Ты меня любишь

-Ну, Петрович, что нового? -Это не ко мне. Это ты, Майский, в морг иди или, вон, в лабораторию. -А чего в морг-то? Вчера, вроде, как я уходил, у Вали клиентов не было. Или я чего-то не знаю? -Так, Круглов, Майский, - нарушил утреннюю посиделку майоров голос Галины Николаевны, - вы чего здесь сидите? Почему еще не выехали на место обнаружения тела? Сегодня утром труп одного из пропавших нашли. -Вот, накаркал. Даже кофе допить не дали. Рогозина строго на них посмотрела и в одно мгновение оперативники исчезли из буфета. Из осмотра места происшествия стало понятно немногое. Вернее, вообще ничего. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Как всегда. Улик тоже не было. По прибытии в ФЭС Майский направился в лабораторию с фотографиями. -Вань, я тебе улики принес. Хотя...как сказать "улики". Сам посмотри. А ты чего бледный-то такой? -Да так, простыл, наверно, немного. -Ничего себе "немного", - прикладывая ладонь ко лбу, - Вань, да у тебя температура! Может, пару отгулов попросишь? -Посреди дела? -Вот разболеешься, еще осложнения начнутся - дольше лечиться будешь. И еще, камрад, совещание сейчас начнется... -Вот, ...! Совсем забыл! Пошли! На совещании Галина подвела итоги: -Что мы имеем за две недели? Четырнадцать пропавших, которых объединяет лишь год рождения, из них - один труп, и ни одной улики. Это очень, очень плохо. -У нас есть причина смерти - побои и истощение. -Это еще ничего не значит, Валь. Как ты с этим собираешься преступника ловить? Всё, все за работу. После совещания все разошлись, остался только Круглов, которого Майский попросил похлопотать за Тихонова. Решением начальства стало вечернее выпроваживание Ивана Сергеем с работы до дома, "а там пусть лечится как знает, но завтра, с утра пораньше - на работу". Вечером Майский снова заглянул в лабораторию, но уже за самим ее обитателем. Сергей выволок (по-другому и не скажешь) Ваньку из здания ФЭС и , усадив на байк, повез домой. Но по дороге их ждала небольшая авария - откуда-то вдруг выскочила темная иномарка и , к счастью, на меленькой скорости, врезалась в экспертов. Когда Сергей пришел в себя, он заметил, что Ваньки рядом уже нет... На следующее утро было обнаружено три трупа. В Живых оставалось всего одиннадцать похищенных. -Чем быстрее мы найдем убийцу, тем больше человек мы спасем. Но нет. Пропавшие появлялись с завидной регулярностью. Вечером того же дня было двое. Девять... Майский мотался по всем адресам, данным в лаборатории. Не потому, что он мог найти всех оставшихся похищенных. Он мог найти своего Ваньку. Сергей только сейчас понял, как ему важно это лохматое чудушко. Майор боялся каждого известия о новых трупах. Боялся, что в числе погибших прозвучит фамилия Тихонов. А с каждым разом шансов не попасть к Вале на стол у Ивана становилось все меньше - на вторые сутки после его пропажи с утра нашли троих, вечером еще одного. Пять... На третьи сутки Майский ходил сам не свой - двое утром и двое вечером. Тихонов остался один... Вот майоры едут по очередному адресу, данному Холодовым. Майский гонит на бешеной скорости. Только бы успеть. Только бы... Доехав, практически вылетает из машины. При осмотре заброшенного здания берет на себя подвал - ни один нормальный преступник не будет скрываться на верхних этажах. Хотя, кто сказал, что этот нормальный? Но Сергей чувствовал, что Ваня там. Держа на вытянутых руках пистолет бесшумно заворачивает за очередной угол и ... Связанный Тихонов стоит на коленях, руки закреплены веревкой, уходящей куда-то вверх, а перед ним сидит убийца и выводит ножом какие-то узоры на обнаженной Ванькиной груди. Майский даже невольно залюбовался, но быстро подавил усилием воли тягу к прекрасному. Стрелять было нельзя, и майор начал подбираться ближе. А зря. Преступник обернулся. Раз - и нож вошел в Ванькину шею на всю длину острия, разрывая кожу и сосуды. Два - и фонтан крови, судорожные попытки вздохнуть, так и не увенчавшиеся успехом. Три - и преступник уже лежит на полу оглушенный крепким ударом Майского, а сам он, отдав несколько приказаний появившемуся спецназу, развязывает потерявшего сознание Тихонова... И долгие секунды в ожидании "Скорой". -Вань, все будет хорошо. Потерпи, пожалуйста. Я же знаю, ты меня слышишь. - Сергей не знал, было ли произнесено вслух "Я тебя люблю!" или эти слова так и остались только в мыслях. Вся дорога до больницы как в тумане. Операционная. Дальше нельзя. В результате почти пятичасовой операции Тихонов остался в живых. "Как ни странно" добавляет врач. Никак. Никак не странно. Неделя тянется долго, но именно столько времени потребовалось Сергею, чтобы попасть к Ване в палату. Он входит с замиранием сердца - бледный Тихонов, к руке тянется капельница, шея в специальном фиксаторе, дышит тяжело и медленно, пока еще не очень глубоко, но сам. Поворачивается на стук открываемой двери. Уголки губ слегка приподнимаются в жалкой, вымученной улыбке. -Спасибо! - едва слышный хриплый шепот. -За что, Ванюш? - искреннее удивление. -За то, что,...кхм...спас. -Но какой ценой! Четыре пятьдесят восемь... -Что?... -Четыре минуты пятьдесят восемь секунд - время клинической смерти. Вань, ты мне тогда привиделся в коридоре. Ты мне еще сказал, что... - Сергей зажмурился, - ...что любишь меня! Майский ожидал чего угодно, кроме того, что в итоге получил: -А ты меня. Улыбка. Осторожные объятия, чтобы не навредить Ванюшке. Тот закрыл глаза. Видимо, даже такой короткий разговор его вымотал. Сергей еще немного посидел у постели Тихонова и, убедившись, что он заснул, вышел. Через пару недель, когда Ваня немного окреп, его разрешили забрать из больницы. Они ехали к Майскому, которого Рогозина отпустила ухаживать за Тихоновым, домой, когда Май спросил: -Что он с тобой делал? Ну, узоры эти и ,Валя говорит, в твоей крови кучу всякой химической гадости нашли. -Я...не хочу об этом говорить! Нет, он никогда не скажет, что именно на него велась эта охота, что это была месть. Он никогда не передаст слов "...ты мог, мог ее спасти, а сейчас ты будешь подыхать как она, моя Лара - медленно и мучительно". Никто и никогда не узнает от него про пытки, про разведенный героин... Нет!... *** -Вань, я понимаю, что ты за целый-то день в постели с температурой провалявшись, выспался. Ну мне-то зачем спать мешаешь? -Ну нравится мне тебя лохматить! *** -Вань, ну не лезь ты на меня! -Ты можешь отказать больному человеку в сладеньком? Изверг! Целуй теперь! *** -Это называется "нашел на свою голову"! -Нет, Май, это называется "семейная жизнь"! *** -Ты почему такой холодный? Ты где был? Опять, пока меня не было, окно открывал? Зачем ты все время это делаешь? Ты так никогда не поправишься! Придурок. -Твой придурок *** -Теперь у меня все есть. Ты меня любишь... -Ты меня тоже...