Сучка

* - Отец уехал, - тихо говорит Дин и запирает дверь. Поворачивается, приваливается к ней спиной и прикусывает губу. Нижнюю. Сэм читает. Сэм очень усиленно делает вид, что читает. - Мы одни дома, Сэмми, - Дин хмыкает и медленно подходит к столу. Опирается на него левой рукой, правой берет Сэма за подбородок и чуть сжимает пальцы. Сэм резко втягивает носом воздух перед тем, как бросить книгу на стол и спросить: - Что ты… Потом Дин наклоняется ближе, целует, и Сэм не договаривает до конца. Какое, к черту, договаривать, если Дин просто целует – совсем неглубоко, только слегка касаясь – а у него и без того стоит. Сэм выгибается и Дин отстраняется, чтобы насмешливо прошептать: - Какая ты сучка, Сэмми. И тут же целует снова. Уже настойчивее. Целует-целует-целует. До нехватки воздуха и громкого стука в дверь. Дин сразу же вскакивает и быстро подходит к ней, сжимая в руке пистолет. Но все-таки открывает. - Я забыл кое-что, - говорит отец, - пришлось вернуться. Сэм краснеет и все еще пытается поверить в то, что книга действительно интересная. - Пока, пап, - Дин похож на швейцара. – Удачи. - Ведите себя хорошо, - отец, кажется, только выходит из дома, но Сэм уже слышит, как, выезжая, урчит Импала. - Понял, Сэмми? – выдыхает Дин ему в волосы. – Будь хорошим мальчиком. «Нахуй книгу», - решает Сэм. * - Ну, оторвись ты от своей книжки, - тянет Дин, - мне надоело играть с роботом. Сэмми, ты обещал быть послушным. Сэм снова краснеет и отвечает: - Это комиксы. Сэм, кажется, постоянно краснеет. И терпеть не может видеоигры. Дин закатывает глаза. За окном темно, тихо, чипсы ночью втройне вкуснее. Сэм перелистывает страницы, поглядывает на Дина и… И поглядывает на Дина. У Дина мокрые волосы, расстегнутая рубашка и низкие джинсы. Находиться с Дином в одном помещение неудобно. Очень. Особенно, если у тебя на него стоит. И если он постоянно называет тебя Самантой, сучкой и «Эй, мне нравится, когда ты послушный, понял»? Тесно и неудобно. - Я вижу, что ты на меня смотришь, - говорит Дин и встает с дивана. – Маленькая робкая стерва. Садится рядом и опускает руку на бедро Сэма. Ведет вверх, и Сэм пытается затаить дыхание. Касается члена, и Сэм пытается не застонать. Целует, и Сэм уже ничего не пытается сделать. А вот оглушительный звон стекла – да. Дин тянется за пистолетом, Сэм вытаскивает из тайника за кроватью заряженный солью дробовик. Привет, привидение, у нас для тебя сюрприз, отдохни пять минут, а мы пока посоветуемся. - Какого хрена? – шипит Дин, кривит губы и оборачивается. Сэм пожимает плечами. - Помнишь тот заброшенный дом в Айове? Когда мы просидели там с отцом три ночи, но так и не нашли ничего. Дин кивает, мол, помню, но где мы, а где тот дом. Айова была семь упаковок пива, три безымянных телочки и пять неудачных попыток разложить Сэма назад. - Так вот, - продолжает Сэм, - мы ничего там не обнаружили, но я нашел книгу. Древнюю и интересную. Решил, если повезет, призрак пойдет за нами, если нет – хоть прочитаю. Дин прищуривает глаза и по слогам произносит: - Что. Ты. Сделал? - Да ладно, - Сэм отмахивается и снова поднимает дробовик, - мы же всегда доводим дела до конца. Отец учил нас этому, ну. У Сэма такой взгляд, что его хочется то ли выебать до гортанных стонов, то ли напоить чаем. Поэтому Дин зло произносит: - Закончим с этим, и я надеру тебе задницу, маленький ты мудак. Маленький. Угу. Очешуеть можно, насколько маленький. Они заканчивают. Спустя четыре круга из соли, шестнадцать ссадин на двоих и одну сожженную книгу. - Уф, - выдыхает Дин, - отряхивая джинсы и поднимаясь с пола. – Мы сделали это. - А что я говорил, - самодовольно говорит Сэм и идет на кухню. Хочет пойти. - Сто-о-о-ой, - протяжно тянет Дин и хватает его за запястье. Сначала хватает, потом гладит тонкую светлую кожу так, что Сэм вздрагивает и отводит глаза. И снова вздрагивает. И еще. Дину нравится наблюдать за этим. - Если ты еще раз сделаешь что-то такое, - шипит он, не переставая водить пальцем по запястью Сэма, - я… - Надерешь мне задницу, - перебивает тот. – Я помню. И уходит. - Сучка, - бормочет Дин. - Уберем завтра, - кричит Сэм из кухни, - и я помню, кто разбил вазу. Так что не забудь собрать осколки. Дин падает на кровать, не раздеваясь, и зевает: - Если бы так не хотелось спать, я бы обязательно тебя трахнул. Сэм улыбается. У него впереди точно веселая ночка. * Они стоят в очереди. У единственной работающей кассы аншлаг, и стоять приходится долго. - Ты первый, - Дин пропускает Сэма. Якобы для того, чтобы постоянно держать его в поле зрения и не беспокоиться. Якобы. На самом деле Дин сначала тянется за порножурналом, после наклоняется к Сэму. - Смотри, какие у нее сиськи, - показывает брюнетку с обложки и опускает руку Сэму на задницу. Сэм сжимает зубы, прикрывает глаза и чуть откидывает назад голову. Дин хмыкает: - Можешь не отвечать, вижу, тебе понравилось. Дин весь такой пошлый и растрепанный, что Сэм не против потрахаться прямо тут. Дин, видимо, тоже. Очередь длинная, Сэм в большой, мешковатой куртке. Дин делает еще шаг, упирается в ягодицу Сэма членом, протягивает руку и медленно расстегивает ширинку на джинсах Сэма. Тот шипит: - Идиот. Гребаный идиот. Прекрати. И Дин шепчет ему довольно: - Веди себя хорошо, будь послушным мальчиком. И не смей сбежать. Сэм и не собирается. - Эй, - кассир раздраженно поднимает голову. – Платить будете? И смотрит на Сэма. - Да, конечно, - Дин протягивает деньги. – Извините его, он, э, засмотрелся. И насмешливо кивает на обложку порножурнала. Сэму хочется отвернуться и подышать. Глубоко, еще глубже, еще, еще. Стоп, не то. - Я тобой доволен, - толкает его в бок Дин. – Можешь ведь, когда хочешь. * Воскресенье начинается очередным «Мальчики, я дома» и планы наконец-то потрахаться снова улетают в мусорный пакет. Дин ест гамбургеры, Сэм читает – ладно, просто делает вид – отец смотрит новости. Ближе к полудню начинает хотеться есть. Сэм идет на кухню. Гамбургеров не хочется, яичницы, в общем, тоже, но если выбирать, то ответ очевиден до невозможности. - Тебе принести пива? – спрашивает Дин, но отец качает головой. – Как хочешь. На кухню Дин все-таки идет. Наблюдает за сосредоточенным Сэмом, еще раз оглядывается на отца, напевает что-то почти неслышно. Прижимает Сэма к стене, смотрит безумными глазами и беззвучно смеется. С губ Сэма почти что срывается стон и Дин быстро целует его, чтобы отец ничего не услышал. Дин прижимается ближе, упирается членом в бедро Сэма и молчит. Молчит так, что и говорить ничего не надо. - Отец рядом, - шепчет Сэм, - ты с ума сошел? Именно. Отец рядом. Как раз поэтому Дин отстраняется, чтобы тут же толкнуть Сэма в сторону стола, заставить его наклониться и опереться на гладкую столешницу. Сэм недоуменно молчит. Дин сжимает пальцы на его члене. Чувствует его жар сквозь грубую, плотную ткань. Упирается своим Сэму в задницу и толкается вперед. Трется о шершавые джинсы Сэма своими – такими же – водит большим пальцем по губам Сэма и с трудом не забывает оглядываться на дверь. Сэм горячий. Он облизывает палец Дина, чтобы только не сорваться, не выдать себя отцу, и подается назад, навстречу. Сэм мягкий и податливый, как обдолбанная шлюха. Дин кончает, закусывая губу, стоит только подумать об этом. Сильнее сжимает пальцы на члене Сэма, и тот тоже… Приходится быстро зажимать ему рот рукой. - Ты с ума сошел, - сбивчиво говорит Сэм, пытаясь отдышаться, прийти в себя. Дин хочет сказать что-то вроде «молодец, хорошая девочка», но только кивает и улыбается. Чуть насмешливо и даже немного нежно. Вкуса остывшей яичницы они не чувствуют. * - Сэмми, я вхожу, - громко кричит Дин, чтобы отец услышал, и толкает дверь. - Какого хрена? – Сэм высовывается из-за бесформенной клеенчатой занавески. Но Сэм доволен. Дин умеет различать, когда и что нравится его брату. Сейчас – нравится. До такой степени, что Сэм даже забывает покраснеть по привычке. Сэм в душе. Дин здесь якобы за тем, чтобы забрать гель после бритья. Для отца, он просто очень удачно попросил об этом. Дин облизывает губы и подмигивает, мол, может, сделаешь мне минет по-быстрому. Сэм показывает ему средний палец. Но Дин смотрит ему в глаза и видит что-то, дофига похожее на «через полчаса начнется футбол, так что кухня в нашем распоряжении». Дин поправляет кожаный ремешок – дешевый браслет, стащенный в каком-то из бесчисленного количества магазинчиков – на своем запястье и выходит, довольно сощурившись. Сэм думает, что Дин тоже та еще сучка, потому что только они так блядски облизывают губы и так небрежно разговаривают о сексе. У Дина веснушки и дофига пошлых шуток. У Сэма опять стоит. В душе он задерживается минут на десять. Футбол как раз успевает начаться. А повод сходить на кухню они наверняка найдут. - Ты сделаешь мне минет. - Отец рядом. - Именно. В этот раз Сэм прижимает Дина к стене. Дину нравится. Еще бы ему не нравилось.