Когда Жизнь и Смерть встречаются

Знаете, говорят, что хороший день начинается с хорошего утра. Так вот. Это не наш случай. Начало августа. По нашему обыкновению мы все дружной компанией убирали пыльные спальни. После ужина у нас появилось свободное время. Близнецы под шумок, чтобы миссис Уизли не узнала, изобретали новые приборы. Гермиона читала книгу, а Рон жаловался на скуку. - Ты какая-то тихая сегодня, Кет, - ко мне на диван подсел брат. – Что-то случилось? - Не знаю, - я положила свою голову на его плечо. – Просто думаю о своем. - Переживаешь? - Немного. Тут в гостиную забежал мистер Уизли. - Дети, у меня плохие новости, - стоя в дверях, произнес он. – На Гарри напали дементоры. - Что? – раздался громкий возглас. - Да, именно так. Его хотят исключить. Но Дамболдор добивается слушания. Если он будет писать, отвечайте, что он не должен никуда уходить и ждать дальнейших инструкций. И действительно. Через какое-то время прилетела Букля с письмом в клюве. Гарри в ответ были посланы несколько сов с письмами почти одинакового содержания. Видимо, такой ответ не удовлетворил любопытства Поттера. И он попросил Буклю не улетать без нормального ответа. Мне удалось успокоить сову, но на долго ли? По крайней мере, она перестала крушить комнату. Дамбордор был в не себя. Он очень сильно разозлился на Наземникуса, который должен был следить за Гарри, но вместо этого куда-то ушел. Таким директора я еще не разу не видела. - Завтра мы летим за Гарри, - сообщил мне Люпин. – Нужно привести его сюда. - Кто еще полетит? – спросила я. -Я, Грозный Глаз, Кингсли, Тонкс, Элфиас Дож, Эммелина Вэнс, Стерджис Подмор, и Гестия Джонс. Грозный Глаз хочет также взять с собой Рауля. - Интересная компания. Рауль поедет с вами. Люпин на мои слова никак не отреагировал и лишь вышел из комнаты, в которой мы разговаривали. На следующее утро весь дом стоял на ушах. Кто-то готовился к большому собранию, кто-то к приезду Гарри. Но всем сегодня было не спокойно. Ближе к вечеру команда освобождения (так мы ее прозвали в узком кругу). Грозный Глаз рассматривал карту и прикидывал, как лучше полететь. - Пора, - скомандовал Грюм. После этого вся команда вышла за двери дома. Но сильно расслаблять времени у нас не оказалось. Начали прибывать люди на собрание. - Кетрин, дорогая, - ко мне подбежала Вики и начала обнимать меня. – С тобой все хорошо? Господи, как я за тебя переживала? Летучая мышь вас не обижала? - Вики, как я рада тебя видеть, - я обняла ее в ответ. – Со мной ничего не случилось. Лучше скажи, как там родители? - Они передавали тебе привет. Они очень хотели бы прийти, но сейчас у них очень много дел. К тому же это слушание. Дариан не знает, что делать. А твоя мама разбирается с последствиями предательства Жака. - Все ясно, - я села на скамью. - Я так понимаю, ты присутствуешь на собраниях Ордена теперь, - недоверчиво произнесла Виктория, садясь рядом со мной. - Да будет тебе известно, что не только она, - со спины к нам подошел Сет. – Нам Дамболдор разрешил. Тем более, Кет иногда подкидывает хорошие идеи. Кухня начала наполняться людьми. Кто-то сидел тихо, кто-то разговаривал. У многих были встревоженные лица. - После собрания нам нужно будет поговорить, - за моей спиной раздался голос. - Вы меня напугали, мистер Снейп, - повернувшись к источнику звука, произнесла я. – Как скажите. Северус ушел в другой конец стола. Через какое-то время в кухню зашли люди, которые летали за Гарри. После них зашла миссис Уизли. Собрание началось. Как обычно, обсуждались новые союзники, новые лица в рядах Пожирателей. Охрана чего-то в отделе тайн. Собрание затянулось на очень долгое время. Я, как приличная девочка, старалась все слушать и понимать, но мой мозг не хотел ничего делать. Расслабившись, я дожидалась конца собрания. И вот все начали расходиться. Снейп задержался в дверях. Немного помявшись, Вики оставила нас одних, покинув при этом дом. - Мисс Фокс, на минутку, - крестный махнул рукой. Я встала и пошла за ним. Около входной двери он повернулся ко мне лицом. - Мне нужно сообщить вам очень плохую новость, - начал Снейп. – Элив напал на ваш след. Не так давно он хвастался, что знает, где тебя прячут. Я все-таки считаю, что он просто хвастался перед остальными Пожирателями. Но может, это все и правда. Вы должны быть на стороже. Я, в порыве чувств, обняла крестного. Я и раньше понимала, чем он рискует, но только сейчас осознала, что он может умереть в любой момент. Снейп, не привыкший к такому проявлению чувств, немного опешил. - Мне нужно идти, - произнес Северус. – До встречи. БАБАХ! — Тонкс! — в отчаянии крикнула, оборачиваясь, миссис Уизли. — Простите! — взмолилась Тонкс, растянувшаяся на полу. — Все эта дурацкая подставка для зонтов, второй раз об нее... Но конец фразы потонул в ужасном, пронзительном, душераздирающем визге. Проснулся портрет матери Сириуса. Изо рта у старухи потекла пена, она закатила глаза, желтая кожа ее лица туго натянулась. Вдоль всего коридора пробудились другие портреты и тоже подняли вопль. Люпин и миссис Уизли кинулись к старухе и попытались задернуть портьеры, но это у них не вышло, а она завизжала еще громче и подняла когтистые руки, точно хотела расцарапать им лица. Я попыталась им помочь, но даже втроем мы не могли задернуть ткань и успокоить портрет. — Мерзавцы! Отребье! Порождение порока и грязи! Полукровки, мутанты, уроды! Вон отсюда! Как вы смеете осквернять дом моих предков... Тонкс, ставя на место громадную, тяжеленую ногу тролля, все извинялась и извинялась; миссис Уизли бросила попытки снова занавесить старуху и забегала по коридору, один за другим утихомиривая остальные портреты Оглушающим заклятием. Я и Люпин также бросили это гиблое дело. — Закрой рот, старая карга. ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул Сириус, хватаясь за портьеры, которые отпустила миссис Уизли. Лицо старухи стало мертвенно-бледным. — Ты-ы-ы-ы! — взвыла она, вылупив на мужчину глаза. - Осквернитель нашего рода, гад, предатель, позорище моей плоти! — Я сказал: ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул он опять, и с колоссальным усилием Сириус с помощью Люпина сумел, наконец, задернуть портьеры. Вопли старухи утихли, и воцарилась гулкая тишина. — Ну, здравствуй, Гарри, — хмуро сказал Сириус. — Ты, я вижу, уже познакомился с моей мамашей. — С твоей... — Да-да, с моей дражайшей престарелой матушкой, — сказал Сириус. — Мы хотели ее убрать на месяц другой, но, видимо, она подействовала на изнанку холста Заклятием вечного приклеивания. Ну, пошли скорее вниз, пока они опять не проснулись. - Между прочим, я тут тоже стою, - обнимая Гарри, произнесла я. – Рада тебя видеть - Я тоже рад тебя видеть, - отрывая меня от себя, ответил тот. - Но почему здесь висит портрет твоей матери, Сириус? - озадаченно спросил Гарри, когда они, чуть опередив остальных, вышли из коридора на узкую каменную лестницу и стали спускаться по ней на кухню — Тебе что, никто не сказал? Это дом моих родителей, — ответил Сириус. — Но я последний из оставшихся Блэков, и дом теперь мой. Я предложил его Дамблдору в качестве штаб-квартиры. Это едва ли не единственная польза, какую я могу сейчас принести. Мы вошли в кухню. Посреди множества стульев и кресел, которые принесли для участников собрания, стоял длинный деревянный стол, заваленный пергаментами, заставленный кубками и пустыми винными бутылками. Еще на нем громоздилась какая-то куча тряпья. У дальнего края стола, наклонив друг к другу головы, о чем-то тихо беседовали мистер Уизли и его старший сын Билл. Миссис Уизли кашлянула. Ее муж встрепенулся, поднял голову и вскочил на ноги. — Гарри! — воскликнул он и, бросившись к вошедшему, энергично тряхнул его руку. — Я страшно тебе рад! Поверх его плеча был виден Билл, чьи длинные волосы, как и раньше, были стянуты в конский хвост. Он торопливо скатывал в трубки оставленные на столе пергаменты. — С прибытием, Гарри! — сказал Билл, пытаясь ухватить дюжину свитков разом. — Надеюсь, Грозный Глаз не заставил тебя добираться через Гренландию? — Он хотел, но... — начала Тонкс. Бросившись на помощь Биллу, она тут же опрокинула свечу на последний пергаментный лист. — Ой-ой-ой... Прошу прощения... — Ничего страшного, милая, — довольно-таки сердито произнесла миссис Уизли и, взмахнув волшебной палочкой, восстановила пергамент, а затем сдернула план со стола и сунула Биллу в охапку поверх кучи других свитков. — Все это после собраний надо убирать немедленно, — резко сказала она и поспешила к старинному кухонному шкафу, откуда стала вынимать тарелки. Билл выдернул волшебную палочку, пробормотал: «Эванеско!» — и свитки исчезли. — Ну, садись же, Гарри, — сказал Сириус. — Ты, кажется, знаком с Наземникусом? Куча тряпья издало протяжный клокочущий храп и, вздрогнув, медленно выпрямилось на стуле. — Это кто меня кличет по имени? — сонно пробормотал Наземникус. — Я присоединяюсь, я как Сириус... Он поднял очень грязную руку, как будто голосовал «за». Его тоскливые, налитые кровью глаза пялились неизвестно куда. Джинни хихикнула. Я лишь закатила глаза. Не нужно было ему давать вина. — Собрание кончилось, дружище, — проговорил Сириус, пока все садились за стол. — Уже и Гарри здесь. — Э? — Наземникус мрачно уставился на Гарри сквозь завесу свалявшихся рыжих волос. — Разрази меня гром, точно, он самый. Хе... Как дела-то, Гарри? — Ничего, — сказал Гарри. Все еще глядя на Гарри, Наземникус нервно пошарил в карманах и выудил черную закопченную трубку. Он сунул ее в рот, запалил концом волшебной палочки и всласть затянулся. За какие-нибудь несколько секунд его заволокли густые клубы зеленоватого дыма. — Звиняюсь, — прохрипело из середины вонючего облака. — Я в последний раз тебя предупреждаю, Наземникус! — крикнула миссис Уизли. — Прошу тебя не курить это на кухне, тем более когда мы собираемся ужинать! — Э... да, — согласился Наземникус. — Прости сердечно, Молли. Он упрятал трубку обратно в карман, и дымное облако исчезло, но в воздухе остался едкий запах — словно бы от сгоревших носков. — И если вы хотите поужинать до полуночи, мне нужна помощь, — обратилась миссис Уизли ко всем собравшимся. — Нет, ты уж сиди, милый Гарри, отдыхай с дороги. — Что нужно делать, Молли? — с воодушевлением спросила Тонкс, вскакивая с места. Миссис Уизли посмотрела на нее с опаской. — Э... — заколебалась она, — нет, Тонкс, спасибо, ничего не надо, ты тоже сегодня устала. — Нет, нет, я хочу помочь! — радостно возразила Тонкс и, сшибив по дороге стул, бросилась к кухонному шкафу, откуда Джинни уже вынимала столовые приборы. Вскоре несколько больших ножей под присмотром мистера Уизли вовсю резали мясо и овощи без всякой человеческой помощи, миссис Уизли помешивала в котле, висящем над огнем, остальные вынимали и ставили на стол тарелки, кубки и съестное. Гарри остался сидеть за столом с Сириусом, мной и Наземникусом, который, моргая, глядел на него все так же тоскливо. — Видал с тех пор старуху Фигги? — спросил он. — Нет, — ответил Гарри. — Я вообще никого не видел. — Слышь, браток, я бы ни за что тогда не ушел, — сказал Наземникус, наклоняясь к нему. В голосе зазвучало что-то жалобное. — Но уж очень выгодная была сделка... Гарри вздрогнул, почувствовав, как что-то коснулось его щиколотки, но это был всего-навсего Живоглот — рыжий, криволапый кот Гермионы. Мурлыкая, он стал тереться о его ноги, а потом вспрыгнул к Сириусу на колени и свернулся там клубком. Рассеянно почесывая его за ухом, Сириус, по-прежнему мрачный, повернулся к Гарри: — Как лето, ничего? — Совсем паршивое, — ответил Гарри. В первый раз по лицу Сириуса пробежало какое-то подобие улыбки. — На твоем месте я бы не жаловался. — Как это?! — изумленно спросил Гарри. — Я лично был бы только рад нападению дементоров. Схватка не на жизнь, а на смерть прекрасно развеяла бы скуку. Ожил бы душой. Ты считаешь, тебе худо пришлось, но ты по крайней мере мог куда-то пойти, размять ноги, ввязаться в драку... А я вот целый месяц сижу взаперти. — Почему? — нахмурился Гарри. — Потому что Министерство магии по-прежнему меня ищет, а Волан-де-Морт наверняка уже узнал от Хвоста, что я анимаг и, значит, мои превращения бесполезны. Я мало что могу сейчас сделать для Ордена Феникса... Так, во всяком случае, думает Дамблдор. — Но ты хотя бы в курсе событий, — подбодрил он Сириуса. — Это точно, — саркастически произнес Сириус. — Выслушиваю отчеты Снейпа, глотаю по ходу дела его намеки, что он, мол, рискует жизнью, а я отсиживаюсь тут в уюте и покое... Еще спрашивает меня, как идет очистка... — Что за очистка? — спросил Гарри. — Пытаемся сделать это жилище пригодным для человеческого обитания, — сказал Сириус, обводя унылую кухню концом волшебной палочки. — Десять лет, с тех самых пор, как умерла моя дражайшая матушка, в доме никто не жил, если не считать ее старого домового эльфа. А он совсем спятил и давным-давно уже ничего не чистит. — Сириус, — обратился к нему Наземникус, который пристально рассматривал пустой кубок и, казалось, совершенно не прислушивался к разговору. — Чистое серебро, друг? — Да, — ответил Сириус, глядя на кубок без всякого удовольствия. — Отличнейшая вещь пятнадцатого века с фамильным украшением Блэков, гоблинская работа. — Будет как новенький, — пробормотал Наземникус, полируя кубок рукавом. — Фред, Джордж... Ну почему не в руках?! — крикнула миссис Уизли. Мы обернулись и миг спустя дружно нырнули под стол. Фред и Джордж приказали большому котлу с тушеным мясом, железной фляге со сливочным пивом, массивной доске для резки хлеба и лежащему на ней хлебному ножу отправиться к ним своим ходом. Закопченный котел проскользил по всему столу и резко остановился у самого края, оставив на деревянной поверхности длинную черную полосу. Фляга со звоном упала, расплескав повсюду свое содержимое. Нож соскользнул с доски и воткнулся, зловеще подрагивая, в стол в точности там, где пару секунд назад лежала моя правая ладонь. — Ради всего святого! — взмолилась миссис Уизли. — Ну зачем было это делать?.. Нет, с меня довольно. Если вам теперь можно использовать волшебство, это не значит, что надо махать палочками направо и налево! — Мы просто время хотели сэкономить! — объяснил Фред. Бросившись к ножу, он не без труда выдернул его из стола. — Прости, Кетрин... Мы не хотели... Гарри и Сириус от души хохотали. Наземникус, завалившийся назад вместе со стулом, ругаясь, поднимался на ноги. Живоглот, который чуть раньше, злобно зашипев, метнулся под кухонный шкаф, теперь светил из темноты большими желтыми глазами. - Ох, ну за что? – я с ужасом смотрю на нож. – А вы бы хоть по тише смеялись. — Мальчики, — сказал мистер Уизли, возвращая котел в центр стола, — ваша мать права, вы теперь совершеннолетние и должны вести себя ответственно. — Ни один из ваших братьев ничего подобного не делал! — бушевала миссис Уизли. Она с размаху поставила на стол новую флягу сливочного пива и пролила почти столько же. — Билл не считал нужным трансгрессировать через каждые пять шагов! Чарли не пробовал заклинания на всем, что попадалось под руку! Перси... Она резко умолкла и испуганно, не дыша посмотрела на мужа, чье лицо вдруг застыло. — Давайте же есть, — быстро предложил Билл. — Вид страшно аппетитный, Молли, — сказал Люпин и, положив на тарелку тушеного мяса, передал ей через стол. Несколько минут стояла тишина, перебиваемая только постукиванием ножей и вилок о тарелки и поскрипыванием сидений под едоками. Потом миссис Уизли повернулась к Сириусу: — Я вот о чем тебе хотела сказать, Сириус. В гостиной что-то засело в письменном столе, он все время потрескивает и шатается. Это, конечно, может быть боггарт, но, наверно, надо попросить Аластора взглянуть, прежде чем мы это выпустим. — Как тебе угодно, — безразличным тоном ответил Сириус. — В шторах там полно докси, — продолжала миссис Уизли. — Может, завтра попробуем ими заняться? — У меня просто руки чешутся, — сказал Сириус. В его голосе была слышна горькая ирония. Тонкс, сидевшая напротив меня, потешала Гермиону и Джинни, меняя по ходу ужина очертания своего носа. — А можно теперь свиной пятачок? Мистер Уизли, Билл и Люпин горячо обсуждали проблему гоблинов. — Они пока темнят, — сказал Билл. — До сих пор не пойму, верят они, что он возродился, или нет. Могут, конечно, и нейтральную позицию занять. Отойти в сторону. — Я уверен, что они никогда не встанут на сторону Сами-Знаете-Кого, — покачал головой мистер Уизли. — Они ведь тоже пострадали: помните это последнее убийство целой гоблинской семьи близ Ноттингема? — По-моему, это зависит от того, что им предложат, — сказал Люпин. — И я не золото имею в виду. Если он пообещает им вольности, в которых мы столетиями им отказывали, они могут на это клюнуть. Значит, с Рагноком, Билл, до сих пор ничего не получается? — Он сейчас настроен не в пользу волшебников, — ответил Билл. — Все еще бесится по поводу Бэгмена, считает, что Министерство его прикрыло, ведь гоблины так и не получили от него назад свое золото... Взрыв веселья в средней части стола заглушил дальнейшие слова Билла. Фред, Джордж, Рон и Наземникус хохотали так, что чугь не падали со стульев. — А потом, — едва дыша от смеха и обливаясь слезами, продолжал Наземникус, — а потом, честное чародейское, он мне и говорит: «Милый друг, где ты этих жаб-то раздобыл? Тут, вишь ты, стервец какой-то у меня всех моих стибрил!» А я ему: «Стибрил всех твоих жаб? Экая неприятность, Уилл. Ну, так тебе, наверно, нужны теперь новые». И безмозглая горгулья — гад буду, если вру, — покупает у меня всех своих жаб обратно, да куда дороже, чем платил спервоначала... — Наземникус, с нас, я думаю, хватит рассказов о твоих коммерческих предприятиях, спасибо тебе большое, — язвительно сказала миссис Уизли. Рон, завывая от смеха, бессильно повалился на стол. — Прошу прощеньица, Молли, — отозвался Наземникус, вытирая глаза и подмигивая Гарри. — Уилл, если на то пошло, их выторговал у Бородавчатого Харриса обманом, так что я, может, не очень-то уж и дурно поступил. — Не знаю, Наземникус, где тебя учили тому, что хорошо, а что дурно, но, боюсь, ты пропустил несколько ключевых уроков, — холодно заметила миссис Уизли. Фред и Джордж, хохоча, уткнулись в кубки со сливочным пивом. На Джорджа напала икота. Вставая, чтобы принести на сладкое большое блюдо с ревеневым пудингом, миссис Уизли неизвестно почему бросила на Сириуса очень неприятный взгляд. Мистер Уизли сыто и размягченно откинулся на спинку кресла. Тонкс, вернув своему носу обычный вид, сладко позевывала. Джинни, выманив Живоглота из-под кухонного шкафа, сидела на полу по-турецки и катала пробки от сливочного пива. Кот бросался за ними в погоню. — Не пора ли честной компании разойтись по спальням? — сонным голосом предложила миссис Уизли. — Нет, Молли, погоди немного, — сказал Сириус, отодвигая пустую тарелку и поворачиваясь к Гарри. — Что-то ты меня удивляешь. Я думал, первое, что ты примешься тут делать, — это задавать вопросы про Волан-де-Морта. Общая атмосфера изменилась. Если секунды назад на кухне царила дремотная расслабленность, то теперь все насторожились и напряглись. При упоминании ненавистного имени вокруг стола пробежала дрожь. Люпин, собиравшийся глотнуть вина, медленно опустил кубок, всем своим видом выражая осмотрительность. — А то я не задавал! — негодующе воскликнул Гарри. — Задавал Рону и Гермионе, но они сказали, что мы не состоим в Ордене и... — Они совершенно правы, — заметила миссис Уизли. — Ты еще слишком юн. Она выпрямилась в своем кресле, сжав в кулаки лежавшие на подлокотниках руки. В лице — уже ни следа сонливости. — С каких это пор, чтобы задавать вопросы, надо быть членом Ордена Феникса? — спросил Сириус. — Гарри целый месяц проторчал в магловском доме. Он имеет право знать, что проис... — Постой! — громко перебил его Джордж. — Почему именно Гарри получит ответы на свои вопросы? — сердито спросил Фред. — Мы месяц пытаемся выудить хоть какие-то сведения, но нас не удостоили даже завалящего кусочка! — крикнул Джордж. — Вы еще слишком юные, вы не члены Ордена, — произнес Фред тонким голосом, страшно похожим на материнский. — А Гарри — пожалуйста, хотя он несовершеннолетний! Так еще и Кетрин с Сетом допускаете на собрания. Это не честно. — В том, что вам не рассказали про дела Ордена, я лично не виноват, — спокойно проговорил Сириус. — Так решили ваши родители. Что же касается Гарри... — Ты не вправе самостоятельно решать, что нужно Гарри, а что нет! — резко оборвала его миссис Уизли. Ее обычно доброе лицо вдруг стало чуть ли не угрожающим. — Надеюсь, ты не забыл слова Дамблдора? — Какие именно? — вежливо спросил Сириус с видом человека, готовящегося к бою. — О том, что Гарри не должен знать больше, чем ему необходимо знать, — ответила миссис Уизли, сделав особенный упор на последние два слова. Рон, Гермиона, Фред и Джордж поворачивали головы то к Сириусу, то к миссис Уизли, как будто смотрели теннис. Джинни, стоявшая на полу на коленках, позабыла о рассыпанных вокруг пробках и слушала разговор с полуоткрытым ртом. Люпин не сводил глаз с Сириуса. Тема, которую затронул Сириус, всех заинтересовала. Но мне же было интереснее, как скоро миссис Уизли оторвет голову Блэку. — А я и не буду, Молли, рассказывать ему больше, чем ему необходимо знать, — сказал Сириус. — Но, поскольку именно он стал свидетелем возвращения Волан-де-Морта (все опять содрогнулись), он имеет больше права, чем многие другие... — Он не член Ордена Феникса! — заявила миссис Уизли. — Ему только пятнадцать лет, и... — И он перенес столько же испытаний, как и большинство членов, — возразил Сириус. — А кое-кого и позади оставил. — Я не собираюсь принижать то, что он совершил! — закричала миссис Уизли. Ее кулаки на подлокотниках кресла подрагивали. — Но он же еще... — Он не ребенок! — раздраженно сказал Сириус. — Но и не взрослый! — Щеки миссис Уизли зарделись. — Он — не Джеймс, Сириус! — Спасибо, Молли, но я неплохо представляю себе, кто он такой, — холодно ответил Сириус. — Вовсе в этом не уверена! — воскликнула миссис Уизли. — Иногда ты говоришь о нем так, словно это твой лучший друг воскрес! — Что в этом плохого? — спросил Гарри. — То, Гарри, что ты — не твой отец, как бы ты ни был на него похож! — ответила миссис Уизли, по-прежнему сверля глазами Сириуса. — Ты еще учишься в школе, и взрослым, которые за тебя отвечают, не следует об этом забывать! — Ты хочешь сказать, что я безответственный крестный отец? — повысил голос Сириус. — Я хочу сказать, что ты, Сириус, имеешь склонность к безрассудным поступкам, из-за чего Дамблдор требует, чтобы ты не выходил из дому и... — Давай-ка лучше оставим в стороне указания, которые я получаю от Дамблдора! — громко перебил ее Сириус. — Артур! — набросилась миссис Уизли на мужа. — Артур, поддержи меня! Мистер Уизли ответил не сразу. Снял очки, медленно протер их мантией, не глядя на жену. Заговорил лишь после того, как аккуратно водрузил их на место. — Дамблдор понимает, Молли, что положение изменилось. Он согласен с тем, что теперь, когда Гарри находится в штаб-квартире, его надо в какой-то мере ввести в курс дела. — Да, но одно дело «в какой-то мере», другое — поощрять его задавать любые вопросы! — Что касается меня, — тихо начал Люпин, отводя взгляд от Сириуса и встречаясь глазами с миссис Уизли, быстро повернувшейся к нему в надежде обрести наконец союзника, — я считаю, что лучше пусть Гарри узнает факты — не все факты, Молли, только общую картину — от нас, чем получит их в искаженном виде от... других. — Так, — произнесла миссис Уизли, тяжело дыша и все еще оглядывая стол в тщетных поисках поддержки, — ну что ж... я вижу, я в меньшинстве. Я только вот что скажу: у Дамблдора наверняка были причины для того, чтобы не позволять Гарри знать слишком много. Я как человек, принимающий интересы Гарри близко к сердцу... — Он не твой сын, — тихо сказал Сириус. — Все равно что сын! — яростно возразила ему миссис Уизли. — Кто еще у него есть? — У него есть я! — Так-то оно так, — поджала губы миссис Уизли, — но беда в том, что тебе трудновато было о нем заботиться, пока ты сидел взаперти в Азкабане. Сириус начал подниматься со стула. — Молли, из собравшихся за этим столом ты не единственная, кто печется о Гарри, — резко сказал Люпин. — Сириус, сядь! Нижняя губа миссис Уизли задрожала. Побледневший Сириус медленно опустился обратно на стул. — Я думаю, мы должны послушать, что скажет сам Гарри, — продолжал Люпин. — Он уже достаточно большой, чтобы решать за себя. — Я хочу знать, что происходит, — мигом выпалил Гарри. — Очень хорошо, — сказала миссис Уизли прерывающимся голосом. — Джинни... Рон... Гермиона... Фред... Джордж! Немедленно выйдите из кухни. Взрыв негодования. Я лишь спокойно встала из-за стола. Тихо поблагодарив миссис Уизли за ужин, я направилась в спальню.