Tesco, пролитый чай и одно совпадение

      Промокший Лондон был просто идеальным местом для работы.       Джексона тащило в этот величественный город, как магнитом. Каждое лето он стабильно приезжал сюда, останавливался у друзей и зависал неделями в студии. Под дождь и редкое солнце хорошо писалось, красные автобусы на улицах поднимали настроение, а в пять вечера его всегда ждала чашка чая.       Ван был одним из тех, кому за четверть жизни не повезло встретить соулмейта. Ну, не срослось, они нигде не пересеклись, ничьи слова не расцвели на его коже. Если в начале взрослой жизни Джекс был этому рад, то к двадцати пяти годам сердце вовсю требовало свою вторую половину. Напряжение и усталость не помогали сбрасывать даже элитный алкоголь и не менее элитные девушки на ночь.       В этот Раз Бэм решил притащить в студию американцев.       Конпимук все уши прожужжал о парнях из Лос-Анджелеса, у одного из которых был шикарный вокал, а другой умел читать рэп «так, что сердечко ёкает». Джексон был рад. Внешне рад. Внутри он хотел придушить тайца за то, что тот хочет притащить в его студию лишние тела, которые будут сжигать бесценный О₂ и маячить на заднем плане.       В день приезда коллег Бхувакулю вздумалось побегать вокруг Вана с чашкой остывшего чая. Сам же Джексон чах над своим драгоценным ноутбуком, параллельно пробегаясь пальцами по клавишам синтезатора. Бэм предсказуемо споткнулся о провода на третьем кругу, и все содержимое кружки вылилось прямиком на китайца и аппаратуру.       Покрывая друга матами на разных языках, Джекс, недолго думая, сорвал с себя футболку и принялся спасать синтезатор и ноут от вселенского потопа. Бэм же бессовестно угарал на безопасном расстоянии от злющего парня, умудряясь еще и вставлять шутки про «горячих сантехников». — Я тебя сейчас убью, — в состоянии крайнего бешенства Ван броском баскетболиста отправил потяжелевшую от влаги футболку в лицо друга, получив в ответ стон боли, — ты утопил мой синтезатор, а я сейчас утоплю тебя.       Шум за дверью спас Конпимука от расправы. Джексон повернул голову и замер в неловком положении, будучи голым по пояс. Надо было бы подорваться за футболкой, но возникло стойкое ощущение, что его поймали на месте преступления, а не в собственной студии. — Ты еще просто не знаешь их, Марк.       Дверь отворилась, и в комнату вошли два человека. Парень с ярко-красными волосами бесстыдно уставился на Джексона, чуть наклонив голову. Тот же как завороженный наблюдал за тем, как губы незнакомца растянулись в улыбке. — Человек с обложки порножурналов, — этот голос вдруг пробрал до мурашек по позвоночнику, — мы будем работать с порнозвездой, Бом?       Ван уже открыл рот, чтобы ответить на этот своеобразный комплимент, но вдруг почувствовал, что кожа на ребрах с левой стороны вдруг засаднила. Джекс тут же метнулся в уборную, чувствуя между лопаток три недоуменных взгляда. Неужели…       Зеркало в туалете точно было пьяно. Джексон провел по «порножурналу» пальцами, чувствуя, как кожа все еще горит от только что полученной тату. Да быть не может. Парень услышал свой смех словно со стороны, а потом в бессилье свалился на пол. — Так вот как он меня теперь знает, — собственный надломившийся голос казался до ужаса неестественным, — порнозвездой значит. Потрясающе.       От резкого экзистенциального кризиса его оторвала барабанная очередь по двери. — Ван, ты там жив? — голос Бэма вызвал зубную боль и покалывания в костяшках, но парень сдержался. — Принеси мне, пожалуйста, что-нибудь надеть, Бэми.       На счастье Джексона, в нужный момент Конпимук не задавал вопросов. Уже через минуту друг стоял в уборной рядом с парнем и вовсю разглядывал его тату. Ван ожидал поток насмешек, но Бэм вдруг резко посерьезнел лицом и похлопал другу по плечу. — Не повезло тебе. В смысле, — одернул себя Бхувакуль, — добро пожаловать в мир, где каждой твари по паре.       С этими словами в руки Джекса пихнули толстовку.

***

      Он провел в туалете еще пять минут, придумывая ответную фразу. Он же еще ничего не сказал, значит, этот парнишка ничего пока не знает. В голове пронеслась тысяча разных вариантов, но Джексон наконец смог выбрать один, казавшийся в меру остроумным.       Когда он появился в студии, красноволосое чудо оценивало ущерб его синтезатора с таким серьезным видом, что Ван почти умилился. Сделав суровое лицо, он сделал шаг к худощавому парнишке и опустил свою тяжелую руку на его плечо. — Эй, радиоактивный петух, — Джексон повернул парня к себе, с жадностью заглядывая ему в глаза, — решил начать наше знакомство вот так?       По лицу его соулмейта не пробежало ни тени недоумения или испуга. Он просто ответил ему вежливой улыбкой и похлопал Вана по плечу в ответ. — Это был комплимент, хранитель шикарного пресса, — парень с толикой недоумения посмотрел на расстроенное лицо Джексона, — я Марк, кстати, Марк Туан, — вопрос в глазах сменился смешинками. — Джексон Ван. — Да, я знаю, Джексон, — музыкант напряг слух, но не услышал в словах Марка ничего подозрительного.       Джексон решительно ничего не понимал. По его собственному опыту, появившемуся минут пятнадцать назад, он знал, что слова буквально выжигаются на коже, это вызывает дискомфорт и панику, но Марк словно ничего не чувствовал. Точнее не словно.       Марк вообще ничего не почувствовал.       Ван наблюдал за своим соулмейтом все то время, что они сидели в баре неподалеку. Туан редко вступал в разговор, часто улыбался и пихал Джебома в плечо на смущающих моментах разговора. Джексон смотрел на Марка так долго, что тот засмущался и залился румянцем, а сам Джекс получил тык от Бхувакуля и тяжелый взгляд от Джейби, который невзлюбил его сразу же, как вошел в студию.       Он сам не стал ничего рассказывать. Очевидно, боялся реакции приятелей или типа того. Ван просто прислушивался к своим внутренним ощущениям, пытаясь понять, изменилось ли что-то или нет. Изменилось. Все его существо словно тянулось в сторону Туана, но он одергивал себя раз за разом, будучи не в силах оторвать от парня глаз.       Тем временем Джейби завел разговор про своего соулмейта, и Джекс наконец отвлекся от созерцания своего красноволосого чуда. Парой Има был «очень заносчивый мудак» Пак Джинён — это имя показалось смутно знакомым, но Ван отложил это в дальний угол. — Он назвал меня оборванцем, — фыркнул Бом, — теперь у меня на спине сияет шикарное «оборванец». — Повезло же тебе, — хохотнул Бэм, весело ударив кулаком по столу. — Везет же тем, кому достается простое «привет», — Джексон тут же обернулся на тихий голос Марка.       Тот сидел с задумчивым видом, крутя в руках кружку с пивом. Кажется, слова не были адресованы кому-то конкретно, из-за чего Ван напрягся еще больше. Под удивленный взгляд Джексона Джейби похлопал Туана по плечу и тяжело вздохнул. — Ну, а у вас, парни, что по соулмейтам?       Бэм пустился в пространный рассказ о его паре — Югёме, чуть ли не в лицах пересказывая их первую встречу. Джексону же под веселый голос Конпимука почему-то вспомнился его школьный друг Ёнджэ. Парнишка встретился со своим соулмейтом-девушкой в галерее и потом искал ее еще несколько лет. «Походу, среди нас всех Чхве единственный не пидор», — с толикой самоиронии подумал Ван. — Хэй, Джекс, а у тебя как? — голос Марка вывел китайца из оцепенения.       Идеальный момент для того, чтобы раскрыть все карты. Он бы мог сейчас просто выдать Марку всю правду и получить этого красавчика до конца дней своих и даже больше. Однако Джексон просто мотнул головой и коротко улыбнулся, скрывая за этим свои настоящие эмоции. — Слава Богам, ничего.       Бэм за следующие десять минут прожег в нем не менее двенадцати дыр.       Расползлись парни уже под ночь. «Местные» решили проводить своих гостей и вместе с ними ждали кэба у уличного фонаря. Вдруг Джексона мягко потянули в сторону, и парень был вынужден сделать пару шагов прочь от электрического света. — Я видел, как ты сегодня смотрел на Марка, — голос Джейби был бесстрастен, и от этого становилось страшно, — не надейся ни на что, приятель. У него уже есть соулмейт. — Чего? — Джекс выкрикнул это раньше, чем успел подавить собственные эмоции.       Им шикнул на него и сделал еще пару шагов от Марка и Бэма. — Джейби, не пойми неправильно, но…       Ван был уже готов раскрыть свой секрет, как радостный голос Конпимука позвал Джебома к кэбу. Одарив своего нового коллегу тяжелым взглядом, Бом двинулся к такси. Джексон проводил голову Марка тоскливым взглядом, а на его веселый взмах руки даже не ответил.

***

      Всю неделю Джексон чувствовал себя проклятым, работая бок о бок с Марком. Его безумно тянуло к этому парнишке, хотелось банально сжать его в своих объятиях и воровато украсть поцелуй. Да и сам Туан вел себя предельно странно: он то шарахался от Джекса, то сидел чуть ли не на его коленях, изучая текст к их совместной песне. От этого крыша ехала еще быстрее. Кажется, это у Туана политика такая была — «метод кнута и пряника» — иначе это явление объяснить было просто нельзя.       Ван прочесал весь Интернет, но нигде не было описано случая того, что у людей не совпадали соулмейты. Но он был уверен, что не видел Марка до этой недели, по крайней мере, так лично. Джекс даже посетил онлайн-консультацию по этому вопросу, где его и еще нескольких уверили, что такой осечки быть просто не может: «Это вам не компьютерная программа».       Джебом не переставал испепелять взглядом, а Бэм безостановочно жужжал о том, что стоит уже всем все рассказать. С Имом Ван так и не поговорил, а на Конпимука шикал каждый раз, когда тот говорил лишнее.       Честно, Джексон просто ждал, когда парни уже наконец свалят из страны и оставят его задницу в покое. Тогда он сможет просто прикинуться, что никакого соулмейта у него и в помине нет, что тату на теле — обычная вселенская ошибка, ошибка в расчетах высших сил. А если все будет совсем плохо, можно вывалить кучу бабла и свести тату к чертовой бабушке.       Однако Ван не мог не признать, что их с Марком голоса вместе звучат более чем идеально. Он переделывал слова несколько раз, чтобы наконец получить идеальное смешение их тембров. Тут должное ему отдал даже Джейби, которому было сложно угодить. А Джексон мучился каждый раз, когда на записях приходилось слушать голос Туана раз за разом. — Это не совместная работа, а чистая адская пытка, — буркнул однажды Ван, когда к нему в гости заскочили Югём и Бэм.       Югём, уже введенный в курс дела своим заботливым парнем, сочувствующе похлопал друга по плечу. Тяжелая рука Кима немного вбила Джексона в пол. — Расскажи ему уже. Ну или поговори с Джебомом.       И Джексон честно позвонил Иму, разбудив того посреди ночи, и выкурил его из отеля на улицу. Джебом был взъерошенный, сонный и очень злой, и Ван даже начал бояться за свою жизнь. — Бом, — Джекс виновато опустил голову, — ты не мог бы рассказать о соулмейте Марка? –Ты меня ради такой хероты из-под одеяла вытащил? — однако в голосе коллеги не прозвучало привычное раздражение, что изрядно удивило Джексона, — то ли ты озабоченный извращенец, то ли ты — тот самый, и я даже не знаю, что хуже.       Шестеренки в голове завертелись с тяжелым скрипом. Ван медленно обрабатывал полученную фразу, перемывая каждое сказанное слово. — Тот самый?       Джейби устало пихнул руки в карманы куртки и выдохнул, отчего в воздухе заклубился едва заметный пар. Вместо ответа парень взял Джексона под руку и повел в сторону круглосуточной кафешки при отеле.

***

      Теперь он знал, куда ему стоит позвать Марка.       На удивление, маршрут Джексон помнил довольно хорошо. Tesco был всего лишь через пару станций метро, на весь путь они потратят от силы десять минут. На удивление, с уговорами Марка ему помог Джебом. Им очень натурально разнылся, что голоден и требует, чтобы его «единственная надежда в этом мире идиотов» сгоняла ему за рамёном и банкой пива. Пришлось Туану смириться с компанией Джексона.       Всю дорогу Ван старался не светиться, как счастливый дурак. Он смотрел на притихшего соулмейта с такой радостью, что, казалось, уже все пассажиры вагона почувствовали это безграничное довольство, льющееся из Джексона водопадом. — Ты чего какой радостный, Джекки? — от внезапного прозвища парень аж подавился воздухом. — Так, я не понял, что у тебя ко мне за претензии, колибри? — Туан горделиво поднял голову в ответ на поднятую бровь, за что Джексон мысленно дал ему пять. — Никаких претензий, папочка.       Теперь уже был черед Вана залиться краской и отвернуться. По вагону прошлись смешки, а некоторые закрыли лицо руками. Кажется, Марк любил выбивать первенство из рук со скоростью пули. — Дома поговорим, сынуля, — процедил сквозь зубы музыкант, не рискуя смотреть на довольную рожу Туана.       Они вышли в толпе из метро и двинулись в сторону магазина. Марк несколько раз порывался что-то спросить, но обрывал себя, чуть открыв рот. Джексон с нетерпением ждал, но до самых дверей супермаркета ни одного слова так и не было произнесено. — Так, сначала нам вон в тот отдел, — Туан взял тележку и пихнул ее в руки Джексону, — а дальше по цепочке. — Нет, дорогуша, мы с тобой идем в другую сторону.       Растерянность Марка придала Джексону уверенности. Он покатил тележку в сторону нужных стеллажей, зная, что соулмейт не отстает от него ни на шаг.       Замер он рядом с отделом сладостей. Марк встал рядом и кинул на Вана вопросительный взгляд. — Не узнаешь? — Джексон окинул полки взглядом, — год назад на этом месте один неуклюжий парнишка перевернул свою тележку. Я шел мимо и закинул ему бутылки с газировкой, напоследок небрежно бросив: «Полегче на поворотах». Я не придал этому событию особого значения, а вот жизнь парнишки эта мимолетная встреча изменила, — из груди выдался прерывистый вздох, — левая сторона в районе ребер, да?       Он повернулся на Марка и заметил, как тот закрыл ладонью то место, где у самого Джексона тоже было его тату. Губы парня сжались в тонкую линию, и Ван не мог угадать, рад ли тот или в ярости. — Я твой соулмейт, Туан, — наконец выдавил из себя заветные слова парень.       Музыкант ожидал чего угодно, но не того, что Марк вдруг кинется ему на шею и тут же втянет в поцелуй. Наконец руки смогли скользнуть в ярко-красные волосы и по коже побежали приятные мурашки. — Я ненавижу тебя, Джекки, — Туан отпрянул от Джексона с такой же резкостью и сложил руки на груди, — я чертов год убил, пытаясь вычислить тебя, целый чертов год! Я даже не успел тебя, придурка, догнать в тот день. Господи, — он закрыл лицо руками, а плечи задрожали от смеха, — только не говори мне, что у тебя… — Ага, — Ван рассмеялся в ответ и тыкнул себя пальцем в бок, — теперь у тебя есть твой личный порноактер. Постой, — одернул себя Джексон и с прищуром посмотрел на Марка, — ты что, уже все знал? — Я догадывался, — Туан с неловкой улыбкой запустил пятерню в волосы, — чувства же не обманешь, верно?       Они бросили несчастную пустую тележку посреди магазина. До студии они тоже не дошли. В какой-то момент их прогулки ноги сами повели Джексона домой, а Марк был не против наверстать упущенный год. И честно, прикосновения и поцелуи этого неуклюжего красавчика пьянили куда лучше любого алкоголя на этой планете.

***

      Джексону пришлось краснеть перед Джебомом, как перед матерью. Точнее, как перед очень сквернословящим отцом. Им отвесил парню пару подзатыльников и в ярких эпитетах рассказал ему, кто он в этой жизни. Когда пар вышел, Джейби просто осел рядом с Ваном, переводя дыхание. — С какого хрена ты меня отчитываешь? — взорвался в ответ Ван, с видом оскорбленной невинности поджав губы. — Мог бы хотя бы написать, кретин недоразвитый, — буркнул Бом, — пропали до позднего вечера, озабоченных два.       Наверно, нужно было чувствовать себя хоть немного виноватым, но вместо этого Джекс только хихикнул и спрятал краснеющие щеки в ладони. Коллега же перешел из режима «киллера» в режим «уставшая мать сына-придурка» и обиженно засопел на другом краю дивана. — Вот не поверю, что ты так не сделал с Джинёном. Кстати, — вспомнил вдруг Ван, — передавай ему привет. — С какой стати?       Если бы глазами можно было убивать, то Бом уже давно нашинковал Джексона на колбаски. — Он у меня дома по обмену останавливался, когда нам было лет по тринадцать. Он до сих пор на принцессу похож?       Пришедшие в студию Бэм и Марк застали чу́дную картину: Джебом активно бил Джексона подушками, а тот смеялся во все горло, вяло защищаясь от угрозы. — Принцесса значит, — бормотал себе под нос Джейби, — только у меня есть право так звать его.       Парней растащили. Марк тут же отвесил Джейби подзатыльник (Ван подавился своей гордостью и довольной улыбкой) и на начавшиеся было претензии ответил таким взглядом, что Им сразу же замолк.       Когда страсти улеглись, Конпимук в своем фирменном стиле полез выяснять «обстоятельства дела». Джексон пихнул Туана в бок, и тот с неохотой принялся за свою версию прошлых событий.       Марк вместе с семьей приехал в Лондон прошлым летом. Родители решили свалить на вечернее свидание, поэтому сестры с братцем послали Туана в супермаркет. Парень же на радостях набрал столько всего, что просто не удержал тележку на повороте и перевернулся вместе с ней. На его счастье, присутствующие не подняли его на смех, а бросились на помощь. Среди общей суматохи парень едва расслышал «Полегче на поворотах», но кожа на ребрах тут же загорелась. Марк понял все слишком поздно и не успел догнать незнакомца в кожаной куртке. — Поэтому я решился приехать с Джебомом, — Марк кинул на друга благодарный взгляд, — они с Джинёном подумали, что я смогу найти своего соулмейта здесь еще раз. Как видите, нашел.       Джексон с трепетом мальчишки взял Туана за руку, и тот каким-то привычным жестом сцепил их ладони в замок. — То есть ты хочешь сказать, — Бэм задумчиво почесал подбородок, — что Джексон у нас — звезда порножурналов, а тебе достались повороты? Да уж, это вам не «привет» на запястье.

***

      Их совместный трек быстро попал в топ, впервые за всю карьеру Джексона. Парень трижды станцевал победный танец в комнате Марка с подушкой на голове на манер треуголки, расцеловал уже своего парня в обе щеки и даже смотался вниз за небольшим тортиком. — Ван, ты с ума сошел, — счастливое лицо Туана, который уплетал десерт за обе щеки, шло вразрез с его словами, — ты теперь так всегда будешь делать? — А что, хочешь занять почетное место в моем еще не выпущенном микстэйпе? — с хитрым прищуром поинтересовался Джексон.       Марк осторожно подтянулся на руках, оказавшись за спиной Вана, и совершенно бесстыдно обдал его шею дыханием. — Я там так и так буду, папочка. — Туан, ты с ума сошел, — голос Джексона надломился, и парень спрятался лицом в подушку под веселый гогот своего соулмейта. — Одна твоя реакция вынуждает меня говорить это вновь и вновь, — Туан обнял музыканта на манер плюшевого мишки и звонко поцеловал его в подбородок.       Ван позвонил родителям под напряженным взглядом Марка и очень лаконично сообщил им две радостные новости. Конечно же, соулмейту мама была рада гораздо больше, чем успеху песни. Еще пара звонков, и Джексона уже ждали в доме Туанов в Лос-Анджелесе.       Джейби порывался выкинуть Вана из самолета, они чуть не забыли свои чемоданы на ленте получения, но в целом прилет в Америку прошел успешно. Родители, сестры и брат Марка уже ждали троицу в зале у выхода. — А твои родители меня вообще одобрят? — Джексон с сомнением посмотрел на Туана. — Да хуже уже некуда, у них выбора все равно нет, — пробормотал себе под нос Джебом, из-за чего заработал целых два подзатыльника. — Они полюбят тебя, Джекки, — уверенно заявил Марк, — ты просто не пропадай на год и не показывай им свою татуировку.       Отец Марка спалил тату парня своего сына в первый же день, и у Вана возникло сильное ощущение, что смех Рэймонда слышали даже в Гонконге.