Сектор "Любовь" на барабане

Миновала осень, а затем и зима. Я постепенно поправлялась, хотя выздоровление моё затянулось из-за стресса. Я отказывалась от пищи, не желала вставать с постели, совсем забросила себя. Лишь машинально вслушивалась в рокот постоянно работающего телевизора... Даже айфон я больше не включала - видеть сообщения от родных и близких было невыносимо, мне хотелось одного: чтобы меня все оставили в покое. По вечерам по Первому каналу показывали "Поле Чудес". В такие минуты меня охватывала бессильная ярость, я стискивала подушку и закрывалась в неё лицом, стараясь не закричать. Голос бывшего возлюбленного, доносившийся из динамиков, резал меня будто нож... "Если бы миллионы телезрителей, взирающих на тебя с восхищением, - думала я, - знали, какой ты на самом деле ничтожный трус!!" Настало 14 февраля, День всех влюблённых. По этому случаю больницу украсили гирляндами из сердечек, в окнах и нишах расставили букеты из сухих цветов нежно-розового цвета. Нянечки сновали туда-сюда с передачами - пачками открыток, корзинами роз, коробками шоколадных конфет. Богатые пациенты признавались в любви очаровательным медсестрам. За окнами пели птицы, сияло солнце, ветви деревьев, несмотря на зимнюю пору, покрылись огромными белоснежными бутонами, источавшими головокружительный аромат. Только для меня все это было как нож в сердце. "Решено!", - трагически подумала я, поднимаясь с постели (я уже могла ходить). Я знала, где хранятся сильнодействующие лекарства и кто их распределяет... сегодня на дежурстве была красавица-блондинка Анисья, но я знала, что сейчас ей не до контроля за препаратами - утром ей сделал предложение один из наших пациентов, иранский шах. Я заглянула в кабинет - и верно, пусто. Анисья, должно быть, воркует с новоиспеченным женихом. Ключ от шкафа был вставлен в замочную скважину. Я без труда нашла отделение со снотворным... набрала воды из Анисьиного электрочайника в её же розовую в горошек чашку... и растворила в ней разом десять пакетиков... Густая, горькая жидкость ожгла мне горло. Кабинет закачался передо мной, потолок накренился, я упала на кафельный пол, ударившись затылком - почувствовала толчок, но боли не было. Все кружилось, уносилось куда-то... прежде чем лишиться чувств, я услышала голос, доносящийся будто из-под земли: "Лоханкина, вам передача!"