Долг...

Morning

Небо такое же серое и пасмурное, опять дождь. Именно такую погоду и любил Юнги больше всего. Ни солнце, ни снег не могли заменить серого неба над Сеулом. Чимин наоборот любит яркое солнце и снежные поля. Такие разные. Юнги в очередной раз открывает свои глаза, спать вновь мешает звонок телефона. Начальник. Дежавю. Юнги был готов проклинать своего начальника за то, что тот потревожил его сон, рядом с всё так же громко сопящим Чимином. Мин встал и направился в душ освежиться после долгой ночи, которая доставила удовольствие не только Юнги, но и Чимину в том числе. – Чимин, мы больше не можем здесь оставаться. – Опять так же холодно, как и при первой их встрече, Юнги выводит Чими из объятий Морфея. Смотря на блондина сонными глазами, у Пака ёкнуло в груди. Юн же был готов трахнуть его прямо здесь и сейчас, абсолютно похуй, что Чимин только проснулся, его это никогда не останавливало, но сейчас он всё же решил притормозить свои действия и мысли. Чимин встал и так же, как и Мин, сначала сходил в душ. Помывшись, Чим не спеша подошёл к Юну. – Я готов. Юнги ничего не ответил, а всё так же холодно и грубо смотрел ему в глаза и после минуты молчания повернулся, пошёл к входной двери. Пак последовал за ним. Он всё так же боялся Юнги, ведь не так просто перестать бояться человека, который вот уже на протяжении двух месяцев вытворял с ним такое, что и самому страшному врагу не пожелаешь. Они вместе приехали домой. Перед этим добравшись до машины по отвратительной мокрой погоде. Юнги решил дать Чимину немного свободного времени, чтобы тот пришёл в себя после вчерашнего дня. – Я уезжаю по делам, ты должен сидеть дома и никуда не выходить. Понял? – Старший сказал это так грубо, что это заставило Чи вздрогнуть. – Да, – всё также дрожащим голосом от столь грубого тона Юнги произнёс свои слова Чимин.

Начало POV Jimin

Уже давно я пытался покончить жизнь суицидом. Когда только-только познакомился с Мином. Тогда я был истощён, плакал постоянно… Не понимал, зачем он это делает и почему выбрал именно меня. Сегодня ещё один роковой день, очередная ничтожная попытка, но на этот раз я верю, что у меня выйдет. Ведь Юнги будет занят очередной шлюхой. Впрочем, как всегда. Холодный кафель под моими ногами заставляет по телу пробежаться табуну мурашек. Дрожь охватывает моё тело, и вот я уже еле двигаюсь. Перебираю ноги, почти не поднимаю их. Порог квартиры пройден. В коридоре, который смыкает все двери в квартиры разных людей воедино, меня встречает ковёр. Грязный от обуви, но всё такой же мягкий. Теперь моей целью является лифт и пятидесятый этаж, где дверь на крышу точно открыта. Дорога к лифту ведёт через весь коридор, в конце которого темно и единственное, что говорит там наличии лифта – это светящееся табло с указанием этажей. До него далеко, а я выгляжу отвратно. Даже если люди увидят, то мне уже не важно. Шаг за шагом… Двери лифта наконец закрылись, я перекатываюсь с пяточки на носок, немного нервничаю, но знаю, что сделаю. – Почему так медленно? – поднимаю взгляд, постукиваю ногой по полу. Не хватало того, чтобы это старое железное помещение сломалось. Хотя упасть в шахту лифта болезненно, но тоже смерть… Минуты через две я всё же доезжаю. Выхожу на холодную крышу, сразу ловя леденящий воздух.

Конец POV.

Сильный ветер бьёт по лицу, а к уголкам глаз Чимина начинают подступать слёзы. Солёная вода, указывающая на слабость существ. На улице март, весна. В воздухе, если верить стереотипам, должна витать любовь, хорошее настроение, но этого нет. Пак стоит на самом краю. Шаг – и мечта исполнится. Шаг – и Чимин упадёт в безмятежность, навсегда исчезнет, оставляя реальность. С такой высоты видно многое. Девушка, которая клянчит очередную дорогую вещь у своего парня, тыкая в витрину магазина. Маленький мальчик, мать которого пьяна и тянет его за руку, что-то крича. Подростки, у которых сломался скейтборд, кто-то из них курит, кто-то в попытках починить скейт. Чёрный, до боли знакомый джип, подъезжает к зданию, растворяясь в толпе подобных ему автомобилей. Чимин чётко осознаёт, что его могут увидеть. Юнги часто смотрит на небо и крыши домов. Парня тут же одолевает страх. Пелена перед глазами и Чими падает... Ему кажется, что воздух ловит его, держит и не даёт отпустить. Кажется, что на улице слишком холодно, ведь резко на его лицо опускается снег. Глаза полностью закрываются, оставляя на земле последнюю слезинку, а ноги поджимаются к груди.

End.

– Мразь, что ты творишь?! – доносится где-то в бесконечности. Обледеневшие руки Чимина сковывает внезапное тепло. Парень находит в себе силы открыть глаза. – Объясни мне, почему ты лежал на крыше в снегу. Мин Юнги здесь, он держит на руках и смотрит прямо в глаза. Можно увидеть в них ярость, смущение, красоту, обеспокоенность, сочувствие и ещё множество вещей, которые Чимин заметит лишь в будущем. А Пак может лишь промычать, издать странный звук, посылая Юну взгляд полный грусти. Юнги поймёт, что хотел донести ему младший. – Ты настолько ненавидишь меня? – и внутри Чими кто-то нажимает на курок, пуля попадает прямо в сердце. – Я люблю тебя, Юнги. В носу покалывает, горячие дорожки из слёз вновь катятся по щекам. А ведь Мин ожидал такого ответа. Он знал. Парень чуть наклоняется, кончиком языка проводит по щеке Чимина. Солёные, горькие и неприятные, но он пробует эти слезинки на вкус. – Люблю, когда ты плачешь из-за меня, – впервые улыбка на губах старшего, – сможем ли мы быть счастливы вместе? Даже в отношениях я не буду нежен. Продолжу ломать свою игрушку. Продолжу ломать тебя. Боже, а ведь Мин такой дурак. Он отдаст своё сердце Чимину, а тот заберёт его в свои руки и запрёт на маленький замочек в своей душе. Чи изменит свою фамилию, которая слишком идеально подходит к имени. Чимин влюбится в грубого Юнги, иногда поздно вечером настаивая на наказании и тихо шепча на ушко Мина «Господин».