Сказка на ночь

В зале стояла гробовая тишина. Амелия буквально чувствовала витавшее в воздухе напряжение, раздражение Кайрана, стоящего у нее за спиной и молчаливое ожидание старца. Она постаралась успокоиться и взять себя в руки. Глубокий вдох. И медленный выдох. Прекрасно, теперь можно и открыть глаза. Но, оказалось, мастер еще не закончил. - И теперь мы убеждены, что нашли его. Ты наш спаситель, Амелия. - Послушайте, наверное, произошло просто какое-то недоразумение. Я не могу быть тем избранником, о котором вы говорите. Я оказалась в пещере совершенно случайно, и не имею к пророчеству никакого отношения, - попыталась было объяснить девушка, но ответом ей были лишь недоверчивые взгляды. - Я понимаю, что для тебя это действительно шокирующая новость, и тебе нужно время, чтобы с ней свыкнуться. Однако его у нас, к сожалению, нет. Тебе предначертан великий путь, ведь только от тебя зависит судьба нашего мира. – Да поймите же! Я ничего не знаю ни о вас, ни о вашем мире, ни о чем-либо еще, так нечего перекладывать на меня ответственность. - Разве ты желаешь гибели ни в чем не повинных людей? Разве, если бы от тебя зависели жизни твоих близких, ты бы не захотела их спасти? - Да что вы вообще об этом знаете?! – со злостью воскликнула Амелия. – О том, каково это – видеть смерть твоих родных и быть не в состоянии помочь им?! Я не смогла спасти их тогда, и не думаю, что смогу сейчас! Я не особенная, не избранная, я никто! Я не спаситель! Ее голос уже давно сорвался на крик, а из уголков глаз лились слезы, которых Амелия даже не замечала. Слова старца, эти безумные надежды и мечты словно сорвали стоп-кран в ее душе, сейчас пульсирующей, точно оголенный нерв. Девушку била крупная дрожь, и через слезы, казалось, выходила вся боль, ярость и одиночество, накопившиеся за последний год. Она не видела ни обеспокоенных взглядов сидевших людей, не слышала эту гнетущую тишину, не чувствовала холода каменных плит под ногами. Весь мир перед ней словно слился в едином потоке с эмоциями, слишком сильными, чтобы пытаться вновь их скрыть. Неожиданно Амелия ощутила тепло, коснувшееся ее руки, и слепо, точно котенок, потянулась к нему. Через некоторое время оно окружило ее полностью, и она уткнулась в него, с наслаждением вдохнув терпкий запах сандала, каким-то образом пробившийся сквозь пелену ее чувств. Но тепло начало отдаляться, и Амелия последовала за ним. Слезы все еще застилали глаза, а боль притупляла чувства, поэтому она даже не пыталась думать о чем-нибудь. Сейчас ей хотелось лишь согреть и успокоить раненую душу. Постепенно зрение прояснялось, и Амелия увидела нечеткий контур фигуры, следовавшей впереди нее. Она словно подсвечивалась изнутри, и этот свет слепил ей глаза, прогоняя мрак, царивший вокруг. Спустя, как показалось девушке, целую вечность фигура вновь обхватила ее, окутав своим теплом, от которого в душе наступал долгожданный покой, точно ее раны покрывали целебным бальзамом. Уже засыпая, Амелия сонно моргнула, и картинка перед глазами на миг вернула свои краски, тут же исчезнув вновь. А через пару секунд убаюканная мягкими прикосновениями и запахом сандала девушка крепко спала, и на ее бледном лице блуждала легкая полуулыбка. Ведь и во сне ее не оставляло то мимолетное виденье – теплые янтарные глаза, на дне которых светились нежность и понимание.