делаешь?! — услышала я его возмущенный голос. Со злости я швырнула в шрамоголового подушку и задернула полог. Пофиг на все, спать. Я хочу спать. А Локонса потом прокляну, похуже павлина будет. Вместе с Поттером. Будут на пару ходить проклятые. Хотя этот придурок и так вроде бы проклят. Аааа, спать. За пологом кто-то недовольно ворчал и послышался шорох одежды. Ну это хотя бы не храп того павлина из больничного крыла. — Доброе утро, Поттер! — когда я начала засыпать по ушам ударило громкое приветствие Малфоя. Твою мать, скотина. Убью. — Малфой, заткнись и одевайся молча! — раздраженно крикнула я ему. За пологом тихо фыркнули. — Вообще то это наша комната, — отозвался братец. — Не заткнешься — превращу в Хорька. Я узнала как это делать на каникулах, так что не испытывай мое терпение, — входная дверь с легким стуком закрылась и в комнате наконец настала тишина. Я быстро провалилась в сон, накрываясь одеялом, почти с головой.