Идеальный секретарь

Сай был озадачен, но возражать или вытурить Саске из квартиры даже не попытался. Он просто собрался и действительно ушел, оставив на столе ключи. Учиха не спеша с аппетитом позавтракал, сварил себе еще кофе и заново облазил всю квартиру. Что он хотел обнаружить, Саске и сам не знал. Но главное, что он не обнаружил, так это присутствия в жизни секретаря хоть какого-то близкого человека. Очевидно, в данный момент Сай был один, а если и существовал у него кто-то в прошлом, эту связь он разорвал так, что никаких напоминаний о ней не оставил. Последнее, до чего добрались рученки Саске, был ноутбук. Он открыл его и без особой надежды ввел пароль “1 2 3”, и неожиданно для себя угадал. - Вот лох! – фыркнул Учиха. Впрочем, содержание ноута тоже оказалось раздражающе безликим и неинтересным. Даже смотрел по вечерам Сай, судя по истории браузера, не порнушку, а какой-то боевик из недавно вышедших. Скучно. Саске посчитал бы Сая еще одной ничем не примечательной серой личностью, если бы точно не знал, что это не так. Сай был как китайская шкатулка: ты точно знаешь, что сюрприз есть, но не знаешь какой. Крутишь в руках коробочку, а как добраться до содержимого не понимаешь. На ноутбуке была еще личная почта, но войти в нее с налета, как это вышло с ноутом, не получилось. Это вряд ли означало, что пароль сложный, скорее всего Саске просто не повезло. Тогда он открыл свою почту и написал Саю сообщение на рабочую: “Я взломал твой ноут.” В ответ пришло лаконичное: “Поздравляю”. Настроение у Саске было не просто хорошим, оно было каким-то легким, и все проблемы, которые беспокоили его накануне, казались сущим пустяком. “Пароль от своей почты не подскажешь? А то мне подбирать лень”, - написал он, развлекаясь. И получил укоризненное: “Босс, вас здесь все потеряли. Включите телефон.” “Телефон! Точно!” – Саске умудрился забыть о телефоне, с которым как любой современный человек не расставался ни на минуту. А вчера выключил, чтоб не мешал, и так о нем и не вспомнил. Учиха поспешно включил мобильник. Там действительно оказался с десяток не отвеченных вызовов. Пришлось срочно включаться в работу и разруливать вопросы, которые сотрудники не могли или не хотели решать без своего шефа. Последним пришло сообщение от Сая, где он методично перечислил все запланированные на текущий день дела и встречи. То, что он никому не сказал, что знает, где находится Учиха, подтверждало уверенность Саске, что секретарь и дальше будет молчать. “Не понимаю, как художник может быть таким занудой”, - написал ему Саске. – “Творческие люди такими не бывают“. “Вы знаете много художников, босс?” “К твоему сведению, я не невежа и разбираюсь в искусстве.” “Я спрашивал про личное знакомство” “Зануда. Не вериться, что это твои картины.” “И какая вам больше понравилась?” Хорошее настроение требовало выхода, и Саске пришла в голову мысль пошутить. Он пошел в ванную и все-таки отодрал зеркало от стены. Следы вчерашних экспериментов действительно выглядели весьма живописно, как Сай и обещал. Но это зрелище не пугало, а странным образом притягивало, и Саске несколько минут рассматривал свой зад в зеркале, потом сделал фотографию и послал ее Саю. Когда Учиха появился в офисе, секретарь разговаривал по стационарному телефону, прижимая трубку к уху плечом, и одновременно что-то быстро набирал на клавиатуре, но не забыл как обычно встать и почтительно поклониться. Кроме него в приемной находился Суйгецу, поприветствовавший начальство радостным восклицанием, которое Саске проигнорировал, потому что зацепился взглядом за мобильник, который Суй держал в руках. Как выглядит телефон Суя Саске хорошо знал, и это был не он. Так как в приемной было только два человека, Саске логично предположил, что это телефон секретаря, и его прошиб холодный пот. - Ты что делаешь?! - Фотки смотрю, - озадачился Суйгецу, проследив направление его взгляда. – Сай меня вчера с девочками из архива щелкнул. - А переслать он тебе их не мог? - Ты что! А если Карин увидит? А что случилось-то? - Ничего, - Саске отобрал у Суя телефон и поманил его в свой кабинет. – Ничего, - повторил он всмотревшись в безмятежное лицо приятеля. – Просто подумал, что ты опять к моему секретарю подкатываешь, вместо того, чтобы работать. - Ты все-таки ревнуешь, - расплылся в лыбе Суй. – А сам сегодня на работу забил, все утро тебя найти не могли. - В этом и есть преимущество начальства, - Саске убедился, что его переписка осталась незамеченной и успокоился. – А ты работай-работай. Нечего у меня в приемной прохлаждаться. - Проспал что ли? Девочка горячая попалась? – подмигнул ему Суй. – Жаркая ночка выдалась? - Не то слово, - хмыкнул Учиха. Как только Суйгецу ушел, Саске вызвал в кабинет Сая. - Ты думаешь, что делаешь? – напустился он на секретаря, едва тот переступил порог кабинета. – Подставить меня хочешь? А если бы Суй увидел нашу переписку? Сай остался совершенно спокоен. - Я никогда не оставляю компромата. Саске схватил лежащий на столе телефон Сая. Их переписка заканчивалась сообщением о запланированных делах. Присланной им фотки тоже нигде не было. - Предусмотрительно, - похвалил Саске, соображая, что сам он повел себя слишком легкомысленно. – Значит, компромата не оставляешь? – он прищурился. – Теперь я понимаю, почему не нашел у тебя своих портретов. - У вас мания величия, босс, - Сай твердо посмотрел ему в глаза. - Не хами начальству, - Саске вернул ему телефон. – Запомни: эксперимент закончен. И теперь нас связывают… - … сугубо деловые отношения, - закончил Сай, протягивая корреспонденцию. Позитивного заряда Саске хватило почти на неделю. Убеждение, что его странные отношения с Саем, которые он не мог назвать ни дружбой ни увлечением, закончены продержалось несколько дольше. Сначала пришли сны. Смутные, оставляющие после себя сбитую постель, сумбур в голове и мучительный стояк. Что конкретно ему снилось, Учиха как не старался, вспомнить не мог, но после этих снов он ощущал неясную тянущую неудовлетворенность из разряда “чего-то хочется, а кого не знаю”, которая скручивалась узлом внутри живота и щемила в груди. Настроение стало скакать как у нервной девицы с пмс. Саске попытался бороться с этим состоянием сначала загулами, а когда не помогло, с головой уйдя в работу, пока однажды не поймал себя на том, что залип на Сая. Секретарь в этот момент раскладывал перед ним документы и что-то комментировал, а Учиха вдруг понял, что уже несколько минут слушает голос, но не разбирает слов. Как загипнотизированный, он уставился на мелькающие перед ним руки и “поплыл”. Заныло не только в груди, но и внизу живота. - Что-то мне не хорошо. Душно здесь. Саске резко встал и вышел. В туалете он долго плескал на лицо холодной водой. - Этого просто не может быть, - сказал Саске своему отражению в зеркале. Игнорировать проблему Саске не стал, он попытался в ней разобраться и для начала посмотрел гей-порнушку. Лижущиеся и трахающиеся на экране парни отвращения не вызвали, но и желания присоединиться тоже. Получается, такая реакция у него только на Сая? Саске представил своего секретаря – в одежде, без одежды и даже в виде стройной полногрудой девицы. Нет, Сай не казался ему особо сексуально привлекательным, Учихе по-прежнему предпочитал пухленьких блондинок. Тогда Саске попытался вызвать в памяти момент, когда он прижимал к себе Сая в коридоре отеля, представил как он касается своими губами его губ. Никакой реакции. - Ну и что это такое? – спросил Саске свое подсознание. Подсознание сделало вид, что не понимает, о чем это он. А может, это сам Учиха не желал понимать его намеков. Так и не разобравшись в себе Саске напился. А так как в одиночку пьют только алкоголики, он позвал в компанию легкого на подъем Наруто, и отправился с ним в турне по барам. Когда они дошли до состояния, когда земля еще не раскачивается, но море уже по колено, в одном из баров они повздорили с такой же тепленькой компанией. Как обычно бывает, конфликт возник из-за какой-то ерунды, Саске потом и вспомнить не смог из-за чего. Стороны обменялись “любезностями”, в ходе которых один из оппонентов высказал сомнение в традиционности их с Наруто ориентации. Не размениваясь на слова, Саске тут же попытался дать наглецу в рыло, но у того оказалась отменная реакция. Или он просто был более трезвым, но ему удалось скрутить Саске и заломить ему руку за спину. Учиха попытался вырваться, но добился только того, что его грубо ткнули лицом в стол. Саске заелозил, стараясь вывернуться из-под прижимающих его рук и понял, что вопреки всякой логики возбуждается. От этих самых бесцеремонных рук, от собственной беспомощности, от неудобной позы, от ожидания чего-то, что должно последовать дальше. Саске замер, прислушиваясь к своим ощущениям. - Что, сучка? Нравится? Уже ножки раздвинул? Вот этого Учиха стерпеть не мог. От ярости с него мгновенно слетело оцепенение, и даже в голове как-то прояснилось. Он сконцентрировался и со всей силы пнул противника по коленной чашечке, заставив охнуть и схватиться за пострадавшую ногу. Хватка ослабла, а тут еще ураганом налетел замешкавшийся где-то Наруто, и дальше драчунов пришлось разнимать работникам заведения. После происшествия Наруто так и искрил нерастраченной энергией, Саске напротив стал тих и задумчив, и попытался быстро свернуть развлекательную программу. Но разошедшегося Узумаки не так легко было остановить, так что поразмыслить Саске удалось только утром, зато на относительно трезвую голову. Картина складывалась не слишком веселая, зато все пазлы сложились и встали на свои места. - Как вообще такое возможно? Так не бывает! – снова и снова повторял себе Саске. – Мне же не понравилось! Я не хочу! Как? Почему? Как бы Саске не хотелось этого признавать, эксперимент не прошел для него бесследно, но вместо того, чтобы раз и навсегда отвратить Учиху от подобной практики, он вызвал в нем потребность пережить эти впечатления снова. А может на самом деле он и раньше это чувствовал, и именно поэтому был так настойчив? И Сай интересовал Саске не в качестве сексуального объекта, а в качестве человека, который мог сломить его сопротивление, заставить переступить через страх и собственные внутренние преграды, понять, что не все и не всегда зависит от тебя, и иногда надо просто отпустить ситуацию. И еще пережить целую гамму ощущений, среди которых даже боль может быть не только пугающей, но и притягательной. И при этом, Сай каким-то непостижимым образом умудрялся не задевать гордость Учихи. По крайней мере не больше, чем это требовалось в его роли. И Саске “запал” именно на этот образ Сая, а вовсе не на своего почтительно-предупредительного секретаря. А так как во время сессии он больше чувствовал его, чем видел, то и возбуждало его теперь то, что было в тот момент доступно – голос, запах, прикасавшиеся к нему руки… Теперь оставалось только понять, как со всем этим жить дальше. Но Саске не хотел признать возникшую зависимость. Он вспомнил слова Сая о том, что если он не испытывал тяги к Теме раньше, значит ему это и не нужно, и ухватился за них как за спасительную соломинку. Конечно, все это случайность, ошибка, стечение обстоятельств, блажь – называй как хочешь. Главное, что все пройдет, нужно только время. - Я нормальный. Я совершенно нормальный, - повторил себе Учиха. – Мне нравятся ласковые и нежные женщины. Мне нравится командовать и держать все под контролем. Мне нравится, черт возьми, быть главным, всегда и во всем. И с этой ситуацией я справлюсь. Захотел попробовать что-то новое – попробовал. Не хочу продолжать, значит не буду. Вот только выкинуть все из головы оказалось не так просто, тело продолжало бунтовать вопреки доводам разума. И Саске решил, что причина кроется в Сае. Его сложно выкинуть из головы, потому что он все время мелькает перед глазами. С этим надо было что-то делать. Увольнять секретаря Саске не собирался. Не хотел во-первых нарушать свое слово, а во-вторых терять действительно ценного сотрудника. И Саске надумал перевести Сая в другой отдел, так сказать с повышением. Но для этого прежде всего надо было найти ему замену, чем он и озадачил в очередной раз отдел кадров. Саю он о своем решении ничего не сказал, но тот наверняка узнал, но никак не отреагировал, как будто его это не особо волновало. Затея меж тем оказалась сложной и не быстрой – Учихе опять не нравился никто из кандидатов. А потом его и вовсе отвлекли текущие проблемы. Проблемы, как это обычно бывает, возникли из ниоткуда. Вернее, они явились последствием действий самого Саске, вот только он их никак не ожидал. Началось все с одного сорвавшегося заказа, когда другая фирма перебежала дорогу компании Учиха, предложив заказчику более выгодные условия. Не то, чтобы это так уж сильно отразилось на доходах, просто наглые конкуренты оказались не каким-нибудь промышленным монстром, а маленьким семейным предприятием. И Саске, вместо того, чтобы наплевать и забыть, решил проучить выскочек. Он был уверен, что много усилий для этого не потребуется, но внезапно нарвался на ощутимый отпор. Оказалось, что у маленькой компании довольно сильные связи. Пока Учиха пытался утопить строптивых конкурентов демпингом, у него началась череда мелких неприятностей в виде всевозможных проверок, негативных отзывов в прессе и даже нападок “зеленых”. По отдельности это было не так уж существенно, но вместе изрядно мотало нервы. Противостояние слишком затянулось и не стоило затрачиваемых на него усилий, но отступать Саске не привык и пригрозил зарвавшимся наглецам. А они, вместо того, чтобы испугаться и притихнуть, подали на него в суд. Саске оказался слишком самонадеян, действовал не всегда законными методами и изрядно наследил, уверенный что с такой мелочью не стоит церемониться. Итачи, к которому он обратился за советом, прямо сказал: - Договаривайся. Суд ты, может быть, и выиграешь, но это будет пиррова победа. Саске и сам это понимал. И дело было даже не в подмоченной репутации и злорадстве конкурентов. Гораздо больше его волновала реакция родственников. Ему и так казалось, что все его действия семья рассматривает под большим увеличительными стеклом. Одни поучения Мадары чего стоили! Дедуля строил свою империю во времена, когда криминал в среде бизнесменов был обычным делом, и затруднений внука не понимал. - Компания-то – два стола и дырокол, а гонору! – в сердцах воскликнул Саске, и сообразил, что фирма брата не на много больше. Итачи покачал головой: - Это для тебя мелочь, а для них – дело всей жизни. И драться за него они будут до последнего. Пришлось идти на мировую. Но видимо чтобы окончательно его доконать оппоненты выдвинули требование: Саске должен лично участвовать в переговорах, не перекладывая неприятное дело на своих представителей. Подавив раздражение, Саске согласился и на это. Противники очень хорошо подготовились. Их адвокат оказался ушлым малым, досконально изучившим все слабые места Учихи. С самого начала он стал намеренно выводить Саске из себя, планомерно нажимая на самые больные места, и добился своего, Саске долго держался, а потом психанул, и этот срыв лишь подкрепил позиции выдвигавшей иск стороны. Естественно, у Учихи была команда великолепных адвокатов, но их вспыльчивый босс портил им все дело. Переговоры растянулись на несколько встреч, а стороны так и не пришли к согласию. Наконец, его адвокат сказал Саске прямым текстом, что без него они давно бы все урегулировали и посоветовал перед следующей встречей принять горсть успокоительного или засунуть в уши беруши, чтобы не реагировать на провокации. И тут Саске вспомнил про Орочимару. В конце концов он платил психологу не только за игры на свежем воздухе. Излагая Орочимару суть проблеммы Саске все больше распалялся, но был внезапно прерван фразой: - Кстати, как вам новый ремонт моего кабинета? Сиреневый цвет весьма неплох в интерьере. - Ваше замечание совсем не к стати, - выдохнул Саске сквозь зубы. – Мне сейчас не до ремонта. - Зато вы отвлеклись и успокоились, - улыбнулся Орочимару. – Чтобы держать себя в руках в критические моменты надо переключать внимание с раздражающего фактора на что-то другое. - Я не привык отвлекаться от работы. - В том-то и дело, что раздражают вас не рабочие вопросы, а переход на личности. Надо это игнорировать. - И как мне это сделать? - Я бы посоветовал йогу и медитации. Но как понимаю, результат вам нужен быстрый? Тогда возьмите с собой какой-то предмет, глядя на который вы сможете в нужный момент переключать мысли на что-то другое и успокаиваться. - На что? - Что угодно. Секс, хобби… Что для вас важно? Саске ушел озадаченным. Что для него важно, он так и не придумал и следующий день начался так же паршиво, как закончился предыдущий. Учиха проспал, и из-за аварии на дороге попал в пробку. Сообразив, что таким образом везде опоздает, он решил сразу ехать на переговоры. Позвонив дежурившему в офисе Саю, Саске распорядился подвезти ему необходимые документы. В последний момент вспомнив про совет Орочимару, попросил захватить что-нибудь из его кабинета, вкратце изложив суть проблемы. В адвокатском конторе Сай появился с папкой документов и довольно большой коробкой. “Он что, факс притащил?” - удивился Саске. Вопросы возникли не только у него, и Сай с готовностью начал гнать какой-то бред, про то, что безвкусный стиль, в котором отделана переговорная раздражает тонкую натуру его босса –ценителя современного искусства, которому, чтобы сосредоточиться нужна соответствующая обстановка, для создания которой он принес несколько концептуальных предметов. Все присутствующие, кроме Саске, сгрудились вокруг коробки, чтобы решить, допустимо ли это. Саске тоже было интересно, но он остался сидеть с невозмутимым видом, здраво рассудив, что рано или поздно узнает, что же задумал его креативный секретарь. Тем временем жаркие споры вызвал извлеченный из коробки предмет под кодовым названием “любимая статуэтка господина Учиха”. Это нечто черное, блестящее и довольно тяжелое больше всего напоминало член. Сай отстаивал право этого предмета стоять на столе с жаром и энтузиазмом автора сего шедевра. Остальные не менее горячо протестовали, видимо подозревая, что внутри спрятан микрофон или что похуже. Саске тихо офигевал, ибо видел сей предмет первый раз в жизни. Когда Сай наконец внезапно уступил, все вздохнули с облегчением. - Ну, остальное-то хоть я могу оставить? – спросил секретарь обреченно. Получив вялое согласие, Сай быстренько обежал стол, метнув на один конец прозрачный шар, на другой – какую-то корягу. По цетру он водрузил вазу, сунул туда “букет” и смылся. Несколько секунд Учиха смотрел на композицию на столе, потом его начал разбирать истерический смех. Вместо цветов в вазе под видом концептуального сухостоя была воткнута охапка свеженаломанных прутьев.