Колыбельная для солнца

Прозвучал колокол, возвещая о конце урока. Я быстро собралась и собиралась уже свалить и рассказать ребятам о том, что увидела, но… — Мисс Блэк, будьте так добры, задержитесь, — прозвучал голос Сириуса и я вздохнула. Чего ему от меня надо? Ах да, он же герой, который жертвует собой, общаясь со мной. Какой самоотверженный поступок. — Да, профессор? — холодно спросила я, стараясь не встречаться с Блэком взглядом. Тот казалось чуть чуть офигел, от моего обращения. — Алекс, ты чего? — Бродяга выглядел растерянным. Даже очень. Думаю, планы меняются. Мне плевать как они посадят Рабастана, но это будет точно без моей помощи. — Во сколько мне приходить на отработку, профессор? — выделила я два последних слова. Сириус сейчас казался каким-то потерянным, даже Поттер разинул рот. — После обеда, — тихо сказал Сириус. Я развернулась и вышла из кабинета, так и не попрощавшись. Ему плевать на меня, это всего лишь спектакль. Скоро у него родится сын от Марлин или как там ее… А я лишь способ добраться до очередного Пожирателя Смерти. — Ты как? — спросил Драко, поймав меня в коридоре. Я запрыгнула на подоконник, поджав ноги. — Нормально, — фальшиво улыбнулась я. Нормально? Серьезно, Алекс? То что внутри все так болит, ты называешь нормальным? — Так из-за чего тебя поймал Филч? Выглядел он взбешенным, — с интересом посмотрела на меня Гермиона. Я рассказала им про голос и про надпись с кошкой Филча. Так же я рассказала о том, что пропала Джинни Уизли. — Я же говорил! — вкрикнул Поттер, на что я лишь демонстративно закатила глаза. Тоже мне, блин, предсказатель. Пока мы думали, что делать дальше, мы прошли на Историю Магии. Боже, опять слушать занудные речи Бинса, так я и повеситься могу. — Профессор Бинс, — вдруг поднимает руку Гермиона по середине урока. Я с интересом смотрю на нее. — Да, мисс Грейнджер, — немного неохотно ответил старик. На его нудной лекции Международной конвенции волшебников 1286 года хотелось просто сдохнуть. Старик умудрялся не только сделать предмет еще более нудным, своим брюзжанием, он отбивал всякую тягу к знаниям. Казалось его лекции слушает только Гермиона. — Расскажите нам про Тайную комнату, — вдруг попросила Грейнджер. Так, а вот теперь можно и проснуться. Это уже поинтересней будет. Профессор Бинс что-то проворчал и с неохотой стал просвещать нас в эту легенду. Звучала эта легенда, как-то так: Салазар Слизерин — родоначальник факультета Слизерин, всегда был за то, чтобы в школе учились только чистокровные волшебники, но другие маги с ним не согласились. В конце концов Салазар ушёл, но, по легенде, оставил в Хогвартсе комнату, которую однажды должен открыть его наследник и избавиться от магглорожденных в школе. Легенда гласит, что в этой комнате находится чудовище, которым может управлять только наследник Слизерина. — И вообще. Тайной комнаты не существует, — заявляет старик, — Мой предмет — история волшебства. Я, мисс Грейнджер, имею дело с фактами, а не с мифами и легендами. После чего вновь начал уныло вести лекцию. Я лишь со стоном опустилась на парту. Паршивый денек. Рука болит, к Блэку на отработку надо идти, да и погода за окном какая-то мерзкая. Поттер толкнул меня в бок, когда урок закончился, потому что я его благополучно проспала. Рон Уизли как-то презрительно глянул на меня и зашептался с другими гриффиндурками. Дальше были еще несколько уроков, на которых особенно ничего и не случилось. Мы с ребятами пошли на обед, разговаривая о Тайной комнате. На меня опять странно косились гриффиндорцы младших курсов, только Фред и Джордж приветливо улыбались. Я улыбнулась им в ответ. — Алекс, у нас тренировка будет, после твоей отработки, — оповестил меня и брата Поттер. И когда только успел узнать, — В конце следующей недели матч с Гриффами… — Кстати о этих придурках, никто не в курсах, чего это Уизли и Донован на меня так пялятся, — кинула я взгляд на компашку за столом красного факультета, — Я думала на Истории Магии они хотят испепелить меня взглядами. — Не заморачивайся, сестрица, — махнул рукой Драко, проведя рукой по своим прилизанным волосам, — Мало ли эти гриффиндурки чего-то себе надумали? Хотя мозг то у них отсутствует. На такое заявления я позволила себе улыбку, а Гермиона фыркнула. Она, кстати, напомнила мне о отработке и о том, что Блэк не спускает с меня глаз с самого начала обеда. Я хмыкнула и встала из-за стола, закидывая сумку на плечо. Быстро попрощавшись с друзьями и пообещав Поттеру и Малфою встретиться на тренировке, я умчалась к кабинету по самообороне. — Алекс? Проходи, — приветливо улыбнулся мне Сириус, на что я смерила его холодным взглядом и зашла в кабинет. Дверь с небольшим хлопком захлопнулась за моей спиной. Джеймса в кабинете не наблюдалось, а у этого не хватило ни на что больше фантазии как сказать сделать мне сейчас домашку. Когда последний на сегодня предмет был выполнен, я собрала пергаменты и свитки в сумку, кинув взгляд на часы. До тренировки тридцать минут, так что я успею закинуть сумку в комнату и чего-нибудь перекусить. — Алекс, что происходит? — из раздумий меня вывел голос Блэка. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Тебе то что? — я поджала губы, отводя взгляд в сторону и закидывая сумку на плечо. — Как что… ты же моя племянница… Я думал… — начал Блэк, когда я довольно грубо его перебила. — Я тоже думала. Думала что могу доверять тебе. Но видимо нет. Вали к своему сыну и Марлин во Францию и сажай Рабастана, но без меня и моей помощи, ясно?! — я круто развернулась и поспешила к выходу из кабинета. Сириус преодолел расстояние между нами и развернул меня к себе лицом, дернув за запястье. Сволочи, неужели нельзя взяться хотя бы за другое, а?! — Отвали от меня! Я ненавижу тебя, слышишь, ненавижу! — крикнула я, понимая что глаза уже начинают увлажняться и еще немного, и по щекам прольются непрошеные слезы. Я выбежала из кабинета, так и не узнав что сердце Блэка сейчас разбивается, а по его щекам, впервые за много лет, бегут слезы. Я привела себя в порядок и пошла на тренировку в ужасном настроении. Ухудшал еще и тот факт, что я не могу поговорить со своим отцом. Я уверена, он бы меня поддержал. Флинт казалось сошёл с ума. Он гонял нас по полю, как будто мы бессмертные. Мышцы жалостливо ныли, а на ужин я тащилась через силу. Рядом так же тащились Хорек и шрамоголовый. И если последний делал это молча, за что я ему была благодарна, то мой братец возмущался и жаловался без умолку. А Грейнджер его жалела, на что я закатила глаза и фыркнула, успев заметить что Блэка за учительским столом нет. Тогда я подумала, что он докладывает о том, что потерял мое доверие, но кто ж знал, что сейчас он надрался в маггловском кабаке и плачет над могилой моего отца.