Разговоры по душам.

       Лип и Йен                      Лип лежал на втором ярусе своей кровати и всё никак не мог уснуть.        — У меня был минет сегодня, — наконец произнёс он и с улыбкой посмотрел на Йена. Тот лишь усмехнулся, а потом не прекращая улыбаться произнёс: — А какая там статья запрещает секс с животными?        Немного посмеявшись, Лип продолжает ему говорить, приподнимаясь на локтях.        — Карен Джексон.        — Врёшь же, — усмехнувшись, произнёс Йен, копируя жест своего собеседника и тоже облокотившись о кровать.        — Да, да, да, — закатил глаза кучерявый. — У неё тройбан по физике, а нужна четвёрка, — Лип спрыгивает с кровати и присаживается на стол.        — Или же... — начал Йен, — ты бы не стал так долго ждать, чтобы мне рассказать, — улыбаясь, Йен поднимается со своей кровати и присаживается ближе к Липу.        — Пять часов ждал.        — Ясно. Врёшь короче.        — Иди ты...        Они снова дарят друг другу улыбки и продолжают посмеиваться. Лип наконец почувствовал непринуждённость. Но его взгляд пал на Карла. Убедившись в том, что он точно спит, рискнул всё же спросить:       — А у тебя был минет?        — Разок, другой, — бубнит Йен с зажатым между губ косячком.        — Ого, — Лип забирает у Йена самокрутку и затягивается сам. — Я смотрю, ты не торопишься мне об этом рассказать.        — Ну да.        — Мы ведь с тобой всё друг другу рассказываем... — говорит Лип и, поднимаясь со стола, отдаёт косяк обратно Йену.        — Разве что... тебе парень делал минет... — Лип достаёт откуда-то из под матраса журнал и кидает его Йену. — Примерно.        С лица Йена в этот же миг спадает улыбка. Ведь Лип.. он всё знает. Он нашёл его журнал. Они так и смотрят друг другу в глаза. Те положительные эмоции, что были прежде, поглощены страхом. Страх, что Лип не поймёт его. Отвергнет. Может, будет даже ненавидеть. Он теперь ведь всё знает...              

***

                    Йен сидит в старом задрипанном фургончике, стоящем на заднем дворе. Курит. В наушниках громко играет музыка. Настроение просто дерьмо.       «Ну, только его здесь не хватает», — проносится в голове у Йена, как только он видит Липа, идущего к фургону. Когда Лип садится рядом с Йеном, последнему всё же приходится снять наушники, чтобы выслушать незваного гостя.        — Как тебя это не смущает? — проговаривает Лип, показывая на одну из картинок из самодельного журнала Йена с гей-порно. — И вот это... — показывает новую картинку. — Как вот это может тебя устраивать? — еле произносит Лип, потому что уже не может сдерживаться и смеётся ему в лицо.        — А знаешь что действительно смешно? Ты! Всегда, — Йен отбирает у него журнал и прячет куда подальше. Подносит сигарету к губам, едва касается. Не успевает даже как следует затянуться, как её у него выхватывает Лип, делая глубокую затяжку. На что Йен лишь разочарованно выдыхает, косясь куда-то в окно.        — Был у тебя кто до Кэша? — спокойным голосом на выдохе произносит Лип. Он понимает, что погорячился, и теперь нужно разрядить обстановку. Он ведь не за этим сюда пришёл. Смотрит Йену в глаза и упрямо ждёт ответа.        — Был один, — всё же нехотя произносит Йен.        — Да? И кто?        — Я не скажу.        — Ты вспомни хоть раз, когда я про тебя хоть что-то разбалтывал.        Собравшись духом, Йен выдыхает и начинает рассказывать:        — Один парень в школе.        —Да?        — Я знаю, это сейчас совсем неважно. Он сейчас уехал. Но это — Роджер Спайки.        — Роджер Спайки? Этот мудак Роджер Спайки? — усмехаясь произносит Лип. — С огромным членом? Он тот слух пустил? — посмеиваясь, спрашивает Лип у своего брата.        — Не слух, — с улыбкой отвечает Йен.        Но всё же затянулась нагнетающая и без того напряжённую обстановку немая пауза, которую Лип поспешил развеять.        — Нет, честно? Вот так, в жопу? — с нескрываемым удивлением снова спрашивает Лип. — Ты к этому привык? Как к этому вообще можно привыкнуть? — даже с небольшим раздражением. — Ведь в этом смысл кишок. Там...одностороннее движение. Так и должно быть...        Вся эта ситуация лишь смешит Йена. И все эти доводы заставляют его откровенно смеяться. Смеяться без остановки.        — Что?        — Должно быть... Как будто нам дали лёгкие лишь для курения.        И тут они уже смеются вместе. Искренне. Разногласий больше нет. Смотрят на друг друга и улыбаются. Они же братья. Они всегда помирятся.