Двадцать баксов

      Сэм грохает дверью аукционного дома, и Дин вскакивает со скамейки.       — Картина вернулась! – кричит Сэм на всю парковку, пролетая её за несколько шагов.       — Как это – вернулась?       — Будто мы её не сжигали, Дин! Она по-прежнему в раме!       — Ни хрена ж себе. – Ошеломлённый Дин даже медлит секунду, прежде чем двинуться вслед за братом. – Значит, второй свиданочки с Сарой не будет? Двадцатку отдай.       Сэм сердито оглядывается через плечо.       — Фига. * * *       Ни один телефонный звонок на свете не был столь ободряющим, как тот, прозвучавший в склепе.       Но сердце Дина продолжает колотиться в самом горле, мешает дышать, пока он не тормозит Детку возле особняка Эвелины и не видит Сэма – усталого, но явно невредимого. И Сару, спокойно сидящую рядом с ним на нижней ступени.       Забыв закрыть дверцу, Дин мчится через газон.       — Эй, как вы тут?       Сэм кивает, Сара слабо улыбается. От Дина не ускользает, что рука мелкого уверенно обнимает девушку за плечи.       — Ну что, по мороженому? – Дин надеется, что его голос звучит достаточно легкомысленно.       Видимо, так и есть, потому что Сэм снисходительно фыркает.       — Давай просто отвезём Сару домой.       — Давай.       Но сладкая парочка не торопится встать, и Дин прислоняется к колонне, потому что ноги еле держат.       Сэм смотрит на него из-под взъерошенной, слипшейся от пота чёлки и выцарапывает что-то из кармана.       — Я забыл тебе отдать…       Усмехнувшись, Дин берёт банкноту.       — Обращайся.       Сэм прижимает Сару к себе и говорит еле слышно:       — Спасибо. * * *       — Не думал я, что ты на такое способен, - говорит Дин.       Сэм словно втекает в машину и расслабленно опускается на сиденье.       — Всего лишь поцелуй… - он проводит пальцем по своим припухшим губам; на щеках медленно остывает румянец.       — Ну да, ну да… - соглашается умудрённый старший брат. – Куда поведёшь её в следующий раз?       — Если мы ещё будем в городе, - бормочет Сэм.       — Мы будем в городе, - обещает Дин. – Как тебе идея насчёт кино? Темнота, знаешь ли, располагает…       Сэму словно плеснули багровой краской в лицо.       — Мы… это… мы… кажется, ещё не готовы… к кино.       — Чувак, ты в ком не уверен – в ней или в себе? Я же видел ваш поцелуй. Ну же, прояви инициативу.       — Закройся!       Сэм пробует испепелить его взглядом, но Дин только ухмыляется. Он вынимает что-то из кармана и протягивает Сэму.       — Держи. Моя доля.       Это двадцатка. Сэм выразительно закатывает глаза.       — Спасибо, папочка.       Дин кладёт банкноту в нагрудный карман рубашки брата и прихлопывает ладонью.       — Не обманывай себя. Папа дал бы тебе презерватив. * * *       Морг освещён мертвенно-голубоватым светом. Деятели из CSI привычно вскрывают ещё одно тело.       Дин выключает телевизор и берёт куртку. Хватит с него этого дурацкого времяпрепровождения унылой домохозяйки. У мелкого свидание, пора и старшему найти хорошенькую спутницу на вечер.       Однако он не переступает порог, добрую минуту стоит в проёме и смотрит на «импалу», в раздумье подбрасывая и ловя ключи.       Нет, не сейчас. Не сегодня.       Его сердце с Сэмом.       Дин захлопывает дверь, возвращается в номер и вытаскивает из-под кровати сумку с оружием. Лучшее, чем можно заняться, - поточить клинки. Звон металла по бруску звучит немногим хуже музыки.       Первое, что он видит, открыв «молнию», - это двадцатка, уютно устроившаяся на рукояти пистолета и фляжке со святой водой.       — Вот ведь сучок… * * *       Он пробует не прислушиваться к телевизору. Он и правда пытается.       — Святая корова!       Сэм поднимает взгляд от книги.       — Ты сказал «святая корова»?!       — Ну да. – Чистые глаза Дина сияют невинностью. – Видел однажды. В Пенсильвании. Давала благословенное молоко и всё такое.       — Не морочь голову.       Ослепительная улыбка.       — Сэмми, у тебя появилась возможность заняться увлекательной халтуркой. Я нашёл нам дело.       — Одержимые коровы?       — Почти. Одержимые скаковые лошади.       Сэм со вздохом откладывает книгу и тянется за ноутбуком.       — Где?       — Саратога-Спрингс. Это неподалёку, так что можешь пока не прощаться с Сарой.       Сэм открывает крышку и машинально ловит то, что вываливается из ноутбука. Аккуратно сложенная двадцатка. А в ней… Сэма обдаёт жаром, пальцы горят от маленького пакетика из фольги.       — Ненавижу тебя!       Улыбка Дина затмила бы солнце.       — Должен же я позаботиться о младшем братике, опьянённом любовью…       Он с трудом успевает увернуться от летящей в голову подушки. * * *       — Сэм! Эй, Сэмми…       Сэм со стоном тянется потрогать больное место… то есть свою голову.       Кто-то сильный перехватывает его руку и укладывает на живот, прижимая бережно и мощно.       — Не двигайся, ладно?       Дин…       — Кто меня? – Последнее, что помнит Сэм, яркую вспышку, после которой мир погрузился во тьму.       — Лошадь, старик. Они вообще-то лягаются. Тебе повезло, что копыто, вооружённое подковой, всего лишь содрало дюйм твоей шевелюры.       — Ага… Повезло мне…       — Погоди, вот комната перестанет каруселить, и я выкраду тебя из больнички. Тайленол, мягкая кровать… Бьюсь об заклад, через два дня Сара поиграет с тобой в медсестру.       Рука брата, тёплая и уверенная, лежит на лбу Сэма, прогоняя боль и головокружение. Только бы Дин не ушёл…       Сэм лезет в карман джинсов и, вынув двадцатку, протягивает её Дину.       Тот трясётся от тихого смеха:       — Ты нанимаешь меня сиделкой?       Сэм не в состоянии объяснить, не в силах подобрать слова… Может быть, как-нибудь потом…       — Просто возьми…       Пальцы Дина скользят вниз – по виску, по щеке… Он берёт банкноту.       — Отдыхай, Сэмми.       Брат понял… Он всё понял. * * *       Сэм просыпается в ту минуту, когда Дин открывает последний контейнер.       — Как самочувствие?       Сэм морщится от напряжения, даже приоткрывает рот, мысленно обследуя свой долговязый организм.       — Нормально, - наконец решает он, присаживается и трогает повязку на голове. – Ой!       — Осторожнее с тыковкой, - говорит Дин. – Если нормально, значит, есть хочешь.       — Слона бы съел.       Сэм поднимается на ноги и замирает, увидев накрытый стол.       — Ну ничего себе…       Дин даёт ему минуту на рассматривание яств. Арбуз, рогалики, чай, оладьи, котлеты, куча мясных нарезок и свежих фруктов – всё, что любит младший.       — У меня появились лишние деньжата, - говорит он.       Сэм улыбается счастливо и открыто, как ребёнок над ящиком с подаренными игрушками.       — Ты хочешь сказать, что это пиршество стоило двадцать баксов?       Пожав плечами, Дин берёт блинчик и протягивает тарелку Сэму.       — Ты недорого мне обходишься, чувак. ______________________________________________