После "Инженера"

Было за полночь. Яков Платонович Штольман все еще сидел в своем кабинете. На столе стояли графин и рюмка с коньяком, в руках были карты - так легче думалось... о текущем деле... потому что думать о другом причиняло ему боль. Невыносимую боль. Он сглотнул комок в горле, ослабил галстук и даже расстегнул пару пуговиц на рубашке. Повесил сюртук на спинку стула. В коридоре послышались шаги. Кого там опять принесла нелегкая? Хорошо бы не по его душу... Но шаги приближались, и дверь открылась без стука. В кабинет вошла Анна Викторовна. Он встал из-за стола. - Анна Викторовна? Не ожидал Вас увидеть. Что-то случилось? На дворе ночь уже... Анна забыла, зачем пришла. Она завороженно смотрела на Штольмана - таким она видела его впервые. В расстегнутой рубашке, с приспущенным галстуком... Он выглядел не официально, не как на службе, а как-то по-домашнему... Как ЕЕ Штольман... В ее голове словно что-то перемкнуло. - А что, если я пришла к Вам как к мужчине? - с вызовом сказала она. - Когда же мне прийти, как не ночью? Внутри у Штольмана все оборвалось, как будто его ударили под дых. Колода, которую он до сих пор держал в руках, рассыпалась по всему кабинету. - Я - молодая женщина, что странного, что я пришла к Вам как мужчине? Такое, знаете, бывает... Вам ли этого не знать, Яков Платоныч? Штольман не понимал, что происходит. Зачем Анна затеяла эту игру? Он не верил, что она могла вот так прийти к нему и открыто предлагать себя... и думать, что он на это согласится... Тут что-то другое... Наказать хочет его, унизить? Или провоцирует, чтоб проверить, действительно ли он такой ловелас, как о нем ходят слухи? Или она именно таким его и видит? Пусть его и считали волокитой, но у него были свои моральные принципы относительно женского пола. Одним из них было не трогать девиц. Даже если они сами вешались на шею. - Анна Викторовна, Вы меня оскорбить хотите? Вы меня на самом деле считаете подлецом? Что я мог бы воспользоваться ситуацией, даже если бы посчитал, что Вы действительно пришли ко мне как к мужчине? Хорошего же Вы обо мне мнения! - А Вы, ВЫ какого мнения обо мне?? Разве не такого?? - боль от обиды вырвалась из ее груди. - Если я могла прийти к Буссе, почему мне не прийти к Вам?? Что в этом такого? Дело молодое... Штольман понял, что у Анны началась истерика. Он не мог позволить, чтоб это продолжалось. Он должен успокоить ее, утешить... Он инстинктивно обнял Анну и стал гладить по голове. - Анна Викторовна, Аня, успокойтесь. Я никогда про Вас так не думал. Никогда. Простите меня. Меньше всего я хотел Вас обидеть. Не знаю, что на меня тогда нашло. Помешательство какое-то, - он крепче прижал Анну к себе. И только тут до него дошло, что Анна в его объятьях. Не в мечтах. Наяву. И они наедине... Она сказала, что пришла к нему как к мужчине... Теперь он понимал, что это не только вызов или бравада. Что за этим скрывалось и то, о чем она никогда не смогла бы сказать ему открыто другим способом. От одной этой мысли его бросило в жар... Сейчас она с ним, так близко, казалось бы, такая доступная, но на самом деле такая недосягаемая... Как ему хотелось проявить хотя бы немного больше нежности по отношению к ней, но он опасался, что стоит только начать, и ему уже будет трудно остановиться... А она ведь даже не понимала, куда могут завести самые невинные ласки... Но он-то понимал это слишком хорошо... Понимал, но не мог просто так отпустить ее от себя. Это было выше его сил. Если только короткий поцелуй? Ведь она ждала от него хоть чего-то как от мужчины... Он поцеловал ее в щеку, а когда она повернула к нему голову, его губы встретились с ее. Он целовал ее нежно, едва касаясь губ... Но даже это было уже на грани потери рассудка... Он не мог рисковать и снова крепко обнял ее. - Ну что, Анна Викторовна, успокоились? Давайте забудем о недоразумениях. На самом-то деле Вы зачем приходили? - Я не помню, - сказала Анна, все еще млея в объятьях Штольмана.