Мой жених — граф Михаэлис

Неделя быстро пролетела, и вот уже наступил понедельник. Бал начинался в восьмом часу, и чтобы поздравить графа Де Вюль с успешной помолвкой, собралась вся семья Фантомхайв. Сиэль держался и терпел общество напыщенных личностей только из-за обещанной встречи с молодым графом Михаэлисом. Он должен был быть где-то рядом, в этом зале. Омега чувствовал это и потому старался обойти роскошное помещение со всех сторон. И немного перестарался с обходом. Проходя мимо довольно упитанного барона, он получил толчок, когда тот выпрямился и развернулся. Сиэль не успел понять, когда стал падать. И он упал бы, если бы его не перехватили сильные руки и не прижали к себе. — Опа, — прозвучал над головой веселый знакомый голос, — вот мы и встретились снова. Но как же неаккуратно получилось. — Это точно — выдохнул удивленный омега, оказываясь в кольце сильных рук. Он не сразу догадался, кто его держит, а как догадался, покраснел от смущения. — Привет, — наконец поздоровался и поднял синие глаза на альфу, позволив себе слабую улыбку. — Привет-привет, милый Сиэль, — в ответ поприветствовал мужчина, мелодично рассмеявшись. Из объятий так и не отпустил. — Что это ты ходишь из стороны в сторону? — Тебя искал, — мечтательно заулыбался юноша, ловя приятные мурашки по телу от прикосновений. — Ты приглашал. — Что ж, я рад такому варианту событий, — очаровывая своим взглядом и даже голосом, с совсем не раздражающим акцентом, Себастьян стал обнимать одной рукой, второй же перехватил руку омеги, — тогда давай потанцуем? — Приглашаешь на танец? Так приятно было слышать предложения именно от этого альфы. — Приглашаю. В прошлый раз не удалось, ты уж извини. Но в этот раз я не упущу случай. Оркестр словно услышал сигнал. Заиграла музыка вальса. Многие желающие вышли на середину зала, в том числе и Себастьян с Сиэлем. Последний чувствовал себя словно во сне, прижимаясь в танце к своему партнеру. Тот был выше на полторы головы... и было рядом с ним тепло, сердце радовалось. Кажется, омега впервые влюбился. Музыка звучала на протяжении шести минут, но для него, Сиэля, это время растянулось в желанную бесконечность. Это не похоже на танец с отцом, не похоже на танец с преподавателем. Себастьян не смотрел на него как-то не так, от взгляда которого становилось бы не по себе. Совсем наоборот, все казалось до безобразия правильным и нужным. После чего менять партнера, все равно что изменить своему характеру — невозможно. И Сиэль не принял больше приглашений на танец. Решил провести оставшееся время в компании своего кавалера. Если, конечно, не прогонит. Он надеялся, что нет. Однако вскоре их беседу прервали родители, решившие провести немного деловые переговоры. — Мистер Фантомхайв, — кивнул в знак приветствия Себастьян, мягко отпуская плечи омеги, — мое почтение, — обратился уже к супругу графа, держа вежливую улыбку. — Рады вас видеть, — Винсент пожал молодому альфе руку. — Как устроились за эту неделю? — Благодарю, вчера как раз закончили с обустройством. По завещанию отца наше родовое поместье было передано мне в полноправное пользование. И я приглашаю вас к себе на этой неделе, в четверг в шесть вечера. Приглашенных будет не много, так что можно считать это частной вечеринкой. — С удовольствием заглянем, — Винсент подмигнул мгновенно смутившемуся ребенку. — Хотел узнать, как вы развиваете бизнес. Разговор не для лишних ушей, все-таки Себастьян хотел обсудить много важных тем с графом Фантомхайвом и лично, но вкратце он описал свое нынешнее состояние. Не столь значимое, как было в России, однако не безнадежное. А с полученной суммой он запросто сможет вложить деньги в строительство нового производства и составить неплохую сделку с влиятельной компанией Фантомхайв. И Винсент согласился помочь молодому парню. Сам когда-то был таким. Молодость, кровь горяча, и такой энтузиазм нельзя губить. В целом вечер проходил довольно продуктивно для графа Михаэлиса. Всего лишь за несколько дней он сумел восстановить неплохие связи, что когда-то были у его отца, плюс установить новые. И это если не считать того факта, что, кажется, он отыскал омегу, с которым смог бы создать семью, и почти получил выгодный контракт с его отцом. — У тебя получилось уговорить папу на контракт за полчаса, — удивленно произнес Сиэль. — Обычно у людей уходит не меньше двух часов. — А я скажу тебе в чем секрет, — понизил голос Себастьян, склонившись ближе к омеге, и последнюю фразу сказал на ушко, — он одобрил меня в качестве твоего будущего молодого человека. — Думаешь, что только в этом?.. — залился краской смущения. — А если бы контракт не был выгоден? Он мог и не одобрить. — Озвученная мной версия кажется более веской. Вторая же заключается в том, что со мной выгодно иметь сделку. Первые дни сложно адаптироваться и проявить себя во всей красе, но поверь, через месяц я ни чем не буду уступать твоему отцу. Моя семья всегда была влиятельной, и я развиваю свой личный бизнес. Объединение с твоей семьей станет довольно выгодным, с обеих сторон. Сиэль с любопытством слушал объяснение своего кавалера. Тот даже простые вещи говорил чарующим голосом. — И ты хочешь сказать, что отец может запланировать немного иного формата объединение? — Мне все сильнее хочется в это верить. Молодой граф вновь склонился к лицу юноши и в этот раз решил показать куда больше чувств, ярко выражающие его симпатию. Он коснулся нежной щеки омеги поцелуем. Сиэль был готов поспорить, что если бы не шок, то он точно бы осел на землю от такого поведения. Рука потянулась к щеке. Он чувствовал прикосновение губ. До сих пор. Теплый ожог. — Я был бы не против, — тихо пробормотал. — Если, конечно, это взаимно. — Поверь, более чем взаимно, — тихо засмеялся мужчина и, как недавно, приобнял за плечи, только в этот раз решил увести подальше от любопытных глаз. — Если говорить правду, мне хотелось не в щечку тебя поцеловать. Но и это было неплохо. У тебя очень нежная кожа. Такую только целовать. — Кузина недавно привезла из Франции крем и заставила им пользоваться, так как на улице я заветрил кожу. — Говоришь, кожу заветрил? — спросил со странной ухмылкой граф. А когда они уединились, неожиданно прикоснулся к нежным розовым бутонами, слегка приоткрытым.— А эти прелестные губы ни чем не смазывал? — Проверь, — неожиданно, даже для самого себя, прошептал омега. Он не мог противиться такому обаянию. Это совсем невозможно. А мужчине не требовалось повторять. Желаемое он вполне отчетливо услышал и поспешил исполнить. В один миг обнял за талию, притянул к себе и, с легким кружением, заставил омегу слегка откинуться назад и прогнуться, прежде чем его губ коснулись настойчивые горячие. Так необычна и поза, и чужие губы на своих собственных губах. Руки омеги обняли альфу за шею, чтобы удержать равновесие. А дальше Сиэль полностью отдал бразды правления более опытному партнеру. Он мог лишь отвечать на движение губ мужчины, с новыми ощущениями испытывая неизведанное ранее удовольствие и моментально распространяющийся жар по всему телу. А когда поцелуй стал еще глубже, с языком, он и вовсе потерялся в ощущениях. И только сильная хватка альфы не позволяла окончательно обмякнуть в сильных руках, она как-то приводила в себя и заставляла отвечать. Во всех смыслах. Сиэль и не понял, когда поцелуй прекратился, находясь в некой прострации. И если бы альфа не держал, то точно бы упал. Ноги не держали после первого поцелуя. И ведь со взрослым мужчиной это точно отличается от простых чмоков в губы. — Ни чем они не смазаны, — тихо, немного хрипло, ответил Себастьян, вернув омегу в стоячее положение, но всё-таки придерживая, вмиг ослабевшего. — Я и н-не... мазал, — голос дрожал. — Теперь я это понял, — улыбнулся альфа, последний раз проведя по слегка припухшим губам. — Ты великолепен, Сиэль. Твои губы хочется целовать не переставая, так сладки они. И ты сам олицетворение прекрасного. — А ты умеешь ласкать слух приятными словами... — А знаешь, что приятно мне? Говорить это искренне. Ведь омеги не всегда соответствуют высказанной в их сторону похвалы. Лесть и не более. Сиэль старался вернуть себе положительный настрой. — И многим ты льстишь? — На балу довольно часто, если то требует положение. Но не волнуйся, к тебе и твоей семье я вполне искренен. — Я рад, — омега засиял. — Рад, что мы нравимся тебе. Найдя укромное место, Себастьян надеялся спокойно и без лишнего шума поговорить с Сиэлем, как было в прошлую их встречу. Но, увы. До начала поцелуя и вплоть до последующего разговора, за ними наблюдали. И наблюдала не простая личность. Этим самым хитрым лисом стал Гордей. Сначала он проходил мимо, но после, поддавшись любопытству, решил посмотреть дальнейшее развитие событий. И кто же знал, что уже на вторую встречу все дойдет до столь интимного телесного контакта. Возвращаясь обратно к гостям, Гордей то и дело улыбался. А когда заметил супруга одного, подошел к нему сзади и слегка подул на затылок. — Моя ромашка, — Винсент до сих пор называл мужа этим прозвищем, — что же хорошего у тебя случилось? Такое настроение игривое. — Да вот, имел честь лицезреть кое-что интересное, — улыбнулся тот и с удовольствием ощутил, как его обнимают за плечи. — И что же? Мне интересно, что увидала моя ромашка. Поделись. — Ну, не знаю, — слегка покачал головой тот, будто обдумывая варианты, — лично ты можешь отреагировать по-разному. — Ты меня интригуешь, — Винсент хитро посмотрел на любимого. — Рассказывай. — Хорошо, — быстро сдался Гордей под взглядом своего графа. — Сиэль сегодня впервые поцеловался с альфой. До Винсента не сразу дошло сказанное. Уж очень неожиданное известие. — Что? — Я не хотел подглядывать за нашим мальчиком, это вышло случайно. И я даже не думал, что это произойдет так скоро. Мой любимый граф, — явно стал подлизываться Гордей, ведь только тогда он обращался к супругу в подобном ключе, — ты только не злись. Думаю, они очень скоро станут парой. — Я не злюсь, — качнул головой Винсент. — Но удивлен, что наш сын так быстро с кем-то сошелся. Он никогда не общался с альфами. — Я уже не вижу смысла удивляться. Мы с тобой тоже полюбили довольно быстро. Это необъяснимо, спонтанно и сильно. Как удар молнии. Сегодня ты свободен и независим, а завтра по уши влюблен и самолично закован в кандалы ради своей любви. — Будем смотреть, как разовьются их отношения, — альфа улыбнулся возлюбленному. — Но своего ребенка я не дам в обиду. — Никто и не спорит, граф, — ответил Гордей и забрал улыбку себе, прикоснувшись к губам альфы. Спорить не надо. Винсент был уверен в выборе сына. Ни один альфа, даже говоривший лестные слова, не мог его покорить. А здесь… любовь с первого взгляда? Банальное любопытство? Винсент не знал. Но понимал, что сына в обиду не даст. Никому.