Вожатых никто не утешит.

Про Чудо-Мальчугана многое рассказывают. Никто не знает, в каком он отряде, сколько ему лет, как его на самом деле зовут. Да и про Дину давно уже ничего не слышно, ведь история эта случилась давно. Но легенда про Чудо-Мальчугана – моя самая любимая, так что устраивайся поудобнее и готовься слушать. Дина приехала в лагерь в первый раз, и всё здесь ей было ново и непривычно. Непривычны были незнакомые ребята, сосновый лес вокруг корпуса, высокие озорные вожатые в галстуках, занятия, мероприятия, свечки. Дина скучала по дому, но стеснялась об этом говорить – как бы ребята с вожатыми не спрашивали. И один раз, когда отряд играл на спортивной площадке, девочка незаметно отползла в сторонку, обняла руками коленки и тихонько заплакала. И неожиданно возле неё появился незнакомый мальчик. Рыжий и кудлатый, как весёлый уличный щенок, зеленоглазый, весь в веснушках-конопушках, он усмехнулся на один бок, и Дина подумала: «Сейчас точно скажет: “Ну чего ты ревёшь?!” или в лучшем случае “Всё будет хорошо, не плачь!”». Но мальчик заговорил непредсказуемо: - А побежали наперегонки! Дина на самом деле была азартной девочкой, и бегать она очень любила. Поэтому она вскинула острый подбородок, хитро сощурила глаза и крикнула: - А побежали! И они побежали. Они бежали так долго, что Дина забыла даже, с чего всё началось и что надо кого-то обгонять. Выскочили ребята на незнакомую Дине площадь с огромным полотном асфальта. Площадь была грустной и унылой. Справа играли на инструментах печальные музыканты, ходили туда-сюда прохожие с тоскливыми минами на лице. Мальчишка, не знаю, откуда, вытащил коробку с цветными мелками и кинул её Дине. И ребята принялись рисовать. На асфальте улыбались розовые коты, перемигивались радужные единороги, по шеям фиолетовых жирафов катались озорные разноцветные еноты. Вся площадь была изрисована яркими красками, но мальчишка на этом не остановился. Он шагнул к музыкантам и вытащил из кармана ноты. Не знаю, случалось ли с вами такое, что вы таскали с собой ноты в карманах каждый день, - но с мальчишкой это явно было не в первой. Музыканты выхватили смычки, ударили по струнам, пробежались пальцами по флейтам – и принялись играть. Музыка была радостной и весёлой. Мальчишка хватал прохожих за руки и втягивал их в большой хоровод. В центр хоровода выскакивали пары и кружились, улыбаясь друг другу и смеясь. Куда подевались те унылые серые лица?! На последних аккордах мальчишка выхватил Дину и шагнул вместе с нею в центр. Дина считала, что она не умеет танцевать, но с мальчиком ей было так хорошо и весело, что она совсем об этом забыла. Вечерело. Дина и не заметила, как за всеми её радостями и приключениями прошёл целый день. Мальчишка улыбнулся Дине и поманил её за собой. Они поднялись в большое стеклянное здание – оранжерею, стоявшую на краю разрисованной площади. С верхнего этажа открывался потрясающий вид. Был виден лагерь: ребята носились по лужайкам, разжигали костры, вожатые бегали с коробками и флажками. А вокруг лагеря сосновой стеной поднимался лес. В него опускалось оранжевое солнце – тонуло в позолоченных облаках, в розовой туманной дымке, и дымка отражала его огненные лучи. Дине вдруг стало грустно. Но уже не потому, что она скучала по маме, боялась незнакомых ребят. - Чего ты опять? – осторожно спросил мальчишка, придвигаясь к девочке поближе. - А что, если… что, если мы никогда больше не увидимся? Мальчишка поглядел на Дину задумчиво. Вздохнул: - Эх, Динка… - отвернулся, поглядел на закат, и задумчиво продолжил. - Ладно, ты хорошая, тебе, наверное, можно. Я – Чудо-Мальчуган. И у меня есть своя Гильдия. Может быть, ты когда-то читала книжку «Тимур и его команда», так вот мы – что-то в этом роде. Только наша задача – настроение. Мы все очень чуткие. Мы за версту слышим, если кто-то из ребят плачет, злится, чувствуем одиночество или тоску так же, как охотничьи собаки чувствуют запах лисы. И всегда приходим на помощь. Но, понимаешь, какая штука… Грустных людей с каждым годом всё больше и больше, и пока я бегу к одному человеку, на пути встречаются ещё трое. И к тебе я могу просто не успеть. Понимаешь? Дина грустно кивнула. Она старалась не глядеть на Чудо-Мальчугана, чтобы не выдать своих чувств и своей грусти. Он и так старался целый день, чтобы её развеселить. - Но, если ты вступишь в Гильдию, - вдруг хитро сощурился Чудо-Мальчуган, - мы сможем видится чаще. И работать бок о бок. Но имей в виду, работа эта – ответственная. И сложная. Люди, которым плохо, могут огрызаться и не принимать твой помощи. Кого-то нужно обнять и пожалеть, кого-то отвлечь, с кем-то найти правильное решение. И ошибаться нельзя. - Да, я понимаю, - тихо ответила Дина. – Я подумаю, хорошо? Я бы очень хотела помочь тебе, но не уверена, что у меня хватил сил. И смелости. - Хватит, - усмехнулся мальчишка. – Я знаю. Но выбор за тобой. Чудо-Мальчуган проводил Дину до лагеря. Вожатые искали девочку весь день, но ругать её не стали – очень рады были, что она вернулась живая и невредимая. Дина долго ворочалась после отбоя и всё никак не могла заснуть. На рассвете она не выдержала и вышла прогуляться в коридор. И вдруг неожиданно увидела маленького мальчика из соседнего отряда – он сидел на полу, прижавшись спиной к стенке, и тихо плакал. Дину он пока не замечал. Дина замерла. Ей захотелось вернуться в комнату, спрятаться, сделать вид, что она ничего не видела. Но вдруг в окне показался Чудо-Мальчуган. Он сидел на ветке дерева и глядел на мальчика через стекло. Выглядел он очень уставшим. И Дина решилась. Она махнула Чудо-Мальчугану рукой, подошла к малышу, присела возле него на корточки и ласково спросила: - Что у тебя случилось? А малышу было просто страшно одному в туманный предрассветный час, и всё, что ему было нужно – немного ласковых добрых слов.